Воробей птица гордая, смотри не подавись

      Змей (Олег)       Я пропустил пацанов в клуб. Когда мимо проходил «друг» Воробья, то меня знакомо передернуло.       «Вампир?» — промелькнула мысль.       Пригляделся. Малец цеплялся за Воробья, ни на секунду не выпуская его руку и стараясь к нему прижаться. Я повел носом, принюхиваясь. Немного сосредоточился и начал более внимательно «смотреть» внутренним зрением. Перед глазами поплыли красные всполохи. Аура мальчишки четко говорила о том, что он вампир. Пацан повернул ко мне голову и оскалился, при этом накрывая Воробья своим фоном, как бы глуша его. А вот это очень интересно… очень.       Сам клуб «Лилит» был экзотическим. Тут присутствовало смешение стилей и красок. Все стены черно-белые, а потолок как звездное небо. Если в помещении темно, то создавалось впечатление, что ты находишься на орбите. Пол был с подсветкой, какой-то умелец решил, что аквариум под ногами — это круто. Помимо танцпола, барной стойки, постамента диджея и пилона для стриптиза, в клубе были ложи. Это закрытые кабинки для VIP-персон, хотя чтоб сюда попасть, надо быть той самой VIP-персоной.       Ребята поначалу растерялись и уставились себе под ноги. А там плыла акула, неспешно так и плавно, что хотелось подпрыгнуть и ухватиться за светильник. Парни ахнули и отступили на шаг. Я, не сдержавшись, рассмеялся, а потом ухватил обоих за руки и потащил в ложу. Они пытались вырваться, но кто им позволит-то?       Я швырнул «друга» в дальний угол кожаного дивана, а Воробья усадил рядом с собой. Обнял его за плечи и, наклонившись к уху, спросил:       — Инфу принес?       Воробей вздрогнул, утвердительно кивнув головой.       — Где она? — легонько покусывая его ушко, спросил я.       Парень похлопал по карману своих узких штанов. Я, смотря в глаза «другу», начал откровенно лапать Воробья. Оба мелких подпрыгнули на месте и возмущенно зашипели. Я улыбнулся. Какие нервные, однако.       — Сидеть! — приказал «другу», а потом я еще сильнее прижал к себе Воробья и зашептал: — Ты не забыл, что у нас свидание? Думал, если притащишь с собой любовника, так я отстану? Так даже интереснее. Смотри, он ревнует.       Я поймал пальцами его подбородок и впился поцелуем в губы. Мы-ы-ы… как сладко! Меня накрыла волна удовольствия. Один поцелуй, и я пьян от передоза энергии. Почему? Удивленно посмотрел в затуманенные глаза Воробья и опять начал его целовать. Прикусил его нижнюю губу и протолкнул свой язык в жаркий рот. Мне ответили. Рука Воробья взметнулась и зарылась мне в волосы, а потом безжалостно дернула за них. Я ойкнул и оторвался от него.       — Ты, мать твою, чего делаешь?! — в гневе крикнул я.       — Это ты чего творишь, змей-переросток? Какого хера полез ко мне?       — Захотел и полез, — сказал как отрезал.       — Так и я захотел, — сказал Воробей и двинул кулаком мне в челюсть.       Пока я ловил звездочки, он перелез к своему пацаненку. Бля! У мелкого-то удар поставлен.       — Ладно, ладно… Зовут вас как?       Пацанва ушла в ахуй. Какие удивленные лица. Я что, спросил, где НЛО живет?       Похлопав глазами, они представились:       — Дима.       — Владлен.       Оба, как близнецы, нахмурившись, подозрительно на меня уставились. Их моськи позабавили, ну прям как на футболке Воробья — котята.       — Что пить будете или еще маленькие? — спросил их.       Ха-ха! Опять насупились мелкие. Переглянулись и решили меня обломать.       — Мне водки, а Диме… — Влад повернулся к своему любовнику.       — И мне.       Упрямые, паршивцы. Я щелкнул пальцами, и как из воздуха появился официант.       — Моим гостям «Горячий поцелуй», мне «Красавицу».       Официант испарился, а я протянул руку к Владу. Он, скривившись, вопросительно приподнял бровь.       — Инфу.       — Бабло.       Я вытащил зеленые и помахал ими. Воробей нырнул в свои штаны и достал флешку. Обменялись. Я поймал его за руки и опять перетащил к себе, но уже на колени.       — Продолжим наше свидание, — целуя его в шею, сказал я.       Дима весь напрягся и внимательно следил за нами. Влад начал млеть в моих руках, понемногу расслабляясь. Если бы не официант с нашим заказом, то я бы его разложил прямо тут на столе.       — Ваш заказ, два «Горячих поцелуя» и «Красавица», а это вам от четвертой ложи, — учтиво сказал официант и положил передо мной букетик черных роз.       Стоило мне только глянуть на подарок, как я подорвался.       — Оба! Сидеть и не рыпаться, я сейчас приду. Сука! Какого он тут делает?! — сказал зло и бросился в четвертую ложу.       Я залетел в ложу и остановился напротив этого ублюдка. Николай Лемешев. Вампир, любитель острых ощущений, кнута и боли. Красивый в своей смертельной красоте. Светлые коротко стриженные волосы, правильные черты лица, яркие зеленые глаза, тонкие губы, которые так обманчиво улыбались.       — Сука! Что. Ты. Тут. Делаешь? — зашипел я.       — И тебе здравствуй, милый. Давно не виделись, — насмешливо ответил Николай.       Он обнимал двух парнишек, которые вздрагивали от его прикосновений. Ребята смотрели на меня затуманенными глазами и прижимались к этому… Сука!       — Вали отсюда. Тут не твоя территория.       — Я пришел в гости, — он сузил глаза, — к тебе.       — Пошел на хуй!       — Милый, нехорошо.       Николай жестом отпустил парней. Они встали и направились к выходу. Как только они зашли мне за спину, эта сука подала знак, и меня толкнули на стол, заломили руки, и с двух сторон я поймал удары по ребрам.       Больно! Я сцепил зубы. Меня разложили на столе.       — Милый, я скучал, — шепот на ухо и удар в печень.       Я дернулся, пытаясь прикрыться, но руки крепко держали. Николай навалился сверху и начал лапать. Руки холодные, ледяные пальцы скользнули по коже и нырнули к паху. Я зашипел.       — Тихо, что тут у нас? О, какой сюрприз, на тебе нет белья. Я рад.       — Сука, убери руки! — задергался я.       Сильный удар, и я опять сжался. Во рту появился привкус крови.       — Ты забыл, что я скучал по тебе? — зашептал вампир и начал задирать на мне футболку.       Я запаниковал. Он меня покалечит! Сука, жрать больше некого?!       Задрав футболку, Николай начал наносить удары по спине. Те сыпались один за другим.       Последнее, что запомнил, это берцовый ботинок, который просвистел перед моим лицом.       Воробей (Владлен)       В тот момент, когда оказался в помещении, я слегка как-то прихерел. Не ожидал такого. Особенно потряс пол. Инстинктивно хотелось куда-нибудь заныкаться от тех, кто был наделен таким оскалом, как акулы. Пересилив себя, глянул на вцепившегося мне в руку Диму. Ему рыбки тоже не понравились, но больше всего ему не нравился Змей. Вот чем хотите поклянусь — его взгляд рубил просто. Но этому удаву-переростку все похер, идет и лыбится так, что даже у меня челюсти судорогой сводит. Стоило подойти к столику, как я оказался сидящим рядом с этим кожаным ремешком и меня тут же усиленно стали лапать и требовать инфу. Какая инфа? Из головы последняя мысль вылетела, когда он начал меня целовать. Перед глазами поплыло, я сначала потянулся к нему, а потом вдруг осознал, что делаю. Быстрое движение, и я сжимаю в кулаке его волосы и сильно дергаю за них.       — Ты, мать твою, чего делаешь?! — гаркнул Змей, поморщившись.       — Это ты чего творишь, змей-переросток?! Какого хера полез ко мне? — ответил я в том же тоне.       — Захотел и полез, — почти выплюнул мой заказчик.       — Так и я захотел!       «Ах ты сука! Захотел, значит?! Ну, я тебе сейчас хотелку-то поубавлю!»       Хороший получился удар, точный. Змей сидит, глазами моргает и явно поверить не может, что ему прилетело от такой мелочи, как я. Ну так я маленькая бойцовская птичка экзотического вида — воробей песцовой породы с редким именем мандец. Пока Змей изображал филина посреди сцены в свете прожекторов, я ломанулся к Димке. Тот тут же вцепился в меня и постарался как можно крепче прижаться.       И только я хотел его успокоить, как выпал в осадок от следующего вопроса Змея:       — Ладно, ладно… Зовут вас как?       «Ох ты ж, твою мать, меня только что целовали, лапали, мысленно на столе разложили, также мысленно отымели и, сука, даже имени не спросили. Ахренеть!»       От этих мыслей мне реально мозг переклинило и программа зависла, выдав кукиш, перейдя в автономный режим. И я произнес свое имя. Дима рядом со мной был словно ощетинившийся дикобраз. И по-моему, мне передалось его настроение. Поэтому когда Змей спросил про выпивку, я дерзко заказал водку, и малыш сделал тот же заказ. Честно говоря, не люблю спиртное. Оно туманит голову, а я люблю думать и действовать хладнокровно и расчетливо. У меня всегда разработан план, в соответствии с которым я действую. Но рядом с этим парнем у меня все выходит не так, как задумывалось изначально.       — Инфу, — протянул Змей ко мне руку.       — Бабло, — с этим у меня строго.       Змеюка помахал передо мной бабками, а я выудил флешку (еле достал, в который уже раз проклиная узкие штаны). Протянул ему и тут же был пойман. Не успел удивиться, как оказался сидящим на его коленях. Он явно плевал на Диму тогда в первый раз, а сейчас второй раз. Губы у этой суки горячие и отнимающие последние мысли. Даже не понял, когда стал растекаться в лужицу от его действий.       Спас меня официант. Он, поставив заказ на стол, вручил Змею какой-то похоронный веник. Как его перекосило с этого подарка! Вылетел пулей и понесся куда-то.       Я перевел дух и снова пересел к Диме. Он уставился на меня горящими глазами и с диким рыком принялся целовать в губы. И откуда в нем такая сила взялась? Прижал к спинке, оседлал и стал тереться всем телом, целуя и вылизывая шею, касаясь везде руками. И тут до меня дошло. Он целовал и касался там, где это делал Змей, словно хотел стереть с моего тела его прикосновения и пометить. Что-то мне эта мысль не понравилась, я с трудом отстранил от себя сопротивляющегося Диму и посмотрел в затуманенные глаза.       — Ты мой, — как-то фанатично прошептал он, — не хочу, чтобы он касался тебя. Ты пахнешь им. Мне это не нравится. Хочу, чтобы пах мной…       Дима снова потянулся ко мне. Я поймал его и не дал продолжить.       — Дима, ты что творишь? Успокойся. Мне он не нужен. Я не рад его приставаниям. Почему ты так себя ведешь?       — Он хочет забрать мое. Не дам.       — А меня ты спросить не хочешь? Узнать, чего мне надо? Сейчас хочется реально вас обоих послать.       Дима, отстранившись, слез с меня и сел рядом. Насупившись, потянулся к своему напитку. Впрочем, пить я ему не дал. Выхватил из рук стакан и преспокойно вылил в горшок с каким-то буйным растением. Свой отправил туда же. Не хрен всякую гадость пить.       — Мне вот интересно, это что за могильный букетик?       — Не знаю.       Вот по глазам вижу, что врет. Но в сущности, мне-то что? Пофиг. Я расслабленно откинулся на спинку и стал следить за Димой. Ждал, когда с него обида сойдет. И тут почувствовал это. Сначала сдавило виски и заныли зубы, словно я что холодное съел. Потом боль перешла на ноги, как будто кости кто-то выкручивал. Следом боль резанула по ребрам так, что я зашипел.       «Да что за хуйня такая?»       Не знаю, откуда пришла эта мысль, но понял — боль не моя, чужая. Меня что-то зверски потянуло в сторону другой закрытой ложи. Я всегда был любопытным. Поэтому встал и двинулся туда.       — Влад, не надо, не ходи! — как-то испуганно закричал мне вслед Дима. — Стой, Влад! Не надо!       Теперь мне стало еще интереснее. Слишком взволнованным был голос моего мальчика.       Я открыл дверь и вылупил глаза. Двое держали Змея, а какая-то белобрысая тварь методично наносила удары по ребрам и, ласково так при этом улыбаясь, сверкала голодным глазами. Блондин наклонился к Змею, снова ударил и что-то сказал. Я видел, как кровь тонкой ниточкой потекла по подбородку и закапала бурыми каплями на отполированный до зеркальности стол.       «Да что это за... Какого этот мудила издевается над моим Змеем?! Да, бля, только я могу шваркнуть эту змею-переростка и сдать на пошивку женской сумочки!»       Кабинет был хорошим, просторным. Три мрази были как-то уж очень сильно увлечены, а я был тих, как сапер на минном поле ночью и без фонарика. Одно легкое движение телом, и нога, сделав дугу, хорошо впечаталась в морду блондинистому смертнику. Тот отлетел к дверям и тихо лег кучкой. Я посмотрел на того, кто стоял справа от Змея, и хищно улыбнулся, почуяв добычу. Тот даже вздрогнул, но с места не сдвинулся. А зря. Я прощать не умею. Мои движения были быстрыми и юркими. Когда все твои противники сильнее и крупнее тебя, надо учиться быть быстрым и вертким. Когда разделался с этим, увидел второго уже лежащим на полу. Рядом с ним стоял Дима.       — Что это с ним?       — Спать лег, — уверил меня Димка и втихаря затолкал осколки бутылки под диван.       — Ну и хорошо. Сон — дело полезное и во всех смыслах нужное.       Я посмотрел на Змея, зачем-то протянул руку и стер кровь с подбородка и губы.       — Это кто? — махнул головой на начавшего приходить в себя блондина.       «Вот зря очнулся. И не жалко ему мордой о мою обувь биться? Но коль ему в радость, то кто я такой, чтобы что-то запрещать ему?»       — Ну и кто эта мразь? Во-о-он та, с отпечатком моего ботинка на холеной морде?