Пелена на глазах их

      Сама церемония была короткой. Они проделали необходимые ритуальные жесты и фразы, и все это мало что значило для Сакуры. Что было действительно важным, так это взаимное намерение, которое почти осязаемо витало между ними в воздухе.       В саду храма они принимали поздравления от гостей. Это тоже прошло быстро, так как присутствовали только родители Сакуры, Цунаде, Какаши, Наруто и Ино. Сай был на задании, а Хината, как сообщил Наруто, сегодня чувствовала головокружение и недомогание. Сакура гадала, насколько ее состояние было вызвано вчерашними выходками Ино.       За саке и угощениями Сакура наблюдала за реакцией своей семьи и друзей. Ее отец держался на удивление хорошо — он вписывался в образ гордого отца невесты — немного нервничал, немного перегибал, но все же был счастлив. Ее мать была совсем не счастлива, и это заставило сердце Сакуры сжаться. Она могла понять ее — ее мать просто волновалась; это было слишком неожиданно для нее, чтобы успеть привыкнуть и смириться с решением Сакуры. Тсунаде была тоже не особо рада, она так и кипела от раздражения. Кроме того, она была единственной, у кого хватило наглости бросить Мадаре эти неоспоримые замечания о том, что он должен обращаться с Сакурой хорошо и никак иначе.       Примечательно, что чем младше возраст гостей, тем лучше их настроение. Какаши забавлялся. Ино была идеальной, искрящейся от радости лучшей подругой невесты. Наруто ухмылялся и похлопывал Мадару по спине, бросая идиотские подбадривания вперемешку со своими бесконечными даттебайо.       Через полчаса свадьба закончилась, и все разошлись по домам. Ноябрьские дни были короткими, и уже начинало темнеть. К счастью, этот день был достаточно теплым, и не шел дождь, так что домой можно было идти в ее дорогом наряде. Ино проводила их до самой калитки, придерживая от греха подальше подол кимоно Сакуры, чтобы тот не запачкался. И любезно не произнесла ни слова по пути.       Только когда они были уже у ворот, Сакура услышала тихий щелчок за спиной. Сакура и Мадара одновременно повернули головы на звук, чтобы посмотреть в объектив камеры, направленной на них. Еще один щелчок.       — Эй, Ино! Как ты смогла заполучить мою камеру?       Ино театрально надула губы.       — Ты недооцениваешь меня, я ведь недаром куноичи! И, давайте, еще раз сфотографирую! Потом спасибо скажете!       Оба послушно повернулись к Ино, которая сделала еще один снимок и торжествующе воскликнула.       — Он улыбнулся! Сакура, он улыбнулся перед камерой! И я это сфотографировала! — Ино вложила фотоаппарат Сакуре в руки. — Вот, сделай из этого шедевр!       Сакура мельком взглянула на Мадару, на лице которого было подчеркнуто вежливое выражение.       — Ино, — сказала Сакура. — Он много улыбается.       Но Ино уже ускакала прочь.       — Повеселитесь вечером! — Махая рукой с другого конца улицы, крикнула она так громко, что ее услышала вся округа.       Мадара и Сакура обменялись взглядами.       — Ну что, пойдем? — Мадара открыл входную дверь и впустил Сакуру внутрь. Ему пришлось держать ее за локоть, пока она снимала туфли — гэта были очень высокими и неустойчивыми.       — Уфф, ты и представить себе не можешь, насколько это все тяжелое… — Сакура расправила плечи и двинулась по коридору. — Я мечтаю уже раздеться. Но тебе придется мне помочь.       — Конечно.       Сакура остановилась на полпути, поняв, что только что сделала очень смелое предложение. Но Мадара уже был в дверях спальни, поэтому она не стала заморачиваться и последовала за ним.       Она сняла шнурок, удерживающий оби, и стояла, подняв руки, пока Мадара, развязав сложный узел на ее спине, разматывал оби. Сакура лелеяла возможность наконец-то вздохнуть свободно.       Мадара осторожно повесил оби на специальную вешалку — та стоила целое состояние, и это было заметно.       Затем пришла очередь кимоно, и с плеч Сакуры спала тяжесть. По крайней мере, ее физическая составляющая.       — Может, мне помочь тебе? — Спросила Сакура, пытаясь придумать, чем бы занять руки.       — В этом нет особой нужды. Моя одежда гораздо проще, — ответил он, одновременно расстегивая свой пояс.       Не найдя себе никакого другого занятия, Сакура сняла нижнее кимоно. И вот она вся — совсем голая, если не считать тонких ленточек ткани, которые Ино навязала ей. Может быть, она даже предпочла бы не надевать их вообще, потому что они действительно делали ее сексуальной, даже соблазнительной, в то время как сама Сакура себя таковой не чувствовала.       Мадара перевел взгляд на ее грудь. К своему ужасу Сакура заметила, что белый атлас доходил ей до половины соска. Выше была лишь тонкая прозрачная сетка. О боги, как она могла не заметить этого? И хвала Ино за то, что она так хорошо знает свое тело…       Сакура прикрыла грудь руками и свернулась калачиком.       — Эй… не прячься, — мягко произнес Мадара.       Сакура покачала головой и еще больше отвернулась от него.       — Извини, это все идея Ино! Сама бы я никогда не…       — Почему ты извиняешься?..       — Тебе нравятся такие вещички? — Недоверчиво спросила Сакура.       — Я никогда раньше не видел ничего подобного. В мое время женщины носили обвязки на груди. Но то, что на тебе, выглядит, конечно, интересно. Даже интригующе. Почему бы тебе не дать мне посмотреть на это еще раз? — Сакура неохотно опустила руки. Мадара склонил голову набок. — Да. Определенно интригующе.       Сакура мельком взглянула на него, и первым, что она заметила, была выпуклость на его брюках, которой наверняка мгновение назад не было. Сакура почувствовала, как вся кровь прилила к ее лицу — она была уверена, что сейчас стопроцентно похожа на Хинату.       — Итак, — Мадара сделал шаг в ее сторону, — как бы ни была сложна эта штука, как она снимается?       С некоторым облегчением Сакура повернулась к нему спиной.       — Вот здесь. — Она указала на застежку.       Пальцы Мадары дотронулись до нее, он потянул и повернул, но застежка не поддалась.       Сакура хихикнула раз. А после еще, когда, сделав вторую попытку, он так и не смог расстегнуть лифчик.       — Хм… Я понял, что это… — сказал Мадара чересчур серьезным тоном.       — Что? — Успела вставить Сакура между смешками.       — Средство, чтобы охладить пыл чересчур рьяных, похотливых мужей. — Сакура корчилась от смеха, не в силах оставаться на месте. — Разве я не прав? Бьюсь об заклад, тут имеется и печать.       Сакура зажала рот обеими руками в тщетной попытке сдержать хохот.       — И к тому же заминировано, — добавил Мадара, потянув за застежку, явно не собираясь ее расстегивать.       Сакура вскинула руки назад и легким движением пальцев расстегнула ее сама. Затем она медленно повернулась к нему лицом, все еще прижимая лифчик к груди.       — Хорошо, я все запомнил. В следующий раз я все сделаю правильно, — пообещал Мадара, снимая брюки. Он подошел к ней и, взяв ее руку в свою, отвел от груди. Лифчик упал на пол. Не отпуская ее руку, он повел Сакуру к футону. Когда он сел, Сакура могла смотреть только на его эрекцию. Тревога, которую удалось прогнать смехом, теперь вернулась.       — Нет причин так нервничать, — сказал Мадара, наблюдая за выражением ее лица.       — Но я понятия не имею, что делать! И мне страшно! — Непрошеная дрожь пробежала по ее спине. Она знала, что не должна бояться, но боялась, и это только усиливало ее недовольство собой.       — Что тебя пугает?       Сакура облизнула губы.       — Что я не смогу сделать это так, чтобы нам обоим было хорошо. Что все будет не так, и это будет моя вина. Что я в чем-нибудь провалюсь.       Мадара усмехнулся.       — Но это не соревнование и не испытание. Я не твой соперник. Скорее, я твой…       — …сокомандник?       — Да. Сокомандник. И то, что мы собираемся сделать, требует огромной командной работы. И практики. И доверия. Как будто изучаешь комбинацию дзюцу.       — Вот видишь! — Сакура снова взорвалась. — Ты уже знаешь, как, ты делал это раньше, тогда как я.…       — Я никогда не делал этого с тобой. Это все, что имеет значение. Это внове для нас обоих.       