Ох уж этот фокусник

8.Первые шаги к примирению. Выйдя из ресторана, Андрей повернулся к Кате. — Ну что, Катя, как сегодня будем добираться? — спросил он улыбаясь. — После такого ударного вечера предлагаю всё же на машине, в тепле и уюте. Кивнув, Катя прошла в сторону Ждановской машины и, подождав пока он открыл ей дверь, проскользнула в салон. Она очень устала и ей хотелось комфорта и покоя. Сев в машину и включив зажигание, Андрей положил голову на сплетённые руки, облокотив их на руль и, повернув голову, смотрел на Катю и улыбался. Не сдержавшись, она улыбнулась в ответ, разглядывая его лицо. Сейчас в спокойной обстановке, она заметила, что лицо Андрея немного осунулось, и на висках появилась небольшая седина. Она еле удержалась от того, чтобы протянуть руку и коснуться его волос. — Вы устали, Андрей Палыч, — прекратив этими словами все игры, сказала Катя. — Вы сегодня нам очень помогли в ресторане, спасибо. Вы внесли гораздо больший вклад, чем Коля. — Да уж, зато я заметил, что он внёс большой вклад в поглощении пирожков Вашей мамы. Хотя я его понимаю, она, действительно, прекрасно готовит. — Коля любит поесть, это правда, — сделав паузу, Катя задала беспокоивший её весь вечер вопрос. — Зачем Вам это было нужно? Мама права, у Вас своя жизнь, свой круг общения. — Я хотел провести время с Вами, я скучаю. Мне тебя не хватает! Что же ты не хочешь меня услышать?! Да я даже рад, что сейчас нахожусь на производственном этаже! Это были мучения, заходить в президентский кабинет и не видеть тебя, Катя. Тебя не было в городе, в стране, а мне всё время казалось, что сейчас откроется дверь, и ты войдёшь. О, Боже, ну что мне сделать, чтобы доказать искренность моих намерений?! — стукнув по рулю руками, воскликнул Андрей. — Не ожидала, что Вы так хорошо владеете ручным трудом, — помолчав несколько минут, Катя увела в сторону разговор. — У меня были уроки труда в школе, да и когда-то в детстве я считал, что настоящий мужчина должен уметь всё починить, и мне было это интересно. Да, да, я ещё и на машинке швейной могу и вышиваю крестиком, — с интонацией Матроскина из Простоквашино произнёс последнюю фразу Андрей. — Насчёт вышивки я погорячился, но шить на швейной машинке я, действительно, умею и знаю разные строчки и программы. Хотя глупо этим гордиться. — Наоборот, это говорит о том, что Вы на самом деле любите свою работу и хорошо её изучили, — утвердительно сказала Катя и осмелев спросила: — Как дела с новым оборудованием на производстве? Внимательно посмотрев на Катю, Андрей осторожно ответил: — Неплохо, его нужно вводить в работу, но для этого нужно немного переобучить персонал. Борюсь с начальником производства. Он, вроде бы, человек грамотный, но упирается, не хочет лишней работы. Приходится настаивать, убеждать. Наконец то Андрей смог озвучить всё, что его волновало тому человеку, который был тоже в этом заинтересован. Его всегда удивляло, как окружающие умело манипулировали заботой о «Зималетто», когда им нужно было чего-то добиться от него: Кира, Малиновский, Воропаев, даже его собственные родители. А Катя, она всегда его понимала и искренне поддерживала, переживала за результат. Да даже её отец интересовался, видно, что готов помочь. Вон как они все бросились сегодня помогать этому Борщёву, будь он неладен. И знают же его без году неделю. А тот всё время на Катю смотрел, и совсем не по-дружески, ещё и поцеловал на прощанье. Почувствовав, что начинает закипать, Андрей со вздохом