We're here for you

Питер сидит, толкая игрушечную машинку вперед и назад по простому черному журнальному столику, игнорируя мир вокруг него, сосредотачиваясь на текстуре колес, бегущих по плоской поверхности к его ладошке. В данный момент он находится в кабинете семейного терапевта. Раз в неделю Старки приезжают сюда, как одна большая дружная семья для общей терапии, помогая завоевать доверие Питера и Терезы к их новым родителям и сестре. Раз в неделю Тереза приходит одна, чтобы поговорить о… Ну, Питер не знает, о чем беседует его сестра с врачом, в этот момент его нет с ней в кабинете. Раз в неделю Питер также приходит один, чтобы поговорить о своих мыслях и чувствах. Сегодня был как раз такой день. Мальчик только что закончил и, как обычно, Тони подписывает бумаги Питера, чтобы забрать его домой. Но в отличие от других еженедельных процедур, психотерапевт мальчика останавливает Тони, чтобы прошептать ему что-то на ухо. Это занимает лишь мгновение. Вероятно, врач намекнул на обеспокоенное состояние Питера. Последние несколько дней мысли мальчика были полны того, что доктор Сара называет «проблемными мыслями», заставляющими его тревожиться из-за различных вещей. Доктор Сара называет это беспокойством. Питер только что провел сеанс, прорабатывая свои стратегии для того, чтобы успокоиться, пытаясь расслабиться и отогнать свои «проблемные мысли». Сегодня это было действительно трудно сделать, почти также трудно, как когда он впервые начал проходить терапию и делать упражнения, благодаря которым он мог бы почувствовать себя лучше в новом для него окружении. Все шло очень хорошо. На самом деле Питер думал, что ему лучше, он начал понимать, о чем говорила доктор Сара, когда она впервые рассказала ему о «хороших» и «плохих днях». Питер наконец осознал различия, он был очень горд, что достиг этого рубежа. Еще одним значимым событием стало то, что Роуди и Наташа наблюдали за детьми в новогоднюю ночь, в этот день Тони и Пеппер должны были пойти на мероприятие для взрослых, поэтому они не смогли взять туда Питера и его сестер. Питер на самом деле не провел весь вечер в своей комнате, убираясь там, пылесося и ожидая, что случится что-то плохое. Он наслаждался настольными играми в перерывах между просмотром фильмов, а еще позволил Наташе увидеть его новую кровать, спроектированную Тони. И все же сейчас он сидит у психотерапевта. Узел в его животе, голос, говорящий ему, чтобы он был осторожен, потому что случится что-то плохое, частые толчки в груди — это все сейчас чувствует Питер. — Эй, приятель, ты готов идти? Питер поднимает взгляд на Тони, при этом быстро рассматривая доктора Сару, стоящую позади его отца. — Я готов идти, если ты готов, — отвечает Питер. — Хорошо, тогда давай возьмем твое пальто. Тони выводит Питера из офиса, после того, как они достаточно тепло оделись, ведь на улице было холодно. Они направляются к парковке, переходя улицу, после чего садятся в большой черный внедорожник. Тони купил его несколько недель назад, говоря, что эта машина хорошо подходит для больших семейных прогулок или, когда они не хотят привлекать внимание общественности. — Мы должны ненадолго остановиться, малыш, — говорит Тони в тишине автомобиля, — Пеппер попросила меня купить детское лекарство, она думает, что Морган простудилась, и если кто-то из вас еще заболеет, то лучше иметь таблетки наготове. Питер что-то напевает в ответ, разглядывая пейзажи за окном авто. Внедорожник въезжает в тихий и скромный CVS с небольшим количеством транспортных средств на парковке. Питер пытается успокоиться, надеясь, что Тони не замечает этого, пока мужчина выходит из машины.        Тони не говорит ни слова, терпеливо улыбаясь, когда Питер выпрыгивает из авто, начиная идти бок о бок со своим новоиспеченным отцом в здание. Мальчик следует за Тони, пока тот проходит мимо стеллажей с лекарствами, ища нужную микстуру, а после, быстро идет к кассе. Когда Тони достает купюры, чтобы расплатиться, взгляд Питера падает на журналы, выставленные на витрине рядом с кассой. Сердце мальчика начинает быстро биться, пока его зрачки резво бегают по строчкам. «Семья Старков растет! Битва наследников начинается!» Старки усыновляют! Будут ли новые дети достаточно умны, чтобы содержать наследие своих родителей? Старший ребенок по закону или ребенок по крови, кто будет новым Старком? Маленькая сиротка, история Энни, что проживает с семьей Старков Ниже заголовков помещены фотографии Тони, Пеппер и Морган, они рассказывают о своей жизни до появления в семье Питера и Терезы, после чего на журналах можно увидеть нечеткую фотографию всей семьи в ресторане на прошлой неделе, что вызвала неистовое безумие в СМИ. Тони и Пеппер провели пресс-конференцию, рассказав людям о своих новых детях и сделав предупреждение тем, кто нарушает их личную жизнь. На некоторое время пресса отступила, или, по крайней мере, с точки зрения Питера, попыталась это сделать.        