Проект «Френдзона»

      Он смотрел на неё так, словно до сих пор не верил своим глазам. Кристина с трудом держалась на ногах, вся заплаканная и совершенно потерянная, но Мира точно понимала: это не из-за неё, тут должны быть какие-то другие причины, пока что ей совершенно непонятные. Сама же только с полной уверенностью стояла напротив, скрестив руки на груди. Саше было странно видеть её такой: высокомерной, бесчувственной и даже... жестокой.       Он помнил ту Миру, которая помогала ему чинить радио. Ту Миру, которая заступалась за Айжан, хотя сама очень боялась. Ту Миру, которая почти что плакала из-за оскорблений мародеров. Ту Миру, которая подарила ему ноутбук. Ту Миру, которая всегда, несмотря ни на что, была рядом с ним, поддерживала и заботилась. А это... это какой-то совсем другой человек.       – Скучал, но не по тебе. А по той девочке, которая пропала в периметре... видимо, уже навсегда.       На эти слова она только недовольно поморщилась, с грустью повела бровью и прикусила губу. Пожалуй, есть всё же вещи, которые режут по сердцу даже больнее изнасилования.       – В очередной раз спасаю твою задницу, а ты ещё чем-то недоволен, – процедила с презрением. – Может, у тебя ещё вся жизнь впереди благодаря мне. Учти, я буду тебя попрекать этим вечно.       Кристина вдруг истерично всхлипнула, прикрыла руками лицо, увернулась от крепких рук Ската и побежала в неизвестном направлении. Он дернулся, желая догнать свою возлюбленную, но Мира его удержала. Во взгляде читалась мольба, и с её лица вдруг сползла та маска жестокости и сарказма, которую она носила всё это время. Саша вновь увидел свою Миру.       – А я вот без тебя тосковала... – встала на носочки, потянулась к нему, обвивая руками шею.       – Теперь и я тоже.       Он коротко чмокнул её в лоб, даже не обняв в ответ. Она сконфуженно отстранилась, вдруг осознавая, что никогда они не смогут перешагнуть тонкую грань между дружбой и чем-то большим. Сейчас главное – хоть как-то уцепиться за первое, чтобы и его не потерять.       – Извини, Кристине плохо. Найду её и вернусь. Мы хотели провести ночь на том складе, где мы с тобой прятались.       – Вдвоем? – заинтересованно приподняла бровь.       – Нет, – насупился, словно был разочарован сам в себе. – Митя ещё найти нас должен. Если разобрался с этой... Рапидой. Ты иди туда, жди нас.       Она провожала его взглядом до тех пор, пока могла различить силуэт в общей картине мира. Тяжело вздохнула, поправляя рюкзак за спиной. Почему все должно быть так? Почему она может отринуть все чувства, кроме любви? Неужели... любовь действительно настолько сильная? Но почему же она тогда её совсем не спасает...

