В одной пропасти

      Нечто непонятное зашевелилось в груди, что-то слизкое, вызывающее трепет в сердце и неприятный металлический привкус на языке. Джорджина не могла понять свои чувства: радость от долгожданного отдыха или горечь об окончании сериала, который ей подарил известность за пределами Испании. А может страх, что после отпуска у нее не найдется работы или, что она забудет о своих коллегах, которые ей стали как семья?       По телу пробежали мурашки от сменяющих друг друга мыслей в голове. Девушка отпила вино из бокала и обернулась на толпу. Ставшие за три года такие родные коллеги танцевали посреди танцпола клуба. Джо улыбнулась. Как же не хочется с ними расставаться, но с сегодняшнего вечера их пути расходятся. Сериал продолжает свое существование, но для персонажа Аморос и некоторых других сюжет окончен.       Актриса вскользь осмотрела помещение караоке-клуба «Bam Karaoke Box». На протяжении трех лет актеры и съемочная группа сериала «Лас Энчинас» праздновали начало и окончание съемок, а также под предлогом тимбилдинга Рамон — режиссер сериала, пинками заставлял хотя бы раз в месяц собираться всем кастом. Это знатно помогало, так как вопреки хорошему отношению между актерами, под конец съемок каждого сезона у всех сдавали нервы.       Джорджина вздохнула. Тоска тянула. В голову ударили моменты прохождения кастинга, где присутствовал сам Рамон — кажется, его серьезное лицо, серые глаза, которые оценивающе бегали по телу Аморос, она точно не забудет. Точно так же, как не вычеркнет из памяти, как режиссер поблагодарил за попытку, но отыгранная сцена была слишком неубедительна. Паника и печаль в тот день взяла верх. Джорджина была настолько расстроена, что даже ни с кем не попрощалась. Пиная небольшой камушек, она добралась до арендованной квартиры и не выходила из нее на протяжении двух дней. Пока ей не позвонили со студии и не попросили прийти в половину двенадцатого дня к штабу компании.       Блондинка схватила с барной стойки бокал и пробралась сквозь толпу к столику возле стены, пытаясь не пролить вино на себя. Она плюхнулась на пыльно-серый диван и, сняв каблуки, подмяла под себя ноги — благо платье позволяло это сделать. Девушка уставилась на свою подругу Дану, что сидела на противоположной стороне практически идентично Аморос. Пауль обнимала только вынутую из ведра со льдом бутылку шампанского. Джо усмехнулась. Брюнетка уже достаточно пьяна.       Дана — первый человек, который подбежал к ней при знакомстве актеров, поцеловала в обе щечки, а после рассказала всё про каст, с которыми она работала с первого сезона — персонаж Джорджины появился лишь во втором. Не сказать, что брюнетка являлась сплетницей. Ладно, являлась, но границы никогда не переступала, и вообще считалась одной из тех, кого называли душой компании. — Джорджина, или ты теперь Шакира? — протянула по слогам Дана, пытаясь перекричать музыку, и приставила холодную бутылку к щеке. Джо зло зыркнула в ее сторону. Такой позор. — Иди нахер, — испанка показала ей средний палец.       Чертов Мигель, который вытащил ее на сцену и, всунув микрофон в руку, прокричал, что ждет перформанса от Джо. Но вместо лаконичного исполнения песни «Loca», Аморос показала неумение попадать в ноты. Её положение пыталась спасти Дана, но та была пьяна, поэтому испортили песню они знатно — коллеги, бармен и официанты по полу катались от смеха. Сейчас девушка молится, чтобы этот позор не очутился в сети и ни в коем случае никто не отметил Шакиру. Иначе, у исполнительницы случится сердечный приступ. — Пока ты стояла возле бара, на тебя так Альваро смотрел, будто мысленно вы уже в туалете занимались чем-то непристойным, — Дана хихикнула и икнула, — я тебе уже три года говорю о том, что ты ему нравишься. — Твои аргументы по поводу нашей симпатии друг другу слишком детские, — Джо закатила глаза, скрестила руки на груди. Когда Пауль заводила разговор про якобы искры между двумя актерами, Джо хотела ее треснуть, — не порть мне вечеринку. — Ты сама ее себе же портишь, — Дана попыталась сконцентрировать взгляд на толпе, но не получалось, — кто там смотрит на меня? — актриса прищурилась, а после помахала этому «некто». Джо обернулась, но на девушек никто не обращал внимание. — Никто, — Аморос потупила взгляд и откинулась на спинку дивана, — чем же я себе порчу вечер? — Тем, что ты практически единственная, кто не выпил более двух бокалов вина, а еще ты уже должна быть пьяная с Альваро в туалете, — брюнетка не успела договорить, как прижала ладонь ко рту.       