Голос потерянной души. Путешествие I

*** Папирус сидел на стуле перед окном, напряжённо вглядываясь в метель.  — Где же ты, Санс? — тихо спросил он, положив голову на ладони. Брат должен был появиться ещё несколько часов назад. Даже если учесть, что он пропустил начало бури и ему пришлось добираться пешком, он должен был быть уже тут.  — Может, он, как обычно, уснул на посту? Спит себе сейчас под тонной снега… — скелет попытался представить себе мирно сопящего Санса, чтобы от сердца отлегло, но помогло не очень. В любой другой день он бы помчался на помощь или хотя бы на проверку, но сегодня выходить из дома было крайне опасно. Риски заблудиться самому среди пелены белых хлопьев были во много раз больше шансов отыскать брата. Папирус это понимал. Чтобы хоть как-то сгладить ситуацию, он включил свет во всём доме и выставил мерцающий режим у гирлянды, которая была развешена под крышей дома. Он очень надеялся, что свет поможет сориентироваться Сансу в пространстве. Телефон на столе завибрировал. Душу защемило от нетерпения. Скелет вскочил с места, едва не опрокинув стул, и подбежал к заветному устройству. К сожалению, на экране вместо «брат» мерцала надпись «Доктор Альфис». Разочарованный, долговязый все же поднял трубку, стараясь придать голосу будничный тон.  — Да, привет, Альфис. Как ты?  — П-привет… Я н-неплох-хо, а вот на счёт С-санса… В Хотленде он последнее время он не появлялся, а камеры в Сноудине… Они зафиксировали его в последний раз у выхода из Руин, а потом н-началась буря. К-как я и ожидала, с-сенсоры от снега… В общем, обзор перекрыт. Я м-могу связаться с Андайн…  — Не стоит. — возразил скелет, — Выходить сейчас из дома опасно, а после непогоды я сам его найду. Сноудин не такой большой. Не стоит отвлекать королеву.  — Н-ну, как скажешь. Если н-нужна будет помощь — обращайся. З-за камерами я ещё послежу.  — Спасибо, Альфис. — Папирус повесил трубку и упёрся лбом о стол. Он давно заметил, что с его братом твориться что-то неладное. Поначалу он списывал это на приход человека — ситуация нервная, переживали абсолютно все. Но теперь, когда Фриск ушла стало только хуже: Санс почти перестал есть и, возможно, спать, стал более нервным и апатичным к обычной жизни. Они совсем перестали общаться, да черт возьми, Санс даже почти перестал шутить. Папируса всегда раздражали эти нескончаемые и дурацкие каламбуры, но он смирился, что это неотъемлемая часть его брата. Теперь Санс совсем не тот. Хуже всего было то, что он никогда не делился своими проблемами. Как бы Папс не пытался его разговорить или поддержать, он всегда переводил тему… Телефон снова зазвонил. Скелет машинально поднял трубку.  — Эй, Папс. Мне тут Альфис что-то про Санса втирала. Он потерялся или как?  — Не возвращается домой. Я переживаю, что он мог заблудиться в буре. — на автомате ответил он, не сразу сообразив, кто звонит.  — А-а-а. Да, погодка что-то совсем разошлась. Прикинь, у меня у старого дома вода льдом покрылась. А вся трава в инее. Что творится у вас я даже думать не хочу. Альфис сказала, что температура в Хотленде тоже понизилась, но не сильно. Ядру это никак пока не грозит. Блин, это так непривычно, следить абсолютно за всем… Но не суть. Короче, нужна будет помощь — звони. Я хотя бы бригаду вышлю. Если все совсем плохо будет. — Спасибо. Я надеюсь, все обойдется. *** Весь следующий день Санс провел в напряжении. Папирус, к счастью ничего ночью не слышал. Или делал вид, что не слышал. Остальные монстры искоса поглядывали на скелета с удивлением или усмешкой, но молчали. Санс был не последним человеком в городе и, если формально он не занимал никакого важного поста, его брат все еще остается Советником Капитана. Это третий по важности титул, выше него только сама Капитан и Король. А ведь родословные здесь очень ценятся. Ценятся и почитаются. Оценив ситуацию, комик телепортировался на свой пост у выхода из Руин. Как ни странно, свою работу он любил. Тихая, уединенная и самое главное — бесконтрольная. Конечно, ему нужно было давать Боссу отчёты о неполадках и изменениях, но не более. А так, на посту, один на один с собой, он мог расслабиться и погрузиться в свои мысли.

