легче просто быть | easier to be

На следующее утро Лекса проснулась незадолго до восхода солнца. Не оставаясь в постели без надобности, она быстро воспользовалась ванной и переоделась, прежде чем отправиться на кухню. Поставив кофейник, она села на один из барных стульев, ее мысли вернулись к тому, что произошло за последние несколько дней. Кларк Гриффин. При мысли о блондинке, Лекса не могла не улыбнуться. Она закрывает глаза, вспоминая, как губы Кларк соприкасались с ее, как блондинка держала ее за руку, когда никто не смотрел. Ее улыбка и смех — запечатлелись в памяти Лексы. Назовите ее безумной, но Лекса чувствовала, что влюбляется в блондинку, хотя они и знали друг друга около двух с половиной недели. Она редко позволяла себе чувствовать себя так из-за своей работы, но она обнаружила, что готова рискнуть ради Кларк. Дело не в том, что она не любила свою работу, как раз-таки наоборот, но блондинка произвела на нее сильное впечатление, заставила ее почувствовать, что возможно большее. Когда кофейник издает звуковой сигнал, Лекса проходит через кухню, чтобы взять кружку. Выйдя во внутренний дворик, она встает перед перилами и делает маленькие глотки кофе. Солнце только взошло, так что небо было окрашено в смесь нежных оттенков оранжевого и голубого. Лекса наслаждается этой безмятежной тишиной, прохладный воздух будит ее, птицы щебечут, прилетая и вылетая из деревьев. Именно такие моменты и любила Лекса. Она так увлечена моментом, что не слышит, как открывается дверь. Руки медленно обвиваются вокруг ее тела, и легкие поцелуи ложатся на ее плечо. Ей не нужно оборачиваться, чтобы узнать, кто это. — Доброе утро, — бормочет Кларк, кладя голову на плечо Лексе. Лекса слегка поворачивает голову. Кларк, бесспорно, была самой красивой женщиной, которую она когда-либо знала. Ее пронзительные голубые глаза, белокурые волосы и улыбка, которая могла осветить любую комнату. — Доброе, — улыбается она. Наклонившись, они обмениваются быстрым поцелуем, прежде чем Лекса поворачивается обратно, чтобы дальше смотреть на восход. — Почему так рано встала? Кларк утыкается носом в шею Лексы, оставляя еще пару легких поцелуев, прежде чем просто лечь на плечо шатенки. — Мне нужно было в ванную, когда я услышала, что кто-то гремит на кухне. Это не мог быть кто-то из моих друзей, так что оставались либо ты, либо Анья, — улыбнулась она. — И я рада, что это была ты, — ее руки сжимаются вокруг талии агента, прижимая ту как можно ближе. Лекса позволяет себе полностью расслабиться в объятиях Кларк. Это казалось так нормально — просто быть здесь и сейчас. Поставив свой кофе на перила, она переплетает свои пальцы с пальцами Кларк, поднимая ее руку для поцелуя. Это такой простой жест, но сердце Кларк, конечно, пропускает удар. Они погружаются в уютную тишину, вместе наблюдая за восходом солнца. Только когда солнце полностью взошло, Кларк полностью отпускает Лексу, и делает несколько шагов к лестнице. — Не хочешь прогуляться вокруг озера? — спрашивает она. Лекса переводит взгляд на озеро. На всем пути была проложенная тропа с очень укромными участками, которые дали бы им некую уединенность. Повернувшись к Кларк, она улыбается. — Было бы неплохо. Они спускаются к озеру, изредка задевая друг друга плечами. Комфортное молчание наступает между ними, пока они не спеша идут. Когда они заходят за поворот и дом практически исчезает из виду, Кларк сразу же берет Лексу за руку. — Ты не против? — нервно спрашивает она. Боже, ей казалось, что она снова в старшей школе. Лекса улавливает тон Кларк, поэтому ободряюще улыбается ей, прежде чем слегка сжать ее руку. — Нет, это идеально. Все нервы Кларк в один момент умывают. Проходит еще минута тихой прогулки, и Кларк прочищает горло: — Итак, мы вроде как знаем друг друга, но в то же время не… — На самом деле, я многое о тебе знаю. Твоя мама бесчисленное количество раз о тебе говорит. — О боже, — стонет Кларк. — Наверное, о том, как я сделала неправильный карьерный шаг, без сомнения выбрав «Врачей без границ». Лекса качает