Плюс-минус один

Когда ты регулярно спасаешь мир от ожесточённых непризнанных гениев и инопланетных интервентов, забываешь, что за железной бронёй и невероятной ловкостью скрывается обычное человеческое тело, которое само может стать мишенью для удачной атаки. Тони быстро замечает: красный нос, припухшие глаза с полопавшимися мелкими капиллярами и бесконечная перегонка соплей — Старк замечает, но не сразу понимает, что Питер заболел. Ручка крутится между пальцев, пока Тони вспоминает, что Питер всего-то подросток, не принимавший даже анаболики для увеличения массы, а потому быстро набирает номер своего лечащего врача. Питер продолжает быть героем даже в домашней футболке и с красным опухшим носом; он с энтузиазмом утопающего вступает в спор с Тони и отказывается от осмотра ровно до тех пор, пока не начинает смачно и безудержно чихать, и после этого аргументов в пользу того, что он здоров, не остаётся. После осмотра и назначения лечения Питер уходит к себе в комнату, а Тони передаёт рецепты на лекарства Хэппи. Питер не смотрит телевизор, не слушает музыку и не тестирует веб-шутеры с регулярным грохотом опрокинутых чашек и учебников, и целый этаж башни будто вымирает. Даже Джарвис не комментирует ситуацию. Тони словно бы случайно за час трижды проходит мимо комнаты Питера, которая находится в отдалении от кухни, гостиной и лифта — потенциальных источников шума, и из-за прикрытой двери долго слушает тяжёлое шумное дыхание. Хэппи приезжает самое большее через полчаса с небольшим пакетом, из которого разит химической дрянью и сладковатой солодкой. Старк помнит, из каких передряг выбирался Питер, сколько раз он был на волосок от смерти, и по сравнению с этим диагностированная ОРВИ кажется просто смешной, но Тони упрямо стоит над душой и смотрит, как Питер глотает пригоршню цветных капсул и таблеток, как вздрагивает кадык, когда лекарства проходят по пищеводу, и как Питер устало откидывается на подушки, почти сразу же проваливаясь в беспокойную дрёму. Тони выходит, не прикрывая скрипучую дверь. Лучшей планировочной идеей для кухни на протяжении многих лет остаётся бутылка выдержанного виски в холодильнике, и Тони неспешно пьёт за просмотром веб-страниц лучших клиник штата: традиционная и не очень медицина, физиолечение и иглоукалывание, даже курение каких-то лечебных травяных смесей, якобы оказывающих благоприятный эффект на дыхательные пути, — половина информации кажется недостоверной, остальная часть откровенно бредовой, и Старк блокирует экран смартфона, когда на дне стакана остаются лишь кубики льда. Из изобилия фруктов, овощей и готовой еды прямиком из ресторанов высшего уровня глаз удивительным образом выхватывает упитанную голую тушку курицы, от стыда спрятавшуюся на нижней полке. Из открытой дверцы струится мороз, но Тони чувствует далёкое, почти забытое за ненадобностью тёплое воспоминание, где на собственных плечах лежит колючий плед, а сидящая напротив мама кормит вкусным супом, изображая из ложки самолётик. Старк задаётся вопросом, был ли Питер достаточно взрослым, чтобы запомнить нечто подобное о своих родителях, когда их не стало. — Мистер Старк, пожалуйста, закройте дверцу холодильника: температура внутри него критически снижена. Тони реагирует не сразу. — Я уж думал, ты от Питера заразился и голос потерял, — отзывается Тони и тут же решительно добавляет: — Включай плиту. — Если вы голодны, сэр, я могу заказать еду из ресторана. — Даже ресторан с четырьмя звёздами Мишлен не способен приготовить то, что собираюсь сделать я.

***

Когда Тони покидает кухню с подносом в руках спустя несколько часов, она напоминает миниатюрную копию Нью-Йорка после нападения Читаури. Ложка на деревянном подносе глухо брякает, когда Старк вваливает в комнату Питера, неловко толкнув дверь плечом, несколько капель вылетают из фарфоровой супницы. Питер устало, словно нехотя, открывает глаза, разбуженный шумом, и первые секунды смотрит в неведомое четвёртое измерение, хотя Тони стоит прямо перед его носом. Ну или это тактика избегания: я не вижу — меня не видят, лишь бы оставили в покое и дали поспать, пока болезнь не перешла в стадию разгара. — Мистер Старк? — наконец-то отзывается Питер и приподнимается на локте; припухшие веки закрывают глаза, когда Джарвис по команде зажигает приглушённый свет в комнате. — Что-то случилось? И чем так пахнет? Питер морщит нос и маленькими порциями тянет воздух. Тони неловко переминается с ноги на ногу и склоняет голову над подносом: то, что плавает в супнице, выглядит откровенно не очень — это со свойственной себе самокритикой честно признаёт Старк, разглядывая неуклюже нарезанные, кривые кубики картошки и подгоревший лук; куски курицы решили спрятаться от позора и залегли на дно. Запах же казался вполне сносным. — Это суп? — неуверенно спрашивает Питер, и Тони садится на край кровати, пока Паркер выпутывается из одеял, чтобы наконец сесть. — Шесть куриных тушек пали смертью храбрых в моих попытках приготовить не тошнотворный суп, — объясняет Тони, устойчиво устраивая поднос на коленях Питера. Ещё немного бульона выливается из чашки от неаккуратного движения подрагивающей рукой. — Теперь меня будет бояться и цыплячий род. — Вы сами для меня суп готовили? — Джарвис был слишком ленив, чтобы заказывать доставку. — Вы врёте, сэр. — Джарвис, звук. Питер бросает на Тони внимательный взгляд и без дальнейших расспросов берёт ложку. Коричнево-золотистый лук, плавающий на поверхности супа, колыхается. Питер медленно перемешивает разваренную, развалившуюся картошку, вылавливает кусок курицы и, зачерпнув порцию, отправляет ложку в рот. Тони задерживает дыхание и надеется, что не придётся отправлять Хэппи снова в аптеку — на этот раз за энтеросорбентами, — но Питер пережёвывает раз, зачерпывает ещё полную ложку, а потом ещё и ещё. — Я плохо помню родителей, но Мэй всегда готовила мне бульон, когда я болел, — внезапно говорит Питер, остановив движение руки с ложкой у самого рта. На короткое мгновение он словно погружается в воспоминания: губы одновременно подрагивают и пытаются показать улыбку, взгляд затуманивается, — и всё проходит так же быстро, как началось, когда он поднимает ясные глаза на Тони. — Я бы без вас не справился. Спасибо. У Питера блестящий, воспалённый и подёрнутый влажной пеленой белок, и Тони будто забирает часть этой затаённой боли взглядом, потому что глаза предательски начинает жечь и щипать. — Знаешь, а я бы без тебя тоже. Тони подхватывает поднос, даёт Джарвису команду выключить свет и выходит из комнаты, не прикрывая скрипучую дверь.