Goodwill

Тогда. Порт Анджелес — Сиэтл, штат Вашингтон. В день отъезда домой, Рей проснулась раньше и будильника и Соло, почти что на полчаса. Включив ночник, девушка сделала утреннюю разминку и ещё раз проверила свой рюкзак на предмет нахождения там всех необходимых ей вещей и документов. Сходив в туалет и почистив зубы она вернулась в комнату и застелила постель. Переодевшись из пижамы в джинсы и свитшот, она побрела на кухню. На духовке, в делении для времени, моргали алые 5:26 утра. Рей зевнула и принялась готовить себе кофе. Засыпав в фильтр молотые зёрна и наполнив резервуар для воды она задумчиво постукивала ногтями по столешнице и думала о том, что совсем скоро увидит Тома и деда. Она не сообщила семье о своём прилёте. Ключи от дома у неё были с собой, а расписание занятий и тренировок брата, Рей посмотрела в интернете: Том будет сегодня дома уже после обеда. Он не особо любил шляться по городу без дела, хотя недавно брат сказал, что в университете обзавёлся парочкой приятелей, и, кажется, одним из них, была девушка. В любом случае, за ужином они все уже точно смогут увидеться. После вчерашнего вечера она чувствовала себя…нормально. Голова не трещала; мышцы, особенно, рук и шеи, после тренировки с Беном болели не больше обычного. Пара синяков почти прошла. Приняв вечером душ с максимально горячей водой, она успела бесшумно пореветь, а потом смыла и стёрла с себя все воспоминания об этом вечере, оставив, пожалуй, одно: как Бен держал её за своей широкой спиной и защищал от дальнобойщиков. Наверное, что–то похожее чувствовала Кайдел, когда ещё на первом курсе, после бейсбольного матча, где подруга случайно облила капитана команды противника своим санитайзером, за неё вышел заступаться самый крутой из третьекурсников–Филипп Картер. В тот день она впервые в жизни позавидовала Кайдел. Даже отсела от неё на следующий день во время первой лекции. Но злиться на подругу было глупо. Рей поняла это спустя пару дней. И вот теперь, у неё тоже было похожее воспоминание. Жаль, никто об этом не узнает. Но самое главное–оно есть у неё. И она не будет с ним расставаться. По крайней мере, сейчас. Капельная кофеварка наконец приготовила ей чашку американо и Рей вышла в гостиную, где включила плазму. Прогноз погоды известил, что снега, что она так ждала, к её большому сожалению, не предвиделось, но так было даже лучше: они быстрее доедут до Сиэтла. Поставив свой телефон на зарядку, она прислушалась к звукам из комнаты Соло. Никаких намёков на то, что он проснулся, так и не было. Рей взглянула на часы и решительным шагом направилась к его двери. Постучав чуть громче обычного, она не услышала ни его голоса, ни характерного утреннего шороха, которые бы хоть как–то известили её о его пробуждении. Постучав ещё раз и не встретив никакой реакции, она психанула и толкнула ручку двери. Свет из коридора, который несмело проникал в комнату, дал ей увидеть Бена, лежащего на кровати и закутавшегося пледом из гостиной. На нём были лишь джинсы и наручные часы. Рей включила торшер в его спальне, надеясь, что Соло среагирует на свет, но этого не произошло. Пройдя чуть дальше, она заметила на его правом предплечье, неукрытым пледом, несколько гематом. Кажется, это её рук дело. На днях она здорово приложила его о косяк двери во время тренировки по самозащите. Свои увечья она ненавидела. Даже пыталась замазать тональником. Но Бену они, отчего–то, очень шли. Или просто она за последние сутки слишком его идеализирует? Девушка подошла к изголовью кровати и тихо окликнула его. Ответа не последовало. Должно быть, он опять всю ночь не спал и провалился в сон лишь под утро. В один из дней они уже говорили