Just come home

       Вокруг была темнота. Рядом ничего не было, а звук мерзкой аппаратуры не переставая действовал мне на нервы. Голос врача был слышен, будто сквозь толщу воды. До меня доносилось много разных фраз, но расслышала я только одну. — Вставай, мать твою — прокричал Док и вколол мне какое-то вещество, скорее всего адреналин. Постепенно я начала приходить в сознание. Яркая лампа над операционным столом, больно светило прямо, в глаза, а Док, начал бить меня по щекам, приводя в сознание. — Умница, я думал не очнёшься. Как себя чувствуешь? - спросил меня Элайджа, помогая сесть. Голова пошла кругом и я ухватилась за его рукав. — Отвратительно — честно ответила я. — Такое ощущение, будто выпивала всю неделю. Голова жутко болит и тошнить тянет, а ещё шея побаливает. — Я неосознанно потянула руку к шее, где располагался горб, но врач резко перехватил ее и слегка отвел кисть от . — Не надо. — Коротко сказал он, — Я сделал тебе небольшой надрез на шее и взял некоторые образцы. Углубляться не буду, все равно не поймешь. - Добро улыбнулся врач и подошёл к столу, где лежали разные баночки, разных размеров и цветов. Вдали от всех стояла колба, закрытая деревянной пробкой, а внутри была мутная красная жидкость. Взяв небольшую коричневую стеклянную баночку, он подошел ко мне и дал понюхать. С моими скудными знаниями медицинских препаратов, я поняла, что это нашатрь. В нос ударил отвратительный, непонятный запах, отчего нос зачесался изнутри. Зато голова уже не болела так сильно, а обниматься с белым другом расхотелось вовсе. За небольшим окошком, возле стола со склянками, день был в самом разгаре, а на настенных часах красовалось без десяти минут четвертого дня. Со двора шел какой-то шум, а охранника за дверью не было и вовсе. Прошло довольно много времени с моего прибытия на базу, а значит они собирают свои манатки. Я надеюсь. — Одевайся и бери рюкзак, живее. Под шумок свалим. — Поторапливал меня Элай. Только сейчас я заметила, что на нем не было обычного медицинского зелёного костюма с белым халатом, а были свободные джинсы и серая простая футболка. В рюкзак он складывал все подряд из шкафов и даже баночки. Либо они были ему очень дороги, либо он в край повернутый на работе медик. Быстро напялив на себя свои вещи, я схватила рюкзак, совершенно забыв зайти за ширму. — Элайджа, Джексону нужны такие квалифицированные специалисты прошу идемте со мной. — Просила его я, перезаряжая свой пистолет. Боезапас патронов был весьма плачевен. Шесть у револьвера без запаса, два у обычного пистолета, три у винтовки и две стрелы. У дробовика совсем все плохо, он без патронов. Все очень плохо, хотя с другой стороны, в кого нам стрелять? Против целой армии мы вряд ли попрем. — Если мы сможем сбежать отсюда, то так уж и быть. Хочешь шутку? — Сейчас вообще не до шуток, Док. - Ответила серьезно я, попутно делая из боезапасов пару разрывных стрел. — Знаю, но все же, ладно потом расскажу, а сейчас нам надо валить. — он взял ту колбу с мутноватой красной водой и всучил ее мне. — Это и есть лекарство. Объясню предельно просто, смотри. Это жидкий грибок, который имеет структуру, обратную обычному грибку. Он смешан с твоей кровью, в которой содержится мутировавший ген ДНК, если мы вернемся в Джексон, будем делать больше вакцин и раздавать каждый раз на вылазки, чтобы выжить, если укусят. — Пояснил врач. — Звучит ненадёжно, но мы попробумем - с волнением сказала я. Док растерянно посмотрел по сторонам и быстро прошептал. — Нам срочно надо валить! — И мы побежали. Колбу я положила в рюкзак, обложив её вещами, придавая ей мягкую обстановку.        На улице, туда-сюда сновали людишки, чистя свое оружие, а пара машин с набитыми до отвала солдатами, уже выезжала за территорию лагеря. Неужели они? О нет... — Они нападут на Джексон, быстрее! — сказал я Доку и побежала в сторону моего городка. Вскоре мы были уже на месте. Элайджа добежав до меня, чуть не помер. С него в три ручья лился пот, а дышал он походу, сразу через рот и нос. Спрятавшись за бревном упавшего дерева, мы заметили как минимум две машины с солдатами и одну полупустую. Все сидели на своих местах и покорно ждали указаний, а из той самой машины вышла Анна со своей свитой. — Это было в планах Эбби? - С опаской спросила я Дока, взглянув на него. — Нет. Мы не думали, что она нарушит договор и нападет на Джексон. Мы думали, что как только ей сообщат о нашем побеге, она соберется и отправиться обратно в Лос Анджелес, но никак не это. — Как ей доложили, что мы сбежали, если мы были ещё в больнице? — Эбби убрала охранника и сразу же доложила Анне о моем побеге. Тебя она считает погибшей. Анна верит Эбби как себе, поэтому не стала проверять «больницу» - сказал Элай сделав в воздухе скобки. Весь его вид показывал, какое отвращение он испытывает к Анне, но пытался сосредоточиться на том, что перед нами. Получалось, ну, очень плохо. — В стене есть дырка, которая ведёт прямо во двор. Она прикрыта только с этой стороны, так что придется ползти ничком. - Проговорила я, и не дождавшись его ответа на кортах пробирались к дырке.        