Демоны, что окружают нас

      

Akira Yamaoka — We've All Lost Our Children

      С распахнутыми шторами в спальню ворвался ослепительный солнечный свет. Зажимая пальчиками плотную ткань, Наруто прикрыла веки и подставила лицо живому теплу. Уголок губ слегка приподнялся, отчего на щеке появилась милая ямочка. Возникший у изножья кровати Курама подозрительным взглядом обвел девочку с ног до головы, хмурясь, пробуя понять свои чувства — те изменения, возникшие этой ночью.       Фон чакры Наруто не изменился, но что-то в ней было не так. Быть может аура стала холоднее, тяжелее? Не понимает, и от этого растерян, зол на свое же смятение.       — И чего ты смотришь на меня, как на пришествие Кагуи? — послышалось со стороны блондинки, ироничное, пронизанное уже знакомой насмешкой, отчего по телу пронесся сноп мелкой дрожи.       Биджу осторожным шагом дошел до сосуда и, словно зверек, взглянул на ее лицо.       — Наруто?..       — Вроде вчера еще звали этим именем, — хмыкнула она, раскрывая веки. — Курама, хватит глазами хлопать: лучше обними свою лисичку.       Меньше секунды хватило, чтобы всё замешательство сменилось долгожданной радостью. Лис сгреб девочку в крепкие объятия, опутал своими хвостами и с облегчением выдохнул в макушку.       — Ну слава Ками. Я уж думал, ты никогда не вернешься.       — Скучал? — промурлыкала Наруто, поднимая на биджу взгляд ясных голубых глаз. Тот застыл на мгновение, чтобы вновь проникнуться этой синевой, самой родной, чтобы унять бурю эмоций внутри, привыкнуть к мысли, что лисенок наконец вернулся. А после, когда страх потери окончательно испарился, он пренебрежительно фыркнул, будто бы и не рад их воссоединению.       — Ни капельки, — бросил он, однако опускать ребенка не спешил. Лишь поудобнее подхватил ее на своих руках, да хвостами пушистыми сковал дитя в подобие кокона. — В этот раз твое возрождение пошло не по плану.       В ответ Наруто сдвинула брови на переносице.       — Я и чувствую… — взглядом приказав поставить ее на пол, она попробовала создать элементарного клона. Первая же попытка отозвалась глухой тишиной. — Что с моей чакрой?       — Это всё из-за клана Узумаки, — хмурым голосом пояснил. — Когда они перезапечаталиДевятихвостого в младенца, произошла небольшая загвоздка… По сути, моя и твоя души связаны, мы являемся одним целым.       — Так это ж как раз то, чего я и хотела.       Курама поджал губы и с минуту молчал, подбирая нужные слова для ответа. В это время Наруто прошла к своему шкафу, чтобы оценить всю глубину бедствия. У входа валялась окровавленная черно-оранжевая форма, которую она содрала с себя этой ночью. В каждой жизни происходит одно и то же: то она сирота, то нукенин, то счастлива с родителями… И везде эта гнусная, омерзительная форма. Словно у ее реинкарнации нет вкуса.       Дверцы раскрылись, и во внутреннем зеркале девочка увидела свое отражение. Маленькая, хилая. И опять ребенок. Когда же это наконец закончится, — рыкнула она от злости и тягостно вздохнула, узрев гардероб местной Наруто. Шорты, футболки, куртки. Ничего женственного или хотя бы похожего на то, что здесь обитает девочка. Видимо отец не сильно заботится о внешнем виде своей дочурки…       — Как бы да, но и нет, — позади скрипнули пружины. Узумаки оглянулась на Лиса, затем сгребла всю пацанскую одежду и махом бросила этот мусор на пол. — Твое тело не может подстроиться под мою силу… Для этого нужна полная гармония с биджу, то есть мной, и конечно же время. Я всё исправлю, только подожди.       — Я тебя поняла, — ответила она и мысленно пожалела, что не в состоянии сейчас пользоваться Катоном. А то бы разом сожгла это убожество, чтобы впредь не видеть частичку своего прошлого. — Что с Лидером?       — Твой старший брат.       На губах расцвела нежная улыбка, разогнавшая всё плохое, чем возродившаяся душа успела себя нагрузить.       — Прекрасно. У меня здесь только отец. — Курама кивнул, перехватив пытливый взгляд ребенка. — И я в него влюблена.       — К сожалению, — в голос биджу просочилось неконтролируемое презрение, и потемневшие глазаметнулись к фотографии на тумбочке. Наруто взглянула на изображение счастливой семьи. Там она сидела на плечах любимого то-сана, оттягивая его за непослушные волосы. С улыбками на них смотрели Нагато и Менма, которых местная Наруто обожала всей душой, особенно старшего братика.       Брат.       Девочка по-доброму усмехнулась, пробуя на вкус это слово. Когда-то она звала Лидера врагом, то-саном, дядей. В одной из жизней он даже занял роль ее мужа, о чем Курама не перестает ворчать и по сей день. Он проклинает ту жизнь, когда сосуд переродился в клане Узумаки и получил себе в мужья Нагато Узумаки… Те времена давно прошли, быть может сотню лет назад, а может и все пятьсот. Но в глубине души по-прежнему покалывает от неприятных чувств.       Они уже столько раз возрождались вместе, что делить Наруто с кем-то становится самым омерзительным и невыносимым.       — Что я слышу… — фотографию вернули на тумбочку, и блондинка прыгнула к своему биджу на колени. Тот спешно увел взгляд в сторону, демонстрируя полное несогласие с нынешним ходом истории. — Мой верный друг, неужто в твои слова закралась ревность?       С этими словами мужчину одолело глубинное возмущение, которое он выразил гордо вскинутым носом.       — Сдурела? К кому и кого ревновать? Мне незнакомо это… чувство.       Вся напускная обида испарилась подобно улетевшим листья, опавшие в преддверии осенних холодов. Наруто прижалась к его груди и с улыбкой почесала за ушком, так нежно и ласково, что лисьи хвосты забились в неконтролируемых эмоциях по кровати. Прикрыв глаза, мужчина подставил себя этой ласке, тем пальчикам, ощущение которых уже успело померкнуть в накатившей печали.       — Да не дуйся ты, Ку. Я ж тебя только люблю, — порывистый поцелуй отпечатался на холодной щеке, и Курама вздохнул. Обижаться на своего лисенка он уже давно разучился. Вдвоем они прошли через огонь и воду, всегда умирая вместе… и пронося обоюдную связь сквозь миры и всякое время. — Лучше расскажи, что приключилось в предыдущей жизни. У меня некоторых воспоминаний не хватает. Помню, как… меня… меня убил Саске. А потом…       На детском лице отразилось смятение. Девочка сдвинула брови на переносице, попыталась припомнить момент своей смерти, но всё оказалось как в тумане. Словно и не было прошлой жизни. В памяти отпечатался лишь момент предыдущей смерти, когда она умерла от неизвестной болезни. А потом ничего.       — Я ему голову оторвал, — прорычал он, привлекая к себе пытливый детский взгляд. — Тот мир уничтожен: ты его разрушила.       — А мой Ринне Шаринган?       — Нет. Я использовал всю силу на возрождение.       Поджав губы, Наруто кивнула больше от грусти, нежели понимания. Она так долго добивалась получения этой силы, столько времени, сил и жертв потратила, чтобы оказаться в период правления Кагуи, что сейчас готова расплакаться.       — Понятненько. Значит новый мир, новая жизнь — новые горизонты для действий.       — Каков наш план?       На целую минуту, а может и больше в спальне повисла тишина, задумчивая. Возрожденная душа вглядывалась в глаза биджу, перебирая самые яркие моменты в их жизни. И лишь сейчас она поняла, что в ее бесчисленном возрождении был лишь один радостный и светлый момент. Встреча с одним человеком изменила ее мировоззрение, показало другую, мрачную сторону жизни… И навсегда убила в ней желание сопереживать другим. Раз ты обрел лучшую жизнь, Учитель, я обязательно сохраню ее. Ты больше не познаешь боль. Мы будем смотреть на рассвет до конца дней этого мира.       — В первую очередь вернем мою силу. А затем продолжим начатое… Я больше не хочу перерождаться, Курама. Мне нужна вечная жизнь.       

