Мелодия любви 2: На конце пути.

- Пабло, может есть какой - нибудь вариант? Она пропускает занятия и вряд ли удосужится прийти на концерт, - заявил Леон, нервно теребя лямку сумки, на что Пабло лишь промолчал. Они сидели в кабинете Галиндо: смущенный мексиканец и угрожающего вида директор. Беседа происходила перед самым началом занятий, но никакой торопливости и поспешности в ней не было. - Я не могу разорвать ваш дуэт, и не хочу! - вдруг запальчиво воскликнул директор Студии, - Камилла придет, и не сомневайся! А что до ваших личных отношений...Это рабочая атмосфера, и ничто не может повлиять на нее! - Я прошу лишь вычеркнуть меня из списка, - безукоризненно вежливо начал мексиканец, - Камилла не глупая, поймет что к чему. Тем более, она наверняка не будет выказывать особой радости по поводу того, чтобы петь со мной на одной сцене... - Ты так в этом уверен? - иронично отозвался Пабло, - А то, что она не приходит в Студию не твоих рук дело, нет? Ты не подумай, я дорожу оказанным мне тобой доверием и жалею ваш разрыв, но...Не берешь ли ты на себя слишком много? - Мое решение вам ясно, - серьезно ответил Леон, - Можете вообще не упоминать об этом. - Никогда не думал, чтобы ты был способен опустить руки, - еле заметно улыбнулся директор. - Времена действительно меняются. Повисло неловкое молчание. Но Варгас не сомневался: директор больше не будет давать отпор его решению. А ведь он и не подозревал, что Пабло вообще будет отнекиваться. - Твоя позиция меня глубоко удручает, - негромко прервал паузу Галиндо, - Сказать честно, и поведение обескураживает. У вас с Ками действительно все так серьезно, что ты наотрез отказываешься петь с ней? - Честно говоря, да. - От былой симпатии не осталось и следа? - Теперь уже нет, - машинально отозвался Леон, давая понять, что не хочет развивать эту щекотливую для него тему. И Пабло это тоже понял. - Что ж, значит придется... - негромко произнес мужчина, но тут раздался громкий стук в дверь. Он вскинул глаза на проем. - Входите. Леон тоже обернулся было ко входу, но краем глаза увидев, кто пришел, все желание отпало. Камиллу тоже передернуло при виде развалившегося на стуле мексиканца. Похоже, один Пабло выглядел довольным и радостным. - Все - таки появилась на просторе, - добродушно воскликнул директор, усаживая брюнетку напротив себя. Главное, подальше от Леона, - подумала девушка. - Здравствуйте, Пабло. От знакомого и любимого некогда голоса по спине Леона пробежали мурашки. В голове вспыхнули тысячи воспоминаний, переплетаясь друг с другом: песчаный пляж и стволы прибитых к берегу пальм; светлая комнатка с огромным диваном и гитарой в углу. Искорки смеха в красивых шоколадных глазах Камиллы, блестящие белые зубы и широкая улыбка - она всегда была словно ключ к тайной дверце, куда могут войти только родственные души. Леоном завладело чувство, похожее на тоску по дому - желание рассмотреть человека, который всегда был рядом. До этого момента. - Хорошо, вижу вы оба отказываетесь петь вместе, - прогудел Пабло, и Леон вздрогнул - за размышлениям он и не заметил, как началась беседа Ками и директора. - Но я против вашего решения. - Оба - и мексиканец, и брюнетка захотели сказать что-то в протест, но Галиндо поднял ладонь к верху, словно индейский вождь, готовящийся говорить. - Петь вы будете вместе, но ваши таланты будут оцениваться отдельно. Все. Иначе пропустите урок. Директор отвернулся – разговор был окончен. Леон в приступе вежливости пропустил Камиллу вперед и на долю секунды чуть было не задохнулся от ароматного запаха ее духов. Что с ним такое? После первого урока танцев, куда Леон и заходить не стал, в кабинет