Самая лучшая ошибка

— Хей, малышка, ты чего? Совсем поникла под конец, - капитан Некомы легонько погладил пальцем щеку Изуми, при этом улыбаясь мягко и с некоторым беспокойством глядя на неё. Пустой и холодный взгляд девушки, пробирающий до дрожи, говорил о том, что что-то действительно случилось. И, кажется, он догадывается, что именно. — Да брось, ты ведь уже не маленькая, чтобы расстраиваться из-за таких мелочей, - ободряюще проговорил брюнет. — Это ведь в прошлом, да и к тому он за границей, разве нет? - неуверенно задал вопрос. Абэ подняла на друга взгляд карих глаз, в которых промелькнули эмоции, тут же исчезнувшие обратно, когда её взор остановился на красных отметинах на его шее. Что-то значит да было. Вот только Изуми уже почему-то не чувствовала той колющей боли, как прежде. Тут скорее была обида и раздражение. Странно. Что же в ней такого изменилось, что это стало казаться мелочью? Чувства остыли? Этого быть не может. Абэ сразу же откидывает этот вариант и сваливает на усталость. Хотя она может слишком привыкла ко всему этому, что просто ничего не чувствует. Возможно, но не точно. — Изуми-чан? - обеспокоенно позвал её Куроо. Тихий и мягкий голос друга вывел девушку из прострации, и она вновь обратила внимание на него. Её взгляд также остался пустым, не выражающим абсолютно ничего. Тетсуро стало как-то не по себе. Такое состояние у неё бывает только после разговора с отцом, но она ведь не видела его несколько месяцев, так почему именно сейчас? Куроо мучал этот вопрос. — Я просто устала, - томно вздохнула, покачивая головой. — Не бери в голову, - чуть оттолкнула брюнета от себя. Это было очень странно. Так не похоже на неё. Обычно Изуми всегда делилась своими переживаниями и проблемами, а тут просто взяла и ушла от ответа. С ней явно что-то не то. Но, что именно, Куроо знать не знал. Абэ впервые молчит так и не рассказывает ему о своих переживаниях. Теперь парень не на шутку взволновался состоянием подруги детства, которая была ему почти что младшей сестрой. — Изуми, ты сама не своя, что произошло? - перехватил её руку и со всей серьёзностью заглянул ей в глаза. — Я же сказала, что бы ты не брал в голову, - отдёрнула руку и поспешила уйти подальше.       «Да что же тут такое творится?» - мысленно спросил Куроо. Шатенка отошла покинула территорию спортзала; всё равно тренировки уже закончились, поэтому ей необязательно там находиться. Изуми чувствует себя неважно. От одной мысли, что отец вернулся, и ей в любом случае придётся столкнуться с ним дома, раздражает, бесит и выводит её из себя, заставляя чувствовать себя не очень хорошо. — Не хочу возвращаться домой, - тяжело вздохнула, прислонившись к стене. — Это ещё почему? - поблизости раздался голос Мии. Абэ подняла на него уставший взгляд. — Просто не хочу и всё, - спокойно ответила она, опустив голову вниз. — Оставь меня одну, пожалуйста, - устало попросила, тяжело вздохнув. А разве Атсуму послушает её? Конечно, нет. Он привык делать всё по-своему, и этот раз не стал исключением. Он мгновенно оказался непозволительно близко к Изуми и возвышался над ней сверху, расположив руки по обе стороны стены, тем самым закрывая все пути отступления. Однако Изуми это, кажется, особо не волновало, о чём говорил её спокойный и невозмутимый вид. — Почему ты просто не можешь рассказать мне? Неужели я совсем ничего для тебя не значу? Голос Мии был спокойным, без никаких лишних чувств и эмоций. Он так умело скрывал всё внутри себя, что даже и не скажешь, что внутри него бушует целый спектр эмоций. Изуми это представляла, однако ничего не могла поделать с собой. Настроение было уже испорчено, а перед глазами проплывали воспоминания о детстве. Хотя, каком детстве? Его у неё не было, лишь боль и страдания, унижения и обида, которые дал отец. Никакой родительской любви, никакого тепла, лишь строгость. — Прости, пока я не могу тебе рассказать, - спокойно уткнулась носом в его грудь. — Дай мне время, просто время, пожалуйста, - тяжело вздохнула. Этого хватило, чтобы Атсуму всё понял. Ему остаётся лишь ждать того момента, когда Абэ сможет рассказать о себе всё, без утайки, когда она сможет довериться ему. Да, Мия просто ждёт этого дня с нетерпением.       Это впервые, когда он ощущает подобные чувства и желания. Возможно, Атсуму впервые влюбился в кого-то настолько сильно. Парень вплотную приблизился к кареглазой и заключил её в крепкие объятия, утыкаясь носом в девичью шею.       «Приятный цветочный запах...»