головой, улыбаясь. — Нет. Она говорит о том, как гордится тобой. Всякий раз, когда тебя упоминали в статье или в новостях, твоя мама всегда поднимала эту тему, — она замолкает и тихо посмеивается. — Хотя, должна признаться, я никогда особо не обращала на это внимания. Нужно было сосредоточиться на безопасности твоей мамы. Кларк задыхается, чтобы изобразить обиду, но смеется. — Понятно. Когда ты только начала работать в службе безопасности моей мамы, она просто бредила тобой. Сказала, что ты именно та, кого она ищет. Лекса слегка краснеет. Кларк на мгновение останавливает их и без предупреждения входит в пространство Лексы, целуя ее. Ее руки немедленно перемещаются к лицу Лексы, и та притягивает ее ближе за талию. Когда Кларк отрывается от губ девушки, она просто улыбается. — За что? — шепчет Лекса, все еще потрясенная тем фактом, что она знает, каково это — целовать Кларк. Блондинка снова берет Лексу за руку и тянет их. — За то, что защищала мою маму. — Это моя ра… — И да, я знаю, что это твоя работа, — смеется Кларк. — Просто позволь мне поблагодарить тебя. Приятно знать, что она в надежных руках. Лекса на мгновение замолкает. — Не за что, — улыбается она. — Итак… — Кларк делает паузу, — если бы ты не была агентом, что бы ты делала? — Что? — отозвалась Лекса, немного сбитая с толку случайный вопрос. — Я пытаюсь узнать тебя получше? — с улыбкой предлагает Кларк. — О, — нервно посмеивается Лекса. — Извини, я просто… я просто давно этим не занималась, — она слегка поднимает руки. — Ты милая, так что я могу пропустить это мимо ушей, — дразнит Кларк. Без предупреждения Лекса притягивает ее так, что они снова прижимаются друг к другу. Их руки мгновенно обхватывают друг друга, и сердце Кларк неудержимо начинает лупить по ребрам. — Я не милая, — пытается возразить Лекса самым серьезным тоном. Кларк кивает, наклоняясь вперед для еще одного поцелуя. — Ты, — поцелуй, — невероятно милая, — еще один поцелуй. — Не волнуйся, это будет нашим маленьким секретом. Лекса фыркает от удовольствия. Они возобновляют ходьбу, взявшись за руки. — Иметь собственный бар всегда было запасным планом, если быть агентом не получится, — говорит она. — Мне нравится идея создания пространства, которое может вместить сотню разных историй за одну ночь. Люди ходят в бары, чтобы отдохнуть от работы, отпраздновать, потусоваться, забыться… К тому же всегда есть такая тяга — быть самому себе боссом. — А еще ты неплохо смешиваешь напитки, — усмехается Кларк. — Как ты стала этим заниматься? — Работала в барах до колледжа. Просто я так делала, когда мне было скучно, — пожимает плечами Лекса. — А что насчет тебя? Если бы ты не была врачом, что бы ты делала? Кларк на мгновение задумывается. — Думаю, я бы занималась искусством. Хотя моей маме, вероятно, было бы трудно принять это. — Мне бы очень хотелось как-нибудь взглянуть на твое искусство, — улыбается Лекса, покосившись на рядом идущую девушку. Сердце Кларк пропускает еще один удар. — А я с удовольствием тебе покажу его, — улыбается она в ответ. Они продолжают гулять, рассказывая друг другу обо всем, начиная от студенческих историй и кончая любимым временем года. Это казалось слишком нормальным, как будто они были просто двумя людьми в начинающихся отношениях, пытающимися узнать друг друга. В этот момент не существовало ни бремя дочери президента, ни даже бремя агента. Держась за руки, они смеялись и улыбались, будто у них было все время в мире. Прогулка по озеру длилась около получаса, и им обеим было немного грустно, что она закончилась. Это был их последний день в домике у озера, а у них до сих пор не было возможности поговорить. Когда они приближаются к дому, Лекса устанавливает между ними небольшое расстояние, собираясь встать немного позади Кларк. Кларк оборачивается и улыбается. Она слышит своих друзей на кухне, поэтому не может еще раз поцеловать Лексу. — Спасибо за прогулку. — Не за что, — улыбается Лекса. — Итак, сегодня мы возвращаемся в Вашингтон… нам, наверное, стоит поговорить… У Лексы перехватывает