В груди у Сакуры потеплело.       Он дотянулся до ее бедер и медленно стянул трусики.       — И могу поспорить, половину я уже забыл.…       — Лжец, — прошептала Сакура, задыхаясь. — Вы, пользователи шарингана, помните все…       Он провел руками ее по бедрам и притянул ближе, и она оказалась между его ног. Затем протиснулся коленом между ее ног, усмехаясь, стал покачивать им влево-вправо, влево-вправо, раздвигая ноги Сакуры, открывая себе больше пространства. Когда его оказалось достаточно, он оперся на второе колено и медленно развел ее ноги в стороны. Глаза Сакуры расширились.       Мадара схватил ее за бедра и потянул к себе. Сакура застыла в легкой панике, думая, что сейчас все произойдет, так быстро. Она остановила его движение, прислонившись к груди Мадары.       — Подожди! Мне кажется, я еще не готова!       — Я знаю, — заверил он Сакуру и опустил ее так, что ее промежность оказалась напротив его, никак не соприкоснувшись. — Видишь, не о чем волноваться, — сказал он и обнял ее за спину. Он погладил кожу вдоль ее позвоночника, и дрожь вернулась, но теперь по другой причине.       — Все еще нервничаешь? — Спросил он и чмокнул ее в губы.       Сакура вздрогнула от неожиданности. Правильно, поцелуи. О боги, это был ее первый поцелуй. Она сидела совершенно голая на коленях у мужа и только что получила свой первый поцелуй. Почему-то в тот момент это показалось ей не слишком существенным.       Тем не менее, она наклонила голову, чтобы подарить ему еще один. Она хотела лучшего поцелуя, более глубокого, и получила его. Сакура всегда думала, что это будет чрезвычайно ответственный момент, но в действительности оказалось, что это легко.       Руки Мадары скользили вверх и вниз по ее спине, с каждым разом все чаще касаясь ее попки. Его большие пальцы были отставлены и доставали до ее грудей. Казалось, он начал ощущать ее округлость.       Движения его рук стали сильнее и быстрее. Обхватив ее сзади, он заставил ее прижаться к нему бедрами. Малейшее изменение давления на ее промежность, вызванное этим движением, что-то зажгло в теле Сакуры. Ощущение было настолько приятным, что Сакура повторила действие сама.       Мадара поднес руки к ее груди и сначала нежно погладил, едва коснувшись кожи, а когда она наклонилась к нему, крепче прижал ее к себе. Когда он перекатил ее сосок между пальцев, Сакура простонала ему в губы.       Она раскачивалась на нем в ритме, который подсказывало ей чутье, и его руки, мявшие ее грудь, помогали его поддерживать.       Мадара скользнул рукой ей за спину и, погладив попку, добрался до промежности. Он дотронулся до нее кончиком пальца и обвел по кругу. Сакура была шокирована тем, как легко он скользил; она и представить себе не могла, что там может быть так влажно. Палец Мадары вошел чуть глубже, и Сакура застонала.       — Чувствуешь себя более готовой? — Спросил он, разрывая поцелуй.       — Немного…       Руки Мадары блуждали по всему ее телу. Он обхватил ее ягодицы и нежно сжал их. Углубляя их поцелуй, Сакура дернулась и сильнее заерзала на его коленях — восхитительное ощущение, исходящее от ее входа, усилилось. Сакура почувствовала, как Мадара ухмыляется в поцелуй.       — Эй! Почему ты смеешься?!       — Я не смеюсь, просто я счастлив видеть, что ты наслаждаешься собой.       Сакура хотела усмехнуться, но не успела, поскольку он опустил голову к ее груди и коснулся губами соска.       — О, — удивленно произнесла Сакура. — Оооо…       Его рот обхватил ее сосок, а пах терся о ее промежность. Он реагировал на все ее движения, но она все еще хотела большего контакта, большего напора. Она судорожно дернулась ему навстречу.       Заметив ее затруднение, Мадара прижал ее к своей груди и лег на спину.       — Может быть, вот так? — Предложил он. — У тебя будет больше свободы движений.       Сакура оперлась локтями по обе стороны от его головы, закрыла глаза и крепко поцеловала его, потому что внезапно почувствовала себя очень уязвимой и не знала, что еще делать.       