Без последствий

***

      Чонгук на грани истерики. Тэхен преследует его повсюду: во сне и наяву, на работе и вне, в мыслях и на языке. Куда бы он не пошел — там либо есть Тэхен, либо о нем как-то упоминается. И то ли он действительно здесь (на работе то есть) такой популярный, либо раньше оборотень по какой-то сверхъестественной причине этого не замечал. Ну, или судьба-чертовка пытается что-то из него выдавить. Уж если что Чонгук за жизнь свою и понял, так это то, что ничего и никогда не происходит просто так. И раз уж они не забыли друг друга за почти полтора века разлуки, значит так надо было.       Сопротивляться, вероятнее всего, бессмысленно. Как бы Чонгук не храбрился и не настраивал себя — все равно глупо попался на острый крючок чужого обаяния. Спасибо хоть мозг не потерял. Да и если у него не начались галлюцинации, то и Тэхен проявляет признаки заинтересованности. Первым почти никогда не подходит, но беседу охотно поддерживает и на рожон не лезет — может же, когда хочет. Из груди вырывается вздох. — Чонгук, что за дела? Все вздыхаешь и вздыхаешь, вздыхаешь и вздыхаешь. Влюбился что ли? — Юнги, делящий кабинет с оборотнем уже не первый день, наблюдает за стенаниями товарища. Тут уже любой бы не выдержал.       Сначала Чонгук смотрит на Юнги с осуждением, потом со скепсисом, потом переводит взгляд с одного угла в другой, задумываясь, а потом опять вздыхает и отворачивается, бубня: — Да, наверное ты прав.       Юнги, явно не ожидавший такого ответа, сначала не реагирует, а потом переводит удивленный взгляд с бумаг на Чонгука. От шока спросить ничего не может, а может наконец-то проснулся такт, черт его знает.

***

      Вампир, как и всегда, выглядит прекрасно. Отвести взгляд от этого чуть ли не сияющего (в глазах смотрящего, конечно) образа просто невозможно. Это выше сил Чонгука. Да и не собирается он, вообще-то, отводить. Поздняк метаться, самое страшное уже случилось. И оказалось вовсе не страшным.       Тэхен скоро приближается к Чонгуку, который пятью минутами ранее вызвонил его на обед (буквально третий раз за все время). Его рубашка без всяких привычных глазу прибамбасов, ни тебе рюш, ни узоров, ни бусин, ни пуговиц из сваровски (или что это было) отливает чарующей белизной; черные зауженные брюки со стрелками и начищенные до блеска лоферы. Это было бы очень строго и минималистично, если бы не обилие цепочек на смуглой шее, запястьях, длинных серег и двух заметных перстней. Что ж, побывав в его жилищах (и родовом, и личном) Чонгук уже понял, что этот парень точно не знает, что такое экономия. Просто раньше самому Чонгуку, по всей видимости, было (и есть) на это наплевать. В жизни полно более важных вещей. — Привет, куда пойдем? — вампир улыбается даже глазами, и их свет ничуть не омрачает угрожающе красный цвет. Чонгук ловит себя на неожиданной мысли, что это скорее сексуально, чем кровожадно. — Я бы не хотел уходить далеко или ехать куда-то, поэтому предлагаю кафе, в которым мы были в первый раз. Там вроде неплохо.       Тэхен кивает, и они быстрым шагом покидают здание, а потом и его территорию. Из окна семнадцатого этажа (того, которое в кабинете врача) за ними внимательно наблюдают две пары глаз. Одни горят насыщенно зеленым, в то время как другие выражают абсолютное спокойствие. — Я что-то не понял, это че? — Чимин явно озадачен. Может быть, обижен. Он любит быть в курсе всех событий и считает, что их скромная компания заслуживает того, чтобы знать, где и с какой целью ошиваются двое из них во время их общего традиционного перерыва! — Я, конечно, не эксперт, но что-то подсказывает мне, что это может быть любовь, — со смешком и пожав плечами, отвечает Сокджин, отходя от окна, — вместо того, чтобы забивать себе голову чужими тараканами лучше отдохни, пока есть возможность. А если не хочешь, то можешь начать делать анализ, который я тебе поручил.       Чимин мученически стонет, но отходит от окна и садится за стол напротив Сокджина, наливая себе чай.       Еще во время заслуженного перерыва он не работал, ага. Да щас.

***

— …и потом он раз, — Тэхен резко дергает двумя руками вверх, — и взлетает, я его правда по крышам потом все равно словил. Ну дебил есть дебил, нет бы сразу улететь, так он решил подразнить… эм, Чонгук? Ты мня слушаешь?       Вопрос резонный. Пока вампир во всех красках рассказывал одну из наверняка невероятнейших историй из своей жизни, Чонгук просто… залюбовался, наверное. В голове розовая вата, с которой справляться нет никакого желания. Хочется закинуть Тэхена на плечо и убежать в закат, чтобы любить(ся) до конца жизни. Понимайте как хотите. — Нет, — честность — залог успеха любых отношений.       Тэхен поджимает губы и скрещивает руки, недовольно смотря. Ждет объяснений. Что ж, получит. — У меня, — Чонгук умышленно делает театральную паузу, — конфетно-букетный период. Ни одной здравой мысли в голове. Хочу ходить за руку, обниматься, целоваться и всякое такое.       Тэхен таким ответом явно сбит с толку и не понимает, что с этой информацией делать. Чонгук оперся локтями о стол и положил голову на ладони, с наверняка тупым выражением лица смотря на вампира. В глазах напротив отражается что-то сродни понимаю. — И я… имею к этому непосредственное отношение? — Тэхен вопросительно поднимет бровь, в его голосе слышна неуверенность, но нет неприязни.       Чонгук растягивает губы в зубастой улыбке, забавно щурясь, и кивает. Вампир улыбается в ответ не менее широко (и зубасто), склоняя голову к плечу. Он весь будто засветился еще сильнее. И Чонгук действительно никак не может понять, фантазия ли это его воспаленного мозга или реальность. — В таком случае, — Тэхен протягивает по столу руку, — можешь начать прямо сейчас.       Как удачно, что счет уже оплачен, и ничто не мешает Чонгуку, взяв ладонь вампира, встать и, притянув его к себе ближе, унестись в направлении противоположном зданию их офиса.       У них конфетно-букетный. Чонгук полтора века ждал. А работа не волк — в лес не убежит.