дыхание, но она изо всех сил пытается это скрыть. — Стоит, — медленно кивает. — Завтрак готов! — кричит Рейвен из окна кухни, привлекая внимание девушки. Лекса идет к дому, Кларк следует за ней по пятам. — Давай сначала позавтракаем, а потом поговорим, когда у нас будет свободная минутка. — Хорошо, — улыбается Кларк. Завтрак проходит гладко, и группа обсуждает, как пройдет остаток дня. Ничего не планировалось, так как все уезжали в разное время. Лекса сидит снаружи, подальше от группы друзей во время завтрака. Не в силах ничего переварить в данный момент, она ковыряется в еде. И это замечает Анья. — Ты будешь есть или будешь мучать еду? Лекса качает головой и проталкивает тарелку вперед. Кларк сказала, что хочет поговорить, и казалось, что кранты вот-вот наступят. Хотя у них было несколько хороших дней, они скоро вернутся в Вашингтон, и Лекса понятия не имела, где они сейчас с Кларк находятся. — Я видела, как вы с Кларк гуляли по озеру сегодня утром, — говорит Анья. Лекса хмыкает в ответ. — Поэтому ты такая тихая сегодня утром? Лекса поднимает глаза от чашки кофе. — Она хочет поговорить. — Это не должно быть для тебя сюрпризом, ты должна была знать, что это произойдет. Лекса кивает, уронив голову на руки. — А что если это была ошибка? Не слишком ли далеко мы зашли? — шепчет она. — Это похоже на ошибку? — Нет. — Тогда вот тебе и ответ, — Анья делает глоток кофе, прежде чем продолжить: — Перестань предполагать это и просто подожди, пока не поговоришь с ней, ладно? Лекса снова просто кивает. *** Кларк наблюдала, как Лекса и Анья завтракают снаружи. Хотя Лекса была повернута к ней спиной, она видела, что ее агент слегка оглядывается. Обычно Лекса сидела прямо и уверенно, но сегодня ее плечи были сгорблены, а голова спрятана в ладонях. Кларк не могла не чувствовать, что это ее вина. Они прекрасно провели утро вместе, но в тот момент, когда она сказала, что им нужно поговорить, атмосфера между ними изменилась. После завтрака группа прощается с Зоей и Харпер. Незадолго до полудня уезжают также и Джаспер с Уэллсом. К двум часам дня, оставшиеся друзья укладывают все свои сумки в соответствующие машины. Большую часть дня они потратили на то, чтобы убедиться, что все в доме на своих местах и ничего не осталось. Кларк попыталась улучить момент с Лексой, чтобы они смогли поговорить. Но у них это даже не получается, потому что Кларк почти сразу же отзывают ее друзья. — Ничего страшного, — успокаивает Лекса. — Кто знает, когда вы снова будете вместе. Проведи с ними остаток времени. Кларк вздыхает, потому что она часами готовилась к разговору. Но Лекса права: пройдет время, прежде чем вся группа вновь соберется вместе. — Уверена? Лекса кивает. — Мы найдем время, обещаю. *** Выйдя из дома у озера около трех часов дня, они возвращаются в Белый дом около семи вечера, учитывая ужасное движение в городе. Рейвен и Октавия немедленно уходят в свою комнату, будучи более измотанными самой поездкой на машине. Бросив сумки в своей комнате, Кларк направилась в Овальный кабинет, где, как ей сказали, ждет ее мама. Агенты следуют за ней, также услышав, что Эбби тоже хочет их видеть. Когда они добираются до офиса, Анья трижды стучит. — Войдите! Анья открывает дверь, позволяя Кларк войти первой. Когда Эбби поднимает глаза от бумаг, она тут же встает и обнимает дочь. — Привет, как прошли выходные? — спросила она, возвращаясь за стол. Кларк садится перед ней и улыбается. — Это было здорово. — Никаких проблем не возникло? — спрашивает Эбби, глядя на Анью и Лексу. Кларк поворачивается к своим агентам, слегка улыбаясь Лексе. — Нет, мадам, — отвечает Анья. Лекса встречает взгляд Кларк, но выражение ее лица остается нейтральным. Эбби внимательно наблюдала за ней и знала, что лучше не давать женщине никаких признаков того, что в доме у озера что-то произошло. Лекса кивком подтверждает ответ Аньи. — Никаких сюрпризов, мэм. Кларк повернулась на стуле. Она знала, что Лекса должна оставаться профессионалом, особенно в этот момент, но не могла не чувствовать