Мэй

Первые лучи солнца расплывчатыми линиями добирались до каждого тёмного угла, озаряя весь тот мрак, некогда царящий под покровом сестрицы Ночи. Солнце нещадно светило в глаза, пробуждая своих детей, оповещая о начале нового дня. Мэй поморщилась и зажмурилась, утыкаясь во что-то носом, прячась от назойливых лучей. Лучу все же удалось потревожить сон девушки, но она отчаянно старалась снова заснуть. Биологические часы кричали о том, что ещё слишком рано и есть время, чтобы поспать. Сон никак не шёл. Открыв слипшиеся ото сна глаза, Мэй поняла, что её голова поднимается и опускается в такт чьего-то размеренного дыхания. Девушка приподнялась, оглядывая чужую комнату. В голове навязчиво стали всплывать картинки вчерашней ночи. Страшной ночи. До последнего Мэй надеялась, что случившееся — лишь кошмар. Майко посмотрела вниз, рядом с ней все ещё спал Кадзу. Девушка смутилась. Какой позор. Будущая гейша спит рядом с мужчиной. В окия Мэй получила бы с десяток плёток даже за то, что просто впустила мужчину на порог комнаты, а тут даже так… Шея, перевязанная бинтами отзывалась пульсирующей болью при каждом неудачном движении. Горло нещадно саднило, а укус щипал. Губа покрылась корочкой и уже не так болела, по крайне мере сейчас. Мэй поспешно встала, сильнее укутываясь в халат. На секунду она почувствовала себя грязной женщиной, ощутила стыд. Как ей выбраться незамеченной? Что подумают люди, когда она выйдет из покоев мужчины в таком ненадлежащем виде? Украдкой выглянув в окно, Мэй отметила, что было совсем раннее утро. На улице пусто и тихо, не считая пения птиц, журчаниях ручья и пары усердно тренирующийся юношей на заднем дворе. «Хороший момент, чтобы тихо уйти.» Но девушку терзали сомнения: стоит ли ей сейчас оставаться одной и уйти, или дождаться пробуждения Кадзу, а может и вовсе разбудить его самой? Проблема решилась сама собой, когда сзади послышался знакомый шершавый голос. — Обычно я покидаю девушек до их пробуждения, а не они меня. Щеки Мэй мгновенно зарделись, а в сторону мужчины полетел колючий взгляд. — Не уходи, я помогу тебе.

***

Кадзу провёл Мэй до комнаты, предварительно осмотрев её на наличие какой-либо опасности. Девушка привела себя в порядок: наспех искупалась, поменяла бинты и наконец оделась, после чего вышла к мужчине, все это время терпеливо ожидавшего её появления. — Ты сможешь хотя бы приблизительно описать преступника? Они шли по полупустым коридорам, постепенно оживляющимся людьми. Кадзу решил незамедлительно сообщить о случившемся Такао. — Постараюсь. Преступник может свободно гулять среди них, думая, что Мэй как испуганный котёнок забьётся в углу и не станет высовываться в ближайшее время. Кадзу шёл, внимательно всматриваясь в чужие лица, ища в них разоблачение. Вдали виднелась небольшая группа людей, среди которых находилась Азуми. Она явно была чем-то огорчена. За достаточно короткий промежуток времени, что Мэй здесь живет, научилась отличать обычно-недовольное лицо девушки от обиженного или вовсе злого. Азуми, заметив приближающуюся пару, окинула их своим обычным, но с нотками брезгливости взглядом. Сказав что-то близ стоящим людям, пошла навстречу, но не остановилась чтобы поздороваться или что-то сказать. Она прошла мимо, нарочно задевая плечом Мэй. — Эй.– Кадзу перехватил её за предплечье, ожидая объяснений. Но Азуми ничего не ответила, вырвав свою руку, продолжила путь. Проходя мимо той самой компании людей, Мэй услышала часть из разговора, перешедшего на шёпот, стоило им приблизиться. — С каких пор гейши расширили список своих услуг? — Позорит культуру. — Вышла из комнаты Кадзу, вот Азуми и бесится. — Ведёте себя, как портовые старушки, вам лишь бы посплетничать.– Какая-то девушка решила заступиться за майко, правда безуспешно. Ей кинули пару едких фраз в ответ, продолжая прежний разговор. Когда Мэй проходила рядом с незнакомкой, та ей мило улыбнулась. — Не слушай их, им просто больше нечего обсуждать.– Послышалось со стороны, когда они завернули за очередной поворот. Кадзу тоже это слышал. — Азуми сердится на тебя. Прости меня за это. — У неё не должно быть повода. — Всё же есть. Кадзу перевёл на спутницу взгляд, встречаясь с её.

***

— Было темно, я не уверена, что… — Хотя бы попытайся. Мэй нахмурилась, стараясь зацепиться за малейшее воспоминание. Но все, что ей удавалось вспомнить — смазанные динамичные картинки. — Он курит или был в таверне. От него пахло табаком. Такао внимательно слушал каждое слово майко, стоя перед ней в нескольких шагах. Лицо его было сосредоточено и хмуро. Кадзу же стоял у двери, оперевшись о стену и скрестив руки на груди, впитывал ту же информацию. — Я поцарапала его, но точно не знаю где. Лицо или шея. — Это все? Может рост, другие особенности? — Я его укусила. Это всё. — Тухло.– Хмуро подметил Кадзу. — Ничего, мы его найдём. Сейчас главное не подымать шум и не показывать, что мы знаем о нападении.– Заключил Такао, подходя к окну и внимательно осматривая тренирующихся мужчин.– Мэй, — девушка тут же откликнулась, поворачивая в его сторону голову.– Тебе нужно делать вид испуганной жертвы. — Мне не нужно притворяться… Такао перевёл на неё взгляд. Некогда строгий взгляд смягчился, а между бровями образовалась складка. — Кадзу будет поблизости. Пока мы не выясним, кто это на тебя покушался, поживешь у Чонгана. Девушка послушно кивнула, поднимая взгляд на главу клана. В комнате повисла тишина, прерываемая лязгом сабель и звуком режущих воздух сюрикенов. — И ещё кое-что. Колдун обернулся к майко. — Один важный человек нуждается в нашей услуге. На неделе у нас состоится встреча. Он падок на крепкий алкоголь, но сильнее на красивых женщин, если быть точнее- гейш. Не окажешь честь… — Не нужно, Такао, ей там не место.– Кадзу активно включился в беседу, отталкиваясь от стены. От Мэй не укрылось его беспокойство. Глава клана приподнял руку, давая понять другу, чтобы тот молчал. Кадзу выглядел недовольным и хмурым, но все же отступил, пересиливая себя. — В общем, Мэй, нам нужна гейша на время переговоров. И я бы хотел, чтобы ей была именно ты. Девушка думала недолго. — Хорошо. — Мэй…– Кадзу бросил на неё предупреждающий взгляд. — Мне будет безопасней с вами. Кто знает, что случится, если я останусь здесь без защиты. — Она права, Кадзу. Ниндзя стоял молча, сжав челюсти, думал о чем-то. — Хорошо, пусть едет.