Холодная Межмультиковая Война

      Что ж, в прошлой части я говорил, что вождь деревни Шару-има позвал на помощь все ближайшие племена. На помощь пришли, но это были всего два племя, встретившиеся друг с другом по пути, а именно: поселения Ибу-Ирам и Билол-Амин, было также третье по имени Экрем-Бас-Оч, но оно сильно опаздывало, и вот, что случилось, когда они шли на помощь.       Фарих Ардем, вождь этого племени, предпочёл идти по дороге, а не через заросли, чтобы сократить время. Но по пути они встретились с отрядом муравьёв, который Шер прислал на помощь крепости. Этот отряд возвращался обратно и собирался укрепиться в ближайшем лагере, чтобы нанести контрудар. Отряды не встретились когда отряд муравьёв шёл к крепости, так как дорога имеет развилку: одна дорога ведёт к крепости Цеффелина, а вторая к деревне Экрем-Бас-Оч; куминцы, логично, шли со стороный второй дороги, а отряд муравьёв — со стороны первой. На этой развилке они и встретились.       Муравьи заметили врагов первыми, командир скомандовал сделать марш-бросок к врагам, а все танки врубили газ на полную и направились давить врагов. Экремовцы также их заметили, но заметив танки, хоть и лёгкие, сильно расхотели идти в бой. Некоторые солдаты развернулись и побежали назад, в то время как кто-то сквозь страх и риск кинулся к муравьям. Солдаты и танки открыли огонь по раскрашенным фиолетовые цвета куминцам и стали закидывать их гранатами. Племя ещё сильнее расхотело сражаться, и уже большая часть полка убегала в страхе умереть. Менее чем половина войск добежала до муравьёв и начала сражение. Но сразу через пару секунд они, теряя с каждой секундой всё больше войск, потеряли мораль и надежду на победу, а после пустились в бега. Они надеялись, что отряд их оставит, но нет. Толпа муравьёв, оголив штык-ножи, бросилась вдогонку за племенем, параллельно крича: «Für den Kaiser!». Большинство племенных воинов догнали и затыкали до смерти, других застрелили, кого-то взорвали, кому-то досталось от танков, кто-то смог убежать. Фарих Ардем достал из-за спины белый флаг и стал молить о пощаде. — Пазалюстя, не убивати миня и маё люди!       Командир отряда спрыгнул с танка, подошёл к вождю и сказал: — Арестуйте его.       Два офицера подошли к Фариху, связали ему руки и увели. Сдавшихся также арестовали. Далее отряд продолжил отступать к ближайшему лагерю, подвергнув пленников пыткам и допросам.       Битва на том перекрёстке была, как выразился генерал Шер, «избиением младенца». Среди Лесной Империи менее десяти человек получили ранения. Племя Экрем-Бас-Оч потеряло почти двести воинов, только одна пятая часть смогла вернуться домой.       Тем временем Крош, несколько вождей и их остатки войск отправились в деревню Шару-има, чтобы отпраздновать независимость племени. На улице их приветствовали, как героев. Пир был крупный: куча традиционных куминских блюд, алкоголь, музыка; в это же время смешарских солдат обслуживали молодые кумиснкие проститутки, иногда — не по своей воле, а по приказанию родителей, в качестве благодарности. Вожди пошли писать конституцию для нового независимого государства Шару-има, а Крош лёг спать. Во сне Крош видел Битву за крепость Цеффелина, но в отличие от реальности, он находился в самом сердце битвы, рубя противников направо и налево своей шашкой.       На следующий день, утром 19 июля, армия двинулась далее, но уже не через заросли, а по дороге. Пройдя около мили, разведчики обнаружили лагерь противника. Крош стал раздумывать: стоит ли брать лагерь или обойти его? Но долго решать не пришлось: навстречу смешарцам бросились пехота и техника. Крош планировал быстро бросить врагов в бегство и убежать с поля битвы, так что кролик скомандовал: — Держать позиции, откройте огонь, как только они станут досягаемы!       Но держать позиции было сложновато, ведь по смешарикам выстрелила передвижная гаубица. Многие ослушались приказа и отбежали, но некоторые из солдат всё равно получили увечья. На расстоянии ста метров началась перестрелка между солдатами. Танки также начали палить по врагам снарядами, снося их кучами. Несмотря на гигантский численный перевес, Крош не захотел рисковать своими солдатами. Но отступать было сложно, стоять дальше тоже. Кролику нужна была боевая мощь, а именно танки, чтобы хоть немного, но противостоять врагам. Проблема была в том, что танковые части находились в самых тылах армии — расположили их Крош там, чтобы не рисковать потерять их. — В наступление! — приказал царь.       Отряд направился к танкам Лесной империи, что привело к ужасным последствиям: смешариков толпами взрывали и давили боевые машины. Но всё несколько танков удалось уничтожить взрывчаткой. Из-за холма наступали новые толпы муравьёв. И что же делать? Отступать, конечно же! А валдерам не нравится отпускать добычу: они продолжали преследовать врагов, и продолжали наносить им незначительные. Но произошло чудо: у танков заканчивалось топливо, они развернули свои башни и поехали задом к лагерю. Это дало возможность смешарикам отступить без серьёзных проблем.       