Погибель светлой души

      Броктон встретил трёх небожителей моросящим дождём и серостью, предоставляя насладиться тишиной этого города. Тучи сгущались над маленьким клочком земли, суля опасностью. Мы шли вдоль полупустых улиц, заброшенных домов, старых и обшарпанных магазинов. Людей здесь практически не было: мужчина в жакете прошёл мимо, хмурясь и ругаясь в себя, женщина в сером пальто прыснула на нашу компанию. В целом, мы не обращали на это внимания. Я так точно была увязана в вереницу мыслей о Майкле, чью жизнь я должна подставить под удар. — Мы пришли, — осведомляет нас демон, останавливаясь возле грязного дома в конце квартала. — Пора действовать. Что же ты решила, Вики? Я оглядываюсь по сторонам и замечаю парня, одетого в тёмно-зеленую кофту и рваные джинсы. Чёрные волосы спутаны, между пальцев зажата дешёвая сигарета, на руках многочисленные ожоги и раны. Вершить судьбу подростка – это разве именно то, чем мы должны заниматься? Из рта выходит истерический смешок, страх сковывает и больно бьёт плетью, вынуждая сильнее прочувствовать это волнение. Сдерживаю себя и моментально принимаю решение, не задумываясь и слушая только своё внутреннее Я, что играючи шепчет мне на ухо. Правильное ли я поступаю? Не знаю. Делаю всё быстро, чтобы не успеть испугаться, и собираюсь направиться в сторону брюнета, пока чья-то грубая рука не сдерживает мои порывы за запястье. — Не так быстро, — скалится Люцифер, — ты совсем птенец, а лезешь напролом, будто у тебя есть острые коготки. — Что я должна сделать? — Ну во-первых, — начинает Дино, слегка касаясь моей ладони. — Ты должна понимать, чем ты рискуешь. Это жизнь не только подростка, но и его отца. Как ты думаешь, что может случиться с больным человеком, когда уедет его старший единственный сын? Справится ли он? — Не слушай этого ангела, Непризнанная, — шепчет Люций, дотрагиваясь до моих неокрепших крыльев. — Ты же знаешь, что его отец и дня не продержится. У него нет шансов. — Но он может прожить последние минуты со своим ребенком, — надавливает ангел. — Какой в этом толк, если он умрёт через секунду и даже не поймёт, что с ним произошло? — иронично смеётся мой демон на левом плече, — Вики сделает правильный выбор. — Взвесь все «за» и «против», Виктория, — Дино чуть помедлил, заглядывая в мои глаза. — Что бы сделала твоя мама? — Заткнись, ангел, — рычит Люцифер, сверля его безумным взглядом. — Просто заткнись. — Она должна отдать отчёт своим действиям, — Дино взвинченно отдёргивает руку от моей. — В особенности, она должна знать, что в таком случае Ребекка не будет ею довольна, Люцифер. — Она ничего никому не должна, белокрылый. В особенности, её матери. — Тебя это задевает? — хитрая ухмылка ангела скользит по напряжённому демону, выхватывая его злобный взгляд. — Очень странно, ведь ты всегда отчитываешься своему отцу, правда? — Ещё одно слово, — Люций угрожающе взмахивает рукой, подходя в плотную к блондину. — Лишь одно слово в мою или её сторону – и я сверну тебе шею. Клянусь твоим любимым Шепфа, Дино, я убью тебя. — Пожалуйста... — хнычу я, вставая между двумя ненавидящими друг друга созданиями: в глазах демона играет опасный огонь, в глазах ангела смертельно сверкают звёзды. — Хватит. Напряжённые до костей, они отошли друг от друга на более менее безопасное расстояние, не выпуская свои взгляды, устремлённые на меня. Люцифер усмехается и достает из кармана сигарету, вынуждая её вспыхнуть одним щелчком пальцев. Дино недовольно и даже победно наблюдает за происходящим, скрестив руки на уровне груди. Он сумел найти уязвимое место Люцифера. Его отец. Выворачиваю себя под гнётом своей гордости и обнимаю себя за плечи крыльями. Весенний Броктон сегодня ужасно холодный. — В этом и был весь смысл, да? — опускаю взгляд на каменистую дорожку под ногами. — Запутать меня? — Ну уж нет, Вики. Не совсем так, — выкидывая смятый под пальцами бычок в мусорный бак, Люцифер молниеносно оказывается напротив меня, хватая руками моё лицо. — Действуй. Красные глаза убаюкивали, захлёстывая в свои омуты, тянули меня на беспросветное кровавое дно, подавляя крики в горле и возмущение от его резких действий. Всё внутри закружилось, встрепенулось