выпрямился и поехал в сторону Катиного дома. — А что там Коля сегодня говорил про магнитные счётчики? — не удержалась Катя — прикоснувшись к теме «Зималетто», она не могла остановиться. — Честно говоря, сам от него это впервые услышал. Нет, женсовет жаловался, что Сашка дисциплину строгую вводит, но что всё настолько плохо не знал. Я же всё время на производственном этаже нахожусь. У нас там кабинет, — пояснил Андрей. Немного помолчав, решил добавить: — Только не берите это себе в голову, Катя, Вашей вины в этом нет, так даже лучше, можно больше времени уделить технической стороне вопроса. — Как же Роман Дмитрич пережил падение? — неприязненно съязвила Катя. — О, на удивление, но прекрасно. Там огромное количество девушек работает, он просто в цветнике. — Андрей Палыч, если нужно, я могу,. — начала Катя говорить о доверенности. — Нет, не нужно, — отрезал Андрей, — мы же с Вами договорились, оставить вопрос с доверенностью закрытым. И когда Вы обращаетесь ко мне по имени, мне больше нравится. Ну же Катя. Катя улыбнулась: — Хорошо, я попробую, но мне это не просто сделать. Я не могу перечеркнуть прошлое и начать с чистого листа, так не бывает. — Согласен, давайте поговорим тогда о прошлом и пойдём дальше? — Я пока не готова говорить обо всём, мне трудно. — Ладно, но тогда скажите мне, Катя, Миша он кто? Клиент? Партнёр по работе? Друг? — не удержался Андрей. Ощущение дежавю лёгким облачком пролетело над девушкой. В первый момент она разозлилась на этот вопрос, но потом, смягчившись, подумала, ну, а вдруг для него это действительно важно. Со стороны ведь непонятны их отношения с Мишей, а Миша перед уходом ещё и целоваться полез. — Миша — друг. Мы познакомились в Египте — работали в одной команде с Юлианой. Ещё он клиент, открывает ресторан, ну это Вы и сами знаете. В это время у Жданова зазвонил телефон. С мыслью о неугомонной Кире, Андрей недовольно посмотрел на определитель. Звонил Малиновский. Посомневавшись, но решив что ему нечего скрывать от Кати, он ответил: — Да, Роман, слушаю. — Андрюха, ты где? Бросай всё и причаливай к клубу «У Севы», мы тебя ждём. — Малиновский, давай не сегодня, у меня дела. — Знаю я эти твои дела, Кира или Пушкарёва, вот и все твои дела. А у меня тут сюрприз. Так что давай, приедешь, расслабишься. — Ром, ты же знаешь, меня это больше не интересует. — Тут такие люди, увидишь, сразу заинтересуешься. — Малиновский, или говори по делу или давай, до-завтра. — По делу. Понял. Лера Изотова тут. Работает на «Фонтану», конкурент «Зималетто». Подъезжай, может что выведаешь. Сам знаешь, она будет говорить только с тобой. — Я понял, — Жданов положил трубку. Полностью разговор Катя не слышала, но обрывки фраз доносились и общую картину она уловила: Малиновский ждёт Жданова с Изотовой. У Кати немедленно всё сжалось внутри. Все самые тревожные и грустные воспоминания обрушились на неё. — Звонил Малиновский, — намеренно спокойным и ничего не значащим тоном начал объяснять Андрей, — говорит, что нужно заехать, выведать сведение о конкуренте. У Изотовой. Катя, я знаю, я Вашему папе пообещал, что отвезу Вас сразу домой, но может Вы составите мне компанию и заедете со мной в уже известный нам клуб «У Севы»? Катя удивлённо посмотрела на Жданова: — Вы серьёзно? — Абсолютно. Заедем на двадцать минуточек, поболтаем и поедем домой. Я ужасно не хочу идти туда один, да и с Вами хочу побыть. Ну же? — Как Вы себе это представляете? Вы, Малиновский, наверняка какие-то его