Понимая, что сейчас Дану стошнит прямо на стол или пол, Джо, взяв ту под руку, повела до туалета. Залетев в открытую кабинку, Дана упала на кафель с глухим звуком — в голове Джорджина пообещала после уточнить, в порядке ли её колени. Аморос собрала ее волосы в ладонь, отмечая, что на них нанесено слишком много лака. Сдерживаясь, чтобы не скривить лицо, испанка слушала звуки рвоты. Ей не привыкать так держать за волосы Дану, которая буквально на каждой вечеринке напивалась, как в последний раз со словами: «Мы живем лишь однажды». Но Джорджина тоже не уходила далеко. — Всё? — спросила Джо, когда кареглазая облокотилась на унитаз и попыталась встать. В ответ лишь кивок. Испанка помогла подняться подруге, а после направилась к раковине с зеркалом, — не ушиблась? — Я никогда не буду больше пить, — проигнорировав вопрос, сипло произнесла Дана. — Ты говоришь это каждый раз, когда напиваешься, а после не сдерживаешь свое слово, — Джо облокотилась о кафель на стене и в зеркале разглядывала Пауль, которая мокрыми руками хлопала себя по щекам, пытаясь немного отрезветь, — может, тебя отвести домой? — Нет! — слишком активно воскликнула Дана, будто буквально три минуты назад не обнималась с унитазом, — вечеринка продолжается, поэтому я танцевать. — Как ты это делаешь? — поинтересовалась Джорджина, но Дана уже выскользнула за скрипящую дверь, — ненормальная.       Аморос прошла в кабинку и нажала на кнопку слива, а после вернулась к раковине, где помыла руки. Девушка осмотрела себя в зеркале, замечая чуть потекшую туш и смазанную помаду. Кажется, прощальный вечер пошел не в то русло, в которое хотелось бы — вечеринка ей наскучила. Скорее это из-за того, что она либо устала, либо из-за правила одного бокала — ложь, в ней уже три бокала красного полусладкого вина. Но ничего поделать с собой она не может. Она должна сдержать обещание, данное своему агенту Сальме.       Раньше их с Пауль называли безобидным словосочетанием «два бокала». Аморос, как и Дана, напивалась до состояния, когда еле добиралась дома, а потом краснела при подколов со стороны коллег. Нередко их ловили папарацци танцующими босиком на улицах Мадрида. Боже, а когда они пьяные катали на электрических самокатах людей без места жительства. Благо, прессаташе агентов актрис работали на отлично, и успевали во время делать так, чтобы такие «сенсации» не попадали в сеть и на обложки журналов.       Каждый поход в клуб заканчивался огромным количеством выпитого алкоголя, но это не было так интересно, как пьяные звонки Альваро, а после умопомрачительный секс с ним. Если бы Дана только знала, что на протяжении трех месяцев она успешно врала ей об отношениях с брюнетом, то та избила ее и оставила умирать на улице в центре Мадрида, или скинула бы в реку Мансанарес.       Отношения, которые нельзя назвать отношениями двух влюбленных людей. Секс и ничего более — отвратительно звучит, но никак по другому это назвать нельзя. Альваро нужна девушка, с которой можно снимать напряжение, а Джо со своей низкой самооценкой просто нравится, когда обращают внимание на ее, по мнению самой актрисы, полное тело. Нравится, когда у кого-то появляется похоть в глазах от вида ее обнаженной груди. Это поднимает самооценку и женское либидо.       Первое время девушка сильно сомневалось в адекватности этих отношений, если их можно вообще определить этим словом. Она сомневалась в себе, призывала свой разум ни в коем случае не влюбляться в Альваро. Стоит отдать должное: прошло три месяца, а любовных чувств не появилось, только возбуждение. Рико привлекает её лишь, как сексуальный партнер, не более.       Правда, почему Дана решила, что между ними чувства — неизвестно. Тем более, что актеры не давали никаких поводов сочинять о них роман. Об этом даже Сальма не знала — головы лишиться не особо хотелось, да и слушать лекцию о том, что блондинка без мозгов тоже. Поэтому время и место встречи обсуждалось с Альваро только в личных переписках и звонках, в большинстве случаев на нейтральной территории, где их вряд ли кто-то заметит. При коллегах они держали дистанцию.       Джорджина прикрыла глаза. Воспоминания вернули ее в квартиру на юге Мадрида, где на прошлой недели Альваро буквально заставил кричать Аморос от наслаждения. На следующее утро престарелая сеньора с первого этажа хмуро попросила в следующий раз не испытывать звукоизоляцию — в этом доме она очень плохая. Покраснев, Джо поклялась больше не звать к себе домой Альваро, иначе в следующий раз сеньора точно вызовет полицию и укажет, что в ее квартире бордель.       Как же блондинке хочется почувствовать руки Альваро на своих бедрах, чтобы он заставил лечь на столешницу возле раковины и вцепиться в ее же угол, услышать грязные словечки и поерзать, поиграться с парнем. Возбуждение разлилось по телу. Сквозь шелковое платье уже видны вставшие соски, а губы искусаны практически до крови. В последний раз они виделись на прошлой недели, не так много времени прошло, а Аморос уже изнывает от недостачи внимания Альваро.       