себя обиженной. Обидно, потому что это была их история. Лекса была агентом, а она дочерью президента. Это была работа Лексы, ее карьера, все, ради чего она работала — предположительно — со времен колледжа. Она все глубже погружалась в свои мысли, пока мама задавала агентам еще ряды вопросов. Ее сердце забилось быстрее, почти до такой степени, что ее начало тошнить. Внутри у нее все сжалось, что говорило ей о том, что она знала, что должна делать. Она пыталась урезонить себя, бороться со всем, что ей говорил ее разум, но это была безнадёжная борьба. Эбби замечает, что Кларк ужасно притихла. — Милая, ты в порядке? Выглядишь немного бледной. Лекса тут же делает маленький шаг вперед, но Анья тянет ее назад, прежде чем это заметит Эбби. Но Эбби заметила. Автоматизм Лексы начал вызывать подозрения у нее. Она также заметила пристальные взгляды, которые Лекса бросала на Кларк во время разговора. Однако она снова сосредотачивается на дочери. — Ты уже ужинала? Кларк кивает. — Да, я пожалуй, пойду отдохну. Поездка на машине была весьма утомительной. — Хорошо, — кивает Эбби и переводит взгляд на Анью и Лексу, — Убедитесь, что Кларк доберется до своей комнаты. — Да, мэм, — отвечают они разом. — Спокойной ночи, мам, — улыбается Кларк, вставая. — Спокойной ночи, дорогая, — Эбби смотрит на Анью. — Агент Карсон, найдите мне Эхо и пришлите ее ко мне. — Да, мадам. Когда они покидают Овальный кабинет, Анья разделяется и идет на поиски Эхо. Лекса следует за Кларк обратно в спальню блондинки. Между ними лишь тишина, они слишком боятся говорить в стенах Белого дома. Когда они добираются до комнаты, Лекса собирается быстро кивнуть на прощание перед уходом, но Кларк слегка дергает ее за пиджак. Кларк поднимает голову и смотрит вдоль коридора, чтобы убедиться, что никого нет. — Отвези меня куда-нибудь, — шепчет она. — Куда? — Куда угодно, — выдыхает Кларк. — Просто, чтобы мы смогли поговорить. Лекса секунду осматривает Кларк и кивает. — Отдохни немного, а через час встретимся в гараже, хорошо? Кларк кивает. — Хорошо, тогда до встречи. — До встречи. *** — При всем уважении, госпожа президент… — Это не обсуждается, — возражает Эбби. — Просто сделай то, о чем я попросила. — Да, мадам. *** Около часа Лекса ждет Кларк в гараже. Она сказала Анье, что они собираются отъехать, и ее напарница согласилась прикрыть ее на время. Лекса чертовски нервничала — мягко сказано. В течение последнего часа она изо всех сил старалась, чтобы от одной мысли о предстоящем разговоре с Кларк, не стало плохо. Кларк. Кларк, которая значила для Лексы гораздо больше, чем она могла себе представить. Не прошло и трех недель, как шатенка была готова рискнуть всем, чтобы попытать счастья с дочерью президента. На этот раз все было правильно. Это не значит, что ее отношения с Костией не были правильными, но, когда они были вместе, девушки всегда находили способ работать друг над другом. Хотя они и любили друг друга, этого было недостаточно. Они обе заслуживали лучшего. Кларк появляется в поле зрения как раз вовремя. Она подходит к внедорожнику, и Лекса понимает, что что-то не так. Кларк не была собой. Ее шаги были небольшими, ноги волочились по полу, как будто она не хотела идти. Ее плечи опущены, а глаза слегка покраснели и припухли — явные признаки того, что она плакала. — Я сказала маме, что собираюсь прокатиться, чтобы проветрить мозги, — говорит она со слабой улыбкой. — Спасибо, — Лекса едва справляется. Хотя она была рада, что ей не придется лгать Эбби, если дело дойдет до этого, вид такой Кларк — было единственное, о чем она сейчас думала. Внутри все сжимается, и она ненавидит это. Дверь на заднее пассажирское сиденье уже была открыта, но Кларк слегка покачала головой. — Можно мне сесть спереди? — спрашивает она. Лекса снова кивает, это не было против правил. Она закрывает заднюю дверь и идет открывать переднюю. Как только Кларк устраивается, она закрывает дверь и направляется к водительскому сиденью. Они едут в тишине, Лекса так вцепляется в руль, что побелеют костяшки