В одной пропасти

      В начале мая на столицу Каталонии обрушились проливные дожди, поэтому мечты о семейных прогулках по пляжу и долгожданному загару пришлось отложить на несколько дней. Дома, конечно, Джорджине скучать не давали: Тьяго, чуть ли не плача, заставлял помогать ему с домашним заданием, мама так и норовит вытащить Джо на кухню и научить готовить треску под соусом из томатов и белого вина, а папа каждый вечер приглашал в гостиную, чтобы сыграть в «Uno». Днем, пока брат в школе, а родители на работе, Аморос спала, изредка позволяла себе выйти на улицу, до магазина и обратно.       Конечно, не о таком отпуске она мечтала, но делать в Барселоне было нечего: школьные товарищи растерялись буквально после выпуска, искать их нет желания, других друзей у нее никогда и не было, родителям не позволили взять пару выходных, еще и чертова погода. Судьба будто решила над актрисой насмехнуться — такой долгожданный отдых Джо проводит в четырех стенах и самобичевании. На третий день находиться одной дома было невыносимо. Одиночество понемногу начало съедать изнутри, заставляя вечно думать о работе и будущих проектах, о которых ей, кстати, неизвестно — Сальма пообещала прилететь в Барселону и доложить о перспективах лично.       Слово Хайек сдержала — спустя два дня Джорджина стоит под дождем на парковке вокзала, названного в честь страны Прованса, вкусной выпечки и романтики. Выбираться из машины отца, да еще и в одной футболке, было глупой идеей — помимо дождя, с моря дул чуть ли не ледяной ветер. И где же хвалебное барселонское тепло в начале мая, когда можно уже спокойно загорать на пляже, гулять в легкой мастерке и мочить ноги в море?       Девушка прищурилась и разглядела Сальму в толпе возле входа в здание вокзала. Та стояла, как потерянный ребенок в центре города, осматривая парковку. Аморос сделала последнюю затяжку и кинула окурок на асфальт, сразу же забираясь в салон машины. Папа явно не одобрит то, что в его машине теперь мокрое водительское сидение; машина не новая — подогрева сидений нет. Включив печку на максимум, она подъехала к Сальме, приспустила окно и махнула ей.       Сальма с недовольным лицом плюхнулась на пассажирское сиденье, кинула зонтик в ноги, а черную сумку назад. Джорджина осмотрела женщину, отмечая, что дома ей придется дать сухую одежду — зонт не выполнил свои должностные обязанности от слова совсем. Главное, не давать Сальме смотреться в зеркало, иначе криков не оберешься. Уж слишком она печется о своем внешнем виде, а он сейчас, мягко говоря, не очень. — Мы не успели увидеться, а ты уже недовольная, — ухмыльнулась Джорджина, выжимая сцепление и хмурясь от скрипа мокрых кроссовок о педаль. — Чтобы я тебе еще раз поверила про жару в Барселоне, — женщина потерла ладони друг о друга, а после приставила их к печке, — нет, блин, поехать на Ибицу, или на Гавайи свалить, где хотя бы светит солнце, а не стоит ливень. Мне пришлось на поезде трястись три часа из-за того, что аэропорт закрыли на время такой погоды, представляешь? Еще и сумка промокла, а у меня в ней важные документы. И зонт этот — я убью Джери за то, что он мне его купил, такая хрень — один порыв ветра, и он тут же сломался. Чертова Испания, всегда приезжаю сюда и попадаю в какой-то сумасшедший дом. — Ты слишком утрируешь, — Джорджина закатила глаза, — просто неудачный день.       Сальма была еще тем паникером и человеком, которому мало что нравится в этой жизни. Джо до сих пор не понимает, как брюнетка стала менеджером — с таким-то характером она в легкую составит конкуренцию Наоми Кэмпбелл. Но не смотря ни на что, ее темперамент — изюминка Хайек. — У меня всегда наступает неудачный день, когда мне ставят штамп о прибытии в Испанию. У нас есть примерно четыре часа на решение всех насущих проблем, я взяла уже билет обратно в Мадрид. — Я надеялась, что ты останешься хотя бы до завтра, — девушка смахнула со лба каплю.       