Potter

В коридорах было по обыкновению шумно. Студенты сновали туда-сюда, в то время как Мародеры стояли в сторонки и со смехом следили за всеми, попутно переговариваясь. Лиз не сомневалась, столь довольный вид у Джеймса и его подручной собачонки Сириуса была только в один момент – когда он обдумывали очередную шалость, которая явно не понравится ее факультету. Лиз тяжело вздохнула, понимая, что за их очередную шалость придется отвечать перед своим факультетом никому ни будь, а ей самой. Возможно, знай Джеймс об этом, то в мгновение ока прекратил бы, но он об этом и понятия не имел. Хотя Элизабет искринне сомневалась, что ему или его друзьям было это интересно. С того момента, как она поступила на факультет Слизерин, прошло 5 лет и сейчас они были на 5 курсе. Отношения между ней и Джеймсом были натянуты, поскольку брат искренне не понимал, как было возможно такое, что девушка поступила на факультет полностью ему противоборствующий. Однако, вина за их отдаление лежала и на плечах Лиз, и девушка это прекрасно понимала. Ее брат пытался наладить с ней контак5т, но она была прекрасно осведомлена с одним очень важным фактом – Слизеринцы не могут дружить с Гриффиндорцами. Поскольку были слишком разными. Она бы даже сказала не совместимыми. И даже ее дружба с Лили и Римусом не смогла изменить ее мнения об этом. Однако вся жизнь Поттер усложнялась еще одним фактом, а именно – существованием Сириуса Ориона Блэка. Этот пройдоха терпеть не мог Слизеринцев, но ее…над ней он словно хотел понасмехаться. В начале, они только и продолжали ссориться и пререкаться друг с другом, словно кошка с собакой. Но потом что-то изменилось и примерно с конца третьего курса Блэк стал доставать ее постоянными приглашениями в Хогсмид. Он словно делал это только потому что его лучший друг обращался с подобными просьбами к Лили. По краине мере, Элизабет искренне считала так. Элизабет отвела взгляд в сторону, искренне надеясь, что в этой толпе два главных идиота Хогвартса не смогут ее найти. Она прижала учебники покрепче к груди и прокляла себя за эту нелепую игру в прятки. С чего ей бояться, что они ее обнаружат? С чего ей пытаться прятаться? Она – Элизабет Оливия Поттер, одна и самых талантливых учениц Хогвартса и самая холодная из всех. Так почему же тогда она все равно боялась, каждый раз, когда встречалась с Джеймсом заговорить с ним? – Вот ты где, – Вырвала Лиз из ее мыслей Стефани. – Я уже думала, что тебя кто-то похитил или сожрал. Уже думала кому бы начистить за это морду. – Говоришь так, как будто бы смогла кого-то ударить, – Лиз поджала губы, даже не посмотрев на лучшую подругу. Ее холодный взгляд продолжал пристально смотреть за молодым парнем в очках с непослушными волосами и его лучшим другом, бывшим самым главным ловеласом школы. – Ладно, ты права. Я бы выбрала их отравить или бы нашла кого-то, кто сделал бы это за меня. Но какая разница, если бы ты в любом случае была отомщена? – В таком, что таким образом ты могла бы привести следы к себе, потому что твоего наемничка можно было подкупить, а яд отследить. – Нет, если бы он был не моим, – Она пожала плечами, улыбаясь и переводя взгляд на тех, на кого все это время смотрела Поттер. Ее взгляд в мгновение стал понимающим, и она перевела взгляд на подругу. – Если будешь стоять и пялится, то они точно тебя заметят. – А, может быть, я этого хочу. – Внимания Сириуса к твоей скромной персоне? Вот уж не думаю, – Стефани взяла подругу под локоть и стала идти вперед, тяня при этом подругу а собой и заставляя ее оторвать взгляд от ее брата. – Почему бы тебе просто не поговорить с ним и не вернуть былое? Стефани задавала Элизабет этот вопрос каждый день и русоволосая отвечала на него каждый раз одинаково. – Потому что, это было бы бессмысленной тратой времени, – Лиз положила одну руку на сумку, чтобы открыть ее и, тем самым, беря себя в руки. Учебники уже через секунду оказались на своем законом месте в портфеле и голубоглазая мигом закрыла ее, после чего снова посмотрела вперед, натыкаясь взглядом на идущего впереди Регулуса, уткнувшегося в очередную книгу. Младший Блэк имел то же очарование, что и старший. Никто точно не мог сказать, кто именно из них был более красив. Регулус обладал черными, словно смоль. Кудрявыми волосами, бледной кожей и яркими голубыми глазами, в то время как его брат обладал черными глазами, и волосы его были ему по плечи, из-а чего он часто заплетал их ив хвост. Блэк-младший был спокоен и хладнокровен, в то время как старший, не сдержан и вспыльчив. Регулус всегда был одет идеально, в то время как Бродяга предпочитал не заправленную рубашку и болтающийся галстук. Продолжать можно было до бесконечности, но самым главным было то, что Лиз Регулус нравился намного больше, чем его старший брат. Возможно, это