и проснулось от вечного сна, наполняя меня тёмной энергией. Земля ушла из-под ног, исчезая в звонком вихре. Поддаться ему или с силой сопротивляться? Я не могла выдохнуть, не могла вдохнуть: лёгкие больше не слушались меня, забиваясь дымом. Ощущение сырости, боли и одиночества сдавливало сердце. Тело безвольно начало стремительно падать. — Нет, Вики! Яркая вспышка озарила неприглядную тьму, заставляя меня выйти из транса Люцифера. Умиротворение и счастье вспыхнули во мне огнём. Я увидела родные глаза цвета неба и задохнулась от нежной, такой искренней любви. Чувства переполняли, не в силах сдерживаться внутри меня. Тело начало сиять, надрываясь по швам от трёх энергий, проникнутых до самых краёв моей непризнанной натуры, хрупкой оболочкой, пустым сосудом. Птицы напевали приятную мелодию где-то в рощах Эдема, от чего становилось легко и беззаботно. Голова закружилась, но чьи-то ласковые руки подхватили меня. Моя тонкая грань рассеивалась, мне надо было выбрать сторону, иначе я бы замертво упала на пыльную землю Броктона. Что тебе ближе, Вики? Кто тебе ближе? Перед глазами пронеслись важные для меня моменты: прогулка в Саду Адама и Евы с Дино, его незначительные касания, тёплые руки и прекрасная улыбка; разговор в Саду Правды, розовые полосы от неестественного свечения солнца, кровавые глаза спелой вишни и терпкий аромат виски с клубникой. Энергия Люцифера играла со мной, языком пламени, обжигая, манила в свои цепи. Свежий морозный воздух, холодящий душу пытался противостоять нам, дождь большими каплями сильнее бил внутри меня, кричал, стараясь достучаться. Чувства разрывались, сердце замерло в ожидании, сгустки энергий ласкали, облизывали, кусали и драли на куски. Я скользнула между ними, теряясь и кружась в обволакивающих движениях внутри меня. Нашла ту самую, что требовало моё естество, и самолично пристегнула себя увесистыми оковами Люцифера, принимая ту боль, то одиночество, те страхи. Мне не было страшно, я не была опечалена выбором. Прикованная к нему, я смогу обрести себя. И если это моё предназначение... — Умница, — тело покрылось мурашками от пронзительного шёпота низкого голоса. — Я знал, что ты сделаешь это, Уокер. Васильковыми глазами смотрю на двух созданий, которые сделали мне поистине больно. Укрываясь и зарываясь в собственные пряди волос, выдыхаю, выдавливая измученный всхлип. Опять мне нестерпимо обидно за всю эту страшную и от того глупую ситуацию. Оглядываюсь и понимаю, что они остановили время, заморозив всё вокруг: входная полуоткрытая дверь не спешила удариться об стену, люди неподвижно стояли в странных позах, ветер перестал продувать окна домов. — Это было необходимо? — зажимаю в горле обессиленный писк. — Всё это? — Да, — Дино не сводя свой взгляд, смотрит на меня, наверняка сожалея о содеянном. — Теперь ты готова. — Что? — Тебя ждёт Майкл, птичка, — парень сидел неподалеку, стряхивая пепел. — Удачи. Жизнь по щелчку пальцев снова забурлила в этом тихом городке. Мужчин рядом со мной не оказалось: испарились вместе с этой заморозкой времени. И славно. Прохожу мимо витрин с одеждой и оцениваю свой облик на сегодняшний день. Подросток с каштановым цветом волос и аристократично белой кожей. Девушка лет шестнадцати стояла вместо меня и смотрела голубыми глазами на своё отражение. На запястьях сильные порезы и многочисленные гематомы. Сердце невольно сжалось от того, что девочка закончила свою жизнь, которая ещё даже не успела начаться. Вмиг стало противно от себя, хотелось вынырнуть из этого бедного тельца, не использовать в таких целях. Люди умирают, а мы проникаем в их тела, как в свои сосуды на пару минут. Встряхиваюсь и целенаправленно иду к Майклу, зажимая острыми ногтями джинсовку. — Привет, — парень выглядит избито, но не внешне, а глубоко внутри. Руки его затряслись. Киваю в сторону свободного места на каменной лестнице, невзначай касаясь его носка разрисованных кед – хоть какое-то прикосновение. — Можно? — Садись, — взволнованным голосом отвечает парень. — Я совсем недавно переехала сюда, в дом за углом.. Здесь так странно. — Броктон – дыра, — красивая улыбка растягивается на его искусаных губах. — Будь осторожна в этом