"Куда мы попали?" или "Ма-аш, а это точно аскорбинка была?"

      Первой в себя пришла Мария. В ушах звенело, тело не слушалось, а голова наотрез отказывалась мыслить. Застонав и через непонятную боль перевернувшись со спины на бок, она начала тереть глаза и пытаться вернуть к себе нормальное восприятие внешнего мира. Минуты так через три веки без усилий открывались, а по неизвестной причине затёкшие руки начали оживать. Всё ещё шипя и растирая кисть, она осмотрелась: местность вокруг была ей совершенно точно не знакома — сама девушка сидела на песке, перед ней тихо журчала река, а над головой грозно нависало что-то большое. Вероятно, мост.       — Пресвятой четыреста десятый маршрут… — тихо и будто тоже сквозь боль произнёс кто-то рядом. Так ругаться мог только один человек… Резко обернувшись в эту сторону, Маша забыла обо всём на свете — и о затёкших частях тела, и о неизвестном месте нахождения, и о волосах, которые после такого резкого поворота закрыли ей половину лица.       Поскольку рядом на песке, кряхтя и ругаясь вполголоса, лежала Саша.       — Рома́нова! — воскликнула она, вскочив на ноги и подбежав к подруге       — Маха… — начала та, так же растирая глаза, — Маха, что за хрень?..       — Я не знаю, Саш, я… Не понимаю, где мы… — растерянно и даже виновато протараторила Зимняя, опустив глаза в землю. В песок, если точнее. — Н-но я обязательно пойму! Пока что известно только…       —…Пока что известно только то, что ситуация полный Джингл Беллз, мы чёрту ведомо где, чёрту ведомо как, и ему же ведомо, почему тебя это сейчас беспокоит больше, чем наше физическое состояние… О, река. — отодрав руки от глаз и проморгавшись, озвучила очевидность голубоглазая.       А если задуматься, с ней и не поспоришь. Ситуация действительно не из лучших — оказаться в неизвестном месте, неизвестно когда, абсолютно не имея понятия почему и как такое вообще возможно. Больше на описание романа Азимова смахивает. Но боль явно реальная, да и на галлюцинации вроде не похоже…       Ещё раз прокрутив в голове сказанные собеседницей слова, медноволосая обиженно надула губы:       — Не смешно.       — Ты про что? — с наигранным непониманием спросила Саша, в своей манере наклоняя голову вбок.       — Про «Джингл Беллз»! Ты же знаешь, я не люблю это прозвище! — уже скорее возмущённо проговорила младшая, помогая подруге подняться на ноги. Та, в свою очередь, пыталась удержать улыбку. Получалось плохо, по большей части из-за головной боли.       — Ну ты же Зимняя. А зимой люди зачастую поют «Jingle Bells». — отряхивая одежду от песка, непринуждённо пожала плечами она. Маша только закатила глаза, так же начиная отряхиваться, и тихо пробурчала       — Прекрасная логика…       Когда в ушах перестало звенеть, глазам вернулась возможность нормально воспринимать солнечный свет, а с одежды перестал тоннами сыпаться песок, по машеному, — вполне логичному, — совету, девушки начали осматриваться. Находились они всё-таки под мостом. Рядом протекала не очень широкая речка; на её берегу не нашлось мусора. Уже не факт, что они в России… Неподалёку обнаружилась старенькая, местами ржавая лестница, ведущая к дороге. Отлично, теперь они хотя бы знают, куда потом идти.       Дальше они стали обыскивать карманы. Как итог несколько минут было благополучно потрачено зря: большие и маленькие, внутренние и наружные, — Сашей был обыскан даже микроскопический карман для зажигалки на джинсах, — всё было вывернуто наизнанку, вот только обнаружилось в них ровным счётом ничего. Ну, разве что не вытряхнутый песок.       — Даже так… — заворачивая карманы обратно внутрь, потерянно пробормотала Маша. Такой вариант развития событий, конечно, тоже был возможен, но она ожидала увидеть в арсенале хоть что-то. Да хоть ту же зажигалку, в конце-то концов, Романова всегда таскает с собой всякие мелочи. Ну не может же быть такого, что все столетние магазинные чеки, копейки, пустые упаковки от жвачек и шурупы просто взяли и испарились!       Но как бы печально не было, у них ничего нет. Просто прекрасно.       Небо в это время потихоньку начинало приобретать оранжевый оттенок. Солнце уже наполовину скрылось за горизонтом, а мост начал отбрасывать немного другую тень.       — Стратегия? — вздохнув, спросила Романова. Так же вздохнув, Зимняя оглянулась на ту самую ржавую лестницу.       — Нужно попытаться понять, где мы. — проговорила она, сосредоточенно глядя в даль. Саша снова вздохнула, качнула головой и медленно двинулась вперёд.       — Ну пойдём, стратег…       — Куда? — заинтересованно спросила Маша, почти спиралью обвивая плечо подруги руками.       — В кафе. — спокойно ответила русоволосая, засовыавя ладони в карманы кожанки. Маша нахмурилась:       — Денег же нет.       — Денег-то, может, и нет. Но вот зато официанты — прекрасный источник информации… ---       В поисках этого самого кафе девушки проходили минут, наверное, тридцать, при этом сделав круг. За эти полчаса они успели выяснить, что: во-первых, они находятся в Японии — все вывески были на японском языке; во-вторых, этот самый язык они очень хорошо понимают — каждая из вывесок была прочитана без проблем; ну, и в-третьих, в этом районе Японии очень мало кафе. Очень. Поскольку обойдя немаленький участок, обнаружили они только одно.       Снаружи заведение казалось небольшим, но уютным: белые обои, столики из светлого дерева, даже бар имелся. На радостях Зимняя уже собиралась войти, но тут её внезапно схватили за руку, останавливая. Одарив застывшую подругу вопросительным взглядом, девушка решила проследить, почему та, собственно, застыла. Саша смотрела на настенные часы, которые показывали 22:10. Повернувшись обратно к двери, сероглазая тут же спустилась с небес на землю. Расписание работы кафе — с 10:00 до 22:00. Опоздали. На десять чёртовых минут. Но в помещении за стеклянной дверью отчётливо был виден человек…       Выход из ситуации не то, чтобы был. Так что они, переглянувшись, толкнули дверь. Тихо звякнул колокольчик. Этим самым человеком оказался рыжий парнишка. От звона он слегка дёрнулся, посмотрев в их сторону. Его без вранья можно было назвать привлекательным: аккуратные черты, светло-зелёные глаза, растрёпанные волосы под козырьком с логотипом кафе, копна веснушек на носу и щеках. Какой невероятный набор. На вид он был ровесником Саши — лет двадцать, наверно.       — Ой, здравствуйте, — добродушно улыбнулся парень. Голубоглазая, с самым страдальческим и уставшим лицом, просто кивнула ему. — Простите, мы уже закрываемся.       — Да, мы видели расписание, но… — вздохнув, она прикусила губу и отвела взгляд. Зимняя пока не до конца понимала, что пытается сделать её подруга, но ничего выделяющегося творить не стала, дабы не рушить её планов. В конце концов, не она в их дуэте разбирается в людях. — Не могли бы вы подсказать, нет ли неподалёку полицейского участка? Или, может, мотеля, или телефонной будки?       — Полицейский участок есть в паре кварталов вверх по шоссе. Насчёт мотелей, простите, не знаю, но за поворотом есть телефон. — несмело отозвался он, с непониманием смотря на девушек.       — Спасибо. Извините, что так поздно. Хорошего вам вечера. — улыбнулась Саша, неспеша направляясь в сторону выхода. Эта фраза… Была не совсем тем, что ожидала услышать Маша. Около двери она окончательно впала в ступор: они вот так просто уйдут? Не получив ни ночлега, ни денег, ни информации? Будку-то с мотелем они прекрасно видели, обходя район кругом. Да и «прекрасного источника информации» тут не обнаружилось. Вновь звякнул колокольчик, в лицо ударил лёгкий ветерок.       — Простите, — всё так же несмело окликнул их парень. Обернувшись, они увидели, что он нервно перебирал снятый с головы козырёк, — А зачем вам… Полицейский участок? С вами что-то случилось?       — На нас напали. — кивнула Саша, всё так же кусая губу. Теперь парень смотрел на них с изумлением, — Полностью вычистили карманы. Ни денег, ни телефонов, ни документов — украли всё.       — Кто… Мог на такое пойти? — ошарашенно пробормотал он, медленно положив головной убор на барную стойку. Пару секунд подумав, парень спросил, — Могу я проводить вас до дома? Моя компания, наверно, не сильно вам поможет, но если что отпугнёт воров.       Маша стояла в шоке. Не из-за слов этого парня, нет, в них была правда — он мог им помочь и даже поддержать. Но…       Чёрт возьми, вот этой пары реплик было достаточно для того, чтобы пробудить в нём интерес и сочувствие? Сама Зимняя в японских обычаях не разбиралась, но от кого-то слышала, что в этой стране предпочитают не лезть не в своё дело. По такой логике он должен был просто ответить на их вопрос, закрыть кафе и уйти домой…       — Было б куда провожать. — усмехнулась Романова. Рыжик посмотрел на неё озадаченно, — Мы не местные, только сегодня приехали. Планировали отдохнуть месяц-два, а как итог — вот.       