Mimosa

Мы переборщили... Боже, мы так переборщили ночью. Я слегка приподнялся и тут же лег обратно, мыча от боли. - Пап... - Ммм... - Сколько времени?.. Мужчина на соседней кровати с усилием поднял руку и посмотрел на свои Rolex. - 10 утра. Я испуганно подорвался, но отец даже не шевельнулся. ЧЕЛОВЕК, ЗАСТАВИВШИЙ ВСЮ СЪЕМОЧНУЮ БРИГАДУ БЕГАТЬ КАК ОШПАРЕННЫХ ПОД КОНЕЦ РАБОЧЕГО ДНЯ, НИКАК НЕ ОТРЕАГИРОВАЛ НА СОБСТВЕННОЕ ОПОЗДАНИЕ В 3 ЧАСА. Мы не просто перепили, мы нажрались как последние мрази. - Папа, подъем. Нас ведь ждут, - я стянул плед и принялся рыться в чемодане у кровати. - Нахер этот званый ужин. Пусть Джонатан сам там пляшет. - Джон... что? Папа мы не в Лондоне, мы в Италии. - Хуялии. - У нас съемки, папа, - я переполз на его кровать и сел рядом, аккуратно дергая его за плечо. По собственному опыту знаю, что если это сделать внезапно и грубо, то можно знатно огрести. - Мы прилетели вчера, помнишь? У нас сегодня съемка, и мы уже должны быть на ней. Мужчина пробубнил что-то невнятное и лег на другой бок. Я вмиг ощутил чувство беспомощности... Отца и танком не поднять, если он этого сам не захочет. Воспоминания флешбэками промелькнули перед моими глазами. Мне 7, через полчаса мы должны быть в школе (частной, но отец все равно не хотел, чтобы я жил с остальными ребятами в "убогом" кампусе), а он отказывается вставать. Я опаздывал так же хронически, как на столе у директора появлялись новые бутылки импортного виски. И в те дни, когда у папиного шофера не получалось подкинуть меня в корпус, мы устраивали бои на смерть. Выигрывал чаще всего, конечно же, папа. Я потер щеку, размышляя о том, чем мог бы его взбодрить, но телефон на тумбочке завибрировал, и я переключился на него. На экране заморгало знакомое имя, и я приложил телефон к уху, стараясь звучать внятно. - Доброе утро, мистер Камери. - Доброе, дружище, вы немного, - он на секунду замолчал, и я напрягся, но потом услышал хруст и соответствующие звуки жевания. - Вы немного опаздываете. Все уже в сборе. - Да, прошу прощения, мы уже собираемся, - я нагло лгал, но, опустив глаза, заметил, что отец слушает весьма внимательно. - Скоро будем. - О, поторопитесь, - он снова чем-то захрустел, и в желудке у меня предательски заурчало. - Тот парнишка, которого мы наняли вчера, просто золото. Принес домашние брускетты с пармезаном и... что это за зелень? Где-то неподалеку послышалось веселое: "Руккола". Мои щеки мгновенно вспыхнули. Обожаю рукколу. Отец говорит, что она на вкус как мыло, но я могу ее есть тазиками. - Звучит очень вкусно, - я не сдержал улыбку, наклоняя голову чуть в бок. Отец рядом завозился. Тоже небось голодный. - Просто бесподобно, поторопитесь, мои ребята едят быстро. Вам может не достаться. В трубке что-то зашуршало, и я услышал знакомый смех, замирая. - Актерам нужно хорошо кушать, для синьора Джованны у меня припасено в отдельной таре, но Полента быстро остывает, - брюнет говорил откуда-то издалека, но достаточно громко и четко. Камери, вероятнее всего, держал телефон на вытянутой руке, пока парень был занят работой. Странное чувство теплом прошлось внутри, а потом поднялось к самому горлу. - Полента? - не удержался я, и голос зазвучал ближе. - Да, блюдо из кукурузной муки. На ваш манер что-то вроде запеканки. Она очень легкая, вам понравится.

Из твоих рук мне понравится все...

