Золотая игрушка

При виде того, как поспешно заскромничал Рюноскэ, укрываясь одеялом, Чуя умиленно улыбнулся: - Ты выглядишь очень мило. Хироцу, подготовь купальни, - в отличие от нежного взгляда на Рю, пожилой мужчина заслужил куда более холодный взгляд голубых глаз: - А после - обед. Рю, сердце мое, чего ты желаешь поесть? - обратился он мягко к темноволосому юноше. Рю только губу прикусил, чуть нахмурившись. Одно дело раздеваться перед шахзаде, перед слугами, которые были в большинстве... ну... не мужчины совсем. А совсем другое перед смотрителем гарема. Который был вполне себе мужчина. Хотя до сих пор Рю коробило от подготовки перед слугами. Ужас какой. Его аж явно передёрнуло от воспоминаний. Парень только глянул на него, и тут же взгляд отвёл. Он помнил правила. Не при людях. Только при нём, только наедине. - Шахзаде... В первый день Ваш повар меня встретил долмой. - тихо произнёс он. - Было невероятно вкусно, как и донер с утра. Брюнет чуть вздохнул. Конечно, он был голоден. Просто безумно, ведь ел в последний раз... Давно. Очень. - Ты слышал? - обратился холодным тоном к смотрителю шахзаде. - Пусть приготовят эти блюда. И побольше сладостей и напитков. Можешь идти. - он кивнул бледному от страха мужчине, который, пробормотав полное покорности: - Как прикажете, шахзаде, - поспешно с поклоном вышел из комнаты. Посмотрев на парнишку, лежащего рядом, Чуя, словно оттаяв, улыбнулся и погладил его по голове: - Ты отлично держался. Молодец, Рюноскэ... Рю снова перевёл взгляд на мужчину, но только тогда, когда хлопнула дверь. Он заметно расслабился, проводя пальцами по его груди. - Вы так меняетесь, когда разговариваете с другими, и когда мы наедине. Сейчас юноша не торопился. Он был сыт, как и его партнёр, не думал, что делал, а спокойно его изучал, оказавшись действительно тактильным. Для него самого это было удивлением. Парень поднял руку, не в глаза правда смотрел, но на лицо господина, чуть проведя пальцами по его щеке. Юноша сейчас всё больше напоминал Чуе котёнка, недополучившего ласки и заботы. И оттого так тактильного с тем, кто первым дал эти ощущения ему. Рыжик сгрёб в объятия хрупкого брюнета и улыбнулся: - Только тот, кто тронул моё сердце, может видеть меня настоящим. Мой прекрасный цветок... Рюноске засмеялся, прижимаясь к нему. Ему было неловко. - Шахзаде Чуя, Вы меня так захвалите. Он неловко глянул на него, выдыхая, и провёл пальцами по его груди. - Но мне приятно. Очень. И только слыша о том, что ванна готова, парень встал, не стесняясь своей наготы. Ну а чего уже стесняться то? Его видели во всех видах. Чуя усмехнулся, откровенно любуясь обнажённой фигурой своего прелестного наложника: - Ты удивительно хорошо сложен, Рюноскэ. - сам шахзаде также, не смущаясь, встал с постели и саморучно подал брюнету скинутую тем ранее одежду: - Потом, после купальни, тебе принесут чистые одеяния... Рюноскэ кивнул, принимая одежду, не без труда надевая практически газовые ткани. - Благодарю, шахзаде. Двигаться было лень, одолевала приятная слабость. Он не решался спросить, правда одновременно ли им нужно будет купаться. Ох, главное, чтобы не просил за ним ухаживать в ванной. И Рю его отпугнёт неопытностью, да и он его. Пока прикосновения к чужому телу очень пугало. Интересно, а как там его невидимый собеседник? Так хотелось поделиться с ним переживаниями, эмоциями... Рыжеволосый шахзаде любовался юношей, одновременно без особых проблем одеваясь самостоятельно. Он подошёл к Рюноскэ со спины и обнял его за талию: - Как ты себя чувствуешь? Ничего не болит? Может, тебе тяжело идти? Парень немножко вздрагивает от прикосновения, но качает головой, только новую заколку снимает. Всё равно сюда скоро вернётся. В голове набатом некстати вспомнившаяся инфа, о том, что необходимо с благодарностью принимать любое внимание от шахзаде. Будь то похвала или же пинок. - Надеюсь, ты в порядке... - вздохнул