подруги, Изотова и я? — Отлично представляю, тем более нам с Вами нужно как можно скорее выпить на брудершафт, чтобы окончательно перейти на ты. Вот с Мишей Вы на ты. А со мной чуть ли не по имени отчеству. — Андрей П… Андрей, давайте Вы заедете туда всё же один. Сегодня был напряжённый день и мне не хочется куда-то ещё идти. К тому же Вы пообещали папе, — твёрдо отказалась Катя. — Хорошо, тогда мы едем к Вам домой. Вы правы, доверие папы нам нужно, а то в следующий раз не отпустит. «Хорошо бы, чтобы этот следующий раз был», — подумала Катя, а в слух сказала: — Я думаю, Вам всё же потом нужно заехать в клуб, мало ли какая информация появится, это действительно может быть важно для компании. «Вот в этом вся Катя! Знает обо мне всё, больше, чем мои родители и Кира вместе взятые, да к тому же непосредственно принимала участие в моих отношениях с Изотовой, и она сама меня отправляет к ней! Почему? Потому, что считает, что это принесёт пользу компании или хочет от меня избавиться? И главное она мне это не скажет. Всё будет держать у себя внутри, потом примет какое-то решение и исчезнет», — молча переваривал её слова Андрей. Он решил, что проводит Катю и поедет к себе домой. Подъехав к Катиному дому и остановившись немного в стороне, ни он, ни она не готовы были прощаться и не знали, что сказать. Катя не хотела, чтобы он видел её переживания и сомнения по поводу Изотовой, Малиновского и объявится ли Андрей завтра вообще. А Андрей просто хотел её расцеловать и никуда не отпускать. Всё за них решил телефонный звонок. — Ну вот и папа, — улыбнулась Катя. — Да, папа, мы уже подъехали, и я сейчас поднимусь домой, не волнуйся. Повернувшись к Андрею, она сказала: — Я пойду. И я на самом деле думаю, что Вам нужно заехать в клуб. — Пойдёмте, я провожу Вас до подъезда, — заглушил машину Жданов. Подойдя к двери, он повернулся к Кате: — Хорошо, я прислушаюсь к Вашей просьбе, но только не выключайте, пожалуйста, телефон, я позвоню и расскажу о чём мне поведала Изотова, хорошо? — Если Вы так хотите, — ответила Катя. — Хочу, — кивнул Андрей, — я хочу услышать Ваш голос перед сном. Осторожно обняв её и легко поцеловав в губы, добавил: — Идите, Катя, а то я за себя не ручаюсь. — До свидания, Андрей, — и Катя скрылась за дверью. Вздохнув и думая, что может всё же лучше поехать прямиком в свою кровать, Жданов сел в машину. Как будто уловив его мысли, снова позвонил Малиновский: — Андрюха? Ну и где ты есть? — Еду. Скоро буду, — решился Андрей. В клубе было многолюдно и шумно. Пройдя по залу, он увидел Малиновского, идущего с напитками от бара в сторону столиков. — Андрюха, ну наконец-то, мы уже заждались. Пойдём, я тебя познакомлю с двумя красавицами, — обрадовался его приходу друг. — Ты же мне сказал, что тут Изотова, — отказался идти с ним Андрей. — Ах, ну да, Изотова — это Изотова. Сейчас отнесу напитки и вернусь. Роман, быстро навестив своих подруг и попросив их не скучать, вернулся к Андрею: — Ну что, друг мой ситный, расскажешь, чем занимался весь вечер? Какой-то ты пыльный, что ли? — Так, помогал хорошим людям мебель собрать, — отмахнулся Андрей не желая вдаваться в подробности, а тем более рассказывать о Кате. Если она сама отказалась сюда ехать и явно не желает светиться, он тоже промолчит. Сразу вспомнилось, как тогда, в самом начале его нелепого ухаживания, она поинтересовалась, знает ли Роман об их отношениях и как он соврал. Нет, больше он Катю обманывать не будет и за спиной о ней