Я неосознанно стал накручивать прядь на палец. - Как вы узнали, что у нас это называют запеканкой? - Я учился какое-то время в Англии, но мои познания в английском языке все равно ничтожно малы. - Не думаю, - я улыбнулся. - У вас хорошее произношение. - Благодарю, о знаете я... Отец сел так резко, что я чуть не свалился от испуга. - МЫ ЕДЕМ, СОБИРАЙСЯ. Собрались мы и правда быстро, но отец был ужасно не в духе. Когда приехали на студию, было уже часов 11 и процесс во всю кипел. Меня тут же потащили в гримерку, замазывать следы от вчерашней попойки, и я особо не сопротивлялся, но расстроился, когда вместо брюнета контейнер с Полентой принес Камери, объяснив это тем, что парень ужасно занят. Я принял непринужденный вид, но мужчина быстро раскусил меня и похлопал по плечу, вручая вилку. - Освободится, и сможешь отдать ему коробочку, - он постучал пальцем по пластиковой крышке и улыбнулся. - Заодно можешь поблагодарить, не знаю, когда он успел все это приготовить, но на вкус просто шикарно. Твой визажист придет через пару минут, так что до его прихода можешь поесть. Я кивнул, отправляя первый кусочек в рот, и поджал губы. Вкусно, очень вкусно. Камери прав, это шикарно. Я отломил кусочек побольше и повернулся на звук открывающейся двери, застывая от удивления. В гримерку вошел мужчина размером, кажется, с саму гримерку и поставил увесистую сумку на пол. Широкие плечи, черная водолазка, темно-синие джинсы, лаковые туфли, светлые волосы, затянутые в неаккуратный пучок и... фиолетовая помада. Я проморгался, шумно сглатывая Поленту, и уставился на новоприбывшего. - Леоне, - Камери по дружески обнял его, и мужчина слегка наклонился, похлопывая его по спине. - Рад тебя видеть, - он повернулся ко мне, приподнимая мою челку. - Волосы слегка накрутить, челку в кудри и лаком. И легкий нюдовый макияж. - Легкий нюдовый, говоришь? - он присел напротив меня, поднимая мое лицо пальцами и слегка хмурясь. - Следы "ночного кутежа" легким нюдом не перекроешь. Я вспыхнул от смущения и обиды. И, видимо, очень явно, так как мужчина сложил руки на груди, глядя на меня с явным укором. - Я не прав? Вы пили и много, - он взял со столика стаканчик кофе, отпивая, и след от фиолетовой помады остался на светлом бортике, окончательно меня обескураживая. Я повидал много разных визажистов, но такой "адовый" контраст вижу впервые. Я не нашел, что ответить, и отвернулся, агрессивно жуя новый кусок. Мужчина расслабился, видя, что я признаю поражение, и достал чемоданчик с косметикой. - Такое лицо трудно испортить, так что заметно не будет, - он достал сверток с кистями, опрыскивая их из дозатора. - Но локоны это не мое, пусть муж делает. Я подавился, сильно закашливаясь, и блондин недоуменно приподнял бровь, по-мужски грубо похлопывая меня по спине. - Тише-тише, не умирайте в моей гримерке, - он коротко хохотнул, выдавливая немного тональной основы себе на тыльную часть руки. - Бруно будет через полчаса, я попрошу его взять плойку. С волосами он обращается лучше, чем я. - Без проблем, на твое усмотрение, - Франко похлопал меня по плечу и отсалютовал. - Оставляю нашу звездочку на тебя. Увидимся, Джорно. Я обреченно проводил его взглядом и почувствовал себя ужасно неловко. - Вас смутило, что я замужем? - блондин поднял на меня глаза, продолжая смешивать два вида тональника у себя на руке. Я закрыл контейнер, принимая решение доесть позже. - Для меня это не имеет значения, - я выровнялся, стараясь выглядеть выше, но эта попытка была весьма жалкой. Он придвинул стул ближе, поднимая мое лицо и склоняясь, чтобы начать наносить основу кистью. - Но вас это удивило? - Несомненно. - Пить перед съемкой непрофессионально. - Я знаю. Мужчина улыбнулся самыми кончиками губ, и я отметил про себя, что он хоть и экстравагантен, но красив. - Не буду врать, мой муж ваш фанат, поэтому я "имел удовольствие" посмотреть все сезоны, - он тяжело вздохнул. - И