Парень нахмурился и опустил глаза в пол. Простояв пару секунд тупо глядя в одну точку, он вдруг легонько улыбнулся и вновь посмотрел на девушек.       — Вы же наверняка устали? Знаю, как это звучит, тем более после случившегося с вами, но вы могли бы переночевать у меня.       — Правда? — подала голос до этого молчавшая Маша.       — Правда. — зеленоглазый улыбнулся чуть шире и кивнул. — Подождите секунду, закрою тут всё и пойдём. — зазвенели ключи, закрылась дверь. Они всей компанией дружно куда-то двинулись. Повезло же им найти такое чудо… — Я Номура Тадао, кстати. А вы?..       — Зимняя Мария. — тоже улыбнулась медноволосая, наконец отлепившись от подруги, — А вот это — Романова Александра.       — Ого… — немного замялся Номура, после этого снова улыбнувшись, — У иностранцев такие сложные имена!       — Поверь, для нас ваши имена не легче. — усмехнулась Саша в ответ на это высказывание.       После этого последовал долгий разговор без особого смысла; Номура Тадао Маше показался очень даже славным. Он был весёлым, смущался по мелочам, и, видимо, пытался отвлечь их от недавнего «нападения». Ну, сами кашу заварили, актёры без Оскара. Хотя, технически, не всё в их словах было ложью — вещей-то и вправду нет. Немного подозрительным было то, что рыжему не показалось странным, что «бессердечные грабители, напавшие на беззащитных», не тронули недешёвые куртки и не нанесли никакого физического вреда. Но судя по его характеру, он и внимания на это не обратил: просто факт — на девушек напали, им надо помочь. Он не задавал лишних вопросов — ни откуда они, ни почему вдруг так резко решили отправиться в Японию, да ещё и всего на месяц, — Саше стоило быть осторожнее в высказываниях, чтобы на такое малое время в Японию летать на аристократок они не особо смахивают, — даже старался избегать их имён, чтобы не дай бог не произнести чего неправильно.       Обнаружить столь дружелюбного человека первым, да ещё и не наткнуться вместо него на какого-нибудь ворчливого старика-интроверта, без сомнений можно было назвать несказанной удачей. Слишком подозрительной удачей.       Но сейчас, сидя в уютной квартире, закутанная в плед, держа в руках чашку зелёного чая и беззаботно болтая с новым знакомым, Зимняя совершенно не хотела о таком думать. Чего нельзя было сказать о Саше.       Больно странно себя вёл этот парень. И приютить согласился, и комнату с одеждой выделил, и чаем напоил, ну просто мамино золотце. Не то, чтобы это плохо, наоборот — только на руку. Но слишком похоже на бесплатный сыр. А поскольку это ещё и незнакомая страна, незнакомый город, люди и их привычки, обычаи, традиции и меры, то лучше быть вдвойне осторожными. Тщательно продумывать план дальнейших действий, не общаться ни с кем подозрительным, — Номура — исключение, всё равно выбора нет, — нужно так же разобраться, какой это город, год и сезон, попробовать найти работу, место жительства, придумать другие имена, и…       —…И начать спать с открытыми глазами, есть только самолично приготовленные блюда, изменить внешность, и вообще уничтожить человечество от греха подальше. — насмешливый Машен голос заставил Романову вздрогнуть. Уже собираясь задать вопрос про ясновидение и чтение мыслей, она вдруг обнаружила, что всё это время говорила вслух. — Хотя с последним твоим утверждением я отчасти согласна.       — Ты про что? — принявшись складывать плед, небрежно кинутый Зимней на любезно выделенную им двоим кровать, уточнила Саша       — Я про имена. — разваливаясь на покрывале, непринуждённо ответила сероглазая. Её оптимизму можно было позавидовать — они чёрт знает где, а она ведёт себя так, будто такое происходит каждую пятницу. — Номура-кун даже на простом «Мария» чуть язык не сломал.       — Ах он теперь уже «Номура-кун»… — недовольно пробормотала русая, кидая сложенным пледом в подругу.       — А что? Он, к слову, всего на год старше тебя. Буду я двадцати однолетнего парня называть мало того, что по фамилии, так ещё и с уважительным суффиксом. — поморщила нос Зимняя, пристраивая голову на пойманном пледе, — Я к тому, что нужно придумать что-то типа прозвищ.       — Например?       — Например, японская адаптация русских имён. — пожала плечами Маша, задумчиво глядя в потолок — Или сокращения, свободно произносящиеся на японском языке. Или…       — Ну короче дело ясное, что дело тёмное. — вздохнула Саша, падая рядом на кровать. — Завтра разберёмся. А то я вон уже мысли вслух озвучиваю.       — Угу… — зевнула младшая, залезая под одеяло.