говорить тоже. — Мда, а до появления Пушкарёвой в твоей жизни, я за тобой подобных поступков не замечал, — Малиновский окинул Жданова многозначительным взглядом. — Лерочка, смотри кого я тебе привёл, — подойдя к Изотовой, сидящей у барной стойки, сказал Роман. — Всё, всё, ухожу и не буду мешать двум голубкам. — Валерия, привет, — поздоровался с Изотовой Андрей. — Андрюша, я очень рада тебя видеть. Я скучала по тебе. Почему ты молчишь? — недвусмысленно оглядывая Андрея и ожидая тёплого приема, пошла она в атаку. — Мне нечего тебе сказать. — Да, я тут слышала, что твоя свадьба с Кирой расстроилась. — Ну, я не хочу об этом говорить. — Но ты знаешь, я знала, что это рано или поздно произойдёт. — Давай переменим тему. — Понимаю, — сочувственно проговорила Валерия. — Ты знаешь, я не стою твоего участия. Расскажи лучше о себе, — Андрей уже жалел, что вообще сюда приехал. Он желал поскорее попасть домой и позвонить Кате. Ведь она за это время может чёрт знает что себе надумать. — Да что мне рассказывать о себе? Была в Египте, вот недавно вернулась из Милана. Работала там. Сейчас приехала в Москву. Завтра встречаюсь с Толей Хмелиным, — стала с удовольствием рассказывать Изотова. — Знакомая фамилия. Он, кажется, поставщик одежды из Италии, — теперь Андрей заинтересовался и хотел выведать побольше информации. — «Фонтана», это же наш конкурент. Хмелин Анатолий Сергеевич. Ну дай Бог ему здоровья. А что у тебя с ним? — Я надеюсь попасть в его новый каталог. — Уверен, тебе удастся. — Андрюш, ты просто не представляешь, какую потрясающую коллекцию они привезли. Такая уютная, в стиле ретро, много вязанных деталей и они просто удивительно сочетаются с тканями. Просто потрясающие. — Да что ты говоришь? В стиле ретро? Много вязаных деталей… И какие цвета? — Цвета потрясающие, земляные, терракотовые. Знаешь, я когда увидела эту коллекцию, у меня просто дыхание перехватило. И если я буду лицом этой коллекции, то вся Москва… — Москва будет в твоих улыбках, — понимающе покивал Андрей, думая о том, насколько эта коллекция похожа на созданную в «Зималетто» коллекцию Милко. Его мозг сразу стал просчитывать, что можно сделать с полученной информацией для извлечения пользы. — Слушай Андрюша, я смотрю тебя это очень обрадовало, и ты так оживился, — воодушевилась Лера, собираясь перейти к более близкому общению. — А я просто хочу, чтобы Роман тоже за тебя порадовался, — Андрей оглядывался в поиске друга, он хотел с ним поделиться информацией, оставить на него Изотову и поехать, наконец, домой. Но, увы, Ромка прекрасно проводил время, танцуя с двумя своими нимфами, и ничего не замечал вокруг. — Андрюш, а может быть ты позвонишь Роману завтра? Всё ему расскажешь, и он обязательно за нас с тобой порадуется, — подхватив Андрея под руку, потащила она его к выходу из клуба. — Лера, милая моя, Лерочка, что ж ты делаешь-то? — хотел было возмутиться Андрей, но решил, самый быстрый способ от неё избавиться, это довезти поскорее домой. Пока они ехали в машине, Андрей думал, насколько Лера ему не интересна. А ведь она действительно красива и сексуальна, но при этом сейчас не вызывает у него абсолютно никаких чувств, кроме приятельских. Как же за такое короткое время всё изменилось! Ему не хочется проводить время в клубах, общаться с вот такими красивыми, но какими-то пустыми женщинами. Они его просто перестали волновать. Подъехав к дому Изотовой, Андрей показательно не стал выключать зажигание, намекая на то, что ей