Бетто он шел в упадническом настроении. Он намеревался очень серьезно поговорить с Камиллой, избавиться от всех возникших проблем и достичь былого взаимопонимания способом дружбы. Ему повезло - подойдя к кабинету музыки, Леон увидел Ками, беседующую с Франческой и Виолеттой. Заметив его, она резко замолчала и выжидающе отвернулась от подруг. Сильно взволнованный, мексиканец подошел к ней. - Нужно поговорить, - сказал он. Между ними повисла неловкость. Хоть они прекрасно знали друг друга, были в последнее время самыми близкими людьми на свете, но сейчас сделались словно чужие. Вернее, память обо всем, что было, осталась, но случай на стадион отдалил их. Они были и близки, и одновременно очень далеки друг от друга. - О чем нам разговаривать? - спросила Ками, глядя не на него, а на небольшую толпу, стоящую в отдалении. - Ты прекрасно знаешь, о чем. Пабло отказал нам в просьбе, а аранжировка еще не готова. Поэтому я предлагаю заключить перемирие. - Макси тебе может помочь, у него, оказывается уже все готово, - все еще не глядя на парня, ответила девушка. - Да неужели? Макси может, а ты - нет? Почему ты не смотришь мне в глаза? Потому, что ты видела, как я целуюсь с Ларой? - воскликнул Леон. Камилла оторвала взгляд от толпы и перевела его на него. Однако легче мексиканцу не стало - взгляд был наполнен обидой. А подбородок был вздернут. Наверное, бессознательно Ками даже гордо поднятой головой хотела показать, что он, ничтожный, недостойный ее внимания. - Замолчи, - грубо сказала девушка. - Я не знаю никакую Лару. И тебя тоже не знаю. - То есть как это? - опешил парень. - А вот так это. После того, что я увидела, знать тебя больше не желаю. Как у тебя хватило совести целоваться с ней у меня на глазах? - Я не знал, что ты там стоишь, - глупо заметил Леон, и Камилла тут же этим воспользовалась. - Вот! Замечательно! Не знал, что я там стою! - воскликнула девушка, энергично жестикулируя рукой. - О чем тут еще можно разговаривать? - Не хочешь меня понимать? Специально режешь сердце тупым ножом и наслаждаешься моей болью! - запальчиво воскликнул Леон. - Ах, какие слова! - с иронией сказала Ками. - Хоть книжку пиши! - Далее она сощурила глаза и сквозь зубы продолжила: - Это не я твое сердце режу тупым ножом, а ты мое. Если бы ты знал, как мне больно было смотреть на вас, целующихся на стадионе. Если бы ты знал… Думаю, нам больше не о чем говорить. Удачно тебе провести этот конец недели. А меня, такую ветреную, поверь, ты больше не увидишь на своем жизненном пути. Я свое слово держу. Прощай! Дружить не обязуйся, - закончила девушка свою речь, и отвернувшись, пошла прочь. - Все-таки, какой Леон подлец, - разочарованно протянула Франческа, взяв лучшую подругу за локоть. Они почти дошли до Студии. Всего минуту назад итальянка беззаботно шутила, а сейчас ее руки вдруг вцепились в сумку так, что, казалось, вот-вот разорвут на части. Подруга выглядела встревоженной, и смотрела вдаль, будто прислушивалась к отдаленным голосам. - Пошли быстрее, - прошептала вдруг подруга у самого уха Камиллы. - Но...почему? - И тут она ее увидела. Трудно было не увидеть: даже если бы не серебристый мотоцикл, в нарушение правил припаркованный на тротуаре. Лара растерянно оглядывалась по сторонам, надеясь увидеть знакомый силуэт Леона. - Теперь понятно, - пробормотала Ками. Когда подруги подошли ближе, на лице шатенки отразилась ухмылка. Но пересилив себя, брюнетка ни слова не сказала той, и как можно быстрее зашагала внутрь здания. После разговора с Камиллой Леон находился в странном и неприятном состоянии. Был подавлен, ничто не радовало, казалось, что умер кто-то близкий и он