«Откуда мог взяться этот «двойник»? Скелетов я нигде не видел, Андайн тоже молчала. Значит, это либо козни поехавшей учёной либо… Либо монстр, который умеет менять внешность. Необычная магия… Но откуда тогда такой монстр мог взяться? Выйти из глубин пещер? Или он скрывался в деревне Темми? Но что заставило его показаться? И зачем ему брать образ меня? Власть? Но у меня нет званий. Тогда стоило бы притвориться Боссом, как минимум. Хотя… Нет. Я идеальный вариант: монстры меня боятся и не тронут, если будут в своем уме, Королю на меня чхать, Андайн, в принципе, тоже, Босс меня… любит? Короче, он мой брат. При этом, моя персона не привлечет внимания, даже если я буду разгуливать по всему Подземелью, потому что у меня три поста. Ок, с тем, почему — я, разобрались. Следующий вопрос: что ему нужно и умеет ли он копировать магию так же, как и внешность?»

Перестав бубнить, Санс почесал подбородок и нахмурился. Для начала нужно выяснить, откуда он пришел. Но так, чтобы об этом никто не догадался. В таком случае, ему нужно избегать встречи с Андайн и находиться поблизости только вокруг своих точек. Итак, точка 1: Сноудин. Здесь итак ясно, что все видели его в образе полудурка в странной одежде и с не менее странным поведением. Точка 2: Начало Вотерфолла. Санс телепортировался. У его поста никого не было. С грязно-бурых стен стекала вода, на полу валялись осколки кристаллов. В сточных каналах вяло плескалась мутная вода.

«Где в Вотерфолле самое оживлённое место?»

Скелет убрал руки в карманы. Найти здесь народ можно только у дома рыбехи и привидения или ближе к темным комнатам. Но ему не разговорить Смурену, а Аарон и двинутая на чистоте черепаха слишком тупы. Можно, конечно, зайти к старику-торговцу барахлом, но туда «двойник» вряд-ли заходил, если не хотел лишний раз светиться. Да и старый хрыч ничего за бесплатно не скажет, а денег у скелета нет. Заявиться к приведению он тоже не мог — слишком рискованно. В конце концов, за стеной живёт Капитан, а Блук, хоть и не очень болтливый, под особым натиском, свойственным Капитану, может проговориться.

«Тогда о «пришельце» узнает Папс. Не, это не вариант. Тогда в Хотленд. Гаденыш не смог бы пропустить Вотерфолл, только если не умеет телепортироваться.»

Точка 3. Хотленд. Мост. Хотленд густо населен только у Ядра, у отеля Мутировавшего калькулятора. Стоять здесь — абсолютно бессмысленно.

«Мне нужен предлог, чтобы пройти дальше. В идеале, нужно попасть в лабораторию Чокнутой и посмотреть камеры. Но, если она увидит «меня» на записях — у Босса могут быть неприятности. Наоборот. Если жители подтвердят, что видели меня — записи нужно украсть или Босс грозится потерять авторитет. Андайн мгновенно снимет его с поста, если узнает, как ведет себя его «брат», что подрывает страх и уважение к важным лицам, выставляя их на посмешище. Нельзя допустить, чтобы рыбеха узнала. Черт! Вот же мразь, а?! Убью его. Похер на то, кто он и зачем пришел. Он может лишить Босса звания. Он может сломать нам жизнь одним только появлением. Вот же блять, одним своим появлением!»

Санс попытался успокоиться, ему нельзя сейчас быть на нервах. Нужно оставаться спокойным, хладнокровным, иначе можно наворотить дел.