Последняя надежда хоть как-то разбавить отпуск тут же испарилась. Джорджина поникла. Видимо, оставшиеся два дня она проведет в таком же одиночестве, что и предыдущие дни. Но хотя бы, если Сальма нашла подходящий проект ей, то она будет сосредоточена на подготовке к кастингу, а не вечным дневным сном. Сейчас еще и по шапке получит от агента за сбитый режим — мама точно пожалуется Сальме. — Да, а решать судьбу Мигеля поедешь ты, у него как раз завтра прослушивание, а после отправишься в Рим, чтобы Руджеро пинок дать, чтобы он наконец-то закончил играться с папарациями, — закатила глаза Сальма, — прессаташе лейбла уже устали подчищать СМИ ради него. Вечно где-то светится со своими пассиями. Чертовы итальянцы, чертова Италия. — Видишь, а ты на Испанию возмущаешься, — рассмеялась Джорджина, — то есть я — твой самый спокойный подопечный, с которым практически никогда не возникает проблем? — с надеждой в голосе поинтересовалась актриса. — Пф, нет, — брюнетка нахмурилась, смотря на невинную гримасу Джорджины, — ты вспомни, как ты права получала, и сколько я денег отвалила из твоего же кармана за сдачу экзамена. — Я могла и сама сдать всё, но ты помешала! — возмущено воскликнула Аморос. — Ты полицейского на капоте провезла. — Зато ему понравилось, я нечаянно же. — Не сомневаюсь, особенно мне понравилось уговаривать его не писать заявление в полицию на тебя, — Сальма рассмеялась, вспоминая прошлое лето и слёзы Джо о том, что ее посадят в тюрьму, — не знаю, как ты, но я согрелась, в машине уже жарко.       Джорджина поставила печку на минимум. Оставшуюся дорогу до дома они ехали каждый в своих мыслях и с надеждой на то, что Джо не въедет ни в какую машину. Конечно, за рулём девушка немного, но два года. Навыки вождения появились, а страх поцарапать чей-то транспорт не ушел. Да и машины у нее нет, чтобы бороться со страхом и чаще выезжать самой.       Приехав домой, Аморос дала агенту халат своей мамы и отправила ту в душ, сама же просто переоделась в домашнюю одежду и ушла на кухню заваривать чай. Всё равно Джо на сто процентов уверена, что Хайек еще час будет краситься и поправлять прическу. За четыре года их совместной работы девушка успела выучить практически все привычки Сальмы, иногда отмечая, что она и сама перенимает их.       Знакомство испанки и мексиканки произошло совершенно случайно, когда Джорджина училась на первом курсе Королевской академии искусств и одновременно снималась в мини-сериале на второстепенной роли. Учебный год подходил к концу, старшекурсники сдавали экзамены. Последним их испытанием перед выпуском из академии была постановка театрального шоу без помощи преподавателей. Выпускники придумали масштабную постановку, где задействовано большое количество человек, поэтому лучшим решением было позвать младшие курсы для исполнения малозначительных ролей. Благодаря хорошим отношениям с четвертым курсом, Джо пригласили участвовать в шоу.       Конечно, преподаватели утаили то, что на представлении, помимо родителей выпускников и других студентов, будут находится представители агентств менеджеров для звезд. Вот этакий сюрприз для выпускников, которых перехватывали после шоу и вручали визитки со словами о том, что ими заинтересованы агентства, музыкальные продюсеры или балетмейстеры. Упустив момент, что Джорджина не старшекурсница, Сальма выловила ее и впихнула (именно впихнула, а не предложила) визитку, сказав, чтобы она завтра ждала звонка и готовила свое резюме.       Но звонка ни на следующий день, ни через неделю девушка не поступило — Джо, которая не особо гналась за славой и большими ролями на первом курсе, забыла про Сальму. Но женщина объявилась летом, спустя месяц, оправдывая своё отсутствие тем, что она сама ждала от Аморос первый шаг, и бегать ни за кем не собиралась. Странность и противоречивость Хайек вывела Джо, поэтому та с осторожностью начала относится ко всем словам мексиканки, но через неделю она подписала контракт. И вот летом Сальма и Джорджина будут праздновать четыре года их деловых отношений. — А где Тьяго? — поинтересовалась зашедшая Сальма.       