пребывает в глубоком трауре, хотя формально никто не умирал. Умерли только их отношения. Мексиканцу не верилось, что закончилось все именно так — они не поняли друг друга. Такое впечатление, будто их кто-то сглазил. А может, они сами себя «сглазили» своей глупостью. Как говорится, нашла коса на камень. Оба с характерами… - Эй, Леон, к тебе там какая-то девушка пришла, - приблизившись к его столику, произнес Томас, - Ждет прямо у Студии. - Ко мне? – удивился Леон, но тут же помчался к выходу. Через пару минут юноша уже домчался до академии, и заметил стоящий в одиночестве мотоцикл. Лара, - машинально подумал Леон и не отдышавшись, поспешил в здание. Подругу он нашел не сразу же – она была в кабинете музыки и рассматривала музыкальные инструменты. Мексиканец подошел к ней из-за спины и тихо шепнул: - Могла бы и позвонить. Шатенка вздрогнула, а затем повернулась и заключила его в объятия. - Я скучала. - Я тоже, - улыбнулся Леон. – Сегодня как раз собирался на мотокросс. - А почему не приходил раньше? Из-за нее? Леон вздрогнул и отвел взгляд. - Нет. У нас с ней все кончено. - Я никогда не буду такой, как она. - Кстати, я хотел подарить тебе кое-что, - словно не слыша ее, произнес мексиканец. – Сразу после занятий. - Буду ждать с нетерпением, - промурлыкала Лара и потянулась за поцелуем. Наступила тишина, ужасная, полная, словно все люди, из которых большая часть спешила на уроки, прислушивались к биению сердца Камиллы. А она тоже прислушивалась к тому, как медленно овладевает ее душой боль и ревность.У нее было такое чувство, какое бывает, когда видишь страшный сон и не можешь проснуться. Леон в объятиях другой девушки! Эта картина, представшая перед Ками словно на ладони, была нестерпима. Если бы можно было закричать, завыть в голос, чтобы как-то облегчить чудовищные муки ревности! Подобно здоровому животному, не знавшему, что такое болезнь, она была беззащитна перед этим новым для нее страданием. Ей хотелось закрыть глаза, но гордость удержала ее. Вот Леон отпрянул от Лары, но та держала его мертвой хваткой. Мексиканец что-то прошептал ей на ухо и помахав рукой на прощание, выскочил из кабинета. Выходя оттуда, он окинул ее презрительным взглядом,и по-видимому,поспешил на следующий урок. Вдруг у Камиллы возникло впечатление, что она умерла… Раз Леон изменил ей, ее сердцу более не оставалось надобности биться!.. Ради чужой девушки человек, которого она любила больше жизни, одним ударом разорвал нити, которые их связывали друг с другом. И Ками почувствовала, что умерла ее частичка, главная, которая вела ее по жизни. Она одинока среди бесконечной пустыни. Руки ее были пусты, сердце пусто, жизнь уничтожена! Тяжело она сделала шаг в сторону и закрыла лицо дрожавшими руками. – Почему? – прошептала девушка. – Почему?.. Она была так подавлена,что не заметила, как кто-то встал перед ней,скрестив руки на груди. На миг Камилле показалось,что это верная Франческа пошла искать ее, но иллюзии было конец, когда Лара презрительно скривила губы и негромко проговорила: - Вот и поплатилась за свою беспечность. Знаешь, сколько он выстрадал по твоей вине! Я-то знаю, потому что люблю его! Камилла была просто убита услышанным. - Кому ты доказываешь это? Кто лучше меня знает достоинства и страдания человека, которого я люблю! - Любишь? - ухмыльнулась Лара, - Расскажи это кому-нибудь другому! А то, что он теперь ненавидит тебя, это ты знаешь? Брюнетка испытывала непередаваемые чувства. Внутри все кипело, бурлило, натягивалось и звенело. Она была просто в шоке. С каждой секундой до нее все больше и больше доходил смысл сказанного этой… длинноволосой. - Сказать нечего? - накинулась