хоть сюжет был просто ужасен, ваша игра показалась мне весьма терпимой. - Спасибо?.. - я ошеломленно уставился перед собой. Мужчина слегка повернул мое лицо в бок, продолжая вбивать в кожу светлый состав. По ловким и быстрым движениям его рук я легко мог судить, что делал он это явно не первый раз. Я перевел взгляд в его сторону, перестав сверлить шкаф в противоположном конце комнаты, и натолкнулся на глаза, при этом освещении отливающие чем-то почти фиолетовым. Помада под цвет глаз? - Что-то не так? - Нет, - я снова уставился на дверцу шкафа, изучая деревянный узор. - Тогда хорошо, - блондин снова вернулся к работе, больше не обращая на меня никакого внимания. Боже, вроде и сделал комплимент, но все равно холодом веет за милю. Просто хочу литр кофе внутрь и доесть свою Поленту. Остаток времени мы провели в звенящей тишине, и если мужчину это, кажется, ни капли не смущало, а даже наоборот только способствовало продуктивной деятельности, то меня лишь сильнее вогнало в депрессию. Когда он все же закончил, я подорвался, собираясь поблагодарить его и убраться восвояси. Пусть челку мне крутит отец или я сам, в конце концов, но не успел я оторвать задницу от кожаного кресла, как в помещение вошел человек. Брюнет спешно прикрыл за собой дверь, отрезая мне путь к отступлению, а затем стянул с плеча сумку, опуская ее на пол. - Добрый день, - он широко улыбнулся, и я обреченно повернулся в его сторону, понимая, что нужно вступать в контакт, а значит, Полента откладывается на неопределенный срок. Красивый. Тоже актер? Я плохо знаю штатских с итальянской стороны. Он подошел ближе, подхватывая стул свободной рукой и ставя передо мной. - На сегодня я ваш парикмахер-стилист, меня зовут Бруно. Мой стилист? Этот парень? Я уставился на его лицо с широкой улыбкой, на внимательные синие глаза, смотрящие с явным интересом, а потом ударился взглядом о бейджик на его груди. Бруно. Бруно... - Привет, детка, - блондин поднялся со своего места и подошел к сидящему парню сзади, быстро целуя в макушку. - Чай? Кофе? - Кофе, спасибо, - брюнет улыбнулся ему и снова повернулся ко мне, выуживая из сумки фен и плойку. - Мне сказали, что вам нужны кудри. Чем вам обычно фиксируют укладку? - Водички, - просипел я, понимая, что в глазах темнеет от круговорота новых лиц. - Что простите?.. - парень наклонился чуть ближе, недоуменно вскидывая бровь. Леоне грациозно перегнулся перед ним, протягивая мне бутылку с водой. - Синьор Джованна весьма неплохо отметил свой приезд в Италию, - он опустил широкую ладонь на плечо парня и аккуратно похлопал. - И теперь расплачивается за свои ошибки, - он хохотнул и отвернулся к столу, заваривая кофе. Брюнет посмотрел на него и снова повернулся в мою сторону. Я же был готов провалиться под землю от стыда. - Ничего страшного, - он махнул рукой, мгновенно разряжая обстановку. - Леоне тоже иногда перебарщивает со спиртным, хотя уже давно должен был задуматься о своем здоровье или хотя бы о моих нервах. Я плотно сомкнул губы, сдерживая смешок, но блондин заметил это, угрожающе болтая кофейником. - Я никогда не делаю это перед работой, - он хмурой тучей навис над парнем, который, кажется, даже глазом не повел на этот жест. - Прости, дорогой, но ты делаешь это в другие важные дни. - Например? - блондин нервно шлепнул кофейник обратно на стол и оперся на него рукой, вызывая легкий скрип деревянных ножек под нагрузкой мощного тела. - День рождения моей мамы? - брюнет слегка сощурился, глядя на него вполоборота. Сказанное полностью обезоружило мужчину, вынудив признать свое поражение. Леоне молча передал ему чашку с напитком и стал собирать кисти со стола, чтобы, видимо, помыть после использования. Затем с мрачным выражением лица направился к двери, но на полпути внезапно остановился, развернулся, в 3 шага преодолевая расстояние между собой и парнем на стуле, а затем наклонился, снова целуя в макушку. Готов