об этом. Девушка бросила взгляд на тумбу, где нашла его блокнот и карандаш. Скорее всего, он действительно неважно спал эту ночь. Осторожно толкнув его по бедру, она перевела взгляд на его лицо. Соло зажмурился и прочистил горло: — Ещё пять минут. Рей скрестила на груди руки. — Уже почти половина седьмого, — выдохнула она. — Мы должны выезжать через полчаса. Бен потёр глаза и затем проморгавшись, посмотрел на неё. — Мы всё успеем. Ты ведь уже сварила нам кофе? Рей зашлась кашлем, намекая мужчине на неуместность вопроса. — Себе–да. Тебе–нет. Ты слишком долго валялся здесь. — Злючка, — в уголках его губ дрогнула улыбка. — Теперь тебе точно ничего не светит, — Рей вышла из его комнаты не закрыв дверь. Через несколько секунд она с удовольствием услышала, как Бен застонал от звука заставки утреннего блока новостей и начал подниматься с кровати. — Говорят, дорога по всему штату сегодня отличная, без гололедицы. Думаю, если поедем миль 75 по фривэю, есть шанс добраться до аэропорта избежав пробок в обеденный перерыв, — Рей залезла с ногами на стул и не отрываясь смотрела, как Бен, выйдя из ванной, идёт варить себе кофе и натягивает на своё мускулистое жилистое тело футболку. Она невольно чуть подалась вперёд, но Соло не заметил этого. Он выглядел немного забавно этим утром. Заспанные глаза и его непривычно медленные действия заставили Рей улыбнуться: до этого дня ей не удалось застать его врасплох за чем-то подобным. Рутинным. Почти всегда он уже ждал её в гостиной и желал доброго утра или приезжал из города с продуктами для завтрака. Бен наконец натянул футболку и несколько его чернильных прядей взъерошились. — Посмотрим. Не стоит верить дикторам, — мужчина локтем захлопнул дверцу холодильника, когда достал ветчину. Рей закатила глаза. — Да хватит тебе видеть во всём подвох. Если хочешь, я поведу. Бен резко повернулся к ней. — Нет. Я буду за рулём. Рей пожала плечами. Его категоричный тон немного её задел. — Как хочешь. Если так боишься за свой пикап, я всё понимаю. Соло налил себе в кружку кофе и сделал пару сэндвичей. — Я просто не хочу, чтобы ты устала уже в самом начале пути. Тебе ещё лететь три часа и добираться от аэропорта домой. Кстати, кто тебя заберёт? — Мужчина постарался вложить в свой тон как только можно больше равнодушия. Рей соорудила из волос низкий пучок. — Я тебя умоляю. Там же курсирует шаттл до метро. Бен изогнул бровь. — Ты поедешь на общественном транспорте? Рей уставилась на него. — И что такого? — Да нет…так, просто, — он присел напротив неё, отпивая из кружки. Он правда не хотел её обидеть. — Я, в отличие от некоторых, отношусь к людям абсолютно нормально, — Рей смерила его чуть прищуренным взглядом. Бен только хмыкнул. — У нас вообще–то ещё осталась машина родителей, — девушка не планировала ему этого говорить, но почему–то уже произнесла это. — Наверное, я попрошу нашего соседа помочь мне заменить резину на зимнюю. Вряд ли её кто-то менял. Бен слегка нахмурился. — Ему можно доверять? Всмысле, — он прочистил горло, — твои родители тоже знали этого человека? — Да, разумеется, — Рей немного удивил его тон. — Он в разводе, но я в детстве играла вместе с его младшим сыном, Эндрю. Не хочу напрягать деда с машиной, да и лишний раз видеть, как он всхлипывает. Мне хватило последнего раза, — её голос чуть дрогнул под конец предложения и Соло опустил свой взгляд. — Ладно, расскажешь потом, как прошло. — Конечно, — Рей встала из-за стола. — Я тогда пойду обуваться, — девушка смахнула из уголков глаз слезинки и направилась к прихожей стиснув зубы. «Ругаешь деда за эмоции, а сама-то?». — Я буду через минуту, — ответил Бен и уставился взглядом в свою кружку.