пора идти. — Я очень рада Андрюш, что тебя встретила, вечер был потрясающим. Мне очень понравилось, — начала разговор Изотова. У неё были далеко идущие планы на целый и серьёзный роман с Андреем. Теперь, когда он свободен от Киры, она была уверена, что у неё были все шансы. — А мне тоже. Так что, «Фонтана» действительно задумала рекламный прорыв для того, чтобы протолкнуть свою компанию? — решил ещё раз уточнить нюансы в работе конкурентов Жданов. — Я же тебе уже говорила, что их коллекция просто потрясающая. — Ну да. Я помню, вязка в сочетании с тканью и всё это в стиле ретро. — Я тебе говорила. — А ты знаешь, я же слежу за тенденциями, я всё это мог предвидеть. — Андрюш, мне сейчас совсем не хочется говорить о работе. К тому же ты их конкурент, напрасно я тебе всё рассказала, — всё же разумная мысль проскользнула в её голове. — Ну, надеюсь, это никаким образом не повлияет на наши с тобой отношения. — Только если ты никому не скажешь. — Ни за что. Никогда. — Андрюш, я что-то не пойму, ты сказал, что ты соскучился, но это только слова. Где же действия? — так и не дождавшись от Андрея первого шага навстречу, подтолкнула его Лера. — Ты знаешь, давай в другой раз. Только не сегодня. Извини. Я сейчас не могу. Я тебе позвоню, — лаконично завершил разговор Андрей. Изотова оглядела его со всех сторон и, дав лёгкую пощёчину, с гордым и независимым видом покинула салон автомобиля. Усмехнувшись, Жданов подумал о том, насколько он всё же не умеет расставаться с женщинами. Надеясь, что Изотова теперь от него отстанет, он поехал в сторону дома. Проехав несколько кварталов, он нетерпеливо набрал Катин номер. Катя вошла в квартиру и сразу наткнулась на осуждающий взгляд мамы. Отвернувшись, чтобы раздеться, она обдумывала, как побыстрее улизнуть в свою комнату, но её позвал папа: — Ну что Катерина, поговорили со Ждановым? Ну ты ему хотя бы объяснила, что мы все финансы будем проверять, что поможем в случае чего? — Поговорили, пап. А вы с ним о чём недавно разговаривали так долго? — Да рассказывал он мне обо всей этой истории с его президентством, о неудачах. Тебя хвалил, между прочим. Если бы, говорит не Катюха, то всё! — Валерий Сергеевич не мог удержаться от гордости за свою дочь. — Пап, ну зачем ты, а? Наговорил опять Андрею Палычу неизвестно чего, — с укором Катя посмотрела на отца. — Ничего подобного. Он мужик дельный, сразу видно, что переживает за компанию, хочет все свои ошибки исправить. Так, а чего ж не помочь, хорошему человеку! — Пушкарёв начал горячиться. — Вот и Мише поможем, что же мы, не люди. — Валера, ты просто не знаешь всей ситуации, — начала Елена Александровна, но заметив упрекающий взгляд Кати, смягчила фразу, — ну зачем лезть, они сами разберутся. Андрей Палыч человек занятой, да и Катюше видней. Всё давай, пойдём ложиться, Кате вон ещё в душ нужно идти. Покивав головой, Пушкарёв позволил себя увести с кухни и Катя, выпив воды, пошла в душ. Выйдя из душа, замотанная в жёлтый тёплый халат и с тюрбаном на голове, она подсела за стол и открыла свой дневник. После того, как мама его прочитала, она на какое-то время прекратила вести дневник. Но мысли текли как река, в себе разобраться она не могла и продолжала делать записи, в целях безопасности держа дневник всегда при себе. Вот и сейчас, пересмотрев несколько предыдущих строк, в которых она описывала странности поведения Андрея в последние дни, она взяла ручку и начала писать. Она думала о Мише, какой он положительный