Но мальчик все еще вздрагивает всякий раз, когда солнце отражается от металла или стекла, думая о том, что это камера, снимающая его, он боится, что этими фотографиями разочарует свою новую семью. Кажется, у СМИ есть похожие проблемы.        Питер даже не замечает, что у него начинают дрожать руки, пока он не касается одной из обложек журнала. Его рука резко останавливается, когда Тони сжимает дрожащие пальцы мальчика в своих ладонях.        Питер поднимает глаза, смотря на то, как его новый папа хмуро окидывает взглядом сына. Питер отводит свою руку в сторону, при этом шепча: — Прости… — Нет, приятель, извини, — Тони наклоняется к нему с грустной улыбкой на лице. — Не слушай этих людей, Пит, никогда не принимай близко к сердцу то, что они говорят. Питер не отвечает, бросая мрачный взгляд на журналы.        Тони просто вздыхает, начиная вести мальчика назад в машину, Питер удивляется, когда мужчина забирается с ним на заднее сиденье, а не садится на место водителя. Тони кладет лекарство на пассажирское сиденье, после чего быстро протягивает руку к Питеру, крепко прижимая мальчика к себе. — Все эти журналы, посты в интернете и статьи в новостях — чушь собачья, — вздыхает Тони. — Но, — Питер говорит очень тихо, — то, что они говорят, правда. Тони хмурится: — Нет, это не так. Нет никакой войны «Старков-наследников». Все будет поделено поровну малыш, потому что мы вас всех любим одинаково. Ты понимаешь это? Питер кивает. — И нет никакой «сиротки Энни», потому что это вовсе не рекламный ход. Мы усыновили тебя и удочерили Терезу, из-за того, что любим вас также сильно, как и Морган. Хорошо? Питер снова кивает. — А как же «содержать наследие родителей»? — Малыш, мой папа заставил меня выбрать этот путь, и это было не очень приятно. Я бы никогда так не поступил с вами, дети. Я хочу, чтобы вы жили так, как нравится вам. Если вам кажется, что наука делает вас счастливыми и вы хотите что-то изобрести для СИ, изобретайте. Если вам нравится рисовать фрески на тротуарах в Париже, если это делает вас счастливыми, то рисуйте их, но при этом следуйте некоторым правилам, держите с нами связь, чтобы мы могли помочь вам, если у вас возникнут финансовые проблемы. Питер тихо хихикнул. — Запомни то, что я сейчас скажу, — продолжает Тони, — неважно, что говорят окружающие люди, неважно, то, что они пытаются донести ложную информацию до народа, гораздо важнее то, что говорим вам мы с Пеппер. А мы говорим, что любим вас, своих троих детей одинаково, мы хотим, чтобы вы все трое были счастливы и здоровы, мы хотим вырастить из вас трех достойных взрослых людей, мы хотим, чтобы вы жили той жизнью, которая вам по душе. Питер начинает еще сильнее прижиматься к боку Тони, стараясь скрыть слезы на своих глазах. Тони притягивает мальчика еще ближе и продолжает: — В СМИ всегда будут люди, которые будут говорить о нас, малыш, я бы хотел, чтобы они остановили это дело, но к сожалению ничего сделать не могу. Все, что в моих силах — это проводить пресс-конференции, как Пеппер, и я сделал это на прошлой неделе, пытаясь донести до людей правильную информацию. Послушают они меня, или нет, зависит только от них. Но помни: чтобы ты не читал о нас, своих сестрах или о себе в СМИ, если тебя это побеспокоит, я хочу, чтобы ты подошел ко мне или Пеппер, мы сможем поговорить об этом. Я не хочу, чтобы ты держал все в себе, пока у тебя не иссякнут силы. Пит, у меня такое уже было, и я хочу сказать, что это не очень хороший опыт. Ты меня понял? Питер кивает, уткнувшись носом в пальто своего отца. — Хорошо, теперь после этого эмоционального разговора я захотел съесть пару пончиков. Питер фыркает, смотря на мужчину: — Уже почти два часа дня. — В любое время дня и ночи у нас имеются пончики, малыш, — подмигивает Тони мальчику, — плюс я дам тебе два пончика, если ты не скажешь маме, что мы остановились. По рукам? Питер на минуту задумчиво улыбается: — Дай, пожалуйста два пончика и горячее какао, я думаю, тогда мы договоримся. — Ты заключил выгодную сделку, Питер Паркер-Старк, и я пожалуй соглашусь, потому что я очень сильно хочу сахар и что-нибудь теплое, — с улыбкой на лице ответил Тони.