***

Время в дороге прошло очень быстро несмотря на то, что их немного задержало реверсное движение из-за ремонта дороги близ Секима, на шоссе 101. Рей уговорила Бена дать ей проехать хотя бы половину пути до Сиэтла и они поменялись после того, как миновали пригород Поулсбо. Она не знала точной дороги, поэтому часто сверялась с картой, чем очень порадовала Соло. Он не ожидал, что Рей умеет читать карты и ориентироваться в пространстве. Топографическим кретинизмом, дочь четы Рид, явно не страдала. Она отлично вела пикап, держала дистанцию и не забывала показывать поворотники, когда совершала обгон. Бен, после получаса её езды, даже позволил ей включить музыку. Меняясь обратно перед въездом в город, Рей посмотрела на небо. Они выехали, когда в Порт Анджелесе едва замаячил рассвет и предугадать точную погоду было трудно. Небо было затянуто унылыми серыми тучами и посылало на землю что-то вроде мокрого дождя. Рей поплотнее закуталась в шарф и обошла пикап. В пригороде Сиэтла было непривычно людно. Рей отвыкла от большого скопления людей. Она посмотрела на Бена, но он лишь рассеянно поглаживал подбородок и затуманенным взглядом смотрел на цепочку людей, перебегающих дорогу на светофоре, на котором они остановились. Девушка подумала, что ему, скорее всего, также некомфортно находиться здесь. Она отвернулась от него и посмотрела в противоположную сторону. Снаружи поднялся ветер и кружил опавшие листья и ещё не убранный коммунальными службами мусор. Рей начала нервничать, чуть приосаниваясь и смотря на улицу, выгнув шею. Бен заметил это. — Не переживай. Твой рейс из-за таких пустяков не отменят. Рей сглотнула и кивнула. Она тоже надеялась на это. Когда они благополучно получили талон парковки аэропорта «Сиэтл–Такома», и остановились, Рей начала ощущать слабость в ногах. Она вдруг представила себе, как её родители садились в самолёт, который отправлялся в Иран. Перед глазами с калейдоскопической быстротой возникали строчки из отчёта Дэмерона и девушка почувствовала одновременно и жар и холод и тошноту. Она не заметила, как спрыгнула из пикапа на землю и не слышала, как чёрный «Додж» сигналит ей, а потом Бен подходит к водителю и начинает смотреть на него своим тяжёлым взглядом и просит успокоиться. Оказывается, она вышла на подъездную дорогу сама того не понимая. — Эй, всё в порядке? — Соло выглядел обеспокоенным, когда подбежал к ней. — Да, конечно, просто задумалась, — сипло произнесла Рей. — Точно хорошо себя чувствуешь? Ты очень бледная, — Бен, казалось, вот-вот плюнет на всю осторожность и повезёт её в ближайший медпункт.  — Да, со мной всё нормально, — Рей отогнала все мысли и постаралась уверенной походкой зайти в здание аэропорта. Бен пропустил её перед собой, неотрывно глядя на неё и взяв её рюкзак. В здании аэропорта было людно и гулко. Шум, звуки, голоса и лица вызывали у Рей амбивалентные чувства. Ропот разговоров и редкий смех из каждого уголка терминала время от времени усиливался, пока толпа не понижала голос, как один, будто кто-то поворачивал невидимую ручку громкости на радиоприёмнике, когда раздавались объявления о рейсах или стандартные предупреждения о безопасности. Она быстро получила билет и посадочный талон у стойки регистрации. До посадки ещё оставался целый час. Рей всё думала, когда будет лучше всучить Бену свой подарок, и с каждой проходящей минутой её уверенность таяла на глазах. Сегодня они мало говорили, а после вчерашних назойливых мыслей о Соло, как о мужчине, ей было неловко и даже стыдно смотреть ему в глаза. Бен тоже, казалось, совсем не искал контакта с