***

      – Опана, мелкая, и ты тут? – удивлённо протянул Митя, затем усмехнулся. – Не сидится спокойно среди чистых? Нам вот тоже.       – Да-а, почти вся дрим тим в сборе, – хлопнула себя по коленям и встала с кожаного пуфа. – Только Нади не хватает. Где, кстати, она?       Мужчина нахмурился, сложил руки на груди и чуть отвернулся в сторону. Его обычно весёлый голос показался ей абсолютно глухим и безжизненным:       – Я причинил ей боль. Ошибся. Не тем доверился. И она ушла. Я... я не смог её найти. Её и нашего ребёнка.       – Мне жаль... очень жаль, – она с грустью опустила голову, без тактильности сочувствуя Мите. Касания его сейчас только бы потревожили.       Зашли Саша с Кристиной. Она все ещё была в слезах, со стёкшей по щекам тушью и растрёпанными разноцветными волосами. Он заботливо, с особой осторожностью поддерживал её за плечи. Мира недовольно закатила глаза: и когда он перестанет опекать её, как маленькую? Почему она, его лучшая подруга, не получает и малой доли той безграничной любви, которой окружена Кристина? Чем же этот ходячий манекен из проблем и слабостей лучшее её? Мира не понимала. Но давно привыкла к тому, что жизнь лишена логики и не намерена разъяснять ей подобные глупости.       Саша уложил свою возлюбленную на пуф, чтобы та хорошенько выспалась перед осуществлением их сложного и не самого безопасного плана. Правда, она мало чем могла помочь, ведь не обладала абсолютно никакими навыками, которые могли бы им пригодиться. Но все же... даже Мира понимала, что девушке стоит поспать: первая встреча с мураньями повлияла на Кристину не лучшим образом.       Девушка же плюхнулась на маленький барный стул напротив Мити. Тот лишь удивлённо повел бровью и истерично усмехнулся: защитный рефлекс. Он потерял свою любовь... даже две. И теперь кроме крохотных шансов на спасение себя перед ним стоит еще одна задача: найти Надю. Где бы она ни была.       – Надо кое-что обсудить, – Саша уселся рядом с подругой, кладя руки на белый стол перед ними. – Как оказалось, цель у нас одна, и она общая для всех. Нужно отыскать Надю.       – Со мной всё понятно, окей, – протянул Митя и заинтересованно глянул на парня. – У тебя какой интерес? Что от неё надо?       – Чтобы она обратила Кристину.       На складе повисла немая тишина, прерываемая лишь тихим сопением девушки, спящей на пуфе. Если бы Мира ела, она бы точно подавилась. А так она просто неверяще глядела на Ската, и в этом молчаливом удивлении Митя был с ней солидарен.       – С какого... хрена? Зачем ей это? Зачем это тебе? – наконец спросил он.       – Она тяжело больна. Ей остался... месяц, может два, – он понизил голос. – Я не могу её потерять, понимаете? Наша любовь должна спасти её. А Надя поможет.       – На счёт тебя я уверена на все сто процентов, – наконец подала голос Мира. – Все искренне и по-настоящему, не может быть никаких сомнений. А Кристина... Саш, ты уверен, что у неё есть хоть какие-то чувства к тебе?       Он застыл, даже не зная, что ответить. А действительно, был ли он в этом так уверен? Знал ли наверняка, что его возлюбленная не накинется на него при первой же возможности после обращения? Была ли их любовь... общей на двоих? Или только его? Скат резко мотнул головой. Нет, таким мыслям не место в его голове!       – Сомневаешься в нас? – обратился к ней с язвительным вопросом.       – Да мне вообще плевать, – резко выплюнула, глядя на него не то с болью, не то с ненавистью. Саша знал, что ей было не всё равно, но ничего не сделал, чтобы остановить, когда она встала. – Пойду, свежим воздухом подышу.       Последний раз бросила испепеляющий взгляд на Кристину, быстрым и тяжёлым шагом достигла выхода, с громким ударом закрыла за собой железную дверь. Митя как-то невесело хохотнул:       – Эй, хакер, ты бы лучше смотрел на то, что происходит вокруг, а не внутри тебя, – потом быстро перевёл тему. – Я пойду поищу Надю в одном месте. Типа на нашей хате. А ты лабораторию эту проверь. И не переругайтесь тут без меня.       