районе. — Почему? Папа говорил, что здесь очень мирно. — Только если твой папа местный шериф, — он докуривает сигарету и небрежно бросает на сухую траву. — Хм.. — стараюсь прикоснуться к его плечу, излучив нужную для меня энергию. — А кто твои родители? — Отец – инвалид, — с грустью в словах и с болью на душе он тихо шепчет, прокручивая в руках зажигалку. — Рак последней степени. Долго не выдержит. — Ужасно, — душа изворачивается от обиды, что людям до сих пор приходится терпеть все болезни и невзгоды. Ещё хуже, что мне приходится ворошить его жизнь, прекрасно зная все его проблемы. — А мама? — Умерла недавно. — Сожалею, — прерывисто выдыхаю, прекрасно понимая, что у него в голове и на сердце. — Моя мама тоже умерла... когда мне было пять. — Совсем рано, — Майкл сдавливает в руке огниво, сдерживая боль в пальцах. — Ты понимала, что с ней случилось тогда? — Не до конца, — грусть разрушающей волной нахлынула из ниоткуда. — Я не знала, что такое смерть. Завтра, вот, у меня день рождения, а я опять буду проводить его без неё. На глазах наворачивались горькие слёзы, я сдерживала себя изо всех сил, стараясь не расплакаться от голой правды. Знакомое чувство разливалось по венам, напоминая те кошмарные отрывки той ночи, когда я, малютка, узнала, что моей мамы больше нет. Отголоски нашей покалеченной жизни находили в Майкле что-то, что было схоже со моей истерзанной, убитой душой. Парень хорошо держался, лишь изредка сильно сминая в руках травинку или зажигалку. Я сидела рядом с ним и выжидала не пойми чего. Мне хотелось побыть с ним рядом чуть больше, чем положено, помочь ему в полной мере, разложить все его проблемы по невидимым полочкам. Но пришло время действовать. Кем я стану после этого? — Завтра? — гримаса удивление скосило его вытянутое лицо. — У меня тоже.. совершеннолетие. — Правда? — наигранно смеюсь. — Это же классно! — Действительно, — ямочки выступили на его щеках. — Что ты приготовил себе на такой грандиозный праздник? — Машину, — Майкл замялся, опуская глаза. — Ну.. как машину.. Я давно копил на неё, но навряд ли смогу приобрести. — Почему? — давлю на него своим тёмным энергетическим полем со всех сторон. — Сегодня последний день продажи, — брюнет изменился на вид: густые брови нахмуренны, взгляд посуровел. — Ехать придётся в другой город, а я не могу. Вот так вот бросить своего больного отца? — Ты говорил насчёт этого с папой? — вздыхаю и понимаю, что скоро его жизнь изменится из-за меня. — Угу.. Он сказал, чтобы я не просиживал здесь свои штаны и хватал свою удачу, — он взлохматил волосы. — Но разве я посмею? — Я думаю, тебе стоит прислушаться к своему отцу, — наконец последнее касание: приобнимаю его за плечи и, захватывая его в свои крепкие нити энергии Люцифера, оставляю свой чёткий отпечаток на его душе. — Он хочет как лучше. Все мы хотим как лучше. — Ты так думаешь? — его глаза стеклянные и затуманенные. В зелёной радужке вижу волны кроваво-красных пятен. — Возможно, ты права. Удар. Один малейший, незначительный удар сильной энергии по его тонкой подростковой натуре. Он взрывается на кусочки, фейерверком вылетая в открытое небо возможностей. Созерцание блестит в его глазах, сверкает и бьётся через край, теряя на пути крупицы боли и ненависти, что так долго тянули его на дно. Он улыбается, не подозревая что происходит у него внутри: яркий цвет тускнеет, заменяя собой красное сияние более тёмной энергией. Но что значит «‎тёмное»‎ в этом проявлении? Может эта темнота и есть свет? — Сделай правильный выбор, — резко отворачиваюсь, отгоняя ком, застрявший в глотке, и шепчу себе под нос. — Так же, как сделала это я. — Прости? — Майкл будто просыпается от длительного гипноза, смотря на обшарпанную стену цветочного магазинчика. — Неважно, — встаю я с холодных ступенек, провожая взглядом туман и те зелёные глаза, которые теперь смотрят на этот простор совсем иначе. — Мне пора идти. — Не хочешь поехать со мной? — он останавливает меня на полпути. — Было бы здорово. — Думаю, что родители не одобрят, — искренне улыбаюсь я, задерживая свой взгляд на парне. — Значит, папа всё-таки шериф, да? — Ага, — смеюсь вместе с ним, а на душе острыми когтями скребут кошки. — Что-то