Мы спрятались за горой аккуратно сложенных шин, откуда было все слышно. Элай чуть не застрял в дырке, что чуть не выдало с потрахами нас, поэтому труп одного из Цикад сейчас был припрятан в кустах.п После того как Анна вошла, ворота Джексона были плотно закрыты, а часовые в напряжении сжимали свое оружие. Первым тишину нарушил Томми. — Что вам здесь нужно? Вы получили, что хотели, теперь вон из моего города! - злобно прокричал Том. Возле него стояла Мария с уже округлившимися животиком, который малость выпирал из-под майки. Она поддерживала его за руку, не давая сорваться окончательно. С другой стороны стояла Дина и Джимми. Все были злы и напряженны, особенно Томми с Диной. — Самое первое предложение снова в силе. Наш врач сбежал с вакциной и мы не получили чего хотели, поэтому соглашайтесь на наше великодушное предложение. — холодным голосом произнесла Анна. Сквозь дырку меж шинами, я заметила как Эбби смотрела в нашу сторону, но признаков не подавала. Судя по всему она знала наперед, что мы поедем. Вот же предусмотрительная сучка! Томми от негодования и злости залился краской, а Мария все ближе подвигала его руку к себе. — Это не наша проблема, что вы просрали вакцину! Элли ушла к вам, чтоб вы оставили нас в покое, а сейчас, придя сюда, вы нагло требуете от нас, наш же город? — со всей злостью выпалила Дина. Я вовсе не ожидала, что она будет говорить без ведома Томми, но походу, все были с ней согласны и тупо промолчали. — Я требую ответа прямо сейчас! — все злее говорила Анна с нескрываемым раздражением. Позади нее стояли только Эбби, Очкарик и двое парнишек с автоматами. Никакой брони, никакого лишнего оружия. — Нет. — твердым голосов ответил Томми. — А так? — спросила Анна, достав пистолет из кобуры и направив его на беременную Марию. Ах ты ж сука! Очкарик направил свой пистолет на Дину, а Эбби тоже достала пистолет, но направлять конкретно в Томми была не намерена. Дуло смотрело куда - то за него, что несомненно радовало меня. Хоть она и убила Джоэла, но что-то внутри у нее все же есть. Я не ожидая такого поворота выскочила из своего убежища и наставила свой пистолет прямо на свою мать. Фу, блять. Глаза всех были по пять центов и я просто рявкнула: — Опусти пистолет, иначе у тебя появиться ещё одна дырка в теле! — с долей пошлости сказала я. От растерянности она немного опустила пистолет, что сыграло на руку Эбби. Она быстро выхватила его у нее и двумя руками нацелилась на них. Одна рука смотрела на Анну, а другая на очкарика. Лицо остальных надо было видеть. Томми похоже парализовало второй раз, Дина будто призрака увидела, а Мария уже падала в обморок. Один только Джим стоял ничего не понимая. — Ты как? — спросила Эбби. Только из вежливости или разъярить Анну? — В норме. — Элли? Эбби? Что ты здесь делаешь, а ты что делаешь? Немедленно опусти пистолет! Я приказываю тебе! - пищала, как свинья, моя мать. — Отныне нет. Все в лагере давно поняли, что ты умом тронулась, стала бесчувственной мразью. Последней каплей было то, как ты собственными руками отводила собственную же дочь на верную смерть как ты думала. Ты больше не лидер! — Эбби даже была права насчет бесчувственности, но значило ли это, что Цикады больше не враги нам? — Элли, доченька, скажи ей, что мама тебя любит, что она так не поступала! — умоляла меня Анна, отчего желание убить становилось все сильнее. — Ты мне не мать! Ты лишь женщина, которая меня родила и не более! - Выплюнула я эти слова и спустила курок. Оглушающий выстрел распугал всех птиц в округе, а следом за моим прозвучал ещё один. Очкарик упал на землю уже мертвый и без очков, но с такой же дыркой в голове, как и Анна. Жалко ли мне ее? Ни капельки. Убив до нее сотни солдат, она была таким же, как и они. Парни сзади них так и стояли, держа в руках автоматы, но опущенными вниз. По всей видимости, они были под руководством Эбби. Спрятав пистолет обратно в кобуру, она повернулась ко мне. — Мы сейчас же уедем, Элли. Цикадам здесь делать больше нечего, а для вас, мы теперь союзники. Ведь так? — Так. Как и мы для вас. — улыбнулась я и крепко пожала ей руку. Обид уже не было, ведь мы оба получили по заслугам, но ценнее всего был тот мир, образованный между нами, сквозь огромную боль. — Получилось хоть? — спросила Эбби отпустив мою руку. Я вытащила из рюкзака ту самую жидкость с лекарством и показала ей. — Да, получилось. — Ответила я, после чего Эбби махнув головой, вместе с солдатами покинули Джексон. За шинами, с усталым вздохом встал Элайджа, озираясь вокруг. Увидав трупы на полу, он спросил: — Надеюсь уговор в силе? — И кивнув ему в знак согласия, он пошел гулять по городу.        