шахзаде, чувствуя дрожь хрупкого юноши. Когда в комнату постучал слуга, чтобы доложить о выполнении требований Чуи, рыжик, хитро улыбнувшись, подхватил Рюноскэ на руки и самолично понёс его в купальни. Ему не хотелось, чтобы его драгоценный цветочек утруждал себя, даже такой малостью. - Я в порядке, шахзаде Чуя. Он только голову повернул на звук и не уследил, как тут же буквально взлетел над полом, явно не ожидая подвоха. - Что вы делаете?! - успел только спросить, пока они были в комнате, но вырываться не стал, покорно глаза отведя, и ловя на себе завистливые взгляды(наверняка редкие наложники), удивлённые от охраны и прислуги, и, конечно, полный ненависти от смотрителя гарема. Рю нахмурился, расслабляясь только уже будучи у купален. Чуя без особого интереса к чужим взглядам донёс Рюноскэ до купальни, где всё было уже готово. Благо смотритель гарема догадался, прежде чем, с разрешения шахзаде, уйти обеспечить наличие безмолвных и покорных слуг. Которые, кстати, для рыжеволосого выглядели все на одно лицо: один характер, одно поведение... Не то, что его любимец. Чуя вверил Рюноскэ умелым рукам слуг, которые раздели и брюнета, и самого шахзаде, а после со стоном удовольствия сел в горячую воду, поманив к себе пальцем и обнажённого Рю: - Садись, водичка просто великолепная! Юноша только засмеялся, качнув головой, и доверился слугам, чтобы раздеться. В отличии от шахзаде, парень не был так раскован в присутствии других. Да, безмолвные, да, покорные, по большей части евнухи, но всё же не безголосые, а слухи разносились слишком быстро. Ну что ж, надо было привыкать. Улыбнувшись, он старательно избегал прямого контакта в глаза, и воспользовался приглашением, залезая в воду. И, сев, Рю не сдержал довольного вздоха. Даже глаза прикрыл, расплываясь в довольной улыбке. Купальня была просторная даже для двоих. В воздухе витали ароматы специй и цитрусовых. И правда было настолько хорошо, что казалось, будто даже мысли очищаются. Взмахом руки шахзаде отослал слуг прочь и подвинулся ближе к юноше: - Смотрю, тебе тут нравится? Мы одни, Рю, можешь отвечать и смотреть на меня. Помнишь, я разрешил? Мягко проговорил Чуя, поглаживая мокрые от пара и воды волосы своего самого прекрасного наложника. - Я помню, шахзаде Чуя. Парень, только оставшись наедине с ним, смог расслабленно выдохнуть, и, подобравшись к нему, сел между его ног, и, совсем обнаглев, откинулся на него спиной. Выгонит, так выгонит. - Да, очень. Тут свободно и тепло... или Вы не о посещении? Парень закрыл глаза, под его руками расслабляясь окончательно. Когда мальчишка так к нему приластился, Чуя удовлетворённо улыбнулся: - Я именно об этом. В эту купальню дозволено входить только моим фаворитам для принятия ванны... Чувствуешь, какой приятный аромат? И всё же парень не ложился всем весом на него, чтоб дискомфорт не привнести. - Это честь для меня. Проговорил брюнет, глаза прикрыв, и вдохнув аромат. - Да... цитрусовые... и специи? - он чуть выдохнул. - Именно. Корица, гвоздика и кардамон. Отлично сочетаются с цитрусовыми ароматическими маслами. И... Напоминают мне тебя... - мягко признался шахзаде, оглаживая хрупкое тело в своих объятиях. - Какое интересное сравнение...Но, шахзаде Чуя, я ведь совсем недавно познакомился с Вами... поближе. Он заулыбался, послушно чуть подставляясь под его руки. Это и правда было приятно. Его не заставляли ничего делать, никак не нужно было прислуживать, ублажать. Теперь Рюноскэ понимал, почему его фавориты действительно наслаждались жизнью. Мальчишка разнежился в руках принца, как настоящий котёнок. Кажется, Рюноскэ начал привыкать к жизни обласканного любимца одного из наследников трона. Жизни, которая ему наверняка и не снилась раньше. И именно поэтому Чуя стремился показать Рю, что в этом мире есть не только мучения, нищета и страдания. - Ну пусть так, но мне эти запахи однозначно напоминают тебя, мой