ней. Он держался от неё на приличном расстоянии и то и дело сверялся с часами и таблицей вылетов. Наконец Рей не выдержала. Её голос прозвучал слегка сердито. — Можешь ехать. Спасибо, что проводил меня, — для неё самой это было чушью собачьей, конечно. Абсолютной. Все два предложения. Она хотела, чтобы он ещё побыл рядом. Но его постоянное поглядывание на часы начало раздражать. Соло непонимающе моргнул. — Я не уеду отсюда, пока не удостоверюсь, что ты не села в самолёт. Рей опустила взгляд. Слышать подобное было приятно. Только она не могла понять его мотив. Точнее, хотела верить, что помимо его перманентного недоверия ко всем и всему, есть что-то ещё. Более личное и душевное. Вчерашний случай заставил её немного иначе взглянуть на Соло. — Хочешь что-нибудь съесть или выпить? — Бен немного понизил голос. — Нет, спасибо, ничего не хочется, — Рей немного удивилась предложению и спешно убрала волосы за уши и облизнула губы. Они провели в неловком молчании ещё примерно полчаса. Наконец, рейс на Вашингтон поднялся на первую строчку табло. — Я, наверное, пойду, — нерешительно отозвалась Рей, теребя в кармане парки ленту на свёртке, который предназначался Бену. — Конечно. Счастливого полёта. Не забудь поменять на автомобиле Марка резину на зимнюю, — Бен протянул ей рюкзак. Его лицо было почти непроницаемо. Только меж бровей залегла складка. Она не могла понять, что он чувствует. Возможно, облегчение. Оттого, что останется один. Она ведь могла его достать за такое количество времени. Отдать ему подарок духу у неё так и не хватило. Бен же просто решил заменить все стандартные чувства провожающего человека логистикой. — Спасибо. «Трусиха!» Девушка повернулась и ненавидя себя и стиснув зубы, зашагала к пункту досмотра.

***

Этот перелёт она перенесла гораздо лучше того, что случился с ней в августе, хотя переживаний меньше не стало. Но в этот раз девушка не отказалась от предложенного ланча и даже пролистала журналы и посмотрела фильм. Увидев здание аэропорта «Даллес» после посадки, она наконец выдохнула с облегчением. В толпе зала прилётов, она протискивалась к выходу. Ей почти удалось выйти на улицу, где начинал свой курс шаттл до первой станции городского метро. — Рей! Она стремительно повернулась и увидела По Дэмерона. Решив не создавать пробку на выходе, девушка отошла в сторону. — Агент Дэмерон, сэр? — Ну, как прошёл твой перелёт? — По скрестил на груди руки и заглядывал ей в глаза. Рей хотела соврать ему, что она лишь встречала подругу, но поспешно вспомнила о яркой бирке на рюкзаке, что указывала на ручную кладь авиакомпании и решила ответить честно: — Всё отлично, только я очень устала, — Рей хотелось поскорее избавиться от его компании. Местонахождение федерала здесь было очень подозрительным. — Что-то случилось? — Нет, нет, что ты. Просто твой брат сказал, что ты сегодня прилетаешь. У него сейчас занятия, а я вот решил приехать и забрать тебя. Рей прищурилась. — Сэр, никто из моей семьи не в курсе, что я здесь. И я полагаю, вам это известно. Что вам нужно от меня? — она нахмурилась. По закусил губу. — Почти получилось, — он улыбнулся ей и сунул руки в карманы куртки. — Прости, Рей. Просто, — По понизил голос и чуть отвёл Рей в сторону. — Могу начистоту? Тебя долго не было видно. — У меня были важные дела вне Вашингтона, — отчеканила девушка. — Не сомневаюсь, Рей, — По нетерпеливо потёр руки. — Просто весь наш отдел переживал за тебя. Ты так внезапно уехала. У тебя всё хорошо? — Агент Дэмерон, у меня всё в полном порядке. Извините, но я очень устала и хочу скорее попасть в душ. — Конечно! Я