В руках покоилась колба с лекарством. Ее цвет красиво переливался на свету из-за чего на лице образовались зайчики. Хоть солнце уже и садилось, но его лучи все равно добирались до лица. Тень от моего тела доходила до обуви Томми и я все же решила поднять на них свое лицо. Я стояла к ним полубоком, а солнце освещало меня так, будто сам ангел спустился на землю, а мои волосы из темно-рыжих превращались в огненные. Меня не было всего лишь двенадцать часов, а казалось, будто прошло двенадцать лет. С утра я боялась, что больше никогда не увижу родные и любимые черты лиц дорогих мне людей, а сейчас я самый счастливый человек на свете. Первым очнулся Томми и со всей силы похромал ко мне. Я думала, что он сейчас будет на меня кричать, отчитывать, ругать, говорить какая я безбашенная дура, но он просто и со всей силы обнял меня, обхватив за плечи положив свой подбородок мне на макушку. Я обняла его в ответ, обхватив руками талию и ещё крепче прижимая к себе. — Я думал, что больше тебя не увижу. — признался он и отпустил меня, ко мне подошла Мария и обняла меня также сильно, как позволяло ей её положение. Вакцину я незаметно от них спрятала в карман брюк.        После того, как Мария с Томми отошли к Элайдже, которого они пока что не знали, Дина уверенно подошла ко мне и влепила кулаком в плечо со всей дури. Было жутко неприятно, так ещё и чувствовала себя как в цирке. Все смотрели на нас, будто у них других дел не было. Рана на боку, синяки на теле, шея так в добавок ко всему этому теперь и плечо. Громко прокричав «ай» и ухватившись за своё плечо, Дина сразу встрепенулась. Она ещё шире открыла глаза, а рот издал безмолвный звук. — Ты реальна. Реальна! — прошептала девушка и крепко меня обняла. — Реальна, Дина, да ещё и живая. — Сказала я, гладя ее по спине. Ее тело пробивала мелкая дрожь, но вовсе не из-за слез. Шок и стресс смешались в одну кучу, отчего Дина до сих пор не может поверить в то, что я сейчас здесь. — Я проснулась, нашла нож и записку, начала винить себя в том, что ты ушла, а я спала, что не успела попрощаться, я… — истерически начала оправдываться темноволосая. Она уже готова была расплакаться и я аккуратно взяла ее лицо в свои ладошки. Большие карие глаза все бешено метались туда-сюда, пытаясь зацепиться все в моей внешности: мои веснушки, что рассыпались на носу и щечках, шрам на моей правой брови, по которой когда-то прошёлся нож, оставив после себя рубец, мои зелёные, как изумруды глаза, и ее взгляд остановился на моих пухлых губах. — Все хорошо, Дина, все хорошо. Я же обещала возвращаться каждый раз когда буду куда-то уходить, а я держу свои обещания. — Наши взгляды встретились. Мы просто обнялись. Как старые друзья, которые дружат с восемнадцати лет. Которые на протяжении почти двух лет растят маленького мальчика, чье имя состояло из двух мужчин, которые были мне очень дороги при жизни.        Я счастлива. Теперь уж точно надолго. Чему меня научила эта история? Тому, что из-за мести, можно потерять всех, кто тебе дорог. Мой самый большой страх, это одиночество. Я боялась остаться одна и с восемнадцати лет пыталась отгородиться от всех. После предательства Джоэла, я внушала себе, что он эгоистичный старый козел, которому важен только он сам. Но как бы я себя не убеждала, я знала, что он сделал это не только для себя. Как бы я себя не убежала, он стал мне роднее моих родителей, которые оба мертвы. Его смерть дала мне понять, как важно ценить тех, кого любишь и проводить с ними как можно больше времени, жалко, что так поздно. Месть сделала из меня чудовище. Монстра. Убив всех, я не получила долгожданного наслаждения, а лишь усугубила его. Душа будто ломалась на куски с каждым убитым человеком. Все наладилось рождением Картохи, но тут же все было разрушено Томми с пришедшей с новостью. С глупой спровоцированной мести я отправилась за Эбби, но осознание происходящего пришло слишком поздно. Что же я делаю? Подумала я как-то раз находясь в одной из вилл в Санта-Барбаре и пошла мстить дальше. Я почти получила ту месть, которую так хотела, но вовремя остановилась. Джоэл перестал мне видеться весь в крови и с изуродованным лицом за секунду до смерти. Я отпустила Эбби. Джо бы не одобрил. Дома никто меня уже не ждал. Дом пустовал уже не первую неделю, а сердце пустовало вместе с ним. В итоге, выбрав дорогу мести, я потеряла всех, кто был мне дорог, но судьба дала второй шанс. За что я очень благодарна. Все встало на свои места, а я наконец нашла свой душевный покой и свою «тихую гавань».

to my father…