хороший... - улыбнулся он, гладя хрупкое тело, изучая его, ощущая, как мышцы брюнета расслаблены. - Как пожелаете, шахзаде, но не буду скрывать, что мне приятно. Прикрыв глаза, Рю чуть напряг спину. Просто чтоб не наваливаться всем весом, хотя внешне он даже не намекал на это. И всё же немного смущался происходящего. Злился на то, что настолько быстро поменял к этому всему отношение. На себя злился, расстраиваясь ещё сильнее. злился на то, что всё произошло из-за его же глупости. Но больше всего раздражало, что ему происходящее нравилось. А ещё очень хотелось поделиться с тем мальчиком, с единственным, с кем он мог быть хоть как-то откровенен. Через некоторое время, понежившись вволю, шахзаде поднялся из воды и помог сделать это же своему фавориту. Позвав слуг, он наблюдал за облачением юноши в подобающий статусу фаворита наряд, и сам вскоре, одетый, сопроводил его до комнаты трапез. После сытной еды Чуя велел отвести Рюноскэ, в чьих волосах сверкало подаренное им украшение, в его комнату, а сам, трепетно поцеловав его в лоб, мягко извинился: - Я вынужден ненадолго оставить тебя, моё сокровище. Постарайся отдыхать, хорошо? Брюнет же спокойно вышел, и, вытеревшись, принял одежду, позволив слугам помочь ему. Едва ли не впервые. Просто сам бы он точно запутался в газовых тканях. Трапезная комната, и вновь подчёркнуто-вежливое отношение со стороны Рю. После обеда юноша поблагодарил рыжеволосого, и, поднявшись, склонил голову. - Хорошо, шахзаде Чуя. И, только оставшись один, расслабленно выдохнул, с тихим стоном опускаясь на пол у закрытой щели. Открыв тонкую дверцу со своей стороны, не забыв при этом закрыть входную дверь, парень долго прислушивался... Ни разговоров, ни лишних звуков. Вроде один, судя по звукам тихих шагов. И всё же решился тихо-тихо постучать. Ответ не заставил себя долго ждать: с противоположной стороны стены послышался шорох отодвигаемой заслонки и раздался тихий голос, уже знакомый Рюноскэ: - Это ты, Рю? - даже по интонации и этому дружескому сокращению имени было понятно, что собеседник брюнета явно переживал за него. - Ацуши... - он буквально выдохнул имя собеседника, облегчённо опускаясь на пол, и тихо шипя. Он заметно расслабился. Рисковал ведь не только собой. - Ты даже не представляешь, сколько всего произошло. Если коротко, то я влип... очень здорово влип. -Рюноске усмехнулся. - По своей вине, кстати... Если бы не шахзаде Чуя... - Главное - ты жив... - по голосу было слышно, что Ацуши испытал облегчение, по крайней мере, по тихому вздоху. - Шахзаде Чуя защитил тебя, верно? Ты ему на самом деле понравился, как я понимаю... И новый вздох был мечтательнее: - Скоро я тоже смогу узнать, каково это: когда к тебе относятся с нежностью и мягкостью... - Да, жив... Хотя у шахзаде Дазая я мечтал об ином. - он прикрыл глаза опираясь затылком о стену. - Да... слуга двух господ. Меня не захотел отдавать ни один из братьев. Сошлись на том, что я неделю буду в одном гареме и неделю в другом... И тут память услужливо вкинула один момент. - Ацуши... скажи, а кого из вашего гарема называют Тигрёнком? - Тигренок?! - казалось, что собеседнику Рюноскэ перестало хватать воздуха. Но он сдавленно продолжил: - Это я... Значит... Это с тобой мы будем меняться, переходя из гарема в гарем? Можно было подумать, что Ацуши ошеломлен этим известием, ведь ему-то просто сказали, что им будут делиться с шахзаде Чуей, как знак доброй воли между братьями. - Похоже на то. Шахзаде Чуя согласился только на таких условиях. Он немного усмехнулся, касаясь украшения в волосах. - Не волнуйся, тебе у него понравится. Он... максимально ласков со своими фаворитами. Не требователен, заботлив... - Рю выдохнул. - Я... просто хотел узнать что за забором... думал сбежать, а меня смотритель поймал. Отвёл к шахзаде Дазаю на воспитание, мотивировав тем, что шахзаде Чуя приказал ему так сделать. Узнав обо всём... шахзаде