Запах корицы, вкус шоколада

Заплатив водителю, я вышел из такси на одной из улиц загородного поселка. Солнце почти коснулось горизонта, воздух холодный и мозгипрочищающий. Вдохнув поглубже, я направился к нужному дому. Идя по широкой дорожке, я чувствовал, как грязная снежная слякоть вперемешку с мелкой галькой расступается под ногами. Настроение отвратительное. Ох, не стоило сюда приезжать. Мало того, что Влад, неожиданно позвонивший за полчаса до встречи, сказал, что сегодня не сможет (он и мне советовал не идти), так еще и что-то странное происходит со мной, будто предчувствие чего-то плохого, нереальность происходящего. И... сомнения какие-то. И Фея. Она прочно обосновалась в голове и все не покидает мыслей. Странно все как-то. Запутался я. Все выбивается из-под контроля, а я ничего не могу поделать с этим. Но, не смотря ни на что, аккуратненький трехэтажный домик продолжал приближаться. Это не уютная вечерника в теплой компании на хате у друзей, это настоящая туса, которые я терпеть не могу. Тряхнув волосами, открыл дверь. Музыка, почти не слышная с улицы, ударила в уши, долбанула по барабанным перепонкам, атаковала до самого мозга, ошеломила, дезориентировала. В полумраке змеились и кривились жаркие полуобнаженные тела, освященные с одной стороны светом, изливающимся из дверного проема какой-то комнаты. Какого черта я тут делаю?.. - Привет. Оставив пальто наверху, я спустился в кухню, где и нашел Натана с высоким стаканом в руке. Он отвлекся от разговора с высокой брюнеткой и взглянул на меня. - А-а. Рома. Привет, - он сказал что-то своей спутнице и подошел ко мне, захватив еще один стакан по пути. - Не думал, что ты бываешь на подобных... мероприятиях, - он протянул мне жидкость. Ага. Я и сам не думал тут оказаться, поэтому только пожал плечами и отпил из стакана. Коньяк с колой. Как банально. Мы смотрели друг на друга. На кухне никого кроме нас не осталось, музыка из соседней комнаты пульсировала в висках, коньяк грел внутренности. Я понятия не имел, что полагается говорить в таких случаях. Ну, не сказать же ему, что я кажется гей и мне нужно тебя трахнуть, что бы знать наверняка. Бред. Все это не имеет смысла, это глупость полнейшая, мне нужно домой. Я покачал головой и, отпив еще немного, поставил стакан на массивный деревянный стол. - Наверно, мне стоит уйти. - Тебе не весело? - Не особо. Я собрался двинуться к проходу, как Натан шагнул, преграждая мне путь. Он пытливо заглянул мне в глаза, стараясь отыскать что-то. Склонил голову и сделал шаг ко мне. Я почувствовал, как от этого взгляда все тепло концентрируется где-то в паху, как это было в прошлый раз на балконе. Чутье на неприятности завопило, что пора валить отсюда, что-то сейчас будет, но я парализованный остался стоять на месте, не в силах шевельнуться. Наконец он перестал сверлить меня этим тяжелым непонятным взглядом и соблазнительно улыбнулся. Сколько, интересно, он уже выпил?.. Он сделал еще один шаг и оказался слишком близко. Положив руку на стол позади меня, он приблизился почти вплотную. Из-за низкого роста ему пришлось задрать голову вверх, чтобы не разорвать взгляд. Я сглотнул, во все глаза глядя на него и ловя каждое движенье. - А я знаю... - он приподнялся на носочках, но все равно был слишком низким, - некоторые способы... - обхватил меня за шею, - повеселиться... По телу прошла легкая дрожь, дыхание перехватило, и я зажмурился. Я знал, что сейчас будет. Это уже происходило со мной. За что мне это? Под веками нарисовалось изображение, как вчера один маленький чудовищный Фей проделывал нечто подобное в моей гостиной. Что это за выверты судьбы? А может... может... Я резко распахнул глаза и уставился на это создание. Кожа бледная, волосы