Тем временем Шер был недоволен тем, что он не успел ещё разгромить Ми-ми-мишечьи Штаты, так бац — и крепость Цеффелина уже вражеская, а куминцы начинают задумываться о независимости. Через своих людей генерал снизил обязательный призывной возраст с восемнадцати до шестнадцати и с шестнадцати до четырнадцати для добровольцев. СМИ. Рейхспрезидент по приказу Шера объявил военное положение; до прихода к власти партии Шера рейхспрезидент ещё мог влиять на что-то, но теперь это просто марионетка императора, делающая то, что он скажет. Шер сообщил о сходке своих союзников в парламенте для решения дальнейших действий. Четвёрка собралась в Рейхстаге, среди них уже знакомые вам лица: Шер, Кот-Старший, Барбоскин и королева Маша. — Господа, проблема такая: смешарики потеряли страх. Было бы неплохо, если бы вы объявили им войну. — Какая ещё война? Мы ещё с ми-ми-мишками не управились, а ты предлагаешь ещё с этими круглешками на ножках разбираться? — возразил Кот-Старший. — Я имею в виду, для видимости того, что воевать придётся не только со мной. — У Котоляндии и Пёсляндии нет границ с Смешариками, но у меня же есть, — высказалась королева Маша, — пожалей моих подданных хотя бы. — Ничего, я об этом позабочусь. К вам придёт нормальное вооружение; у моей Империи лучшая военная техника и экипировка в регионе, если не в мире! Вот увидите: ваши войска станут великими быстрее, чем вы успеете в туалет сходить.       Шер встал со стула и направился в сторону кухни. — А как же все договоры? — Перед этим стоит подкрепиться.       Полы и стенки кухни блестели от эмали, тонким слоем покрывающим отполированную тёмную кору ивы. Капа со спокойствием на лице мыла посуду. С приходом Шера на лице возникли ноты печали. — Долг зовёт, Капочка. Без меня на фронте совсем бардак, — генерал качал головой. — Уж извини, иначе поступить не могу. — А куда же мне деваться? Лунтик в лагере, ты на войне. Так и от маразма в одиночестве недолго умереть. — Такова уж служба. Я вот что обсудить хотел: если я умру, на кого страну-то оставить? Лунтик совсем зелёный, а Флава вообще чёрт знает где, да и знать не хочу, что с ним, — Шер говорил о своём родном сыне Флавие, покинувшем Вальдбург, столицу Лесной империи, ещё несколько лет назад, напрочь рассорившись с отцом. — А есть вариант сложить твои обязанности на Шнюка, пока Лунтик не подрастёт? — Не-не-не! Шнюк, без сомнения, командир отменный, да вот только… не то чтобы он псих, но слишком опасен. Доверить такому человеку слишком много власти — обречь как своих, так и чужих граждан на долгие мучения. Я вижу только одного достойного наследника, и ты знаешь, о ком я. Но с таким мировоззрением, как у него, государство точно сгниёт. — Береги себя, дорогой. Постарайся хотя бы прожить столько, чтобы воспитать Лунтика как правителя. Хоть он мне не родной, но я всегда буду любить его, даже больше своих детей, — Капа вытерла своё морщинистое, но светлое лицо платком, — Мне кажется, когда он сядет на трон, в нашей стране наконец наступит затишье. Все его ждали уже столько лет.       С мнением жены Шер не был согласен, но спорить не стал, а вместо этого попросил приготовить что-нибудь на обед и вернулся к собеседованию с союзными правителями.       После прошлой битвы у солдат Смешарского царства появился уклад: не попадаться на глаза врагам ни в коем случае. Так они блуждали по местности и наткнулись на небольшой городок. Это было карликовое государство, называемое Демократической Фиксиканской Республикой, хотя раньше, до обнаружения уникального вида существ, этот город назывался Владимировск. Предыстория у этого места не лучшая: Лесная империя аннексировала город, а фиксиков после их обнаружения подвергли жестоким научным опытам. Отдавал приказы и следил за чётким исполнением опытов генерал-майор паук Шнюк — правая рука Шера, тогда ещё не ушедшая в отставку. Главным лицом, проводящим эксперименты, стал дождевой червь Корней Корнеевич, виднейший учёный Империи; против всех этих экспериментов выступал другой знаменитый учёный, но уже владимировский, профессор Гений Евгеньевич Чудаков. Ни деньги, ни его предложение работать на валдеров не смогли убедить Шнюка прекратить эксперименты над маленькими друзьями Чудакова. С тех пор население фиксиков сильно сократилось.       Крош сообщил о прекращении доминирования Рейха и объявил независимость Фиксиканской Республики. Народ заликовал. Крош пообещал владимировскому народу провести выборы в ближайшее время, а на данный момент в качестве временного правительства он посадил на пост мэра и, соответственно, президента профессора Чудакова, ведь, пообщавшись с этим человеком, он понял, что во вражде к валдерам он мог его поддержать, как никто другой. Фиксиканская Республика стала новым членом Анти-Имперской коалиции. Крош остался в городе, чтобы помочь разрешить проблемы с созданием нового государства и помочь профессору написать конституцию. Армия же воссоединилась с ополчением в городской казарме. Это ополчение планировало начать протесты, бунт, восстание или даже гражданскую войну, чтобы добиться независимости города, и к ним пришла поддержка и единомышленники.       