во всех отношениях и как мило за ней ухаживает, а её к нему совсем не тянет. Её тянет как магнитом к Андрею и ничего она с собой поделать не может. Господи, как же хочется ему поверить, согласиться на всё, прижаться. Нет. Стоп. Так нельзя, однажды она ему уже поверила, и всё оказалось ложью. Наверное, её чувства к Андрею, это просто физическая тяга, страсть. Может и к Мише она смогла бы постепенно испытывать такие же эмоции. Нет, не могла она себя представить в объятии Миши. Не могла! Андрей… Отбросив дневник, она посмотрела на экран телефона, прошёл уже почти час, как они расстались с Андреем, а он всё не звонит. Конечно, он с Изотовой, сейчас, наверное, едут уже к ней развлекаться. Тогда зачем он сказал, что позвонит и звал её с собой в клуб? Чтобы посмеяться? Это у них новая шутка с Малиновским такая? Загадав, что, если он в течение десяти минут не позвонит, она выключит телефон и на этом прекратит с ним всё общение, Катя легла в кровать. Ровно через три минуты телефон зазвонил. — Катя? Вы не спите ещё? — обрадованно прокричал в трубку Андрей. — Нет, хотя уже собираюсь, — ответила Катя. — Значит, я вовремя. Никак не мог отделаться от Изотовой, пришлось отвезти её домой. Как только она вышла, я сразу набрал Вас. Не услышав ничего в ответ, Андрей продолжил: — Ромка оказался прав, оказывается Изотова подписывает контракт с Хмелиным завтра и будет представлять его новую коллекцию, которую он завёз из Европы. Но это не главное, она, по неосторожности, выболтала мне всю информацию о коллекции и, по её описанию, коллекция очень похожа на коллекцию «Зималетто». Понимаете, Катя? И он вкладывает огромные деньги на раскрутку и рекламу. — То есть, они выпустят её раньше, чем «Зималетто», и тогда продажи «Зималетто» упадут, — как всегда с полуслова уловив его мысль, продолжила цепочку рассуждений Катя. — Да! Нам нужно попытаться ускорить производство нашей коллекции, это вполне возможно сделать на нашем новом оборудовании. Не зря же мы так рисковали, закупая его. — А ведь это действительно может выгореть, только нужно свериться с максимально возможной производительностью машин и всё точно посчитать, — загоревшись, Катя начала в уме прикидывать, насколько это реализуемо, тем более, что все отчеты составляла она и поэтому знала каждую цифру наизусть. — Завтра, первым делом перетрясу все отчёты и всё сверю. Я не так безнадёжен, Катюш, — воодушевившись новой идеей и слыша Катино ответное оживление, Андрей как бы вернулся в прошлое, и если бы Катя была рядом, он бы непременно её подхватил и закружил. — Конечно, у Вас всё получится, Андрей Палыч, я помню примерные цифры, всё сойдётся, — тоже забывшись и вернувшись в дособлазнительное прошлое, кивнула Катя. — Ладно, Катя, пообещайте мне, что завтра вечером мы с Вами проведём время наедине, без всяких Миш и Изотовых. — Я постараюсь, — согласилась Катя. В конце концов, он позвонил до истечения установленных ею десяти минут. А сделка с собой, это тоже сделка. Из-за двери раздался голос Пушкарёва: — Катерина, что ты там бормочешь и не спишь? Завтра вставать рано. Ну сколько можно? — Всё, папа, уже ложусь! — прокричала она отцу в ответ. Андрей, услышав, улыбнулся: — Строгий у Вас папа, Катя. Ложитесь спать. Я уже тоже подъехал к дому. Спокойной ночи. — Спокойной ночи, Андрей, — попрощалась с ним Катя и выключила телефон. Сняв халат и не переставая улыбаться, она так и легла спать с улыбкой, точно зная какие сны и о ком она сегодня будет видеть.