чистые и светлые, губы... может только чуть темнее обычных, но все же не те; зубы вполне обычные, человеческие; глаза... да, большие, но голубые, без единого намека на лиловый. Я открыл рот, собираясь сказать что-то, но нас прервали. Влетев в кухню, темноволосый парень залез в шкаф, а хихикающая девушка устремилась к барному стулу. Усевшись на нем, она осмотрелась, взглянула на нас, присмотрелась внимательней и заливисто расхохоталась. Я оттолкнул руку Натана, лежащую на моей шее, и шагнул от него в сторону, это рассмешило ее еще больше. - Ой, педики, не могу, - она попыталась подавить хохот и прыснула, - какие вы милые забавные ребятки. Ле-е-екс, - заканючила она, обращаясь к парню, - ну, Ле-екс, дай им витаминок. Парень перестал заглядывать во все шкафы, остановившись на одном, выискивая там что-то. - На кой хер? - пробормотал он, даже не взглянув на нее. - Ну, они вон грустные какие-то. Ну, да-ай, пожалуйста. - У меня не с собой. Наконец он достал бутылку вина, закрыл шкаф и взглянул на нас. - Ну, Лекс! Он окинул нас взглядом, каким обычно смотрят на мелких вредителей - вроде и мелочь такая, чтобы уделять ей внимания, но жизнь испортить может. Кинул взгляд на девушку, вздохнул и достал из кармана пару косяков и, кинув на нас еще один убийственный взгляд, положил их на стол. Подошел к девушке, снял ее с высокого стула и ушел, обнимая ее за талию. Мы смотрели им вслед. Думаю, если бы не музыка из гостиной, мы могли бы услышать тихое тиканье механизма часов на третьем этаже. Наконец, Нат шевельнулся, и я резко перевел взгляд на него. Он отступил на шаг, глядя на самокрутки, лежащие на столе. - Ты это... - пробормотал он, - извини. Я думал, ты это... ну, гей, а ты... Мне захотелось рассмеется. - С чего ты решил, что я гей? - Ну... не знаю, - он чуть покраснел, но взглянул на меня, - обычно я сразу определяю. С тобой с самого начала как-то не так было, но до того как они вошли, я был почти уверен, что ты гей... или би, - он отступил на шаг, пропуская меня к двери, - Извини. Это маленькое недоразумение. Я покачал головой, даваясь смехом. Мне стало настолько смешно, что дыхание перехватило. А еще, если я засмеюсь, то наверно закричу или залью тут все влагой... Я шагнул к нему, в голове легко, в животе тепло. - Ты не ошибся, ты все правильно понял. Он удивился и улыбнулся, и что-то напомнила мне эта хитрая улыбка, что-то такое, чего никогда забывать нельзя. Он стремительно шагнул ко мне, обвил шею и впился в меня, раздвинул мои губы и резко ворвался, обжигая небо и язык. Он оттеснил меня назад, не разрывая контакта с моим ртом, и я наткнулся на стол. Он с трудом оторвался, глядя горящими глазами, и обхватив мои бедра, посадил на стол. Внимательно посмотрел на меня, и мне почти показалось, что на дне голубых глаз я увидел... Он прижался ко мне, ощутимо кусая шею, водя руками по пояснице и скользя под край джинсов, я, откинув голову назад, старался на ощупь расстегнуть пуговицы его рубашки. Длинным и медленным движением язык переместился от шеи к чувствительному местечку за ухом и стал вылизывать. Я крепко сжал бедрами его бока, и он прижался еще плотнее, почти до боли, дал мне ощутить свое возбуждение. Плюнув на пуговицы, я стал снимать наполовину расстегнутую рубашку через голову, но он остановил меня. Встав на цыпочки, он аккуратно облизал мне ушко, от чего я мотнул головой и фыркнул. Щекотно же. - Пошли наверх, - шепнул он, а у меня сердце забилось чаще в страхе и предвкушения, и я заворожено кивнул. Он потянул меня за руку, и я, спрыгнув со стола, пошел за ним. Мы прошли в полумраке гостиной, где извивались жаркие и влажные тела, поднялись по освещенной лестнице, зашли в одну из комнат. Краем сознания я отметил, что