***

      Скрипнувшая ступенька привлекла внимание каждого, кто ранним утром собрался за кухонным столом. Минато оторвался от бездумного разглядывания уже остывшей гущи кофе. Восседая на широком подоконнике, Нагато раскрыл глаза, чтобы узреть приход их солнышка. Возле раковины стоял Итачи, домывавший последнюю тарелку. В мыслях он вовсю корил это семейство за излишнюю бардачность — всё же без женской руки здесь невыносимо находиться. И ему неустанно хочется забрать командира к себе домой, чтобы окутать теплом и домашним уютом. Он заслуживает большего, нежели этой пустоты.       Ощущая, как чакра сестры приближается, Менмаеще сильнее опустил голову, уже готовый сползти под стол, убежать из дома, где ему, кажется, больше нет места. Брат презирает за слабость в момент похищения. А отец расстроен. Вскоре в дверном проеме появилась младшая имото, живая и невредимая. Еще вчера она вернулась домой сплошь покрытая человеческой кровью. Похитителей не удалось даже по кусочкам собрать — Наруто разорвала каждого, тем самым спася собственную жизнь… И лишний раз подтвердив свою звериную сущность. Сейчас она улыбается как раньше, ее глаза лучатся теплом, но Менма всё равно видит демона, что скрывается за маской ангела.       — Всем доброе утро, даттебайо!       Звонкий голосок вывел всех из состояния бессильного ступора. Минато сразу расплылся в улыбке. В считанные секунды он оказался возле дочурки, подхватывая ту на руки и кружа, кружа от счастья, что она вернулась. Как только ее вернули на пол, Наруто перевела взгляд к старшему брату.       Вот он. Ничуть не изменился.       Неизменные глаза, ведущие ее сквозь холодный мрак, сквозь миры, где судьба всегда сводила с Лидером.       Сделать к нему шаг оказалось сложнее, чем Наруто мыслила до этого. Внезапно пол под ногами показался болотной трясиной. Образ Лиса возник на холодильнике, откуда он благоговейно наблюдал за встречей сосуда и ее персонального бога. Шаг за шагом она подходила к улыбающемуся Нагато и не верила собственному счастью. Почему-то хотелось рыдать, не фальшиво улыбаться, не строить из себя милую девочку. Внезапно закостенелое сердце окутало согревающим теплом. В памяти всплыли все ее жизни, где Лидер поддерживал ее, обучал. Он всегда был опорой наравне с Курамой.       Его улыбка казалась ей самой доброй.       С трепетом души девочка упала в объятия брата, прижимаясь лицом к его плечу.       — Я так рад, что ты уже очнулась, имото, — шепнул он так бессильно, с ноткой отчаяния, что Наруто вмиг охватило жгучее желание закричать: «больше не смей грустить! Теперь я могу себя защитить! Хватит быть защитником для целой деревни! Живи, брат! Просто живи, а не жертвуй собой ради других…». Но она промолчала, просто радуясь за этот момент воссоединения.       Вскоре воздуха стало не хватать, и младшая Узумаки вынужденно и крайне неохотно отстранилась от парня. Ее сразу усадили за обеденный стол, накормили, укутали нежностью со всех сторон, будто бы она самое бесценное сокровище на земле.       — Со мной всё хорошо, даттебайо, — выдавила из себя улыбку, поглядывая то на старшего брата, то на отца. К Итачи она быстро утратила интерес, а Менму принципиально игнорировала. Взгляд неустанно цеплялся за нож, который девочка крутила в руке. Ей достаточно одного движения, и жизнь братца обрубится вместе с его ненавистью.       «— Тогда тебя отправят в психушку, лисенок» — опираясь о спинку ее стула, Курама накручивал на палец белокурый локон своего сосуда. Один из хвостов лежал на коленях Наруто, которая неторопливо перебирала пушистый мех под столом.       Отвечать на такое замечание она не стала, ведь отлично помнит множество своих провалов, когда становилась собой… Один раз ее отправили на опыты к Орочимару, чтобы изучить пришедшую из другого мира душу. Тогда Курама без раздумий уничтожил их во избежание раскрытия секретов, что таит в себе душа Наруто, а потом они стали умнее, хитрее. Раз за разом глупая девочка училась, становилась безликим человеком, который ловко меняет маски в зависимости от ситуации. Сама Наруто уже и не вспомнит, какой была в момент своей первой жизни. Наверное, такая же добрая, как и Наруто из этого мира…       — Что стало с экзаменом?       Минато вышел из-за стола и поцеловал дочь в макушку.       — Мне пора в Резиденцию. Не составишь компанию?       На улице возрожденную душу встретила чудесная погода, пронизанная согревающим светом. Легкий ветерок развевал белокурые волосы отца и дочери, пока они вместе шли по деревне. Девочка сидела на его плечах и без толики интереса разглядывала мелькающие по бокам здания, людей, лица которых уже когда-то видела. Столько жить, столько увидеть за свое бесчисленное множество возрождений… И каждый раз возвращаться к началу.       — … делегация отправится в Суну, чтобы не доводить дело до войны.       — Они уже не раз пытались подорвать твой авторитет, то-сан, — парировала обрывок фразы, опуская холодные глаза на макушку родителя. Пальцы неосознанно зарывались в жестких вихрах, и в груди покалывало от непрошеных эмоций. Любовь к отцу оказалась сильнее, чем она мыслила. Та Наруто была без ума от Минато, она возвела его в ранг божества, отчего теперь уже ей крайне сложно бороться с малой частью собственной души. Но можно ведь попробовать такие чувства на вкус… Немного позлить Кураму… Потешить собственное эго… А потом разрубить эти связи. — Не будь мягкотелым. В политике, как ты помнишь, нужно быть жестким в своих решениях.       Озадаченный, Минато свернул в безлюдный переулок, чтобы лучше слышать дочь.       — И какое же решение ты считаешь лучшим, солнышко?       — Полное уничтожение, — могильный голос прокатился холодком по спине. Мужчина резко остановился и обернулся к любимой дочурке, которая тут же одарила его улыбкой. — В смысле политическом… Ты можешь понизить их влияние на международной арене. Устрой полную изоляцию Суны, и тогда Казекаге самолично прискачет за помощью. Так и потерь меньше, и ресурсов не придется тратить как на войну.       Призадумавшись, мужчина отрешился от окружающего мира, дабы оценить возможность данного плана. Пока он безмолвствовал, Наруто прикидывала свои шансы обрести вечную жизнь в этой вселенной. Хорошо бы вызвать Кагую или того же Шинигами. Еще бы неплохо заполучить глаза Нагато, а лучше и его сделать бессмертным.       «— Упаси меня Хагоромо от такой «радости». Мне и тебя хватает, букашка. Братца твоего я уже не выдержу»       Девочка усмехнулась и в мыслях попросила Кураму заткнуться. Пусть лучше разбирается с ее чакрой, а она в это время займется другим важным делом.       — То-сан, тормози! — похлопав мужчину по голове, она ловко спрыгнула обратно на землю. Взгляды обоих вперились в вывеску магазина одежды. — У тебя деньги есть?       На такое заявление Минато не нашелся что и ответить. Ему даже стало интересно, чего дочурке понадобилось в этом месте, поэтому в Резиденцию он отправил своего клона. Не каждый день к нему поступают подобного рода просьбы.       Колокольчик над дверью звякнул.       Немного погодя из подсобки вышла молодая женщина, встретившая посетителей радушной улыбкой. Мысленно Хокаге диву дался ее поведению. Ни злости в глазах, ни толики презрения в словах, с которыми она обратилась к ребенку.       — Мне нужно сменить гардероб, — заявила Наруто, приведя отца в искреннее замешательство. — В будущем я стану дипломатом, поэтому уже сейчас хочу влиться в культуру и традиции нашей истории.       Со стороны мужчины донесся тихий вздох. В глубине души он в какой раз ударил себя по голове, коря за глупые страхи. Это его дочь, не демон, вырвавшийся прошлой ночью. Просто у ребенка произошло переосмысление многих вещей, и она решила наконец остепениться, повзрослеть.       — Тогда не буду вам мешать, — улыбкой извинился он и, попросив владелицу магазина записать всё на его счет, поспешил на работу. С его уходом процесс пошел намного быстрее. Маска доброй девочки сошла с лица, и каждое слово стало нести в себе приказ не медлить и выполнять всё в точности, как она скажет.       Обговорив детали каждого одеяния, условившись о сроках и стоимости, Наруто переоделась в понравившийся комплект одежды и подошла к зеркалу во весь рост.       — Настоящая химе… — продавщица расправила ткань на плечах и медленно обвела взглядом новый образ дочери Хокаге. Черная футболка и такого же цвета штаны были выброшены в помойку. Сандалии шиноби сменили на высокие гэта. Вокруг талии повязали алое оби, перетягивающее персиковое кимоно с расшитыми цветами. Поверх него накинули белоснежное хаори, а волосы повязали на затылке, закрепляя лакированными палочками.       По детским губам пробежала тень улыбки. Именно то, что она и хотела.       Вышедшая из магазина девочка вмиг оказалась в центре внимания. С прямой спиной, широко расправленными плечами и гордым видом, она засеменила в направлении архива. Чуть позади нее вышагивал невидимый остальными Демон-Лис. Теперь в его глазах не тлела печаль — его переполняла только радость. Радость и желание помочь своей лисичке достичь намеченной цели.       Они обязательно обретут вечную жизнь, и тогда уже ничто не сможет их разлучить. Даже смерть…