Их бедра больше не прижимались друг к другу после смены положения. Сакура осторожно опустилась, вслепую ища его пах. И застонала — головка его члена оказалась точно между ее половыми губами.       Там было так влажно. Сакура шевельнула бедрами, и кончик члена скользнул от ее входа к клитору и обратно. Это ощущение захватило ее настолько, что она забыла ответить на поцелуй. Она снова покрутила бедрами. Каждое повторное движение заставляло ее промежность раскрываться все больше. Наконец, набравшись смелости, Сакура направила член не вперед, а внутрь себя. Его головка застряла в ее отверстии — удивительно, но там, казалось, было достаточно места для него. И было так влажно…       Сакура опустилась ниже — он вошел глубже. Ее веки затрепетали, вот и все — он был внутри нее.       Она толкнулась сильнее и была вынуждена остановиться, так как барьер внутри нее препятствовал дальнейшему продвижению. Сакура нахмурилась. Это было не то чтобы неожиданно, но тем не менее раздражало. Что же ей теперь делать? Какую силу применить, чтобы преодолеть его? Будет ли больно? Она надавила еще, и ее тело ответило неприятной, тупой болью. Она сильнее оперлась на локти, инстинктивно избегая этого ощущения. Ее влагалище, что было таким открытым еще минуту назад, начинало закрываться. Глупое тело, так испортить ей удовольствие! Это пустяк, просто ничего не значащая мелочь, почему же она так реагирует?       — Мне стоит сделать это самому? — Спросил Мадара, заглядывая ей в глаза.       — Ммм… — замялась Сакура. Но ведь это должна быть командная работа, верно? Каково бы ни было ее затруднение, она была не одна. Отныне и до конца их жизни. — Наверное, да…       — Тогда иди сюда. — Он подтянул ее еще выше, удерживая за затылок, и вовлек ее в поцелуй. Он вышел из нее почти полностью, прежде чем погрузиться глубже. Но не настолько, чтобы даже коснуться плевы. Лаская языком ее рот, он повторил движение. С мягким шлепком его головка вышла из нее, чтобы войти вновь. Ощущение от ее раскрывающегося влагалища поглотило все внимание Сакуры. После того, как он повторил этот маневр еще пару раз, ей пришлось прервать поцелуй, потому что она больше не могла делать все враз. Сакура добавила к этому покачивание своих бедер. Ее погасшее было желание вспыхнуло снова.       — Еще… — простонала она. — Сделай так еще…       Мадара погладил ее по бокам и положил руки ей на бедра.       — Еще… — требовала Сакура.       Одним быстрым движением он крепче сжал ее бедра и толкнул их вниз, одновременно прижимая свой таз прямо к ней.       Сакура застонала, когда из легких вытолкнули весь воздух.       — Я и понятия не имела, что ты войдешь так глубоко… — она смутно ощутила, как острый укол боли уже начал отступать.       Мадара неподвижно лежал под ней.       — Тебе больно?       — Да… Нет… Уже перестает болеть. Эм… спасибо, наверное?       — Ну, в конце концов, я действовал в своих собственных интересах, верно?       Сакура усмехнулась. И тут же остановилась, потому что почувствовала, как от ее шевеления из-за смеха ее внутренние стенки сжались вокруг его члена. Насколько же близким был их контакт?       Она наклонилась, чтобы поцеловать его, и медленно, словно пробуя, покрутила бедрами по кругу. О, ничего себе. Это было потрясающе. Сакура раздвинула ноги шире — давление на клитор было, наконец, именно таким, как она хотела.       Она слегка приподняла бедра и опустила их вниз, думая, что так ему будет приятнее. Должно быть, она оказалась права, потому что он дернулся, пусть даже на мгновение.       — Я в порядке, теперь ты можешь двигаться, — заверила его Сакура.       Он начал медленно. И это было даже лучше, чем двигаться самой, поскольку резонанс их тел разжигал в Сакуре огонь. Она закрыла глаза и последовала своим желаниям. Крепко держа ее за бедра, он помогал ей сохранять ритм, поддерживал ее вес и поднимал выше, чтобы придать толчкам больше силы.       Он идеально заполнял ее, именно так, как ей было нужно… Это не заняло много времени, пока тугая пружина внутри нее, что сжималась все сильнее и сильнее с того момента, как они вошли в спальню, не лопнула. В беззвучном крике Сакура откинула голову назад и резкими толчками достигла оргазма.       