Чуя... Боже, он примчался сюда, прилюдно расправился со смотрителем. Представляешь, просто сломал ему руку! Даже глазом не моргнув. Привёл меня в порядок, позвал врача. Я думал, он меня убьёт на месте. Но нет. Он даже голос не повысил. И это было страшнее всего. Рю просто говорил то, что наболело. Не вдавался в подробности произошедшего ни с одним из принцев, не подставляя этим ни себя ни его. - Но... простил. Несмотря на все косяки. Подарил украшение. Он дарит отличительные украшения своим фаворитам. Но эта заколка выделяет мне особое место даже среди его фаворитов. Он улыбнулся, касаясь украшения в волосах. - Тебе и правда будет у него комфортно. Его не стоит бояться. - Правда? Но шахзаде Дазай говорил... - Ацуши вздохнул, и, решившись, рассказал: - Говорил, что, если он сам не скрывает свою жестокость, то его брат - наоборот. - парнишка вздохнул и всё-таки по голосу было слышно, что он улыбнулся. - Но я верю тебе. И... Возможно, действительно узнаю, каково это - по любви и согласию... - Возможно, но если он и скрывает, то делает это очень хорошо. Я бы сказал мастерски. Я не могу гарантировать что-то... но... скажу по секрету: меня обласкали сверху до низу. Он даже... Понимаешь, шахзаде Чуя не сорвал на мне злость, хотя имел полное право. Возможно, я бы не винил себя так. А вот при упоминании шахзаде Дазая парень только и смог, что сдавленно выдохнуть. - Но если шахзаде Дазай нарушит условия - сделке конец. - Рю грустно усмехнулся. - Ты хоть отдохнёшь от ошейника и в целом от него. - и снова грустный вздох. - Я боюсь представить, что было бы с моей сестрой здесь. Ацуши, а зачем ты сюда пошел? - Я... Не самостоятельно пришёл сюда. Шахзаде Дазай нашёл меня в трущобах, когда я умирал от голода. И... На тот момент другого выбора, как между смертью и попаданием в гарем, у меня не было... Не знаю, как я поступил бы сейчас... - едва слышно признался Ацуши. А после паузы произнёс: - Я бы очень хотел увидеть тебя. Лично. Раз ты фаворит у шахзаде Чуи, может, он поможет нам увидеться? - Шахзаде Дазай способен на сострадание? Подобный поступок от него ожидать можно меньше всего. - Рю покачал головой. - А я сестру заменил... Лучше я, чем она. С её здоровьем подобное просто не выдержать. А так я смогу ей обеспечить достойное лечение. - и тут он задумался. - Я могу попробовать попросить шахзаде. Но потребуется разрешение шахзаде Дазая. И я от слуг слышал, что скоро у них будет приём. А на таких мероприятиях принято приходить со своими фаворитами. - Да... Я помню, ты... Говорил о ней. Ей очень повезло, что у неё такой братик, - задумчиво проговорил Ацуши, и явно воодушевился, когда услышал о приёме: - Да, я слышал! Наконец смогу увидеть тебя лично. И... Спасибо. Мне было ужасно одиноко. Я же рассказывал, что нам нельзя общаться в гареме шахзаде Дазая? Так вот... Даже если бы и можно было... Остальные наложники пугают меня... - Ну да. Братик хоть не залетит... - парень качнул головой. - Я не буду обещать. У шахзаде Чуи есть и другие фавориты. Он уехал по делам, и, когда меня снова к нему позовут - я с ним поговорю. Выслушав его, парень чуть наклонил голову. - Здесь же нельзя говорить только при нём. Всё на самом деле просто. А почему они тебя пугают? - Я думаю, если какая-то девушка сможет родить одному из шахзаде сына - она будет пользоваться огромным уважением и станет его супругой, а не просто наложницей. - заметил Ацуши тихо, и добавил, когда Рюноскэ задал свой вопрос: - Они все... Странные. Коля, например, я видел сам, убивает мелких птиц в оранжерее, но его не поймали пока... Фёдор... Мне кажется, это он довёл Эйса до самоубийства... - тихо прошептал юноша, явно не сразу решившись рассказать такие шокирующие истории своему другу. - Я не знаю, как в гареме шахзаде Дазая... но тут беременность под строгим запретом. Да и принцы слишком молоды для мыслей оо свадьбе. Да и моя сестра. Она залетит