на нее шатенка, - Ну конечно! Я же выиграла! Камилла отвернулась, чтобы не слышать больше, что скажет эта ненавистная ей девушка, но последние слова вонзились в ее сознание,как нож в сердце. - Да, ты выиграла. Ты выиграла в той игре, в которую я отказалась играть. Леон ухитрился выбраться из толпучки и первым поспешил к выходу. Занятия наконец закончились, но утреннюю решимость идти на мотокросс словно рукой сняло. А ведь он так не хотел верить в очевидное, так не хотел знать, что Камилла его до сих пор любит... Друзья корили его за малодушие, ну и что ж? Они обсуждали его за спиной, и Леона начинало грызть недовольство, причина которого лежала на поверхности: с тех пор как он попрощался с Ларой возле кабинета Бетто, из головы не выходила одна картинка. Словно назойливый будильник, заведенный звонить каждые пятнадцать минут, она врывалась в мысли. Искаженное от боли лицо Камиллы. Таким он видел ее в первый раз. Вспомнив лицо бывшей девушки, мексиканец задумался о предстоящем концерте. Действительно, аранжировку лучше сделать с Макси. Иначе жизнь точно выбьется из-под контроля. А сейчас лучше положиться на судьбу, и идти куда следует. И вообще, свои обещания Леон привык сдерживать. Во-вторых, Лара не виновата, что у него сложился такой проблемный период. К стадиону Леон подъехал к стадиону за какие - то полчаса. Солнце заливало все вокруг ярким светом, тренирующихся было необыкновенно много. Не успел парень заглушить двигатель мотоцикла, как к нему уже спешила Лара. Протянула ему руку,потом впилась поцелуем в губы. Тихо посмеиваясь, мексиканец отстранился, удерживая подругу на расстоянии вытянутой руки. - Добро пожаловать, - сказала девушка. Ее глаза лучились теплом. - Звучит неплохо, - выдохнул парень. Он осторожно поставил шатенку на ноги. Но Лара обхватила его обеими руками: не хотела, чтобы их разделяло малейшее расстояние. - У меня есть для тебя кое-что, - непринужденно сказал Леон. - Что? - Сейчас узнаешь. Он отпустил ее, перегнулся через гигантский мотоцикл и вытащил что-то спрятанное за ним. Мексиканец держал в руках два предмета: нечто черное и непонятное, а также легко узнаваемую вещь красного цвета. – Пожалуйста? – попросил он и улыбнулся, мгновенно разбив ее сопротивление. Лара взяла красный шлем и взвесила его в руках. – У меня будет ужасно глупый вид. – Нет, у тебя будет очень умный вид – достаточно умный, чтобы избежать травмы. – Леон перебросил черную штуковину через плечо. – Прямо сейчас я держу в руках то, без чего не могу жить. Ты должна об этом позаботиться. - Ладно. А это что за штука? – подозрительно спросила шатенка. Парень засмеялся и развернул черную штуковину – она оказалась какой-то курткой с толстой подкладкой. – Это мотоциклетная куртка. Говорят, при падении с мотоцикла можно здорово ободрать шкурку. Леон протянул девушке куртку. Лара глубоко вздохнула, откинула волосы назад, напялила шлем и натянула куртку. Мексиканец, едва заметно улыбаясь, застегнул молнию и отступил на шаг. Девушка почувствовала себя неповоротливой, как корова. – Скажи честно, у меня очень страшный вид? Леон сделал еще один шаг назад и надул губы. – Неужели все так плохо? – пробормотала Лара. – Нет, нет! Вообще-то… – он замялся, подбирая слово. – Ты выглядишь… привлекательно. Шатенка расхохоталась. – Скажешь тоже! – Нет, правда, очень привлекательно. – Ты так говоришь только для того, чтобы я это не снимала, – заявила подруга. – Хотя ладно. Ты прав: так благоразумнее. Леон обнял ее и прижал к себе. – Глупая! Пожалуй, это часть твоей привлекательности. Хотя, надо признаться, у шлема есть свои недостатки. Парень стянул шлем, чтобы поцеловать ее.