могу подвезти… — Я поеду на шаттле. Спасибо. Счастливого вам Рождества, — шатенка наконец протиснулась сквозь толпу к выходу, и сразу же запрыгнула в только что подошедший автобус. Прислонившись в прохладному стеклу, она прикрыла глаза. Кажется, джет-лаг начинает потихоньку её поглощать. Перелёты с Запада на Восток всегда даются труднее. Вокруг все были так бодры, что это начинало бесить. Она нашла в себе силы натянуть шапку и надеть наушники. Теперь она хотя бы не слышала пустой болтовни. Вашингтон, округ Колумбия, 10 дней спустя. Рей заканчивала последние приготовления к рождественскому ужину, когда Том влетел на кухню с телефоном в руках. — Смотри, мне это только что Макс прислал. У них в Александрии сегодня Санта… — юноша умолк, встречая строгий взгляд старшей сестры. — Прости Рей, чем могу помочь? — Том быстро убрал мобильный в карман брюк. Девушка вздохнула. — Бери вон те три фужера и тащи их и свой зад в столовую. Потом вернёшься за индейкой. И только попробуй её уронить, Томас! Парень секунду молча смотрел на сестру, а затем громко засмеялся. — Рей, ты вылитая ма. Серьёзно. Девушка едва заметно улыбнулась и закрыла лицо руками. — Прости, просто хочу, чтобы всё прошло идеально. Чтобы всё было, как у мамы, — Рей присела за кухонный стол, подпирая щеку рукой. Том взял её за руку. — Эй, всё отлично. Кончай хандрить. Пошли покажешь мне как правильно разложить приборы. А то вдруг я разложу их в форме пентакла (23) и всё, плакало наше Рождество. Она улыбнулась ему, покачав головой. — Какой же ты безбожник, Томми! — Кто бы говорил, — Том скептически изогнул бровь. — Я просто будущий врач, Рей. Только и всего, — брат ухмыльнулся и взяв бокалы для красного вина направился в столовую. В четыре часа дня они уже сидели за столом. Дед разлил Тому и Рей немного вина и поздравив друг друга, они принялись обедать. Рей боялась этого момента. Боялась Рождества, которое они проведут втроём. Но всё оказалось много лучше её самых худших опасений. Дед с Томом много шутили и наконец-то они вволю наговорились. После десерта Рей принесла их семейный альбом и они довольно мужественно просмотрели все фотографии. Шив Палпатин уснул на диване гостиной под конец «Рождественской истории», а Рей направилась на кухню мыть посуду. Всматриваясь в сгущающуюся ночь, она не сразу обратила внимание на экран телефона, что быстро моргнул зелёным светом, а затем потух. Девушка прошла к тумбе и взяв телефон в руку, чуть не выронила его. С неизвестного номера поступило сообщение. Она ожидала увидеть, что угодно, но только не это. Она не могла пошевелиться. Пульс участился. Неужели она так ждала этого? Так ждала этих слов от определённого адресата? Это действительно странно. Разве она когда–нибудь мечтала об этом? Рей взглянула на текст сообщения ещё раз. «с рождеством, салага» Рей не хотела соврать самой себе, поэтому перечитав три слова на небольшом экране ещё раз, улыбнулась в пустоту и начала набирать ответное сообщение. Однако после первой же строчки, стёрла его. Она была уверена, что это был Бен. Только он называл её так. Но он вряд ли обрадуется тому, как легкомысленно она поступает, отправляя сообщение на неизвестный для неё номер. У Соло не было телефона, тем более, мобильного. Узнать её номер для него не составило бы особого труда. Но вот только она не может быть уверена, что это именно он, и этот номер безопасен. Девушка в смешанных чувствах вернулась к сообщению и не отрывая глаз от экрана, смотрела на буквы, пока они не распались на пиксели. Затем, робко улыбнувшись самой себе, она заблокировала телефон.

