Не в сказке

      Повинуясь внутреннему порыву, Эмма бросилась к мужу, которого считала умершим, чтобы обнять его, но, когда до объятий оставался только один шаг, вместо того, чтобы раскрыть руки и броситься навстречу, Румпельштильсхен вытянул руки вперёд, вынуждая её остановиться.       — Нет! — выкрикнул мужчина, и Эмма едва заметно вздрогнула. — Стой, не подходи! Сбежать мне удалось, но кинжал всё ещё у ведьмы. Если она станет управлять мной, я могу тебе навредить.       Так и не успев докоснуться до мужа, Спасительница послушно сделала пару шагов назад.       — Мало времени, — отдышавшись, начал говорить Тёмный. — Если меня ищете вы, то и она тоже скоро призовёт обратно с помощью кинжала, и мне придётся вернуться.       — Кто она? — нахмурилась Эмма, чувствуя, как внутри всё сжимается от предвкушения, что сейчас она узнает имя врага, а это уже немало.       — Как ты? Как Хоуп? — неожиданно вместо ответа Тёмный задал новый вопрос.       Да. Злая ведьма стремилась уничтожить всё вокруг, но, несмотря на это, были вопросы, которые волновали Голда куда больше. Например, что стало с его семьёй? Как живёт его дочка?       — Как ты вообще здесь оказалась?       — Когда проклятие грянуло, меня разыскала дочь Малефисенты. Оказалось, никто ничего не помнит, никому неизвестно, кто и зачем наслал проклятие, — поведала Спасительница. — Тебя считали мёртвым. Реджина была всё время у меня на глазах. Больше у нас нет претендентов…       — Это Зелина.       — Кто? — ещё больше нахмурилась Эмма.       После того, как грянуло второе проклятие, к жителям Зачарованного королевства примкнуло множество обитателей других сказочных миров: разбойники Шервудского леса, жители королевства Филиппа и Авроры; честно говоря, она даже их по именам не пыталась запомнить.       — Злая ведьма Запада, — уточнил Румпель.       — Но что ей нужно, зачем ей нужно было переносить всех из волшебных миров обратно в Сторибрук? — развела руками Спасительница.       — Личные счёты, — усмехнулся он своей загадочной улыбкой. — Я думал, ты уже давно усвоила, что этой причины вполне достаточно для самых страшных заклятий. Только не она всех сюда перенесла, её и тот мир вполне устраивал; это сделал тот, кто искал тебя, чтобы ты остановила её.       — Что она замышляет?       — Для заклинания ей нужен младенец. Скорее всего, ведьма ждёт рождения дитя Прекрасных. Она собирается сделать нечто ужасное, что-то, что даже мне было бы не под силу…       — Но что мне делать? — Эмма окончательно растерялась от таких новостей, хотя что она ожидала услышать. — Как нам её остановить?!       — Тебе нужно найти заклятие, которое она собирается наложить с помощью твоего новорожденного брата или сестры, тогда можно будет понять, что именно она замышляет, а уже потом будете искать способ остановить её. — Тёмный вдруг замолчал, будто бы не решаясь произнести следующие слова. — Попроси помощи у Белль, она прекрасно ориентируется в книгах, — он снова замялся. — Я знаю, тебе может быть неприятно, но когда против вас Злая ведьма…       Эмма хотела что-то ещё сказать, но Тёмный в ответ лишь тревожно покачал головой, видимо, чувствуя зов кинжала, на который не мог не откликнуться. Уже собираясь бежать прочь, Голд вдруг тихо произнёс:       — Скажи Хоуп, что папа любит её. Она, наверное, подросла и меня совсем не помнит, но всё равно скажи.       Не дождавшись какой-либо реакции от своей жены, Тёмный поспешил скрыться среди деревьев в лесу, а Эмма осталась стоять, как вкопанная, до конца не понимая, почему не бросилась его догонять. Всё произошло так быстро, что в первые минуты ей казалось, что это всё просто привиделось, что эта встреча с Румпелем — плод её воспалённого воображения, просто она слишком сильно хотела его увидеть.       