пальцев. И снова между ними возникла напряженность. Лекса улавливает, как бьется сердце в груди, и не удивилась бы, если Кларк его тоже услышала. Остановившись у светофора, шатенка ослабляет хватку на руле, позволяя одной руке упасть на колени. Кларк делает то, что хотела сделать с тех пор, как села в машину. Протянув руку, она берет руку Лексы в свою, переплетая их пальцы. — Так нормально? — шепчет она и слегка улыбается. И вот так напряжение между ними падает. Лекса подносит руку Кларк к губам, и целует ее, прежде чем кивнуть. Загорается зеленый свет, и она продолжает движение. Лекса везет Кларк в одно из самых любимых мест в мире — смотровую площадку примерно в сорока пяти минутах езды от Белого дома. Хотя днем вид был бы лучше, они держали туда путь не для этого. К счастью, когда они прибывают на смотровую площадку, там никого нет. Время от времени мимо проезжают машины, но время уже далеко за полночь, так что Лекса не слишком беспокоится о том, что ее увидят. Выйдя из машины, Кларк подходит прямо к краю и просто восхищается открывшимся перед ней ночным городом. — Как красиво, — шепчет девушка. Достав телефон, она делает несколько фотографий. Она хочет отсрочить разговор как можно дольше, но боль в сердце только разрастается. Лекса прислоняется к передней части внедорожника, не сводя глаз с Гриффин. — Не могу не согласиться с тобой. Кларк убирает телефон обратно в карман и медленно поворачивается к Лексе. Она вздыхает и, подойдя к шатенке, оставляет между ними небольшое пространство, слегка приподнимаясь, чтобы их носы соприкасались. Она хочет снова почувствовать губы Лексы на своих, но с грузом разговора, которое нависает над ними, она не думает, что это было бы правильно. Лекса обеими руками обхватывает лицо Кларк. Она ничего не говорит, а просто наклоняется и нежно целует блондинку в лоб. Задерживается на мгновение, пока Гриффин не накрывает ладонями руки Лексы. Мгновение спустя шатенка притягивает Кларк в объятия, будто это был последний раз. Потому что так оно и было. Потому что она поняла. Лекса поняла. Это стало ясно в тот момент, когда она увидела Кларк в гараже. То, как она держалась, молчание и непоколебимая печаль в глазах, Вудс поняла, что Кларк уже приняла решение. Но самое печальное было то, что Лекса также решила, что будет бороться за их отношения. Но последнее, что она хотела сделать, — это заставить Кларк чувствовать, что ей нужно бороться только потому, что она должна. Возможно, она ошибалась, полагая, что Кларк чувствовала то же самое. Кларк зарывается в объятия Лексы, позволяя тихим рыданиям слететь с губ. Она чувствует, как на глаза наворачиваются слезы, у нее трещит голова и сердце. Она хочет остаться в этом моменте навсегда, в ее объятиях, где они могли бы быть просто собой. Но они не могут. Они не могут быть просто собой, не сейчас. Оторвавшись от своего агента, она делает несколько шагов назад, вытирая щеки. Она собирается что-то сказать, но Лекса опережает ее. — То есть, ты решила, да? — Лекса, — вздыхает Кларк. — Тогда скажи, что я ошибаюсь. Кларк глубоко вздыхает, но молчит. Лекса тяжело вздыхает. Она мотает головой и отворачивается от Кларк. — Я не могу быть причиной того, что ты потеряешь работу. Если бы люди узнали о нас до того, как мы… до того, как мы были готовы рассказать людям, это разрушило бы твою карьеру, — Кларк делает паузу, надеясь, что Лекса обернется, но шатенка продолжает смотреть в сторону. — Мы не можем рисковать. — Мы? — усмехается Лекса. Она снова поворачивается к Кларк: — Это ты так решила. Разве это не должно быть моим решением, поскольку это моя работа? — Мы не можем этого сделать, — неубедительно шепчет Кларк. — Тогда что это было? — Лекса указывает между ними. — Просто развлечение, на время пока ты здесь? Эти слова глубоко задели Кларк, потому что шатенка сильно ошибалась. Она делает небольшой шаг вперед. — Ты же знаешь, что это неправда, — Кларк наблюдает за Лексой, чтобы разглядеть, не вызвал ли этот шаг ей какой-либо дискомфорт, и лишь поэтому она делает