***

Утро двадцать пятого декабря Рей проспала, но её брат быстро это исправил, влетев к ней в комнату, совсем как в детстве и включив на смартфоне AC/DC на максимальную громкость. Рей очень красноречиво и сквернословно отправила брата как можно дальше, но всё же разлепила глаза и посмотрела в окно. В Вашингтоне наконец-то пошёл снег. Чудеса и правда случаются: вчера она получила сообщение от Бена, (утром она была уверена в этом чуть больше), а сегодня, наконец-то, пошёл снег. Рей спустилась в гостиную, где под пушистой елью её уже ждала горка подарков от Тома, деда и их родственников из Западной Вирджинии. Разрывая яркие обёртки и открывая подарочные коробки она уже не пыталась сдержать слёзы. Том приобнял её и она поцеловала его в лоб, пожелав ему счастливого Рождества. Их дед спустился к ним через несколько минут, и подозвал Рей к себе на диван. В его руках находилась небольшая деревянная коробочка. Когда внучка подсела к нему, он прочистил горло и тепло ей улыбнулся. — Рей, милая, я хочу отдать тебе это, — с этими словами Шив Палпатин открыл замок и выудил из тёмно-вишнёвых бархатных внутренностей коробочки серебряную цепочку с крестиком. Рей, взглянув на неё, поперхнулась. — Ты сняла его сразу после новости о том, что ваша бабушка, Элизабет, умерла, — дед чуть сильнее сжал деревянный ящичек. — Я помню, — Рей откинула со лба волосы. — С тех пор моё мнение не особо изменилось. — Внучка, прошу тебя. Твоя бабушка купила его ещё в день твоего рождения и отдала его твоей матери, чтобы однажды ты надела его и никогда не снимала. — Ты ведь знаешь причину, почему я не ношу его больше, не хуже меня самой, — в глазах у Рей заблестели слёзы. — Нас ведь никто не оберегает, — Рей ткнула указательным пальцем в потолок. — Мы здесь сами за себя! Дед понуро опустил голову. — Не будь так категорична, Рей, — старик попытался погладить её по щеке, но Рей ловко увернулась от его морщинистой ладони и залезла с ногами на диван. — В любом случае, я оставлю его вот здесь, — пожилой мужчина приподнялся с дивана и положил деревянную коробочку под рождественскую ель. — Если ты надумаешь забрать его, я буду очень рад. Твоя бабушка бы тоже хотела этого. Рей, пожалуй, слишком резко кивнула ему и принялась жевать щеку. После полудня она отправилась на встречу с Кайдел Ко Конникс. Подруга обрадовалась появлению Рей в городе и сразу же пригласила её к себе. — Рей, как ты похорошела! Так похудела! Просто нереальная красотка! — подруга без тени смущения разглядывала девушку с открытым ртом прямо на пороге своего дома. Она была облачена лишь в серебристое платье–миди с длинным рукавом, кажется, не боясь подхватить простуду на морозном воздухе. Огромные серьги на её ушках явно стоили не одну сотню долларов. Женщины семьи Ко Конникс никогда себе ни в чём не отказывали. Рей и её мама в этом плане всегда были скромнее, хотя их годовой доход явно превышал состояние семьи подруги. — Спасибо, Кай, можно мне войти? — Рей немного стушевалась при виде одетой с иголочки Кайдел и решила поскорее скинуть с себя старое зимнее пальто. Под ним у неё хотя бы был надет новый кашемировый джемпер — подарок от деда. — Прости, конечно, — блондинка залилась звонким смехом и схватив Рей за руку, поволокла за собой вглубь дома. Сняв верхнюю одежду, Рей расположилась в гостиной и отдала подруге небольшой подарок, от которого Кайдел, к радости Рей, пришла в восторг. За первую четверть часа они обсудили всех своих знакомых из университета, Рей уклончиво рассказала о себе и Кайдел предложила девушке что–нибудь выпить. Как ей показалось, подруга уже была в явно приподнятом градусом настроении, поэтому Рей решила просто выпить пару бокалов вина не увлекаясь особо крепкими напитками вроде джина, или ещё хуже–коктейлями. Когда Ко Конникс вернулась из кухни с бокалами, Рей показалось, что её тушь немного потекла, а блестящие тени для век кое-где смазались. Девушка решила, что