***

      Закрывшись в кафе «У бабушки», группа избранных горячо обсуждала, что делать дальше. Как понять, кто им противостоит? Почему воскрес Тёмный маг и, главное, как теперь снять новое проклятие, не имея ключа?       Ключом к предыдущему была Эмма, а вот ключа от нового заклятия никто не знал. Возможно, того, кто способен его снять, и вовсе не существует, тогда всё напрасно и смысла не имеет.       — Ребята, давайте пошустрее со своим собранием, — ворчала бабушка, переворачивая на сковороде сочное мясо, — иначе скоро тот же Лерой дверь снесёт ради бекона!       Хозяйку заведения собравшиеся слушали в пол-уха, слишком жарким был их спор.       — Подождите, а где Эмма и Белоснежка? — вдруг заметил Крюк, обратившись к Королеве и Прекрасному принцу. — Почему мы вчетвером за всех отдуваемся?       — Эмма ищет Румпеля в лесу, — ответила Реджина, бросив мимолетный взгляд на стоящую рядом Белль.       — А к Мэри Маргарет пришла повитуха, — следом отреагировал Дэвид, — она и меня просила быть, я чуть выдержал полчаса, а потом еле ускользнул.       Королева, услышав это, повела бровью. Пират усмехнулся. Видя их реакцию, Принц хотел добавить что-то вроде «вот станешь отцом, Крюк, тогда поймёшь», как вдруг предсказание бабушки сбылось.       Дверь буквально с треском распахнулась, однако это был вовсе не один из семи гномов, который страшно соскучился по бекону. На пороге кафе, приковав к себе взгляды всех присутствующих, стояла та самая повитуха, от которой час назад Дэвид сбежал, чтобы больше не слушать разговоры о плаценте и пуповине.       Нолан уже начал придумывать слова оправдания, ведь подумал, что женщина пришла искать именно его, но уже через минуту стало понятно, что истинный объект её внимания — вовсе не нерадивый папаша, а ещё через мгновение все заметили в её руках кинжал Тёмного.       Женщина с вьющимися рыжими волосами и голубыми глазами, которые в детстве были ярко-зелёными и теперь иногда становились такими, когда она колдовала или злилась — видимо, поэтому она и получила своё имя Зелина. Незваная гостья пристально смотрела на всех присутствующих по очереди, но дольше всего её взгляд задержался именно на Королеве, что заставило ту напрячься и пристально смотреть в ответ.       — Тёмный от меня сбежал и, скорее всего, успел сорвать с меня маску, передав всё своей супруге Спасительнице, с которой умудрился столкнуться в лесу, — улыбнувшись, она повернулась к Белль. — Обидно? Да, первой из вас двоих его увидела она, — ведьма махнула рукой. — Впрочем, сейчас не об этом.       Она снова повернулась к Реджине и внимательно вгляделась в её лицо, будто её главной целью и было разглядеть Королеву.       — Спасительница, наверное, уже знает, кто я, и скоро сюда придёт, чтобы всем рассказать, и я решила опередить её, иначе моё появление не будет столь эффектным. — Дальше она произнесла совсем неожиданную фразу: — Раз с меня сняли маску, я решила навестить младшую сестрицу.       — И кто это, позволь узнать? — Реджина плавно шевелила губами, окрашенными красной помадой.       — Как это кто? Ты, разумеется!       По помещению кафе тут же пронеслись еле слышные шепотки, но шёпот этот заглушало шипение сковороды на плите, о которой бабушка, кажется, совсем забыла. События, происходящие здесь, были более интересны, чем готовка завтрака для семи гномов. Ожидавшие чего угодно совсем не предполагали подобного поворота.       Если бабушка просто наблюдала, то Реджина не знала, что ей делать — то ли смеяться, то ли плакать. Однако, преодолев всякий страх, она сократила между собой и ведьмой расстояние до минимума и прошипела ей прямо в лицо:       — Ты обозналась! — Королевская улыбка стала звериным оскалом.       — Кора — обманщица, каких мало, — проговорила Зелина. — Поверь, мы сёстры — сводные, если быть точной, отцы у нас разные…       — В искусстве Коры лгать я никогда не сомневалась, — согласилась с фактом Королева, — но вот если бы у неё был роман со Страшилой, я бы точно запомнила! — в такой же язвительной манере ответила Реджина, скривив губы в фальшивой улыбке.       — Не хочешь — не верь, убеждать не стану, — вновь махнула рукой ведьма, будто пытаясь отогнать назойливую муху, — а вот щедрый подарок сделаю, — снова улыбнулась Зелина притворно ласково, а затем, изменив тон на враждебный, зашипела, как ядовитая змея, не давая Реджине шанса возразить: — Я дарю тебе этот день. Проживи его весь, с утра и до заката покопайся в тайнах прошлого, а как стемнеет, мы встретимся на площади у главной ратуши.       — И что же тогда? — брызнула смехом Королева; её тон серьёзным так и не становился.       — Тогда я тебя уничтожу, — вновь прошипела колдунья и, развернувшись от Реджины к выходу, прокричала: — Вам всем тоже надлежит быть на площади! Хочу, чтобы вы видели, как я свергну королеву!       После она громко засмеялась. Казалось, что от её смеха подрагивают занавески и жалюзи на окнах и даже трясутся стены. Но вдруг смех стих, и, взмахнув рукой, она растворилась в клубах зелёного дыма. В этот самый момент в кофейню вбежала Эмма.       — Это Зелина, Зелина, Зелина! — несколько раз повторила Спасительница, между словами делая глубокие вдохи, пытаясь восстановить дыхание.       — Мы знаем, она только что была здесь, — растерянно развёл руками Дэвид, ещё не успев отойти от произошедшего, — и испарилась буквально за мгновение до тебя. А ведь час назад она была у нас дома! Зачем вообще притворяться повитухой? — всё так же растерянно проговорил Прекрасный Принц.       — Потому что ей нужен ребёнок, — набрав побольше воздуха в лёгкие, наконец выговорила Эмма.       