было обусловлено тем, что у них с ним было много общего. – Нам стоит поспешить, если мы хотим успеть на урок к Слизнорту, – Отведя взгляд, произнесла Лиз. – Только чтобы успеть? – И чтобы приклеить кое-чьи задницы к стульям, – Лиз произнесла это невозмутимо, расправив плечи. В то время как на лице Стеф появилась довольная улыбка. – Волчонок, – Услышали они позади себя, когда прошли уже большую часть коридора. Обе девушки знали, к кому именно обращались, но русоволосая даже не стала оборачиваться или останавливаться. Ей не было до него дела. Уж точно не до него. «Он словно собака почуявшая мясо, – Пронеслась неприятная мысль в голове у Лиз. – Все не может принять тот факт, что мясо досталось не ему». – Давай превратим его в жабу, – Позади слышался бег и обе знали, кто именно бежал. – Боюсь, моя милая королева, что эта жаба заняла бы все болота со своим сверх огромным самомнением, которое ей ни в коем случае не помогает. – Зато представь, как обрадуются дети, когда увидят эту жабу, – Глаза Стеф заблестели. – А самое главное, представь их интерес, насколько сильно эту жабу можно раздуть? – Элизабет попыталась спрятать улыбку, и перед ней в ту же секунду появился Сириус. – К какой это жабе вы решили проявить столь пугающий интерес? – Поинтересовался брюнет. – Пока ни к какой, – Стеф скрестила руки на груди. – Но не переживай, ты тут же узнаешь к какой, когда мы это проделаем. И при чем, ты узнаешь самым первым. Уж это я тебе обещаю. – А не пора ли тебе вернуться к своим пробиркам, пробирочная мышь? – С обворожительной улыбкой и в таком же тоне, поинтересовался Сириус. – А-то, я могу поклясться, они уже соскучились по тебе. Слышишь, они уже тебя зовут. – К твоему сведению, в этих зельях есть хоть капля смысла, в отличие от тебя. Поэтому будь добр, наш любимый и дорогой, предатель крови, вернись к своему бессмысленному существованию и прекрати тратить наше время. – А я тебя и не держу, принцесска, – Лиз закатила глаза, в то время как Стефани начала закипать. – Можешь идти и не тратить время на умных людей. – Это где же… – Довольно, – Холодно смотря на Сириуса, властным голосом произнесла Лиз. Она видела, как Сириус вздрогнул от подобного тона. – Стеф, не могла бы ты занять место в классе, пока я потрачу свое время в пустую? Де Валуа прищурилась, но кивнула ничего не сказав. Она кинула последний испепеляющий взгляд на наглого Блэка и Лиз могла поклясться, если бы взглядом можно было убить, то он Сириус умер бы в самых настоящих муках. – Не трать слишком много времени. Слизнорт не будет считать это очень важной причиной. – Не беспокойся, – На лице Сириуса красовалась улыбка, в то время как Лиз продолжила. – Он будет слишком занят тем, что будет пытаться расколдовать одного склизкого слизняка. Лицо Сириуса вытянулось, а Лиз довольно улыбнулась. Если он думал, что она так просто согласиться послушать его голос, тог этот идиот сильно ошибался. – Ты что-то хотел, Сириус? – Как насчет сходить в Хогвартс, Волчонок? – А как насчет тебе сходить в ад? Говорят, там сейчас день открытых дверей, поскольку один придурок успел сбежать, – Лиз стала обходить его, но Сириус схватил ее выше локтя. Лиз повернулась лицом к нему и задрала голову. Блэк был слишком высоким, чтобы она могла разговаривать с ним на равных. – Что-то еще, Блэк? Или ты хочешь спросить, быть может, как дела у твоего маленького братишки? – Я знаю о том, что ты приглашена на прием к Малфоям, – Его голос был тихим и холодным, но в черных глазах была озабоченность. – Не поверишь, туда приглашены все чистокровные. – Не иди туда. – Поршу прощения? – Прошу тебя, не иди туда. Не становись такой же, как огни. Ты не такая. – Ты не знаешь, какая я, Блэк, – Процедила русоволосая сквозь зубы. – Нет знаю. И Джеймс знает. Не разбивай его сердце, если тебе плевать на мое. – С чего, позволь спросить, ты рискнул предположить, что вы оба знаете, кто я такая? Неужели по запаху узнал? Или , быть может, когда мой братишка своими Рогами пугал всех живущих в лесу? – Ты наешь, – Сириус стал еще бледнее, на что Лиз улыбнулась, аккуратно высвобождая свою руку и подняв ее к его лицу, чтобы погладить его по щеке. Взгляд Сириуса стал еще более ошарашенным. – Откуда? – Если я скажу, то это будет не так интересно, мой дорогой друг, – Она улыбнулась и понизила голос до шепота. – Но вот вы совершенно ни черта друг о друге не знаете. По краине мере, об одном из вас. – Это еще что значит? – Пораскинь мозгами, Блэк. По краине мере его остатками, – Лиз медленно перевела взгляд на губы Сириуса, после чего снова встретилась с ним взглядом. – И впредь, не оскорбляй мою подругу. Я могу простить выбросы в свои сторо6ну, но ее не тронь, иначе я действительно превращу тебя в жабу. Или в козленка. Посмотрим, как это будет сочетаться с гавканьем.