подруге стало слишком жарко и она, наверное, просто слегка освежилась. — За тебя, Рей Рид и за нашу встречу! — Кайдел снова начала привычно улыбаться и со звоном приблизила свой бокал к фужеру Рей. — За встречу, — девушка отпила немного вина и поставила бокал на керамическую подставку. Её взгляд тут же упал на фотографию Кайдел в обнимку с её парнем. — Вы, ребята, тут просто нереально классные, — искренне сказала Рей и повернулась к подруге, которая, казалось, готова была разрыдаться. — Кайдел, всё хорошо? — девушка обеспокоено потянулась к подруге и та на полпути уронила свою голову ей на колени. — Рей, я просто в полном дерьме! — Ко Конникс заходилась рыданиями и её тело задрожало. — Филипп меня больше не любит! Рей покрепче обняла подругу. — Эй, с чего ты взяла? — девушка начала гладить подругу по волосам, перебирая её, как всегда, идеально ровные пряди и косясь на фото в рамке. — Он больше месяца почти что не появляется на нашей съёмной квартире. Говорит мне, что занят на работе и тренировках, — девушка всхлипнула. — В канун Рождества я там взвыла от одиночества и перебралась на время праздников к родителям, — Кайдел выпрямилась и вырвав из коробочки салфетку, шумно высморкалась. — Прости, — она подняла на Рей покрасневшие глаза. — Всё нормально, — Рей погладила Кайдел по плечу и та, невесело усмехнувшись, продолжала: — Ещё он подарил мне на Рождество вот это! — Кайдел задёрнула рукав своего платья и показала Рей своё запястье, на котором красовался золотой браслет. — Я же не жена нового русского на Брайтон–Бич! И вообще, я люблю серебро и украшения из Пандоры! — блондинка возвела глаза к небу и опять упала лицом на коленки Рей. Девушка рассеянно погладила подругу по спине. Признаться честно, проблема Кайдел казалась для неё смехотворной. Рей кашлянула и осторожно спросила: — Ты говорила с ним об этом? Ну, о том, что он почти не видится с тобой и не приходит ночевать в вашу квартиру. — Нет, я…боюсь, — Кайдел виновато опустила взгляд. — Но может всё не так плохо. Вот подарок, я уверена, точно можно вернуть, у тебя сохранился чек? — Дело не в чеке, Рей! А в том, что Филипп меня больше не любит! — Но ты ведь даже не говорила с ним об этом, — Рей начинала злиться на подругу. Ей Богу, как сложно бывает найти общий язык с женщинами. — Почему бы тебе вообще не позвонить ему прямо сейчас? — девушка протянула Кайдел её смартфон. — Ты…ты думаешь это хорошая идея? — Рей смотрела на неё в упор и девушка сдалась под напором её взгляда. — Наверное, ты права, — подруга ещё трясущимися руками забрала у Рей телефон и села ровнее. — Это Рождество уже просто не сможет быть хуже. А так хоть посплю спокойно. Надоело искать изъяны в себе. — Вот и молодец, — Рей сжала ладонь подруги и встала с дивана. — Я буду на кухне, не хочу вам мешать, — Кайдел несмело кивнула ей и разблокировав свой телефон, открыла телефонную книгу. Раньше в голосе Кайдел она не улавливала и намёка на нотки грубости. Сегодня же, голос блондинки звучал холодно, резко и раздражительно. Они говорили долго. Наверное, все полчаса, а может и больше. За это время Рей пролистала три журнала миссис Ко Конникс и успела отзвониться Тому. Кайдел временами всхлипывала и вставала с дивана. Потом снова садилась и тяжело дышала. Рей уже хотела забрать телефон у подруги и послать этого грёбаного Филиппа Картера куда подальше, как вдруг её словно прибили к полу. — Ты даже не беспокоился обо мне, когда я ездила вместе с тобой! Тебе было наплевать, пристегнулась я или нет! Лишь бы твоя «Ауди» не пострадала! Сердце Рей споткнулось. Она вспомнила слова Соло о безопасности в автомобиле: «— Пристёгивайся». Она слишком часто слышала от него эту фразу. Она засела у неё в печёнках и сильно злила её. Но увидев другую сторону ситуации, Рей враз переменила свою точку зрения. Действительно, Соло ведь мог просто проявлять свою заботу и беспокоиться. — Серьёзно? Да я из–за твоей