Джо выключила закипевший чайник и налила кипяток в две чашки — по комнате сразу же разнесся запах бергамота и мелисы. Девушка бросила мимолетный взгляд на агента, которая предстала перед ней уже с макияжем и сухими, уложенными волосами. В этом вся Хайек: внешность превыше всего и даже, когда ее никто не видит, она всё равно должна сиять. Руджеро — итальянский подопечный Сальмы, каждый раз серьезно утверждает, что мексиканка даже спит с макияжем и укладкой, ведь ни он, ни Джо ни разу не видели агента без макияжа. Но Джо уверена, что без тоны тональника и других косметических средств женщина прекрасна: у нее красивые большие карие глаза, немного полное, но подтянутое тело, черт, кажется, на лице даже морщин нет, а ноги даже засматриваться стыдно; у блондинки в двадцать три года целлюлит более выражен, нежели у Сальмы в сорок пять. — В школе, — отвлекшись от мыслей о глазах агента, произнесла Аморос, — родители на работе. — Не хочу, чтобы сеньор и Тьяго увидели меня в таком виде, — Сальма села за стол и подтянула ближайшую керамическую кружку к себе, кинула в чай два ломтика лимона, — надеюсь, без сахара? — Обижаешь, будто мы с тобой первый день знакомы, — хмыкнула Джо, — всегда хотела поинтересоваться, почему ты моих родителей называешь сеньорами, если вы одного года рождения? Вы общаетесь на «ты», словно старые школьные друзья, но при этом фамильярничаете. — Не знаю, — Сальма пожала плечами, — как с первого дня начали так обращаться друг к другу, так и продолжаем. А теперь я тебе устрою блиц-опрос.       Женщина в предвкушении потерла ладони друг о друга, Аморос закатила глаза и буркнула про себя: «началось». Хайек достала из своей сумки небольшой коричневый ежедневник, который, кажется, скоро порвется от обилия разных фотокарточек, закладок и чеков. Она пролистнула до нужной страницы, взяла ручку, колпачок которой был прикреплен к корешку блокнота, и начала ставить галочки напротив вопросов, делать пометки в нужных местах. — Как твои дела? Придерживаешься режима? Что по тренировкам: ты бегаешь? Хотя, стоп, с такой погодой и бегать, бред. Хотя бы приседаешь? Настроена на работу? — Всё отлично, — блондинка показательно показала «класс», — с режимом всё в порядке, с питанием и тренировками так же, придерживаюсь рекомендаций диетолога и тренера. К работе готова, видишь, сидеть на месте не могу, жажду уже забивать свою голову сценариями, а не просмотрами корейских сериалов.       Главное, не проговорится, что у Аморос в комнате лежит открытая пачка чипков с сыром, наполовину выпитая литровая бутылка энергетика и откусанная шоколадка. На тренировки она знатно забила, так как днем по большей части актриса спит, а ночью будить семью своими прыжками и стонами от боли в спине после второго упражнения на пресс не казалось хорошей идеей. Джо остается надеяться, что Сальма не заставит спускать со своей комнаты весы и вставать на них; все же не зря актриса надела бесформенную футболку. — Почему мало активности в социальных сетях? — Хайек сделала глоток чуть остывшего чая, — мои ребята с начала твоего отпуска разыскивают старые твои фотографии и заливают в социальные сети. Скоро подписчики поймут, что своей страницей вовсе не ты занимаешься. — Мне выкладывать то, как я сплю или как смотрю сериалы? — Джо прикусила язык, — или себя потную после тренировок? — вовремя выкрутилась.       Сальма нахмурилась и откинулась на спинку стула. — Да хоть как ты душ принимаешь, или в трусах смотришь фильм. Фанатам нужны свежие фотографии и видео, желательно, с твоими друзьями или коллегами, а не фотосессия двулетней давности. Твои рейтинги знатно упали после премьеры последнего сезона «Лас Энсинас». Я пиар-отделу дам задание, чтобы придумали пиар-компанию с твоим участием. По поводу рекламы напомни мне чуть позже.       Хайек деловито перелистнула страницу ежедневника. — Еще скажи, что ты даже отслеживаешь процент запросов моего имени в поисковиках? — улыбнувшись уголком губ, парировала Джо. — Детка, я тебе больше скажу: мои ребята прочёсывают каждую мелкую статейку о тебе и каждый раз вносят изменения в Википедии, а некоторые даже читают фанфики и просматривают эдиты. Так что, будь добра хотя бы простое селфи с какой-нибудь незамысловатой фразой выставлять в сети, — Джо только открыла рот, чтобы возразить, но Сальма ее перебила, — да-да, у Анджелины Джоли нет социальных сетей вообще, но не сравнивай.       Аморос вздохнула. Не любила она выкладывать свою жизнь напоказ в социальные сети. Конечно, аккаунты в интернете — неотъемлемая часть жизни знаменитости. Многие селебрити и держатся за счёт своей активности в сети, но Джорджине не доставляет удовольствие делиться тем, какую она туалетную бумагу купила или чем завтракала сегодня. Что уж говорить, если девушка даже не в курсе о трендах этого года. Хотя Сальма так и норовит заставить Аморос завести аккаунт в Тик-Ток. Но Джо отнекивается тем, что не собирается выглядеть глупой школьницей, которая открывает рот под музыку. — Я просмотрела список, который ты мне скинула на почту, — вспомнила Джорджина, отпивая чай.       