Саша тяжело вздохнул, когда остался в этой комнате, как ему показалось, совершенно один. Почему-то нахождение здесь наедине с Кристиной совершенно его не радовало. Что-то изменилось. Встреча с Мирой? Неизлечимая болезнь возлюбленной? Избегающие её мураньи? Он точно не знал. Но что-то было уже не так.       Он нашёл её на крыше, сидящую прямо на парапете со свешенными вниз ногами. Странно было видеть Миру такой: бесстрашной, задумчивой, словно вовсе неживой. Должно быть, и с ней что-то случилось за это время.       – Не страшно? – она обернулась на его хриплый тембр.       – Не знаю, – неуверенно протянула, словно в пустоту. – Наверное, нет. Я словно забыла, что такое страх. Знаешь... это так странно. Вообще ничего не чувствовать.       – Но ведь что-то должно остаться, – он присел рядом.       – Возможно. Любовь... Лобода говорил, что это самая великая сила. Её трудно выкорчевать.       – Бред. Главное, чтобы разум оставался целым.       – Дурак ты, Саша, – грустно рассмеялась. – Вроде вечно пытаешься подцепить какую-нибудь девчонку, вроде веришь, что так можно спасти Кристину, а все равно мыслишь не глубже своих компьютеров.       – Это плохо? – вопросительно усмехнулся.       – Просто ужасно и невероятно плачевно.       Она улыбнулась самой себе и внезапно ощутила накативший порыв... нежности что ли. После всего такие вещи было очень трудно определять. Мира наклонилась набок и положила голову Саше на плечо. Тот ничего не сказал, только коснулся ухом её расстрепанных волос, так и оставшись в этом положении. Они смотрели в разные стороны, видели разные вещи, но чувство было одно на двоих: спокойствие и комфорт. И обоим это было так нужно. Оба мечтали спрятаться где-то от мира вот так, на крыше, чтобы ни одна проблема не коснулась их.       – Чего бы ты хотела от будущего? – вдруг спросил он, не отрываясь от её волос.       – Чтобы оно было.       – А если серьёзно?       – Жить где-нибудь в далёкой деревушке во Франции. Чтобы лавандовые поля были рядом. Большой город мне уже осточертел.       – Мне нравится, – растянулся в довольной улыбке. – Мы могли бы поехать с тобой.       – Мы? – вопрос с пронзительно грустными нотками.       – Кристина и я. Думаю, ей бы там понравилось. А я просто не хочу потерять тебя снова.       Мира не обратила внимания на последнюю фразу, лишь только задумалась над тем, насколько много Саша размышляет о своей возлюбленной. Готов уехать с ней на край света, лишь бы быть рядом. Готов сделать её монстром, только бы она осталась жива. Готов даже полюбить этого монстра, точно он бы был обычным человеком. А она, такая доступная, близкая и искренняя с ним, почему-то ему абсолютно не нужна.       – Не думаю, что с мураньей легко куда-то уехать, – процедила наконец.       – Не думаю, что это будет проблемой, – сразу резко парировал.       – А чем вы тут занимаетесь? – Миру аж передёрнуло, стоило ей только услышать этот ангельский голосок.       Саша тут же отодвинулся от подруги на приличное расстояние, похлопал ладонью рядом с собой и крепко обнял севшую рядом Кристину. Мира лишь недовольно хмыкнула, перевернулась, опустила ноги на крышу и тут же вскочила, чтобы отойти от них подальше, к каменной трубе.       – Сейчас будем настраивать ноутбук и вай-фай усилитель, чтобы подключиться к лаборатории. Мы с Мирой это уже делали. Можешь посмотреть, если хочешь.       – Конечно, – Кристина хитро ухмыльнулась, а потом надула губки. – Может, я тебе помогу? Уверена, что справлюсь с этим. А Мира пока отдохнёт, она выглядит очень уставшей.       – Давай ты не будешь решать, что мне делать, ок? – сложила руки на груди и смерила её испепеляющим взглядом.       – Нет, правда, – встрял Саша, с мольбой глядя на подругу. – Поспи. Мне все равно будет нужна твоя помощь, но чуть позже.       – Как скажешь, – выплюнула с горечью и ушла.       «Вот бы она задохнулась что ли...» – с ненавистью подумала Мира, когда спускалась по лестнице на нужный этаж.       Она не знала, что буквально через десять минут у Кристины случился приступ удушья, вызванный её смертельной болезнью, которая пока оставалась под контролем специальных таблеток. Но, возможно, совсем скоро они уже ничем не смогут ей помочь.