***

Неизвестно сколько они так простояли в объятиях друг друга, но можно сказать, что приличное такое время. Атсуму просто не желал выпускать Изуми из объятий. Ему было комфортно и приятно стоять вот так и чувствовать тепло, нежный ненавязчивый запах девушки, что нравится ему. Абэ же в свою очередь просто продолжала молча стоять. Даже не возражала, что было крайне странно, ведь обычно она что-то возмущённо говорила и была недотрогой. А сейчас шатенка казалась беззащитной маленькой девочкой, которая обижена на весь мир. Мия хотел спрятать её ото всех. Изуми, простояв так ещё немного, легонько толкнула парня от себя и заглянула в его карие глаза, в которых читалось недоумение и грусть от того, что пришлось всё же выйти из зоны комфорта. Девушка ничего не сказала, лишь слабо улыбнулась и ушла, оставив волейболиста стоять на месте. — Тсуму, - послышался спокойный голос брата, — нужно прибраться в зале. Сеттер молча кивнул и прошёл в спортзал. Остальные уже вовсю убирались. Взгляд Мии старшего остановился на тёмной макушке, Куроо Тетсуро, капитане Некомы и, по совместительству, другу детства Абэ. Атсуму молча подошёл к нему. Брюнет, конечно, удивился, но решил подождать того, что скажет связующий Инаризаки. — Ты случаем не знаешь, почему Изуми внезапно так поникла? - спокойно спросил блондин. — Сам в не в курсе, даже мне не сказала, какашка мелкая, - тяжело вздохнул Тетсуро, почесав затылок. — Досадно всё это, но мне кажется, что всё дело в её отце. Конечно, я точно не могу этого сказать, - поднял на блондина янтарные глаза. — А ты, я вижу, сильно влюбился в нашего менеджера, - растянулся в улыбке. — Но, знаешь, это было самой большой твоей ошибкой в жизни. Её характер и поведение оставляют желать лу... — Мне плевать на то, что ты скажешь дальше, однако не говори, что она — ошибка. Даже если это и так, то я могу сказать, что Изуми — самая лучшая ошибка в моей жизни, - сказал холодно и с нескрываемым недовольством. Верно, Атсуму всё равно на то, что Изуми не с самым хорошим характером и поведением, но она хотя бы-то не врёт, не лицемерит, говорит всё прямо. Будь она тихой, спокойной девушкой, то возможно была бы слишком скучной. Всё же мы влюбляемся в тех, кто не идеален. Идеальные — скучные, ничем неинтересные.       «Что ж, вижу ты нашла того самого, Изуми-чан», - мысленно улыбнулся Тетсуро, вернувшись к уборке зала.

***

«Не отвечать: Я вернулся в Токио. Надеюсь, ты пересмотрела своё поведение и исправила ошибки. — 15:34 Если же нет, то могу смело предположить, что ты больше не являешься моей дочерью. — 15:35 И домой можешь даже не возвращаться. Мне будет глубоко всё равно, где ты будешь жить и питаться. — 15:37 Яблоко от яблони всё же недалеко падает. Ты стоишь своего брата. — 15:37 До сих пор игнорируешь меня? Смелый ход. — 15:39 Слышал, что ты поехала в сборную в качестве спортивного критика. — 15:40 Наверняка являешься там обузой для всех. Всё же ты никогда не станешь такой, как я. А ведь жаль, в тебе было столько потенциала, а ты всё угробила. — 15:41 Я разочарован в тебе. Ты меня понял, да? — 15:45 Как по-детски поставить меня в игнор. — 15:58» Изуми откинула телефон в сторону и тяжело вздохнула. Она уже устала от этого всего. Домой возвращаться совсем не было желания. Там отец, который будет читать нотации и пытаться вправить мозги. Всё равно он не выгонит её, ведь тогда потеряет ту, что унаследовала его талант. Какое расточительство. И всё же Абэ не горит желание хоть как-то пересекаться с ним.       «Жизнь крайне жестока...»