еще пару шагов к ней. Лекса не отрывает взгляда от земли, но ощущает, как Кларк подходит ближе, и обнаруживает, что не может пошевелиться. Она чувствует, как та хватает ее за руку, перемещая ее так, чтобы она оказалась прямо над сердцем блондинки. Лекса инстинктивно закрывает глаза, сосредотачиваясь на том, как быстро бьется сердце под ладонью. Кларк сильнее прижимает руку Лексы к груди и тоже закрывает глаза. Эти отношения были больше, чем просто развлечением. Кларк чувствовала, как стремительно влюбляется в своего агента. — Чувствуешь? Ты — причина, по которой я это испытываю. Так что нет, это было не просто «развлечением» для меня, — она медленно убирает руку Лексы со своей груди и пытается переплести их пальцы, но та отдергивает руку и делает шаг назад. Плечи Кларк опускаются, и из-за боли в сердце она не может остановить слезы. — Это было не просто развлечением, — повторяет Кларк. — Все, что произошло на горе Везер, было реальным, то, что я чувствую к тебе — реально, — она смотрит прямо в зеленые глаза перед собой. — То место только укрепило мои чувства к тебе. Но думать о том, что мы могли бы так жить — было бы фантазией. И мы… мы не можем этого сделать. — Никто не говорит, что мы должны. — Было бы наивно думать, что это будет легко. — Конечно, это будет нелегко. Но что? Ты просто сбежишь, когда все может стать трудным? — Нет, — почти кричит Кларк. — Но на карту поставлено слишком много, если все пойдет не так… — А если ничего не случится? — вмешивается Лекса. — Мы не можем этого знать. — Но рисковать никогда никто не запрещал, — возражает Лекса. — Откуда это взялось? Это то, что было у тебя на уме со вчерашнего дня? Кларк кивнула. — Я разговаривала с Аньей, и она… — О, так ты можешь говорить с Аньей о нас, а со мной нет? — возмущается Лекса. — Все совсем не так. — Тогда, пожалуйста, объясни мне, на что это похоже. Кларк вздыхает. Она не знала, как пойдет разговор, но все, определенно, было не так. — Я не стану причиной того, что твоя жизнь превратится в руины. — Я не понимаю, почему ты так на это смотришь, — Лекса делает паузу, делая несколько глубоких вдохов. — Последние несколько дней были… более чем запоминающимися. Я взрослая женщина и могу сама о себе позаботиться, — Кларк остается на месте, поэтому Лекса продолжает. Она усмехается: — Знаешь, что хуже всего? Я впустила тебя, хотя знала, что не должна была. Я впустила тебя, потому что, считай меня долбанутой, но я думала, что ты чувствуешь ко мне то же самое, что и я к тебе. — Ты не долбанутая, — шепчет Кларк. — По-видимому, это так, — выкладывает Лекса, щипля себя за переносицу, незаметно покачав головой. Подойдя к машине, она открывает заднюю пассажирскую дверцу. — Нам пора возвращаться. — Лекса… — О чем ты еще хочешь поговорить? Безусловно, ты уже приняла решение. Кларк бредëт к машине, а Лекса отступает, чтобы дать ей немного пространства. Прежде чем усесться внутрь, она поворачивается к шатенке. — Хочешь сказать, что билась бы за нас? Лекса не отвечает, вместо этого кладет руку на дверцу машины, побуждая Кларк сесть. Они едут обратно, и напряжение между ними чувствовалось хуже, чем когда-то было раньше. Даже с опущенными окнами воздух стоял плотный, а тишина до боли оглушала. Лекса изо всех сил старается не обращать внимания на тихие рыдания с заднего сиденья. Когда они останавливаются на светофоре, она достает из бардачка пачку бумажных салфеток, и повернувшись к Кларк, протягивает их ей, не говоря ни слова. Кларк берет салфетки, тихо бормоча «спасибо». Когда они подъезжают к гаражу, Кларк только и хочет пойти в свою комнату. Она не хочет рисковать, лишь потому, что может развалиться прямо здесь и сейчас. Она уже собиралась закрыть дверцу машины, когда услышала, как Лекса прочищает горло. Ее агент не обернулся, просто смотрела прямо перед собой. — Я бы боролась, — сдавленно шепчет Лекса, сохраняя стоическое выражение лица. — Я бы боролась за нас. Если бы сердца могли разбиваться в физическом смысле, Кларк была бы уверена, что это произошло именно с ней.