Lavender kiss

В тот злополучный день Хосок взял отпуск за свой счёт и уехал хрен пойми куда. Ты звонила, писала, приезжала в его квартиру. Коллеги ничего не знали, а соседи и управляющий уверяли, что парень уже несколько дней не появлялся дома. Ты места себе не находила. Благодарила боженьку и Намджуна, что тот уехал на неделю на конференцию и работы у тебя не было, а то бы ты лишилась ещё и её. Все твои мысли занимал Чон. Так хуево тебе ещё никогда не было. Чувство вины и разочарования в себе стали твоими вечными спутниками. Ну ещё и бутылка. Вино, соджу, вермут. Ты выпотрошила все закрома вашей с Юной квартиры. Хотя какой там! Теперь уже это квартира Юны и её будущего мужа. Да, блин. О чем ты вообще? Пофиг на квартиру! Ты её почти возненавидела. Ведь из-за этого ебучего спора и твоей непроходимой тупизны ты потеряла, возможно, единственного парня, который относился к тебе по человечески. Чон тебя действительно любил, желал, боготворил. А ты что? Вместо того, чтобы ему самой во всем признаться, решила утаить горькую, но правду и повелась на Джина. Джин! Вот такие мужики тебя всю жизнь и сопровождали. Самовлюбленные, не терпящие отказов и не видящие дальше собственного члена. Блять, как ты вообще могла. Эта псина ещё и написывал тебе, предлагая утешить. Так и хотелось скинуть скрины сообщений, которые он тебе отправлял, с фото голого торса и головки его пениса, торчащую из-под белья, его жене. Но чужая семья — потемки. И лезть туда ты не собиралась. Просто заблокировала его везде. Подруга понимала свою вину и не трогала тебя. Периодически заглядывала в спальню, приносила еду, воду, убирала очередную бутылку, много плакала, просила прощения. Ты не винила её и не держала на неё зла. Ты была сама во всём виновата. — Я пойму, если ты не пойдешь на свадьбу, — сказала, всхлипывая, Юна, гладя тебя по голове, которая покоилась на её коленях. — Я пойду. Только дай мне ещё день. — Свадьба уже послезавтра. Тебе не обязательно быть со мной весь день. Можешь появиться на церемонии и хотя бы часик побыть в ресторане. — Думаю, это максимум на что хватит моих сил, — ты потянулась к тумбочке и выпила таблетку успокоительного, которое заменило алкоголь после пропиздона от мамы Юны. — Меня сейчас вырубит. Иди тоже спи. — Я подожду, пока ты уснёшь. Юна ещё какое-то время гладила тебя по волосам, пока твои веки не отяжелели и ты не провалилась в сон. *** — Ох, душа моя, ты как из концлагеря! — воскликнула мама Юны, глядя на тебя в платье подружки невесты нежно лавандового цвета. Да, оно безбожно висело. Ты сильно похудела с момента контрольной примерки. Ну это и логично, ведь неделю твою диету составляли алкоголь и антидепрессанты. Толстый слой тональника закрыл нездоровый цвет лица и синяки под глазами, легкие кудряшки прикрывали впалые щёки, но вот платье выглядело на тебе ужасно. — Ничего страшного, что нибудь придумаем, — сказала швея и начала колдовать с булавками, создавая выточки, делая вид платья хотя бы немного лучше. Дальше все как в тумане. Круговорот лиц. Натянутые улыбки, поздравления, подарки. Вспышки камеры. Тебя шатает. Кое как держишься на высоких каблуках. Не пьёшь. Стараешься хоть что-то съесть, чтобы не упасть в обморок. Сладкий сок спасает, появляется какая никакая энергия. Голова уже не болит и почти не кружится. Но в пот ещё бросает. Мама подруги сует тёмный шоколад. Отлично, продержишься. Церемонию точно, а там дальше как покатит. Стараешься лишний раз не отсвечивать своим угрюмым лицом, чтобы не портить снимки. Фотограф обещает тебя пофотошопить. Чё так все стремно? После церемонии едете в ресторан. Шикарный зал, оформленный в лавандовом цвете. Красивые букетики на столах. Аромат цветов наполняет легкие, принося успокоение. Тебя размотало, как кошку от мяты. Сидишь, тупо улыбаешься. Устала пиздецки, что даже руку не поднять. Но тебя уже не трогают. Другие подружки взяли на себя веселье и тосты. Спасибо им. Что ж, пожалуй можно и откланяться. Подходишь к подруге и жениху, извиняешься. Она все понимает, целует тебя нежно в щеку, обещает завтра утром приехать. Запрещаешь, все-таки первая брачная, а им ещё в свадебное путешествие ехать. На ватных ногах идёшь к выходу. Блять! Покурить бы. Точно! У официантика возле входа в ресторан стреляешь сигаретку. Затягиваешься и уже открываешь Убер, чтобы вызвать такси. — Уже уходишь? — слышишь за спиной до боли знакомый голос. — Не знал, что ты куришь. Хосок подходит к тебе и пытливо смотрит сверху вниз. — Хуево выглядишь, — фыркает, забирая у тебя из рук сигарету и бросая её на асфальт. — И тебе привет, — улыбаешься нервно, — Не курю. Настроение такое. — У тебя, я смотрю, многое по настроению. Захотела покурила, захотела с мужиком чужим пососалась. — Хосок, я не хотела…- начинаешь, ты, но он прерывает тебя жестом. — Я так много хотел тебе сказать. Что люблю, что ненавижу, что сожалею о твоём существовании и что не могу без тебя. Я в тот же вечер пошёл в бар, хотел тёлку снять, домой ее привёл. А у меня, блять, не встал. Просто не встал и все. Она уже там и лизала, и сосала, и чуть ли не танцы с бубнами плясала. Нихуя. Он со злостью зыркнул и ты заметила блеск слезы в краешке его глаза. — Тебе хоть на грамм так же хуево было как и мне? — спрашивает он уже срывающимся голосом. У тебя руки трясутся. Все что сейчас хочется, это обнять его сильно-сильно и не отпустить больше никогда. Вот так пусть и живёт, с тобой возле талии или на спине таскает. Похуй. Главное с ним. Навсегда с ним. — Да я чуть не сдохла. Посмотри на меня. Я похожа на здорового, жизнерадостного человека? — Торт будешь? — вдруг спрашивает Хосок. — Так его ещё не резали, — хлопаешь глазами на парня, не ожидая такой резкой смены темы разговора. — Там было два. Я маленький спиздил, — он указывает на маленький тортик с соленой карамелью, который вы с подругой выбрали для вас двоих. Начинаешь истерично смеяться, всхлипывая от усталости, боли, но и от неописуемой радости, от того, что он сейчас здесь. — Ты простишь меня? — спрашиваешь ты Хосока, подходя к нему ближе и заглядывая в глаза. — Да, если ты сейчас скушаешь большой бургер и кусочек тортика, — отвечает парень, заключает тебя в свои объятия и нежно целует, утопая в аромате лаванды.