идиотской затеи ногу повредила и потом неделю не могла нормально ходить! А ты, кретин, даже не спросил, как я себя чувствую! — Кайдел переходила на ультразвук и Рей забилась в самый дальний уголок кухни. Мозг работал во всю. «Бен предложил отвезти меня в больницу даже ночью, если вдруг у меня пойдёт кровь. И ещё сам перед этим обработал рану…» — Знаешь, Картер, я сейчас оглядываюсь в прошлое и понимаю: я была нужна тебе только тогда, когда что–нибудь было нужно тебе! Мои просьбы для тебя–пустой звук! — блондинка продолжала кричать и, кажется, то и дело подливала себе бордовой жидкости в бокал. «Чёрт. Бен вот всегда выполняет все мои просьбы. Стрельбище, желание проехать за рулём самой, спортзал. Недавно даже свозил к ребятам в их заведение, хотя сам ненавидит скопления людей. А ведь он даже не мой парень… Хотя, скорее всего, это просто элементарная вежливость, правда? Я ведь дочь его коллег. Да. Именно так.» — Твою мать, Филипп, ты не знаешь меня! Ты даже не понял, что я хотела на Рождество! — голос Кайдел немного напугал её. Она слишком погрязла в своих мыслях. «А Бен подарил мне билеты домой. Он знает, как я хотела приехать к семье!» — Да пошёл ты к чёрту, сраный урод! — Кайдел наконец-то скинула звонок. «Ну, да. Я тоже люблю послать Соло куда подальше. Здесь всё сходится». Рей вынырнула из омута своих мыслей и слегка смущённая от того, что смогла найти в своей голове, поспешила в гостиную к подруге. Всегда идеально уложенные волосы Кайдел теперь больше напоминали воронье гнездо: наверное девушка наматывала во время разговора пряди на палец и жевала их. — Ну, как прошло? — осторожно поинтересовалась Рей. Подруга повернулась к ней. Она была вся в слезах, но после её улыбки можно было подумать, что это всё же были слёзы счастья. — Всё кончено. Завтра заберу со съёмных апартаментов свои вещи и позвоню риэлтору. Рей подбежала к подруге и обняла её. — Этот козёл не стоит твоих слёз, Кай. Ты ведь понимаешь это? — Рей отстранилась и заглянула в карие глаза Ко Конникс. — Будет непросто, но я не позволю больше обращаться со мной, как с вещью, — деловито произнесла блондинка. — Так держать, милая, — Рей улыбнулась ей и взяв свой бокал, осушила его до дна. Хватит с неё на сегодня мыслей.

***

Порт Анджелес, штат Вашингтон. Бен вернулся с вечерней пробежки и прошёл в гостиную. Открыв пакет с едой из китайского ресторана он принялся быстро поглощать пищу, не обращая внимания на то, как она обжигала его рот. Вечерние новости были скучными. Люди радовались Рождеству, как сумасшедшие. Все федеральные каналы были заполнены счастливыми лицами взрослых и детей. Покончив с едой, Бен решил, что ему пора прибраться в доме. Всё шло хорошо, пока очередь не подошла к комнате, в которой временно жила Рей. Бен долго не решался войти туда, откладывая уборку в этой комнате на самый конец. Ему всё казалось, что девушка находится там, и как всегда, когда он постучит и услышит её ответ, открыв дверь он увидит её: сидящей в телефоне или разминающейся перед очередной тренировкой. Открыв дверь сейчас, он окинул комнату быстрым взглядом. Кровать была застелена пледом, мусорная корзина была пуста. Рей аккуратистка. Такой была и её мать. На её рабочем месте никогда ничего не складировалось в стопки хлама. Постояв в комнате ещё минуту, Бен наконец развернулся и вышел за дверь. Вспомнив вчерашний вечер, когда он решился написать ей с телефона соседки, он закрыл глаза и потёр лицо. Кажется, дело дрянь. Кажется, он соскучился по Рей Рид. Он не знал, имеет ли он право на такие чувства по отношению к ней. Потому что за ними, может начаться другая, абсолютно иная грань человеческих взаимоотношений. ______________________ 23. Пентагра́мма или Пифагорейский пентакл — звёздчатый многоугольник, полученный соединением вершин правильного пятиугольника через одну. С подачи оккультиста Элифаса Леви, перевёрнутая пентаграмма стала символом Сатаны и сатанизма.