На маяки рассвета

Рельсы режут разостланный холст Летней ночи. Прохладу вдохнуть, Под журчанье расплеснутых звёзд Сняться в путь. Вместе с солнцем свой день сотворю: Птичьей музыке - слух распахнуть, Раздавившую сердце зарю - Втиснуть в грудь. Перечувствовать - в тысячный раз, Возвратившись туда, где - день, взмой! - Моей паре разомкнутых глаз - Пир двойной; Переливы березовых струн И рассыпчатый башенный бой, И рассветный московский июнь - Только мой. *** В ореоле густой зари Ты - цветаевский стих из камня С сердцем-башней. (А я - внутри, Вся - любовь и сплошная рана). Знаю - время, закаменей! - Не успею впитать все звоны Водопадные - из церквей; Неба выплеск над стадионом Не успею Вглотнуть; Взлететь... - Мира - много, минут - так мало! - Мозг запаян - в реальность-клеть: От гостиницы - до вокзала. *** Этот город: кому-то - шквал, Мне - оазис: мир безмятежности. Перевернут над ним Байкал Голубой - шире глаз - безбрежности. Брызги музыки - с облаков?.. - Чем-то - глубже, чем слух, - услышанной. Караваном моих стихов Путь к ключам ее чистым - вышаган. *** Я оставила сердце в Москве (Место встречи, не так ли, братцы?) В закипающей майской листве, В перестуках бурлящих станций. В нем изваяны (вашим резцом) Драгоценные - камни? - горы! В них уткнуться бы - бледным лицом. (Цвет остался - в кремлевских зорях). *** Вдоль по звездным бульварам, без мыслей и слов, Плыть душой, наконец-то разжатой, - Мимо тихо струящих покой куполов, Подожженных июньским закатом. И у окон отеля, под вкрадчивый джаз, Через годы – расслушанный снова, Не смыкать чудесами напоенных глаз И укрыться – искристым покровом. *** Вернуться туда - в голубой неохват! - Где - врезанный в память - роздых: Отлитые в бронзе, планеты стоят, Над ними - всплывают звезды; Где мысли дрейфуют - без тяжести слов, А воздух - пропитан звоном; Где жидкое золото льется с крестов Над сердцем твоим зеленым... *** Зеленое небо стоит над Москвой. Осколки огней - на воде. И фары, и окна, и люди - везде. И чуждость моя - над вечерней рекой. Все радужней волны, - но где мой покой? Ведь храмы стоят, как всегда. Но отзвуков музыки нет и следа. Наверное, все они - рядом с тобой. *** Зеленое небо стоит над Москвой, Как триста ночей назад. Над темной рекой - ледяной покой, Огней цепенелый взгляд. Вот здесь я стояла - без слез и слов - Тревожась о чьем-то сне. Теперь - бестревожность чужих шагов. И музыка вся - при мне. *** Я свободна - без уз и узды, И не спросят, ни кто, ни откуда, - Как танцующий призрак воды Над застывшим Даниловым чудом... *** На закате - густом, жаркогривом (Скакуны - будто искры, легки), Мое сердце упало в разливы Реки. Его ритмом - весь город окрашен, Его кровь - от темна до темна - Над зелеными шпилями башен Красна. Его жар - в вечереющих далях И в малиновом звоне высот, В нем - ракеты из пламенной стали Полет. И с тех пор - в поездах, среди мрака, Под дождем, что стучит по путям, - Где б я ни был, мой огненный якорь - Всё там. *** Пламя роз, полыхнувшее тучам назло; И кресты из огня живого; Всплески крыльев — и пены, обнявшей весло; Горизонт — шире глаз и слова; Взмыв ракеты, застывшей на ткани небес; Васильковое — чье-то — платье И шаги… Всей души встрепетавшей — срез: Омут памяти — без заклятья. *** Здесь расплавилось солнце над ивами И стекает (но - не обожгусь) Жидким оловом - в волны игривые И во всю невмещаемость чувств. Этот берег (я здесь, он не снится мне!) - До сердечного звона - родной. Здесь огромными белыми птицами Чьи-то души летят над водой. Небоскаты стоят неоглядные, Я под ними - птенец - два крыла. И кого-то все кличут закатные Златозвучные колокола... *** Вязь фонтанов струится издали, Тихо светится каждый храм. Чистым ветром рассветным выстелен Новый путь мой к твоим куполам. *** И упругие струи по небу били, В синих платьях под ветром плясали цветы, И как будто все люди – с рекой - уплыли, И на свете остались твой город – и ты. *** Я смотрю тебе вслед - под колесный стук - И тоска - ему в лад - рокочет: Всем обхватом прощально разъятых рук Не объять всю огромность ночи. Свет рубиновых звезд - будто кровь, живой - Ветры будних ночей - потушат; Твое красное небо не взять с собой, Твоих муз не запрятать в душу. *** Мимо залов пустых ожиданий, Мимо стоптанных серых платформ Я качусь. Чьи-то лица - рядами. И тоска - паровозным гудком. Снова здесь, но без пламени чуда. Чудо-город, узнал ли меня? Как и раньше, любить тебя буду В слезопаде осеннего дня? *** Девы в золоте - как в огне. (Ты под ними стояла - тоже: В другом дне - и в другой стране. Память к памяти, кожа к коже). А над ними - упруго - ввысь - Орошая слепые лица - Вихри чистых, как солнце, искр: Свет, что вставлю себе - в глазницы. *** Помню красное сердце старинного града, - Мы туда дошагали по теплой брусчатке. И вечернее небо мерцало прохладой, И усталость казалась мучительно-сладкой. Купола загорелись - костер многоцветный, - Облака их омыли - причудливой пеной. Жгуче-яркий маяк из туманных столетий, - Поднимался пред нами Василий Блаженный. Ты смотрел на него - и, дышать забывая, Всей душой поглощал это празднество света, Ничего, кроме Чуда, не видя, не зная… Это был - лучший миг предзакатного лета. **** Снова здравствуй, мой солнечный град. Вновь обнял меня вольный твой ветер. Ясный взор твой- поверх всех преград - Куполами горит на рассвете. Твое небо – распахнутый горн (Океан синевы – мне на плечи); Твоих храмов таинственный звон Всех окованных буднями – лечит. Я несу тебя в сердце своем, Как щемяще-лучистую песню. Только жаль, что сияющим днем Мне опять разделить тебя – не с кем. *** Этот город - прекрасен и страшен, Молчалив - и нелепо-криклив, То безлик, то зарей изукрашен, То улыбчив, то мрачно-дождлив. В нем бегут - океанами - лица, Их глазам твоим хватит - с лихвой. Почему ж, человек, тебе снится, Будто ты здесь - последний живой? *** Эти камни не вспомнят моих шагов - И твоих, и других... И пусть, - Этот город всегда - отстранен-суров. Вбиться в память к нему не тщусь. В легком джазе июньских беспечных птиц И в молчанье январских льдин, В половодье тревожно спешащих лиц И тяжелых, как волны, спин - Этот город, как я, - одинокий столп, Ждущий вечности, дух скрепя... Его сердце расслышав - за шумом толп, Я впечатал его - в себя.