вроде того. — Тогда.. мы увидимся? — он протягивает жёсткую руку, а я, не думая, отвечаю ему тем же. — Надеюсь на это, — мне было очень больно прощаться с ним. Терзая себя миллионами вопросов, становилось только хуже, невыносимо. Сердце в унисон билось с его: подавленные, рассеянные, уничтоженные. Я внезапно встала, больше не имея возможности выдерживать давление с нескольких сторон. Мужчин я до сих пор не видела, хотя чувствовала их присутствие, иногда поглядывая на небо в надежде уловить хоть что-то знакомое для себя. Майкл стоял, приросший к тротуару, не желая двигаться с места, смотря мне в спину. Я видела его взгляд на себе, полный незримых мечтаний и ещё непокоренных высот. Он сильный. Он справится. — Меня Майкл, кстати, зовут, — слышу голос издалека и оборачиваюсь. — Вики. — Приятно было познакомиться, Вики! — кричит мне вслед, а я еле сдерживаюсь, чтобы не расплакаться. Справилась ли я? Что я натворила? — Береги себя, Майкл.. — мимолётно шепчу я, теряясь в многочисленных улицах, покрытых туманом и зноем. — Главное береги. Солнце уже долго не появлялось из своего укрытия, спрятавшись за серыми тучами. Выйдя на безлюдную тропу с мелкими домишками и заброшенными гаражами, я оглянулась назад, желая хотя бы на ещё одну секунду посмотреть в глаза Майкла. Но он уже был далеко от меня, в своём несчастном доме, принимая той или иной многозначительный выбор. Обнимая себя за плечи, я присела на заросшую траву, смотря в одну точку. Слёз не было, отчаяния тоже. Безразличие. — Умница, Непризнанная, — Люций сел рядом со мной, раскидывая алые крылья за спиной. — Теперь ждём шоу нашего маленького дружка. — Что? — голос отдаётся хрипотцой, царапая горло. — Какое шоу? — Последствия, Вики, — ангел встаёт надо мной, закрывая от резвящихся лучей светила. — Мы будем наблюдать за последствиями. — Разве... — прижимаю пальцы к вискам, сильнее массируя их. — Разве это необходимо? Мы ведь... никогда.. — Сейчас необходимо, — блондин был убит грустью, ведя войну за нас двоих в его подсознании. Ему не нравился мой выбор, но и не принять его он не смел. Разреженный воздух становился поперёк горла, я старалась перевести дух на менее значимые вещи. Мы ждали непредвиденного. Люцифер ходил между гаражами, выкуривая пятую сигарету: по всей видимости, он просто развлекался, изредка кидая на меня взгляды или ухмыляясь с озадаченного Дино. Ангел теперь сидел рядом со мной, поправляя пучок и приглаживая складки на брюках. Ему было неуютно здесь, а голубые глаза лишь иногда поглядывали на демона. В большинстве случаев, он просто сверлил одну точку в груде металла. Я сидела, поджав колени, и наблюдала, постепенно растрачивая свои последние силы. На кой чёрт мы здесь? — Дино, — поворачиваю к нему голову. — Что тогда произошло в библиотеке? — Что именно? — он едва заметно улыбается. — Ты говорил со мной... — улыбка сменяется озадаченностью. — Проник в мысли и помог мне. — Ах, ты про это.. — Люций не был заинтересован в разговоре, но я знала – он слышит. — Мой отец подарил аметист Верине, чтобы контролировать то, что я читаю, внимая мои запросы к ней. Но я знал это, поэтому никогда не попадался. — И ты решил воспользоваться этим амулетом? — в уголках глаз ангела выступают морщинки: в первые за это время он посмеялся. — Я должен был тебе помочь, — он берёт мою руку в свои, а я чувствую пристальный взгляд на моей спине. Чёрт, только не сейчас. — Спасибо.. — смущённо отвожу глаза в сторону. — А я думала у нас с тобой какая-то особенная связь. — Навряд-ли, Вики, — его энергия заливается щемящей тоской. — Возможно и особенная, но только не со мной. Вырисовываю круговые узоры на коленке, не желая знать что он имел в виду. Этого ведь не может быть, правда? — Пора, — неожиданно перед нами появляется разъярённый демон. Стиснув моё плечо так сильно, что я проскулила от накатывающей боли, он ослабил хватку, заглядывая в мои глаза. Люций всё услышал. — Что придётся делать? — вскакиваю я, грубо убирая руку. — Молча наблюдать и не вмешиваться. Шипя и проклиная всех существ на свете, включая самовлюблённого демона, я направилась обратно к тому маленькому дому на улицу Белмонт, разглядывая по пути свои тонкие