Мелодия любви 2: На конце пути.

В окно, которое оставалось открытым на ночь, вливалась из сада свежесть раннего утра. Даже лежа с закрытыми глазами, Камилла знала, что еще рано, что в комнату смотрит солнце и что если она протянет руку в окно, то с кустов посыплется роса. Кроме того, она чувствовала еще, что все ее существо переполнено каким - то новым, неизведанным чувством. Несколько минут девушка лежала в постели, прислушиваясь к тихому щебетанию какой- то пташки в саду и к странному чувству, нараставшему в ее сердце. "Что это со мной? - подумала она, и в то же мгновение в ее памяти прозвучали слова Лары, которые она сказала три дня назад, в Студии. "Он ненавидит тебя... Поплатилась за свою беспечность! Я выиграла!" Нет, Ками никогда об этом не думала. Близость Леона всегда доставляла ей наслаждение, но до этого момента девушка не осознавала этого, так же, как мы не ощущаем воздуха, которым дышим. Эти простые слова упали ей в душу, как падает с высоты камень на зеркальную поверхность воды: еще за минуту она была ровна и спокойно отражала свет солнца и синее небо...один удар - и она всколебалась до самого дна. Теперь Камилла проснулась с обновленной душой и так же быстро вскочила, оделась и по холодному ламинату спустилась на первый этаж. Солнце светило, как и вчера и так же шептались кусты акации. Только вчера было темно, а теперь стояло яркое солнечное утро. Казалось, вместе с душистой сыростью, с ощущением утренней свежести в нее проникли эти смеющиеся лучи веселого дня, щекотавшие ее нервы. Камилла пришла в Студию одной из первых. Ей показалось, или во всей академии стало как - то светлее и радостнее. Из учительской слышались смех, а вот кабинеты казались пустыми. Смех же говорил о том, что Рафа Палмер уже находится в Студии, чтобы в это утро понедельника насладиться музыкальным талантом учеников. Еще несколько шагов, и Камилла вошла в музыкальный зал. Здесь уже все было устроено, будто начинались очередные экзамены. Все, как и в прошлый раз. Полгода назад... Избавившись от назойливых и поднадоевших воспоминаний, Камилла обратила взгляд на сцену. Вид открылся поистине широкий и восхитительный. Площадку всю заливало солнечным светом. И веяло оттуда только тихим спокойствием и глубоким миром. Еще минута - и из-за кулис выскочил Леон. Оба притихли, уставившись друг на друга и не зная, что сказать. Но эта тишина, выдворившаяся среди такого небольшого общества, имела еще другую причину. Уши Камиллы начали ловить что-то еще, точно отдаленную невнятную музыку или глубокие вздохи мексиканца. Но вот Леон дрогнул, как будто тоже заслышал неведомую мелодию. - Мы с Макси сочинили, - произнес он, взмахнув в сторону динамик, которые и являлись источником шума. - Можно послушать? - надменно спросила Камилла, давая понять, чтобы он увеличил громкость. - Конечно, как же ты будешь петь, толком не зная мелодии, - усмехнулся Леон, но заметив, как презрительно сузились глаза Камиллы, невольно отступил. - Прости, но Бетто попросил меня о помощи, так что я удаляюсь. Мексиканец спустился со сцены и прошмыгнул к выходу. "Ему нужен был только предлог, чтобы не остаться со мной наедине, " - мрачно подумала девушка, но все же испытывала благодарность за избавление от неловкости. Но музыка сейчас занимала главное место в ее мыслях. Ками поднялась на сцену и чуть прибавила громкости. Начала прислушиваться, уделяя каждому тону достаточно времени, и они один за другим, колыхаясь, замирали в воздухе. Лицо девушки вместе с напряженным вниманием выражало удовольствие; она любовалась каждым тоном, каждой составной частью мелодии. Но при этом ей казалось, что у каждого звука есть особенное свойство - высокие и звонкие ноты улетали подобно яркой птице. А вот густое, глухое дрожание низких будто раскатывались прямо над землей и рассыпаясь по полу, терялись в дальних углах. В конце концов, и настроение девушки начало переливаться с большею полнотой и легкостью - подобно этой самой мелодии песни. - Получилось очень даже ничего, - вслух пробормотала Камилла, чувствуя благодарность по отношению к Макси, который не жалея своего времени, помог создать такую замечательную аранжировку. А в учительской в то самое время уже кипела работа. Конечно, работой это невозможно назвать, но все же необычайная веселость Рафы обернулась для Пабло настоящим мучением. Ответы на всякие замечания "звезды сцены" директора Студии были очень вялыми и преисполнены раздражения. Особенно оно усилилось, когда вошла вечно улыбающаяся Анжи, которую Палмер тут же заключил в объятия. К счастью, Рафа не отличался проницательностью, поэтому ничего не заподозрил. - Ну что, Анжи, ребята уже собираются? - сдержанно поинтересовался Пабло. - Группа собралась довольно - таки значительная, - улыбнулась Сарамего, от которой Рафа все не мог оторвать глаз. - В зале так и чувствуются искры волнения и напряжения. - Наши ребята справятся, - наконец улыбнулся Галиндо, - И награда победителю обеспечена, верно, Рафа? - Конечно, нет проблем, - оживился Палмер, - В моей студии так и не могут дождаться рождения нового таланта. А Карлос появится с минуты на минуту. Так что, самый удачливый вскоре полетит в Нью-Йорк! - Как это? - всполошилась Анжи, полуобернувшись к своему воздыхателю, - Ты ничего не говорил про Нью-Йорк. Это что...часть твоей договоренности? - Не волнуйся так, Анжи, - рука Рафы похлопала Сарамего по плечу, - Пабло согласен, да и Карлос уже договорился с тамошним музыкальным училищем. Простые формальности. - Училищем? - женщина перевела взгляд на Пабло, - И ты знал? Галиндо смущенно отвел от любимой взгляд, но все же ответил: - Да, знал. И в конце концов, это не так уж и дурно. Престижная студия, гораздо лучше чем у нас. По-моему, это вполне достойная награда. Даже слишком. Вопреки ожиданиям обоих мужчин, Анжи не успокоилась. - Вот как? - холодно произнесла она, - И вы все это держали в секрете от остальных? Вы вообще думали о ребятах?! А если их это не устраивает? - Анжи, Анжи, Анжи, - рассмеялся Рафа, - Такой приз устроил бы любого из нас. Особенно таких амбициозных ребят, как у вас. Это же путевка в знаменитость! Не думаю, чтобы они пренебрегли этим. Верно, Пабло? - Вынужден с тобой согласиться, - сухо отозвался тот, - И с визой проблем не будет. У нас ведь почти все уже совершеннолетние. - Но... - Анжи, можешь идти поддержать ребят? - Ладно, хорошо, - сдалась та, а затем с кислой миной на лице добавила: - Типичные представители мужчин. Леон в вразвалку присоединился к небольшой группе друзей, которые так были поглощены предстоящим музыкальным состязанием, что вначале попросту не заметили его. Но мексиканца это не особо волновало - весь его вид выражал странную тревожность. Глаза ранее светлые и яркие сейчас тускло глядели из-под открытых век, лицо было бледно, и на нем виднелось выражение беспокойства. Наивные ребята приписали это к волнению перед предстоящим выступлением, и не решились разузнать, в чем дело. Один Макси продолжал окидывать друга внимательным взглядом, стараясь открыть причину странной тревоги. Но он видел только, что эта тревога все вырастает и все яснее выражает напряженное усилие. Понте заметил так же кое-что одно, наверное, самое важное - мексиканец не отрывал взгляда от Камиллы, которая в это самое время о чем-то беседовала с Гриффитом. Беспросветная грусть Леона вскоре сменилась раздражением. Зачем он думает о Камилле? Она - никто для него! Сегодня они выступят вместе, но затем расстанутся навсегда. Ей ведь нет больше места в его сердце! Но чем же тогда объяснить сны и эту...ревность? Если бы какой - нибудь здравомыслящий спросил у него, зачем он расстался с ней, то у Леона попросту не нашлось бы ответа. А свое глупое сердце...