«Нужен предлог, чтобы попасть в людное место…»

Скелет огляделся. Вокруг этого поста никогда никого не было. Только если кто-то решит пройтись по мосту. Мост. Из Вотерфолла в Хотленд. Из холода в жару. Жара. Санс хлопнул себя по лбу и, недолго думая, направился пешком вперёд. Он зайдет к мороженщику. А свою прогулку спишет на незнание его местонахождения. Отличный план. Идти было скучно. Муторно и жарко. Через некоторое время Санс даже поверил в то, что нуждается в злороженом. Из граждан никто не попадался. На небольшие расстояния скелет все же телепортировался, чтобы избежать прохождение головоломок или попадание на камеру. За годы практики он научился их выделять среди обычной обстановки. Теперь, даже если Альфис установит новые или перенесет старые, он сможет заметить их за долю секунды. Рыская глазами по углам, комик мысленно представлял, как будет перемалывать кости обидчику, непроизвольно улыбаясь шире. Сначала такие мысли встревожили его, но он смог все быстро списать на справедливую месть, так что от души отлегло. Честно говоря, Санса никогда не радовали идеалы его мира. «Наплюй на ближнего, насри на нижнего» — так себе установки на жизнь. Зато они отлично устраивали Папируса. Доказать, что он сможет уложить всех за раз, защитив при этом мирных, ему хотелось всегда. Со временем, принципы слегка изменились, а вот тактика вовсе. Как старший брат, Санс не мог отказать Папирусу в мечте. Однако, когда Босс связался с Андайн, а после вступил на должность и ему пришлось жить подобными принципами... Проводя с ней все больше и больше времени, Папирус действительно проникся и остановить его стало невозможно. Даже их отношение в семье сломались. Они перестали быть семьей, что уж тут врать. «Босс»… разве это обращение к любимому младшему брату? Скелет мог бы озлобиться на рыбу, но в глубине души он понимал, что сам во всем виноват. Нельзя было без разбора все позволять брату. Он прогнулся под него, не сумев воспитать, потому нечего сейчас удивляться, что Папс сел на его шею. А уж винить в этом кого-то постороннего даже слишком эгоистично. Тем не менее, полностью простить Андайн он все же не мог. В какой-то момент скелет поклялся себе, что никогда не прибегнет к ее методам. И пока все шло довольно удачно. Дрался он только по пьяни или в исключительных ситуациях, стараясь ни под каким углом не прибегать к смерти противника. Конечно, это вызвало определенные слухи, мол он слаб настолько, что убить никого не может, отчего Папирус разочаровался в нем еще сильнее. По правде говоря, почти все их скандалы начинаются именно с той фразы. Но своим принципам Санс четко решил не изменять. Теперь же, так легко представляя себе убийство «двойника» да и к тому же, такое жестокое, комик переживал. Эта ситуация легко шла под описание ЧС, при котором он дал себе волю убивать, но все же… Прямо перед лифтом стоял мороженщик. Он по пояс нырнул в свою тележку, что-то усердно там ища.  — Эй, приятель! — окликнул зайца Санс. От неожиданности бедняга ударился головой о бортик холодильника.  — Ох, п-привет, — почесывая ушибленный затылок, поздоровался он в ответ.  — Сегодня так жарко. Я бы хотел попросить тебя об одолжении. Мне нужна вот эта твоя гадость. Одолжишь?  — Ох, я понимаю. Одну порцию, да? Тогда с тебя…  — Нет-нет. Я сказал, что ты одолжишь мне его. Видишь ли, я не взял с собой денег. Оставил дома, представляешь, какая жалость. Поэтому ты одолжишь мне одну порцию. — кролик явно запаниковал. Он попытался что-то возразить, отходя на пару шагов назад, но Санс в одну секунду заставил его стоять на месте. Магия приятно теплила левый глаз, заставляя улыбаться шире обычного.  — Чего ты так испугался, дружище? Если тебе так принципиально, я могу обменяться с тобой. Ты мне злороженое, а тебе, скажем… — Санс потянулся во внутренний карман.  — Н-не надо! — вскрикнул кролик, отчаянно стараясь пошевелиться. Сжалившись, скелет отпустил бедолагу. — Знаешь, у меня как раз осталось пару лишних. Я итак х-хотел сделать скидку, а тебе, по старой дружбе, отдам так. — он попытался выдавить что-то на подобии улыбки, протягивая трясущейся рукой красное эскимо. Санс кивнул и, забрав лакомство, телепортировался к ближайшей головоломке. Он хотел предложить ему в обмен хот дог, но его право… Не распакованное злороженное скелет также убрал внутрь куртки. Здорово, что его тело не выделяет тепло и лед может храниться у него почти вечность. Может, когда-нибудь пригодится. А пока, ему нужно поговорить вон с теми ребятами.