***

      – Быстро садись в машину. Сейчас все расскажешь.       Саша всё ещё не верил в то, что произошло. Его план провалился, добраться до камер Вершины уже не удалось, вылазка могла повлечь за собой и плачевные последствия... вот только спасла его, кто бы мог подумать, бывшая! Ника вытащила его. Как, он все ещё не понимал: просто не знал, что у неё довольно высокая должность в ФСБ. И что она может так искусно лгать. То, что она наплела охране, до сих пор не укладывалось у него в голове.       – Ну, чего застыл? – она уселась за руль.       – Спасибо, что вытащила, – неловко пробормотал он в ответ, боясь на неё даже взглянуть. – Правда, не ожидал, что поможешь... после всего.       – Моя вина, забей, – махнула рукой и вдруг опустила её на плечо Ската. – Мне жаль, что мы не поняли друг друга. А теперь лучше скажи... Мира с тобой?       – Да. А откуда ты...       – Я её и привезла. Уж очень к тебе просилась. Знала, что ты здесь.       – Правда? Но зачем?       – Ты всё такой же глупый слепец, которым я тебя помню, – вздохнула, покачав головой. – Ладно. Она сама тебе расскажет. Рано или поздно. А сейчас... нужно навестить Валеру. Пристегнись, тебе может не понравиться моя манера вождения.       Ехали быстро, собирая все кочки и ухабы. Скату и правда было мало приятно, когда за рулём сидела такая женщина, как его бывшая, но за всю поездку он и слова плохого не сказал: всё же, она его спасла. И когда на горизонте замаячил двор со стоящей по середине его цистерной, он понял: приехали.       Валера сидел сверху на ярко-оранжевой поверхности отцеплённой от фуры цистерны с явно чем-то горючим и жадно курил, совершенно не страшась того, что в любую секунду может взлететь на воздух. Ника недовольно поморщилась, глядя на эту картину, но никак больше не выразила свои опасения. Когда они вышли из машины, Валера едко усмехнулся и отбросил окурок подальше.       – Не знал, что ты жив. Да ещё и здесь.       – Так получилось, – многозначительно хмыкнул. – Многое изменилось.       – Но не твоё отношение к Мире, да? – он спрыгнул с цистерны и начал наступать на Ската.       – Причем здесь это? Почему каждый из вас говорит со мной именно о ней? Да, она сейчас была со мной. Ждёт на складе. Но какая разница?       – В смысле... она здесь? В периметре? – Валера удивлённо приподнял бровь и его один раз тряхнуло, словно от страха.       – Да. Ника же её привезла. Ты... ты не знал?       – Даже не догадывался, – бросил испепеляющий взгляд на девушку. – Ничего сказать мне не хочешь? Какого хрена ты и малую в это втянула?       – Такого, что я не могла оставить её там одну! – злобно рыкнула в ответ. – Если не я, то может хоть она сможет тебя отговорить. Одно дело убить Лободу и совсем другое – взорвать цистерну в лаборатории, чтобы погибли все, кто там есть.       – Ого... у вас такой план, – внезапно встрял Скат. – Мне тоже нужна лаборатория. Там Надя.       – Та самая? – Валера вопросительно взглянул на него. – Которая сначала была просто шлюхой, а потом ещё стала убийцей?       – А теперь она единственная разумная муранья, – парировал Саша. – И беременна от Мити. Она нужна нам. Живая. Многое изменилось, я уже говорил.       – Я заметил... – протянул Валера, доставая из кармана пачку сигарет и вновь закуривая.       Им оставалось лишь одно: снова собраться всем вместе и решить это дело так, чтобы каждый имел свою выгоду.

***

      – Снова лезешь в самое пекло?       Мира довольно усмехнулась, узнавая в грубом голосе нотки обеспокоенности. Ей не нужно было видеть его лицо, чтобы понять: осуждать её за нахождение здесь будут долго и мучительно.       – Кто бы говорил, – повернулась с язвительной улыбкой. – Серьезно хочешь спалить к хренам это чертово место?       – А я когда-нибудь шутил?       – А мы когда-нибудь перестанем отвечать друг другу вопросом на вопрос? – чуть наклонила голову набок и прижала кулаки к бокам, выжидающе глядя на него.       – Никогда, верно?       – Успокоишься, нет? Все слишком серьёзно...       – Не кипишуй, малая, – он приобнял Миру за плечи. – Прорвёмся. Мы же теперь типа все вместе. Всей бункерской бандой.       – Ага, – недовольно хмыкнула. – С небольшим бракованным довеском.       – Да не пара она ему. Не ссы.       – А я больше не боюсь, Валер, – произнесла с нотками стали, глядя на носки своих ботинок. – Знаешь, я никому об этом не говорила. Не поймут. Но ты... зная, что с тобой было, я уверена, ты сможешь мне помочь. Разобраться.       – Что случилось? – спросил с несвойственной ему внимательностью.       – Я перестаю чувствовать. Вообще что угодно. Мне абсолютно всё равно. Я убила человека, представляешь? Он заслужил, правда. Но мне странно осознавать, что я могу быть настолько холодна к произошедшему. Мне начинает казаться, что я медленно разлагаюсь внутри. И скоро просто умру.       – От бесчувствия никто ещё не умирал, поверь мне, – недобро хмыкнул мужчина. – Это нормально, малая. Ничего не чувствовать после стольких чувств. Защитная реакция. Типа брони. Не парься. Но вот... что там про убийство? Давай поподробнее.       – Не сейчас, – Мира горько скривилась. – До такой степени выливать душу я ещё не готова.       – Как скажешь, – Валера с наигранным равнодушием пожал плечами. – Давай займёмся делом. Не тебе же одной убийцей быть, правильно?       – Я заставлю тебя передумать!       Мира выдавила из себя нахальную улыбку и шутливо накинулась на друга с кулаками, от которых он не очень уверенно и с явной неохотой начал отбиваться.       Он не стал на неё давить. Но из его головы всё так и не уходила эта мысль. Мысль о том, что его малышка Мира могла кого-то убить.