Что ж, оно все еще не могло понять этого, а разум никак не мог взять верх. В порыве нахлынувшего чувства, парень решил выйти за пределы здания. - Ты куда? Концерт вот-вот начнется, - негромко произнес за его спиной Томас. - Ненадолго, нужно освежиться, - пробормотал мексиканец, уходя все дальше от возбужденной толпы. Парень почувствовал странную отстраненность. Нервное напряжение было так сильно, что он даже подумывал, не махнуть ли рукой и малодушно послать всех подальше, когда придет время выйти на сцену? У входа его перехватил Антонио. Рядом с ним шагал невысокий мужчина, облеченный в дорогой костюм. На лице - одна сосредоточенность. - Леон, директор звукозаписывающей студии, сеньор Карлос, уже пришел, - улыбнулся Антонио, краем глаза показав на своего спутника, - Пора готовиться к конкурсу. - Иду. - Леон повернулся обратно. Ему стало не по себе. Борьба будет жаркой, но он знал, что для него победа была необязательна. Перед залом копошились запоздалые студенты, во основном с младших курсов - все до единого пришли посмотреть выступления выпускников. Зато однокурсники были в зале и до сих пор оживленно переговаривались, и невнятный гомон доносился до Леона. Ближе к сцене стоял стол судей - преподаватели уже занимали свои места. Лишь одно, самое главное место, предназначенное для сеньора Карлоса, пока пустовало. - Все в порядке, Леон? - прошептал Андреас, по-видимому заметив отлучку друга. - Ага, - ответил мексиканец, потирая бок. Через пару минут Пабло наконец встал со своего места и как раз в то самое время вошел Карлос. Гудение разговоров, наполнявшее музыкальный зал, сразу же прекратилось, так что стали слышны лишь смущенные шепотки. Мужчины поднялись на сцену. - Приветствую вас в этом зале, друзья мои, - заговорил директор, ослепительно улыбаясь, - Как вы уже знаете, это связано с большим событием, потребовавшим от вас времени и энергии, но я уверен, что вам это доставит истинное наслаждение. И я с большим удовольствием объявляю наш конкурс открытым! Раздались бурные аплодисменты. - Но сейчас без всяких предисловий хочу передать слово сеньору Карлосу, который так любезно согласился провести это волнующее мероприятие , - продолжил Пабло и его спутник вышел вперед под очередную порцию оваций. Карлос смущенно прокашлялся. - Моя звукозаписывающая студия вот уже несколько лет как собирает музыкальные таланты по всей Аргентине, - сеньор улыбнулся множеству студенческих лиц, в том числе и младшекурсникам, которые потихоньку начали заполнять свободный периметр рядом с преподавательским столом. - Сейчас мой выбор остановился на вашей Студии, где у меня есть больше шансов найти будущую знаменитость, чем где-либо в другом месте. В эти последние три недели мы упорно трудились над тем, чтобы обеспечить условия для этого концерта. Сегодня вы покажете, насколько талантливы, и судьи в лице меня, Рафы Палмера и Антонио решат, кто из студентов наиболее достоин именоваться гордостью Студии и персонального приза - путевки в один из самых престижных музыкальных училищ Нью-Йорка. Леон огляделся. Судя по лицам, все разгорелись энтузиазмом от перспективы такого успеха. Даже ребята с других курсов смотрели на Карлоса не с меньшим восхищением, к тому же с жаром что-то шептали соседям. Но тут Пабло заговорил вновь, и зал опять умолк. - Я знаю, что каждый из вас горит желанием поскорее выйти на сцену, но сейчас попрошу минуточку терпения. Все конкурсанты будут отбираться строго по списку, поэтому сейчас я попрошу выйти на сцену Людмилу. Блондинка заканчивала свое соло, которое, впрочем, было достойно только поощрения, и наступила очередь Нати. Девушка изрядно сгущалась, но все же начала с блеском. Песня была о любви, и пела она ее, по-видимому, для Макси. Камилла оглянулась к другу - тот сидел явно польщенный. Выступления сменялись одно за другим. Видимо, Пабло перестроил список, и первыми шли выступающие сольно, а дуэты оставались на "десерт". Так что, пока Камилла могла со спокойной совестью наблюдать за остальными. . На сцену в то самое время выходил сильно побледневший Джереми. Камилла хотела пожелать ему удачи, но лишь