Пятьдесят оттенков Тоберта

Роберт всегда был неравнодушен к экзотике, и, прежде чем предложить её остальным коллегам на попробовать, сначала испытывал её на себе. И Томе. Ну, Том всегда соглашался. Отчасти — из любопытства, отчасти — чтоб придержать Роберта, если что-нибудь пойдёт не так. А теперь не так пойти могло многое. Видите ли, светилу науки оказались не по душе сауны, надо попробовать бани! Зимой. В минусовую температуру… Со снегами кругом… И голышом внутри. И последнее — ещё не самая страшная проблема. Просто сиди и смотри в сторону. Самое страшное — как раз снаружи… Эти мысли не оставляют Тома, даже когда воздух лёгкие обжигает. — Ой, жарко что-то! — бросает Роберт, смахивая пот. — Ты не против, если я дверь открою? — К-какая дверь?.. — переспрашивает Том. — Лучше не стоит. Слишком большие перепады температур, будет лучше, если мы понизим уровень жары тут. Но Роберт улыбается… И распахивает дверь. И выскакивает прямо наружу! — Ты совсем сдурел, что ли?! — кричит Том, неожиданно обнаружив в себе силы. — Ты на градусник хоть смотрел?! Представляешь, какие могут быть перепады температуры?! Я с кем говорю сейчас?! Словно чрезмерно заботливая мать, которая не может позволить дорогому дитятку получить хоть ушиб, чтоб оно научилось уму-разуму. Но Роберт не слушал, а Том понял, что не может сдержать улыбки. Глупо, неразумно, дико даже… Но почему-то так… — Мне просто очень весело! — хохочет Роберт во весь голос, совсем не щадя горло. — А тебе? — Ещё веселее было бы с мороженым… — бормочет Том, размышляя, какой сумасшедший в такое время ещё и мороженое будет есть. — Я как раз взял с собой! Я закопал его в снегу, сейчас достану!.. Но вот тут Том в стороне остаться не может. Надо ли говорить, как пагубно влияет контакт большого количества снега с голой кожей?.. Одно плохо — на самом Томе одежды ничуть не больше. Но… Пару минут не повредит. Может не повредить. Да и в тепло они вернутся быстро. Всё будет нормально. — Боб!.. — зовёт Том, делая первый шаг дрожащей ногой прямо в снег. Холод парализует тело, и лишь чудом Том находит в себе силы позвать его: — Боб, остановись! И он правда останавливается, не успев запустить руки в снег. И смотрит во все глаза. — Том, ты… Ты и правда вышел! — говорит он с каким-то детским восторгом. — Прямо на снег! Том ничего не говорит. — Так даже лучше! Тогда и мороженое нам не понадобится! …точно. От этого холода Том и забыл, зачем вышел… И потому тут же вернулся обратно, чтоб погреться. Интересно, что с ним будет после такого перепада температур?.. А с Робертом?.. Но он возвращается, как ни в чëм не бывало, будто бы это не он собирался нырять в снег. Но Том не сразу понимает, почему его опять прошибло холодом, но догадывается, что это из-за руки Роберта, которая легла на его плечи. — Ну как тебе? Даже улыбка Роберта не может согреть тело, но почему-то ему хочется улыбнуться в ответ. Но Том не без труда заставляет себя отсесть.