Круги на воде

      Времени на Гарри у Геллерта стало ещё меньше — тот ходил на какие-то встречи, по-прежнему пропадал на работе и иногда запирался в своей лаборатории. Гарри был не в обиде — в тот день, когда в их доме появился Блейз, он всё-таки выспросил, что случилось и почему новый знакомый был таким грустным. Геллерт поведал ему всё без утайки и отдельно попросил не говорить о произошедшем с Блейзом — как будто в первый раз Гарри этого не понял.       Он и не собирался расстраивать того ещё больше. Наоборот, Гарри, как мог, старался заставить его забыться — Геллерт явно предпринимал кучу усилий для того, чтобы спасти свою возлюбленную (это было так романтично!), поэтому он нисколько не сомневался, что заключение миссис Забини не продлится долго.       В свободное время они с Блейзом рисовали — тот оказался великолепным художником. Цветочек, нарисованная акварелью, была настолько похожа на себя на картине, что можно было посчитать картину фотографией. Гарри был в восторге. Он повесил портрет (или натюрморт — как считал сам художник) рядом с постелью и осыпал Блейза своими восторгами. Цветочек также отнеслась к нему вполне благосклонно — позволила подержать себя на руках, едва уловимо приласкалась бутоном.       В сравнении с талантом Блейза потуги самого Гарри на рисование выглядели детскими каракулями. Он тоже пытался запечатлеть на полотне свою подругу, но результат был… удручающим. Опознать в этом Цветочек было просто невозможно.       Блейз попытался объяснить ему, как делать правильно, но, по правде, Гарри мало что понял. Он вроде бы использовал ровно те же материалы, что и Блейз, оба рисовали именно то, что видели перед глазами, но результат вышел кардинально разным.       «Не судьба», — решил в итоге Гарри и с тех пор лишь наблюдал за тем, как работал настоящий художник.       Однажды он разглядывал окрестности из окна и увидел бабушку Батильду: кутаясь в тёплый плед, она с видимым трудом распахнула створку окна, чтобы выпустить сову. Гарри сразу вспомнил, что она позвала его и Геллерта в гости, но у того так и не нашлось времени на это. Сам Гарри идти куда-то в одиночку побаивался, поэтому со временем приглашение позабылось. Но сейчас это было неплохим поводом отвлечь Блейза от его проблем — Гарри было больно наблюдать, как на его картинах оттенки становились всё мрачнее, а сюжеты всё тоскливее. Так почему бы не сходить в гости? Познакомиться поближе с дорогим для Геллерта человеком.       Гарри не раздумывал над этим долго. Вскоре после появления идеи он буквально за руку повёл Блейза знакомиться с бабушкой.       О том, что о визите стоило бы предупредить заранее, а в идеале ещё и оповестить Геллерта, Гарри вспомнил, уже стучась в дверь. Ему хорошенько попеняли в прошлый раз, когда он отправился в Малфой-менор, а сейчас он практически повторил ту же ошибку. Исправляться было поздно — дверь душераздирающе проскрипела, отворяясь и являя хозяйку дома.       — Здравствуйте, — неловко пробормотал Гарри, разом растеряв весь пыл, с которым тащил Блейза в гости.       Сухие губы старушки растянулись в приветливой улыбке.       — Добрый день, молодой человек. Вы всё-таки решили ко мне заглянуть, — в её голосе не слышалось упрёка, но Гарри почувствовал себя ещё более виноватым.       — Да, — совсем тихо подтвердил он.       — Проходите. Я всегда рада гостям, — она раскрыла дверь пошире, та повиновалась будто нехотя, выразив свой протест ещё одним устрашающим скрипом. — Ничего её не берёт — ни заклинания починки, ни маггловская смазка, — пожаловалась она, заметив, как они вздрогнули.       Гарри мысленно сделал себе заметку поговорить об этом с Геллертом. Он не представлял, как можно изо дня в день терпеть этот звук.       — Впрочем, до этого обычно никому нет дела — люди давным-давно позабыли дорогу в мой дом. Вы мои первые гости за последний десяток лет, если не больше, — она скрипуче хохотнула, но прозвучало это совсем не весело.       — Я постараюсь приходить почаще, — тут же пообещал он, преисполнившись сочувствием. И сразу добавил, вспомнив одолевавшие его до их встречи мысли: — Если, конечно, не буду вам надоедать.       Он не был уверен, что знает, как общаться с бабушкой. Она была даже не взрослой — скорее, престарелой. Что могло интересовать таких людей?       — Я тоже могу заходить к вам, — тихо, почти шёпотом добавил Блейз.       — Глупые дети, — с улыбкой пожурила она, — зачем же вселять в меня надежду на нашу новую встречу? Не стоит так просто разбрасываться обещаниями. А пока давайте я просто угощу вас чаем.       Она повела их за собой вглубь дома, мимо стен, увешанных сотней колдографий. На одних была ещё вполне молодая женщина, на других — убелённая сединами старушка. Иногда одна, иногда с кем-то. Из этих снимков наверняка можно было составить историю жизни бабушки, но для этого необходимо было остановиться и оглядеться. Гарри решил, что позже рассмотрит всё внимательнее. Судя по всему, у бабушки была захватывающая жизнь.       Он уже понял, что непозволительно затянул со своим решением принять приглашение в гости, и заодно пообещал себе, что приложит все усилия, чтобы затащить сюда Геллерта, ведь тот так хотел увидеть свою тётушку!       — Может быть, представитесь, молодые люди? — спросила она, доведя их до уютной тёплой гостиной и усадив в глубокие мягкие кресла — Гарри почувствовал, будто тонет в нём. И только после вопроса сообразил, что так и не назвал своего имени. Он тут же поспешил исправить оплошность.       — Я — Гарри. Гарри Вольф.       — Блейз Забини, — фамилию тот шепнул едва слышно.       — Позвольте и мне назвать себя — Батильда Бэгшот. — Блейз изумлённо пискнул, что явно рассмешило бабушку. — Похоже, вы обо мне слышали.       Тот закивал головой. Гарри тоже подтвердил это — Геллерт немного рассказал ему о «тётушке Батильде» и о том, чем она занималась.       — Я читал ваши книги, — Блейз говорил взволнованно, захлёбываясь от восторга, позабыв о своих волнениях. — «С чего начиналась магия» и «Как менялись заклинания». А ещё мне задали прочитать «Визенгамот, Министерство Магии и Совет Лордов: история их возникновения», но я пока не успел купить книгу.       — Надо же, такой молодой юноша, а так интересуетесь историей, — она взмахнула палочкой, и со столика в углу слетел чайный сервиз. Кружки буквально бросились в их руки — Гарри едва успел подхватить свою. Чайник, сахарница и молочник подпрыгивали рядом на огромном столе, предназначенном для больших застолий, а не для одинокой трапезы. Если бы они могли говорить, наверняка умоляли бы воспользоваться ими.       — Нам задали прочитать их в школе, —пояснил смущённый Блейз, вертя в руках пустую чашку. — Но они такие увлекательные!       — Благодарю, —улыбнулась польщённая похвалой бабушка. — Угощайтесь.       Убедившись, что чай был во всех чашках, она призвала с кухни пирог, который сам собой нарезался на небольшие ровные кусочки.       На какое-то время они замолчали. Но стоило доесть первую порцию, как вопросы полились из них сами собой нескончаемым потоком. Гарри также читал все перечисленные книги и с трудом мог поверить, что может спросить об их содержании автора. Так хотелось узнать о том, что не вошло в рассказанные истории!       Бабушка на их энтузиазм лишь улыбалась и спокойно отвечала на все вопросы по порядку. И было видно, что это доставляло ей небывалое удовольствие.