пробормотала что-то невразумительное. Пел он душевно, как и тогда, на уроке Анжи, поэтому Камилла не сомневалась, что музыкальный талант будет оценен высоко. Она хлопала вместе со всеми - поддержка в такие минуты была особенно важна. Выступающие следовали один за другим. Макси, Андреас, Бродвей... Оказалось, это еще хуже, чем Ками представляла - сиди вот так и слушай. Каждое удачное выступление зрители встречали аплодисментами и криками. Леон по-прежнему сидел, глядя в пол. В такие волнующие минуты девушке очень хотелось подойти и обнять его, но она знала, что мексиканец будет возмущен. Спустя пять минут оглушительные овации зрителей и судей возвестили, что Томас закончил свое выступление и сольнику подошел конец. В знак этого на сцену вышел Пабло и торжественно провозгласил: - Превосходно! Все молодцы! Но сейчас наступило время двух дуэтов, и я приглашаю на эту сцену Виолетту и Франческу. Итальянка дрожала с головы до ног, у Камиллы даже шевельнулось внутри сострадание. Она встала с гордо поднятой головой, напряженно сжимая руки. Ками и Леон оказались разделены лишь двумя пустыми стульями, избегая взгляда друг друга. Как и следовало ожидать, подруги пели о дружбе, но как показалось Ками, Фран изрядно волновалась и поэтому допустила небольшую ошибку - неправильно попала в ноту. Как бы то ни было, душа взяла верх и техника исчезла где-то там за поворотом. Три минуты, и опять взрыв аплодисментов. Никогда Камилла не была в таком напряжении: сердце колотится, пальцы дрожат от страха - а ведь ей еще предстоит играть на гитаре! Наконец Пабло снова встал перед микрофоном и настала очередь последнего дуэта. Девушка поднялась на ватных ногах, смутно осознавая происходящее. Леон встал следом за ней, она знала, что и он мучается волнением. Но сейчас они вместе, и совсем неважно, что будет потом! Страх накалился добела, и с подгибающимися коленками оба выползли на сцену и подключили инструменты. Леон выдавил улыбку и обернулся к бывшей подруге. А она все не могла отвести глаз от зрителей, которые нетерпеливо ждали. Камилла взяла несколько первых аккордов, а руки мексиканца попали на гладкие клавиши. Играл он с трепещущим сердцем и переполненною душой, в его игре с первых же нот сказалось что-то до такой степени своеобразное, что на лице девушки отразилось удивление. Однако через несколько минут очарование овладело всеми, а струны гитары звенели и рокотали, наполняя весь зал и заставляя сверкать глаза всех присутствующих оживлением и любопытством. Everybody needs inspiration // Каждый нуждается во вдохновении, Everybody needs a song // Каждый нуждается в песне, Beautiful melody, when the nights so long // В красивой мелодии, когда ночи длинные. Cause there is no guarantee // Причина в том, что нет гарантии, Сердце стало биться как ненормальное. Кровь прилила к лицу.Камилла ощутила, как страшно покраснела. На ее лице помимо воли появилась глупая улыбка, и какая-то непонятная сила подхватила ее и заставила еще быстрее переводить пальцы на грифе гитары. Леон снова ударил умелою рукой по клавишам. Иллюзия была полная. Ноты из невысоких тонов составляли как бы фон поглубже, а на нем выделялись, прыгая и колеблясь, верхние ноты, более подвижные и яркие. Никогда у него не было такого состояния. Он словно опьянел. В ногах чувствовалась слабость, а сердце разрывали глухие удары. That this life is easy // Что эта жизнь – легкая. When my world is falling apart, // Когда мой мир рушится, When there is no light to break up the dark // Когда нет света, чтобы вырваться из мрака, That’s when I look at you // Вот тогда я смотрю на тебя. Te miro a ti // Я смотрю на тебя Даже со стороны было заметно, как Леон заволновался. Клавиши под пальцами стали мягким и заходили волнами. Его щеки пылали. Сердце колотилось в груди так быстро, как машет крыльями колибри - не уследить. Он взглянул на Камиллу и оба запели одновременно. When the waves are flooding the shore // Когда волны заливают берег, And I can’t find my way home anymore// И я больше не могу найти дорогу домой, That’s when I look at you // Вот тогда я смотрю на тебя. Te miro a ti // Я смотрю на тебя. Внезапно, или эта была только иллюзия для Камиллы, зрители словно исчезли. Постепенно наступило расслабление, спокойствие и умиротворение. Вместо темноты образовалось что-то светлое. Перед ней вдруг возникла картинка синего неба с плывущими облаками. Внутри стало горячо, участились пульс, дыхание. Закружилась голова. Песня продолжалась, и она все еще водила рукой по струнам. Но вместо зрителей и всего зала вдруг стали приближаться облака. Девушка увидела в них две точки. По мере приближения к облакам стало ясно: эти точки — они с Леоном. И вот вскоре Ками уже смотрела на них со стороны, покуда мексиканец,не замечавший этого видения,как и все остальные, начинал свой куплет. Sólo en tus ojos veo la verdad // Только в твоих глазах я вижу правду, Me quieres tal como soy //Ты любишь меня таким, какой я есть, Como el viento ama el mar //Как ветер любит море, Besándolo al pasar // Целуя его на лету. Они стояли друг напротив друга, держались за руки и молча смотрели друг другу в глаза. Лицо Леона было неподвижным. На губах — легкая улыбка. Камилла посмотрела на себя со стороны. На ее лице тоже была улыбка. - Как сильно я был привязан к тебе, но теперь ты мне уже не нужна, - произнес парень. Картина - они, стоящие в облаках на фоне лазурного неба, была потрясающей. Голос настоящего Леона звучал тихо, словно издалека. Он все еще пел. Мексиканец отпустил ее руку. Глядя Ками в глаза, он отошел от нее на несколько шагов, помахал рукой, развернулся и пошел в облака. Девушка чувствовала, что становится гораздо легче. Будто стальной обруч, сжимающий сердце, лопнул и разлетелся на куски. Она вздохнула полной грудью. - Облака смоют с тебя печаль, и ты меня забудешь. Забудешь… - шептал призрачный Леон. - Прощай, - прошептала Ками, зная, что теперь мексиканец станет незначительным для ее памяти. И в этот момент ее затрясло, пробрал ледяной холод. Девушка вдруг четко и ясно осознала, что сейчас он пройдет через стену очищающих облаков и навсегда охладеет к ней. Она станет ему чужой. Человеком из прошлой жизни. "Что же я делаю!" - ужаснулась Камилла. Страшно испуганная, она развернулась и увидела Леона. Он уходил вдаль. - Леон! Умоляю, вернись ко мне! Забудь Лару! Ведь я так хочу быть с тобой! Вернись, пожалуйста, вернись! Сломя голову Камилла бежала вслед за мексиканцем сквозь облака, боясь потерять его, позабыть, отпустить. Но в тот миг образовалось какое-то поле между ней и Леоном, которое не пустило девушку к нему. Внезапно она вздрогнула, как от удара током, и распахнула глаза. When the waves are flooding the shore // Когда волны заливают берег, And I can’t find my way home anymore// И я больше не могу найти дорогу домой, That’s when I look at you // Вот тогда я смотрю на тебя. Образы потеряли свою жгучую определенность, представ перед девушкой в каком-то смутном фоне, лишь настолько, чтобы придать песне задумчиво-грустный характер. В таком музыкальном экстазе, весь изливаясь дрожащей мелодией, она прощалась с Леоном. И он знал, что это была песня прощания. Последние оставшиеся ноты мелодии любви поднялись в воздухе и рассеялись навсегда... Казалось, будто удар разразился над толпою. Судьи, все до единого встали со своих мест, покоренные таким чувственным исполнением и изо всех сил хлопали ладонями. Анжи с жадностью ловила последние задумчиво-грустные напевы, и задавала себе вопрос, в чем же привлекательность этой пары, их чарующая тайна, но вскоре удивительная гармония песни разрешила ей этот вопрос. "Да, - думала Сарамего про себя, - тут есть какое-то совсем особенное, истинное чувство...