мы очутились в чьем-то кабинете, а потом он потянул меня в сторону, по ходу стягивая тонкий свитер. Стоило ему усадить меня на узкий диван, как я поежился от прикосновения холодной кожи, а он уже оседлал мои бедра и поцеловал, горячо, сильно, сладко. Бой, в котором не может быть победителей, все это знают, но все равно каждый старается выиграть. Я, наконец, справился с пуговицами и развел края его рубашки, провел рукой по ребрам, плоскому животику, который дернулся от касания прохладных пальцев. Черт, сколько же ему лет? Отстранившись от умелого рта и язычка, я потянулся к его груди и неожиданно для себя лизнул темное пятнышко соска. Он вздрогнул и одной рукой вцепился мне в волосы, а второй оперся о спинку дивана. Я переместил руки на ягодицы и сжал, лизнул бусинку соска еще раз и прижался к ней губами, он перебрал мои волосы, набирая горсть побольше. Тогда я поцеловал, задевая язычком быстрыми и короткими движеньями, сосок под моими губами затвердел, я впился ногтями в напряженный зад через джинсу, хватка на волосах усилилась. Я немного прикусил и стал лизать кожу, зажатую между зубами, он застонал, дернул за волосы и потерся об меня. На миг в глазах потемнело, и я с трудом подавил дрожь. Освободив сосок, я поднял голову и втянул нежную кожу шеи, пососал ее, легонько прикусил, продолжая мять ягодицы, оглаживать бедра и поясницу. Он снова застонал, на это раз просительно, и заерзал от нетерпения. Я положил руку на его джинсы спереди, и он неосознанно подался навстречу этому движению. Дрожащими пальцами я расстегнул пуговицу, но с молнией никак не получалось справиться, и ему пришлось помочь мне. Он встал на колени и его расстегнутые джинсы и выглядывающая ткань плавок оказались чуть ниже моего лица. Он собрался снять штаны. Мои руки легли поверх его. Наверно ему показалось, что я собираюсь помочь, но я, напротив, удерживал его. Он посмотрел на меня сверху вниз мутным и горящим взглядом. Я покачал головой. - Что ты делаешь? - недоуменно спросил он, хотя уже знал ответ, только поверить не мог. Я осознал, что все еще качаю головой и не могу остановиться. Я приказал себе прекратить, умолял перестать, но голова продолжала мотаться как на шарнире. - Что такое? - грубо спросил он, и у меня наконец получилось совладать с телом. - Я не могу, - шепнул, глядя умоляюще и виновато, - я не могу. Что-то отразилось на его лице, а потом оно неожиданно замкнулось. Как переключатель... Он слез с меня, застегнул джинсы и, взяв рубашку, ушел, тихо закрыв за собой дверь. - Прости, - прошептал тишине пустой темной комнаты. Я сгорбился и спрятал лицо в руках. Почему? Почему я не смог? Когда раньше такое происходило с девушками, это было будто что-то блокирует мое подсознание, просто раз - и как барьер, я не могу и все. А сейчас? Сейчас - нет... сейчас все произошло совсем иначе, я осознано прекратил это. Я мог бы продолжать, никаких барьеров, никаких запретов. Я отказал ему осознано, по своему желанию. Почему? Одна мысль не давала мне покоя весь вечер. А что если, что если я нормальный? Может быть, раньше все проблемы были от того, что я - девственник? Может этой ошибкой программы, неправильным условием, причиной барьера были не женщины, а первый раз? Может быть, я входил в ступор не от того что видел голым именно женское тело, а от того что боялся прикоснуться к нему впервые? Может быть, Фея сломала этот барьер, изменила условие, исправила программу в тот миг, когда я излился в ванну, после прикосновений горячего юркого язычка? Может быть, только может быть, я ненормален только чуть-чуть, Нат оказался прав, и я - би? Масса вопросов, отсутствие ответов. Я вздохнул, ощущая во рту вкус карамели. А может и это мне только показалось.