***

      После подобных заявлений вся специальная группировка по спасению от Злой Ведьмы Запада во главе с Королевой переместилась домой к Чармингам, чтобы наложить защитные чары. Не то чтобы Реджине очень хотелось становиться спасительницей ребёнка Белоснежки — всё же чувства, которые она испытывала к её мужу,: никуда не делись. Она держалась гордо, как и подобает держаться настоящим Королевам. Ведь после рождения Луны она дала себе слово как бы тяжело ни было, держаться только на стороне добра, ведь дочь должна быть лучше неё, как и Генри. Да и потом, возможно, спасение ребёнка Прекрасных станет неким искуплением за её прошлые грехи. Как знать, может, судьба действительно посылает нам схожие испытания, чтобы посмотреть на то, как хорошо мы усвоили уроки прошлого…       А вот Белоснежку очень волновало подобное дежавю. Она то и дело хваталась за огромный живот и причитала:       — Да что же такое, второй раз накануне родов злая ведьма грозится похитить моего ребёнка!       — Прошу заметить, что я сводила счёты с тобой, а твоему ребёнку я ничем не угрожала, — произнесла Королева, войдя в квартиру, и обессилено упала на диван.       — Получилось? — с надеждой в голосе спросила Эмма, сидя на полу и помогая Дэвиду читать инструкцию.       — Да, я наложила на квартиру столь сильное заклинание, какое только могла. Ведьме сюда не пробраться. Конечно, лучше было бы применить кровную магию… — задумчиво протянула Реджина. — Заклятия на крови всегда сильнее. Но, если мерзавка не врёт и она действительно моя сестра, заклятие крови не поможет.       Сказав это, Королева тут же вспомнила, как злодейка испарилась из её офиса, опечатанного кровным заклятием, и с горечью осознала, что слова Зелины могут быть правдой.       — Не волнуйся, дорогая, время ещё есть, — Нолан, поднявшись с пола, присел рядом на диван и аккуратно приобнял жену за плечи. — До его рождения мы обязательно что-нибудь придумаем!       Её родители обнимались, утопая в нежности. Реджина смотрела прямо на них, а Эмма смотрела на всех троих сразу, пытаясь понять, что чувствует сейчас Королева. Однако единение семьи Прекрасных не вызывало сейчас в Реджине никаких ревностных чувств. Её мысли были заняты совершенно другим: она вдруг осознала, что ничего не знает о своём прошлом, о своей матери, — кем она была до свадьбы с принцем Генри? — и что ей во что бы то ни стало нужно это узнать. Ещё ей следовало кое-что надёжно спрятать. Вспомнив, что в прошлый раз злодейка украла рукоять меча Принца, Миллс могла предположить, чем ещё она хочет завладеть.       — Так, заклятие я наложила, — её величество тряхнула головой, — в сборке кроватки я не помощник, — с этими словами она взяла сумочку и своё пальто, — а значит, я могу идти.       — Ты куда? — спросила блондинка.       — У меня дела. Ты, если можешь… — она запнулась, еле заметно подмигнув.       Спасительница прекрасно поняла, что Королева просит её идти домой и присмотреть за Луной и Хоуп.       