Рука невольно тянется к разрезу платья на ноге, но скрип открывающейся двери заставляет ее сделать вид, будто она отряхивает шелковую вещь. Безумный взгляд и потная спина выдают ее с потрохами, сердце отбивает ритм, но девушка внешне кажется спокойной. Она переводит взгляд на зеркало, в котором появляется фигура Даны. Брюнетка ухмыльнулась и прищурила глаза. — Что ты здесь делаешь? — поинтересовалась Дана, которая внешне казалась совершенно трезвой, но расслабленный голос, икота, пошатывания тела показывали обратное, — мечтаешь об Альваро? — Ты сумасшедшая, я тебе об этом уже раз десятый за вечер говорю, — пытаясь уйти от разговора, цокнула Джо, — что ты хотела? — Всех просят подойти к сцене. Тебя не могли найти. — Иду, — Джо поднесла дрожащие руки к крану умывальника, из которого автоматически полилась вода. — Не волнуйся, я уже всем сказала, что ты трахалась с Альваро, — имя актера Паоло протянула, как карамель, будто смакуя. Джорджина кинула в нее мокрую бумажную салфетку, — шучу! — актриса сразу же сдалась, поднимая руки вверх. — Дура, — воскликнула Джорджина и вышла из уборной.       Вечеринка медленно подходит к концу — большая часть коллег покинули караоке. Время подошло и ехать домой Джо. При прощании со слезами на глазах, Джорджина впала в апатию — расставаться с коллегами, с которыми провела три с хвостиком года, совершенно не хотелось. Эта вся процессия буквально напоминала ей школьный выпускной, когда все уверяли друг друга, что никогда не забудут время, проведенное вместе, что они обязательно раз в месяц будут собираться в этом же клубе и периодически общаться в социальных сетях, благодарят преподавателей (в случае Джо — съемочную группу) за известность, помощь и наставления.       В такси Аморос села со спокойствием, что с ребятами она еще успеет встретиться буквально через неделю, ведь им еще стоит побывать на интервью для тв-канала, у неизвестного ей блогера и на премьере нового сезона, который для нее стал последним, а после недельный отпуск в родной Барселоне с родителями и младшим братом. А дальше ее ждет…       Она и сама не знает, что будет после отпуска. Эта неизвестность пугала актрису, так как она совершенно не знает, куда ей дальше двигаться. Пока что приглашений на кастинги в фильмы или сериалы она не получала. Конечно, Сальма не оставит ее в покое, и девушка ставит сто евро, что после отпуска она точно ее отправит на какой-нибудь кастинг.       Вспомнив про своего агента, Джорджина достала из сумки телефон и набрала ее — всё же ей стоит отчитаться за то, что вечеринка прошла спокойно и совсем скоро она будет спать в своей кровати, без Альваро. От этого имени у Джо пробежали мурашки, парень за весь вечер ни разу не подошел к ней. Лишь в конце вечера позволил приобнять ее на прощание и прошептать, что заедет завтра. Были бы у нее какие-либа чувства, Аморос обиделась бы на такое поведение испанца, но нет, удивительно, но сейчас ее больше волнует усталость и желание упасть в кровать и не просыпаться ближайший месяц.       Отчитавшись Сальме, которая на данный момент находилась в США, что всё прошло отлично, она скинула туфли и зашла в квартиру — разговор длился всю поездку до дома. Испанка даже не успела насладится ночным Мадридом. Стыдно признавать, но за три года, что она живет здесь, Джо до сих пор ходит по навигатору. У нее редко появляется возможность выйти на улицы столицы и, к примеру, пройтись до ближайшего рынка за продуктами, или сходить в музей «Прадо». Либо нет времени, либо лень побеждает.       Квартира встретила мраком и одиночеством. У Аморос нет даже кошки или маленького хомяка, которые хотя бы разбавляли ее компанию, но опять же: вечные поездки куда-либо, отсутствие в квартире больше суток, график, который плавает, кажется, по цунами, поэтому скачет, как хочет. Джо животных любит — убивать не хочет. Да ей и комфортно одной: делаешь что хочешь, когда хочешь; и никто не застыдит, что ты голая шлепаешь по ламинату мокрыми ступнями после душа. Но иногда не хватает присутствия кого-то.       Девушка схватила пачку сигарет со стола на кухне — ломка всё же победила, хотелось курить, — и вышла на маленький балкон. Щелкнула зажигалка, огонь облизал конец сигареты, заставляя Джорджину сделать тягу. Из-за неприятного вкуса арбуза лицо скорчилось — ужасные сигареты, но продолжила курить. Пагубная привычка с ней уже порядка двух или трех лет: из-за стресса девушка совсем потеряла голову и начала курить. Избавляться от зависимости хочется, но Аморос быстро ломается. По шкале силы воли — она у нее ниже нуля.       Смотреть на дерево, закрывающее вид на улицу, не хотелось, а стоять задумчиво курить, как в фильмах, было не привлекательно. Вспомнив слова Сальмы о том, что та на почту ей скинула информацию о паре кастингов, поэтому Джорджина включила телефон, открыла почту, еще не зная, что один из сериалов, предложенных Хайек, доведет ее до сумасшествия.