Пока Крош вместе с профессором писал конституцию, по рации с ним связался один из солдат. — На нас напали! — после этих слов были слышны только звуки выстрелов.       Связь прервалась. Через несколько секунд рация опять заговорила: — Ваше Величество, говорит генерал Александр! На нас напали! Моих и ваших солдат окружили в казармах, что прикажете делать?! — Я в городе. Солдаты тоже — Тогда я возьму командование на себя. Вы даёте согласие? — Да, да! Продержись, скоро мы подойдём.       По телефону с Крошем говорил командующий полка Владимировского ополчения Александр, с которым смешарский царь самолично разговаривал. Часть армии Кроша вместе с владимировскими ополченцами были окружены со всех сторон, вёлся обстрел здания из крупнокалиберных пулемётов. Под мощным обстрелом ломались стёкла, предметы, даже стены, а самое главное — ломались там находящиеся. Из-за этого приходилось передвигаться ползком. Обстрел прекратился, и командующий полком Лесной империи, уже знакомый нам полковник Даниэль, сказал в мегафон: — Господа агрессоры, вы окружены, это во-первых, во-вторых, вы находитесь под мушкой сотен орудий. Мы милостиво предлагаем вам сдаться без боя, и никто из вас не будет тронут, или же по вам откроет огонь артиллерийский расчёт. Даётся пять минут на размышление, по истечении времени вы будете уничтожены, если примете неверное решение.       Армии были под угрозой полного уничтожения, но сдаваться без боя было недопустимо. Под командованием Александра армии забрали всё самое нужное с собой, заняли позиции с танками и бронетехникой. Когда всё для осуществления плана было готово, командир скомандовал: — В бой!       Танки вырвались из ангаров и понеслись разносить врагов, а армии рванулись к врагам за танками. К сожалению, некоторые танки были сходу уничтожены, но некоторые успели вступить в бой. Армия Александра стала использовать подбитые танки как укрытия. Пока танки были работоспособны, они разносили технику, пехоту и оказавшуюся в неудачно близкой позиции артиллерию. Насчёт артиллерии: не повезло тем, кто остался в здании, ведь по ним запустили залпы из десятков орудий, и казармы разваливались, словно яичная скорлупка. Тем временем перестрелка становилась всё напряжённее и напряжённее. Анти-Имперская коалиция несла огромные потери, но и валдеры не отставали и также теряли множество муравьёв. Солдаты Александра изо всех сил пыталась сделать разрыв в ряду врагов, чтобы выбежать из окружения. Для этого они направили основной удар на одну точку, которая, по их мнению, была слабым звеном, тем более солдаты в этом месте были прижаты спиной к гражданским объектам. Валдеры храбро сражались, но напор вражеских сил сломил их, и позиции в этом месте. Силы Анти-Имперской коалиции попытались расширить этот пролом в рядах, и у них получилось. Часть армии попыталась прорваться через дыру, и это тоже удалось, хоть их треть и умерла в попытке прорыва.       Полк муравьёв разделился на две части: западную изо всех сил удерживал фланг Освободительной армии — так себя называли солдаты Анти-Имперской коалиции не из Смешарского царства, — а восточную начал окружать корпус смешариков. Да, армии всё ещё надо было сражаться на два фронта, но зато один фронт уже определил победителя. Почему? Постепенно в воздухе стал слышен гул — это прибыла смешарская авиация. На валдеров свалилось множество снарядов, крупнокалиберных пуль и бомб. Потеряв связь с первым флангом и будучи подвержены авиаобстрелу, восточная часть валдерских войск была окружена с трёх сторон, и четвёртую, свободную сторону они использовали, чтобы отступить. Видя это, западная часть войск попыталась прорваться к ним на помощь, и эта попытка заключалась в массовой штыковой атаке. Попытка удалась за счёт ограниченности боевого пространства, и западная часть Освободительной армии вступила в ближний бой с муравьями, где они сильно уступали противникам: у солдат фюрера есть штык-ножи и холодное оружие, у освободительных солдат были приклады, которые они стали ломать в попытках убить врагов. Восточный фланг смешариков полностью выгнал муравьёв с боя и рванул на помощь восточным товарищам. Подкрепление от Кроша никак не появлялось, окончательно добить валдеров у Александра не получалось, а и так немногочисленных солдат было жалко. При этом Даниэль нёс ещё более ощутимые потери, при том что подкреплением в виде самолётов похвастаться не мог. Вскоре оба военачальника одновременно скомандовали: — Отступаем!       Обе армии развернулись. Перед тем как улететь на дозаправку, самолёты Кроша всё нанесли финальный удар. Как не трудно догадаться, по итоги на поле битвы осталось лежать больше муравьёв, чем смешариков или владимировцев.