***

      Хоуп быстро бегала глазами по строчкам. Наблюдая за ней, Эмма поймала себя на мысли, что она читает невнимательно, а значит, её не сильно увлекает. Взглянув на обложку книги и прочитав заголовок «Гарри Поттер и тайная комната», Спасительница улыбнулась. Она обожала эту серию книг с тех пор, как только она вышла, а учитывая, с каким трудом ребятам-сиротам удавалось что-то раздобыть, это и вовсе была ценность. Наконец девочка, зевнув, отложила книгу.       — Что, неинтересно? — поинтересовалась Свон.       — Да ну, в этом Хогвартсе магия какая-то ненастоящая. Они все машут какими-то палочками, произносят глупые заклинания, хотя на самом деле всё не так делается, — проворчала мисс Голд. — Я знаю, мне Реджина рассказывала.       — Просто это сказка, а не жизнь, — дёрнула плечом Эмма, а затем подсела ближе к дочери. — Ты знаешь, у меня есть для тебя новость. Твой папа очень просил передать, что он любит тебя.       — Мой папа?! — глаза девочки от удивления расширились, кажется, до небывалых размеров. — Ты нашла его?       — Да, я видела его сегодня, — кивнула Эмма и, предвосхищая миллион вопросов, которыми осыплет её дочь, уточнила: — Ему пришлось вернуться к Злой ведьме, но я даю тебе слово что вызволю его оттуда, и вы сможете увидеться, и он сам скажет тебе, как любит тебя…       

***

      В отличие от Хоуп, Луна читать ещё не умела, поэтому это делала Реджина, и, дочитав до конца третью сказку, Королева наконец закрыла книгу.       — Ну всё, принцесса должна спать, — улыбнулась она, поправив одеяло и поцеловав дочку в лоб, — а утром ты обязательно расскажешь мне, что тебе приснилось, моя красавица!       — Мамочка, — звонким голосом произнесла девочка, — а если папа Хоуп нашёлся, может быть, и мой тоже найдётся? — спросив это, малышка сжала одеяло кулачками и настолько жаждала ответа что, кажется, тряслась в напряжении.       — Может, и найдётся, — вдруг вместо Реджины ответила возникшая в дверном проёме старшая сестра .— Мы сейчас в сказке, в сказках всё бывает…       Королева тогда предпочла уйти от ответа, но идея всё рассказать Дэвиду о Луне уже не была безумной. Если ведьма и впрямь намеревается её уничтожить, Луна не должна расти одна, хватит сиротского детства её сестры, которое она, собственно, и устроила. Но, вспомнив, какой она была мачехой для Снежки, она боялась даже на секунду представить, какой Снежка будет для её дочери.       Все эти мысли буквально сводили Реджину с ума, а ей ещё предстоял бой с ведьмой на главной площади города.