Голова скоро лопнет от данного разговора. Конечно, девушка рада, что наконец-то увиделась с агентом, которая добавила хоть немного радости в этот отпуск, но слушать про селфи не хотелось; Сальма уже четыре года борется с вредностью блондинки по поводу социальных сетей. — Что-то приглянулось? — женщина перелистнула страницу и достала сложенный в два раза лист А4, а после в ожидании посмотрела на подопечную. — Нет, поэтому я полагаюсь на тебя. Я не зазвездилась, просто, ни одна роль мне не подходит, и мне еще страшно играть главную роль, а там все основные, — пожала плечами Джо, — мои пожелания как-то возьмут во внимание при выборе? — Сальма кивнула, — я хочу вырваться из давящих границ Испании. Не то, чтобы я прям дохера талантливая актриса, которая снялась всего-лишь в одном триллере и трех сериалах, на второстепенных ролях, и пытается повысить самомнение, выходя на мировую киноиндустрию. Просто… Я не знаю, как это объяснить. — Почему ты который раз показываешь то, как не уважаешь себя и свой труд? — мексиканка отложила листочек и строго осмотрела лицо Аморос, голос агента был жестким, будто Джо задела ее за живое, — я тебе давно говорила, что если ты была бы той, какой себя хочешь показать, вряд ли бы ты продвинулась дальше кастинга. Джо, принижая себя, ты показываешь неуважение не только к себе, съемочным командам проектов, в которых ты снялась, но и ко мне. По твоей логике: я такой херовый агент, который взяла такую ничтожность в попечение, как Джорджина Аморос. — Нет, Сальма, я не… — Джо сглотнула ком в горле и хотела возразить, но слов не нашлось — Сальма в который раз говорит то, что держит в себе Джо уже долгое время. Блондинка опустила голову, рассматривая мелкие трещины в деревянном столе. Почему-то стало стыдно. — Я понимаю, что ты не хочешь меня обидеть, но мы с тобой работаем уже четыре года, — женщина взяла Аморос за руку, сжала пальцы. По телу предательски пробежал табун мурашек, глаза заслезились, а голос Сальмы стал тихим и нежным, — давай договоримся, что с этого дня нет таких фраз: «я не верю в себя», «я — второсортная актриса», «у меня ничего не получится». Если у тебя есть какие-то проблемы с самооценкой, а они есть, будем прорабатывать с тобой. Если нужно, направлю тебя к психологу. Не забывай, что я — твоя и мама, и папа, и няня, подружка и агент в одном лице. Ты можешь мне доверить всю информацию о себе и своих переживаниях.       На кухне восстала тишина, которая давила на виски обоим девушкам. В момент, Хайек, сама того не подозревая, сняла с шеи актрисы камень, что тянул ее на дно самобичевания. Дышать стало спокойней. Запахло спокойствием и наконец-то Джорджина смогла выдохнуть. После монолога агента в душе что-то перевернулось, будто само сознание заставляло поверить Джо, что она лишь накручивает себя.       Этот мимолетный эффект поменявшийся по щелчку пальцев жизни дал толчок Джорджине, на миг девушка поверила в себя. Но надолго ли это. Так быстро самооценку нельзя поднять. Только если улететь в Мадрид и встретиться с Альваро. — Спасибо, — спустя минуты три, которые казались вечностью, на лице Джо появилась самая искренняя улыбка, заставляя Сальму улыбнуться в ответ. — Я так понимаю, ты хочешь какой-то проект за пределами Испании? — девушка кивнула, Сальма зевнула и удивленно приподняла брови, — читаешь мои мысли? Мне как раз птичка из Штатов нашептала, что «Netflix» объявил в узких кругах о новом проекте. Как раз хотела тебе о нем рассказать, но ты меня отвлекла.       Брюнетка протянула тот самый лист А4 Джорджине, внимательно наблюдая за эмоциями актрисы. Неоновые текстовыделители врезались в глаза, Джо прищурилась, внимательно изучая каждое слово, а после подняла голову на Сальму. У девушки буквально в голове вспыхнула лампочка, а в животе появилось приятная щекотка. Глаза засветились — она нашла то, что ей нужно сейчас. — Мне нужна эта роль! — воскликнула Аморос, хлопнув от радости в ладоши.       На улицах Барселоны наконец-то стало светло. Сквозь свинцовые темные тучи пробились лучи солнца, обволакивая каждое здание, улочку и человека, будто давая жителям столицы Каталонии шанс на лучшее. В мае больше не было ни одного дождливого дня.