чарующая поэзия, которую не выучишь по нотам". Песня Леона и Ками - (http://www.realmusic.ru/songs/1159377) Камилла медленно спустилась со сцены. В крови все еще кипел адреналин. Хотелось узнать, как прошло их выступление, но не успела - Франческа уже кинулась ей на шею, а за ней семенил довольный Макси. - Вы были великолепны! - восторженно начала лучшая подруга, - Просто потрясающе, подруга! Ками кое-как вырвалась из объятий итальянки, и смущенно посмотрела на Леона. Мексиканец казался довольным, таким же, как и беседующий с ним Понте. Но стоило ему встретиться с ее внимательным взглядом, как парень помрачнел. Внутри девушки шевельнулось нечто неприятное, но Фран не заметила ее замешательства, и продолжала тараторить: - Наша Людми сидела с видом, будто проглотила килограмм мусора, - восклицала верная подруга, - А преподаватели очень довольны, наверное, они кого-нибудь из вас выберут... - Франческа замолчала, а потом вдруг добавила: - А ты все о нем думаешь? Брюнетка вздрогнула и поняла, что этим выдала себя. Леон все еще беседовал с Макси, но на нее внимания больше не обращал. Сказка действительно закончилась, стоило только завершить выступление... - Думаю, - призналась Камилла, - Но уже не так, как прежде. Франческа хмыкнула, но подруга едва расслышала это: Пабло вдруг обнял обеих за плечи и провозгласил: - Отлично, просто замечательно! Результаты будут оглашены лишь послезавтра, а завтрашние занятия я, так и быть, отменю. Вы это заслужили. - Директор сделал паузу. - Ну а мне пора проводить наших гостей. Передадите всем мое объявление? Пабло убрал руки и, не дожидаясь радостных возгласов в ответ на его заявление об отмене занятий, вышел. Карлос и Рафа Палмер наверняка ждали его в кабинете. Зал начал пустеть. - Чем ты займешься завтра? - пытаясь быть веселой, спросила Камилла. - Постараюсь, чтобы Лука не узнал об этом, - заявила Франческа, - А то получится у меня не выходной, а еще один день работы в Ресто. - А ты объясни ему нормально, что к чему. Обычно братья не терзают своих сестер. - Тебе легко говорить, - вздохнула лучшая подруга, - И вообще, это ты могла бы с ним поговорить. Тебя-то он наверняка послушает. Камилла скептически изогнула бровь. - Ты ему все еще нравишься, - хихикнула итальянка, и получила тычок от покрасневшей Ками. - Конечно, нам ничего не светит, - ухмыльнулся Макси, - Ей-богу, Пабло чуть не взорвался от гордости. Ну а Карлос этот довольный остался. - Брось, Макси, - раздраженно буркнул Леон, - Не так уж и блестяще мы выступили. Были ошибки. Камилла вон после второго куплета совсем расслабилась. Друзья шли по улице, делясь впечатлениями о прошедшем концерте. Леон собирался домой, а Макси - в Ресто. Сегодня другу предстояло поговорить с Нати, и он, по-видимому, сильно нервничал, постоянно спрашивая у друга совета. Тот, все-таки, повидал виды. Но сейчас Понте явно волновало другое. - Ты с ней так и не поговорил? - произнес он после недлинной паузы. - А должен был? - отозвался мексиканец, - И вообще, я уже выбрал. - Выбрал? - скептически проговорил Макси, - Да ты и не выбирал, Леон. Просто навесил на Камиллу ярлыки претензии, а из Лары ангелочка сотворил. Вот и ходишь теперь с проблемами. Леон полуобернулся к другу. На лице у него застыло выражение непонимания. - О чем ты? Понте смущенно отвел взгляд. - Как друг тебе скажу...Ты очень изменился. Со стороны тебя и не узнать. Это Лара твоя так влияет? Мексиканец заметно разозлился. - Завел волынку, и ты туда же! - запальчиво произнес он, - Лара, к твоему сведению, была и остается самым здравомыслящим человеком в моем окружении. В отличие от вас, она дорожит мною! Макси вдруг остановился, Леон тоже. Понте сверкнул глазами - еле сдерживал гнев. А затем сквозь стиснутые зубы процедил: - Ах, вот ты как. Значит, старые друзья тебе уже не нужны? И Камилла тоже не нужна? Не горюй, за ней уже целая очередь выстроилась. А ты беги к своей новой подруге, она сможет тебя утешить! Леон горько улыбнулся. - Это не я изменился, а вы. Поверь, я остался таким же. - Будь ты таким же, Леон, ты бы никогда не оставил Камиллу, - тихо произнес друг.