очень легко. А вот выносить не сможет. В лучшем случае ребёнок родится мёртвым. А в худшем... она просто не выживет. Рюноске задумался, и только тихо спросил. - Что же у вас происходит? Самоубийство... неужели жизнь наложника шахзаде Дазая настолько плоха? И снова тихий вздох. Руки дрожали, Рюноскэ понимал, что влип. - Я его не защищаю, он действительно жесток, требователен, своенравен... Но ведь большая часть тут по своему желанию. Ну или не совсем. Неужели смерть лучше? - Я рад в таком случае, что твоя сестра в безопасности сейчас, - даже по голосу было понятно, что Ацуши неуверенно улыбнулся. - И... Знаешь, всё очень сложно. Дело в том, что в гареме собраны очень... Странные наложники. Например, гарем состоит практически из одних юношей. Исключение - две девушки, Люси и Кёка. Но они живут отдельно от нас и, по слухам, находятся в иных условиях. Обе - из знатных семей и только поэтому оказались в гареме шахзаде Дазая. Из-за необходимости иметь и юношей и девушек в каждом гареме, согласно правил. - По крайней мере от принцев. - парень выдохнул резко. - У шахзаде Чуи девушек больше, но выбирает он в основном юношей. Девушка тут есть одна. В роли прислуги. Странная, если честно. В глаза не смотрит, молчит... постоянно. Как испуганно дёргается. А что касаемо гарема... я честно не видел на девушках украшений, которыми шахзаде фаворитов отмечает. Ацуши приблизился к щели, силясь разглядеть собеседника: - Кажется, шахзаде Чуя предпочитает юношей. Верно? - он вздохнул и неуверенно продолжил: - Он... Тебе нравится? Ведь, по твоим словам, он нежен и заботлив... Брюнет глянул на щель, и чуть отодвинулся. Может, так подсмотреть можно будет? - Похоже на то. С девушками я его не видел. - Рю чуть покраснел, хмыкнув. - Нет... ну не в плане нравится... я не знаю. Он мне нравится как человек, как любовник... Не в романтическом плане, - запинаясь, проговорил парень, явно что-то пока скрывая. То, в чём сам ещё не разобрался. Ацуши тихонько хмыкнул: кажется, его настроение наконец "оттаивало", даря расслабление от общения с Рюноскэ. - То есть... Всё-таки он тебе нравится? - полюбопытствовать он, выражая наконец настоящие, живые эмоции. - Не он... Не шахзаде Чуя. - тихо проговорил в ответ Рюноскэ, кусая губу. - Но не важно. Симпатия, или даже влюблённость в шахзаде - дело гибельное. Будет больно. Не хочу так снова. Лучше не привязываться. Он не был уверен в своих словах, в своём настоящем отношении. Рю было непривычно говорить о таком. Стыдно и страшно так резко отказаться от своих идеалов и убеждений. - Я... Не хочу давить на тебя. Ты сам всё расскажешь, хорошо? Когда будешь готов и... Ой, мне пора! - сбивчиво прошептал Ацуши, поспешно закрывая заслонку со своей стороны. Но, поскольку со стороны Рюноскэ она была открыта, тот мог услышать приглушённые голоса: - Тебе пора на процедуры, Ацуши. Время принимать лекарства. Лекарь уже ждёт тебя. Не заставляй Мори ждать! - прозвучал строгий мужской голос, явно смотрителя гаремя Осаму. Кто иначе мог так общаться с его наложниками? - Как скажете, господин Сакуноске... - Да, как только сам... Он быстро зажал себе пальцами рот, но закрывать щель не спешил. "Лекарство? О чём он? И кто он такой?" Рю нахмурился, но молчал. Влетит обоим *Смотритель... да что за фигня там творится?!* И, задвинув дверцу, только уже после того, как дверь закрылась, парень встал, и перелёг на кровать, закинув руки за голову. Делать было совершенно нечего. Хотя... стоило проверить, какие преимущества давало новое украшение. Открыв дверь, парень вышел, и с абсолютно невинным видом вышел во внутренний двор. Бросая хмурый взгляд на стену, он взял со столика огромное яблоко из вазы с фруктами. И, покосившись на смотрителя, пожал плечами, демонстративно повернувшись так, чтоб новое украшение сверкнуло в волосах. Рюноскэ откусил кусок, и растянулся прямо на траве в теньке, отойдя от всех подальше.