Когда тот наконец утих, она положила руки на постель по обе стороны его головы и опустила голову. Ее волосы свисали, закрывая им обзор вокруг. Она посмотрела Мадаре в глаза и рассмеялась. Только что она воспарила так высоко, что ей не хватало слов — она могла только смеяться.       — Ты кончила? — Спросил он.       — Похоже на то, — ответила Сакура, не переставая смеяться.       Он усмехнулся — видимо, это было заразно.       — Тогда, значит, меняемся? — И прежде чем она успела ответить, он крепко прижал ее к груди и перекатился так, что теперь она лежала на спине. Он подхватил ее ноги и приподнял ее бедра выше. — Скажи мне, если что-то не так.       Сначала он двигался очень медленно, а, не услышав с ее стороны возражений, прибавил скорость. Одна из его рук скользнула к ее лону и надавила на ее клитор. Сакура начала извиваться, охваченная слишком сильными ощущениями.       Поняв намек, Мадара убрал руку и потянулся к ее запястью.       — Теперь сама. В конце концов, ты лучше знаешь, как тебе нравится. — Он притянул ее руку к ее же промежности.       — Что? Ты хочешь, чтобы я себя трогала? Прямо перед тобой?! А как насчет тебя?       — О, я с удовольствием посмотрю.       Сакура издала смешок и замахнулась, пытаясь в негодовании ударить его. Он лишь снова схватил ее за запястье и положил ее ладонь на клитор.       — Вот. Вот здесь, — Улыбнулся он ей. — Для ниндзя у тебя просто отвратительная меткость.       Сакура фыркнула, но, желая, чтобы шутки прекратились, решила последовать его совету. Для пробы она провела пальцами по клитору. И правда, в этом положении она могла делать с ним все, что хотела. Она надавила сильнее, быстро двигая пальцами.       Мадара жадно следил за ее маневрами. Сакура покраснела, но не остановилась. Почему-то было очень возбуждающе, что он наблюдает за ней. Схватив ее за ноги, он раскрыл ее еще шире, как будто хотел получить к ней больший доступ.       — Не думаю, что смогу долго сдерживаться, — объявил Мадара, и ее поразило, как напряженно прозвучал его голос. Неужели это стоило ему столько физических усилий? Или эти усилия были вызваны тем, что он сдерживал себя?       Сакура протянула к нему руку. Он наклонился вперед, побуждаемый ее жестом, так что ей удалось дотянуться до его щеки.       — Но тебе вовсе необязательно сдерживаться… Просто позволь себе получить удовольствие.       В ответ Мадара отпустил ее ноги, перенес свой вес на руки, лежащие по обе стороны головы Сакуры, и вошел в нее. Пятками Сакура уперлась в матрас и немедленно качнула бедрами, пытаясь двигаться ему навстречу.       Она не видела приближение его оргазма, он не издал ни звука, она все поняла только тогда, когда он уже опускался на нее, толкаясь в последний раз, проникая до матки. Жар, который внезапно наполнил ее внутри, был также неожиданным.       Мадара обмяк, но прежде чем он рухнул бы на нее, выскользнул и перекатился в сторону. Сакура инстинктивно сжала бедра — у нее было такое ощущение, что из нее вот-вот что-то вытечет. А затем, борясь со смущением, которое грозило появиться снова, она прижалась к нему.       Она обняла его и положила голову ему на плечо. Так они и лежали — кожа к коже, ее лицо уткнулось в его шею, его семя скопилось внутри нее, и никто не мог быть ближе. Осознание этого было немного пугающим.       Тем не менее, она была физически вымотана, а все события этого дня истощили ее эмоционально. В его объятиях было тепло и безопасно. И привычно, даже если они не имели права быть привычными вообще. Когда она поняла, что засыпает, Сакура заставила себя открыть глаза.       — Мы, наверное, должны встать, еще рано, даже не вечер. — Она попыталась подняться, но Мадара удержал ее.       — Мы ничего не должны. Мы можем делать то, что хотим. Все, что хотим.       — Тогда я хочу остаться здесь, с тобой, — промурлыкала Сакура в ответ. Она закрыла глаза и расслабила все тело, когда на нее медленно опустилась пелена сна.