руки. Я не хотела больше смотреть на этот город. «Пусть же всё поскорее закончится и мы сможем вернуться обратно». Ловлю оценивающие взгляды Люцифера, который явно был причастен к моему ужасному самочувствию, и мысленно ругаю себя за то, что между нами слишком много общего. Ноги подкашивались, но я упорно шагала вперёд, зная, что всё когда-нибудь закончится. И это задание тоже. Подходя всё ближе и ближе к грязной улочке, я чувствовала зверский холод, проникающий под кожу. Ощущения смешались, запутывая сознание с реальностью. Всё счастье было высосано изнутри, каждый радостный момент стёрт из недр моего сердца. Боль и вечные страдание – единственные чувства наполняли это место, доходя до глубин земли. Что-то было не так, но я не могла выяснить, что именно. — Смерть, — Дино указал ладонью на еле заметную белую вспышку, порхающую в засвеченное серое небо. — Отец Майкла умер. Под рёбрами кольнуло, разрушая всё внутри до малейших крупиц. Жизнь больше не бурлила в этом месте, время опять остановилось, вытекая из-под наших пальцев. Душа папы бедного подростка ускользала прямиком в Эдем, освещая затуманенный день. Холод был причиной смерти, душераздирающая боль – причина Майкла. Я слышала его, чувствовала, как ему паршиво, как он гладит себя, вжимаясь в подушку. Слёзы ручьём стекали по щекам, оставляя мокрый неприятный след. Разве он это заслуживает, Шепфа? — Это не последняя твоя смерть, Вики, — Люцифер выжидал позади меня, проникая в моё сознание языками пламени: внутри стало чуть легче. — Не последнее падение, — голос срывается на крик, но Дино успевает подхватить меня, обнимая за плечи. — Не последняя смерть.. Сколько мне ещё придётся вытерпеть? — Достаточно, — прямолинейность его слов ковыряют рану на сердце, но в тоже время заставляют задуматься. — Боли нет конца и нет начала. Тишина умиротворяла, но я более не была уверена, от чего мне так спокойно: демон ли исправил эту сквозную дыру в груди или объятия ангела сумели меня вытащить из этого подавленного состояния. Мир рушился на глазах от несправедливости, от злости, от смерти. Прикованная к земле, я смотрела вслед белому огоньку, а перья крыльев подрагивали от порывов знойного ветра. — Серьёзно, Майкл? — Люцифер заливается едким смехом, наблюдая за домом. Он горел. — Последствия.. — шепчет Дино, прижимая ладони к лицу. Языки огня взвинченно бросались ввысь: от голубых занавесок до самой крыши. Жар внезапно обжигал кожу, неприятно задевая крылья и волосы. Майкла здесь не было, его энергия бесследно растворилась. Слишком много боли и зла было внутри подростка, от чего пострадал и хрупкий старый, дом и уже бездыханное тело отца. В ушах стоял звон и кричащий голос: «Этого ли ты хотела?» Нет. Всё, что угодно, но не этого. Огонь разгорался сильнее и потушить его, оставив дом в сохранности уже не было бы возможности. Абсолютно всё сгорит до тла, до пепла, сотрётся с лица земли. — Что было бы, если бы я выбрала другую сторону? — смотрю на яркое пламя зачарованными глазами. — Предполагаю, что парень самолично убил бы отца от обиды, — где-то вдалеке воет сирена пожарной машины. — Люди – забавные зверушки. — Но, разве это нормально? — перекричать треск и шум становилось всё труднее. — Убить собственного отца из-за машины?! — В этом все люди, — обессилено проговаривает Дино, не желая мириться со своими же словами. — Отвратительно.. В нос ударяется запах тлеющего дыма, углекислый газ врывается в лёгкие. Сегодня был ужасный день на улице Белмонт: жуткий беспорядок и одна неповинная смерть. Кого за это стоит благодарить, а кого проклинать? Думаю, я точно знаю имя. Внутри всё сдавливает грудную клетку, пока я не слышу пронзительный детский плач на втором этаже дома. — Там ребёнок? — протискиваюсь между парнями и стараюсь увидеть очертание маленького тельца. — Вы слышите?! — Ублюдок поджёг домик с малюткой, — демон стоит рядом со мной, сжимая кулаки. — Как ты думаешь, на какой круг Ада попадёт это мерзкое людское создание? — Вики, ты не должна вмешиваться в судьбу других людей, — ласковый голос ангела слышится вдалеке, когда я пробираюсь на ватных ногах ближе к пылающему дому. — Вики! — Уокер, что ты, чёрт возьми, задумала?!