поклясться, его губы не шевелились в этот момент, но я отчетливо услышал тихое: "Извини". Затем он быстрым шагом покинул территорию. Я проводил его широкую спину взглядом и уставился на Бруно. Тот потер шею, вздыхая. - Не обращайте внимания, - брюнет устало улыбнулся, зачесывая темные пряди назад. Обручальное кольцо заблестело под светом ламп, приковывая мое внимание. - Синьор Камери выдернул его с отпуска, поэтому он такой придирчивый, - парень включил плойку в розетку, настраивая температуру. Я краем глаза заметил, что он поставил щадящий режим и мысленно поблагодарил его. Может, хотя бы в этот раз, мои волосы не будут отваливаться после съемок. - Он был очень польщен, когда узнал, что его пригласили, чтобы гримировать вас. - Правда, - я не удержался и хохотнул, - мне показалось иначе. - Нет, нет, - Бруно стал доставать из сумки различные термозащитные средства и мои брови стремительно поползли вверх. - На самом деле, ему очень понравился "Золотой ветер" с вашим участием. Такой уж он человек, полжизни проработал полицейским и по привычке подавляет собственные эмоции, но, - брюнет тепло улыбнулся, откручивая крышку с маленькой баночки. - Я-то знаю, что он смотрел его втихаря от меня. Историю браузера он чистить так и не научился, - он протер руки влажной салфеткой и придвинулся ближе. - Я не знал, какое именно средство вам подойдет, поэтому взял все. Приступим? Я ошеломленно кивнул. Леоне был полицейским? Нихрена себе поменял профессию. Но, черт побери, теперь мне до жути интересно почему. И этот Бруно... Я краем глаза снова стал рассматривать лицо мужчины, увлеченно накручивающего мои волосы на раскаленную плойку. Слишком много новых лиц за один день, слишком много для похмельного меня. Но если мои волосы он уложит также хорошо, как свои, то я в ажуре. Почти 40 минут он плясал вокруг моей головы, и по итогу я был готов прыгать от радости, словно ребенок, рассматривая себя в зеркало. Боже, как забрать его с собой в Лондон, он укладывает волосы словно бог. Да и, чего душой кривить, разглядывая под светом лампы свое лицо, я понял, что и его мужа прихватил бы с удовольствием, как бы двусмысленно это не звучало. - Вам нравится? - он вытер руки о полотенце, счастливо улыбаясь, и у меня сердце екнуло. - Да, идеально, просто идеально, спасибо вам, - я повернулся к нему, понимая, что все действительно выглядит отлично. - Честно говоря, обычно мои волосы просто уничтожают в ноль на съемках. Первый раз за долгое время кто-то так озаботился об их состоянии. Я ваш должник. - О, не стоит, я был очень рад, - он стал сматывать шнур от плойки, смущенно опустив глаза, и я решил хотя бы поинтересоваться. - Скажите, - я еще раз посмотрел на себя в зеркало, убирая челку с глаз. - Вы берете заказы за границей? По окончанию этого проекта мы, - я сглотнул, понимая, что напрямую нарушаю условия своего контракта, разглашая важную информацию, но отступать уже поздно. - Мы хотим снять полнометражный фильм по "Золотому ветру", показать взросление героев и все такое... и, если бы вы, ну скажем, стали бы моим парикмахером-стилистом... - ДА, - брюнет сделал короткий вдох и поджал губы, светясь от счастья. - Я не летаю на зарубежные контракты, но ради вас, ох, извините, но, да, ради вас и этого сериала я бы полетел! - Я так тронут, - я опустился на стул и подумал, что мы явно сработаемся, хотя бы потому, что он искренен в своих чувствах и кажется очень ответственным человеком. - Но, мой муж, - он усмехнулся, убирая темную прядь за ухо, - он или полетит со мной, или прикует наручниками к батарее дома. - Без проблем, он отличный визажист, для меня это только плюс, - я достал телефон, передавая его мужчине. - Вбейте свой контакт, я улажу этот вопрос с начальством. Ага, улажу, да. Кастинг-директора подмазать на раз два. Дядя Джонатан никогда и ни в чем мне не отказывал, а тут такие талантливые люди. Но вот отец... с ним я повожусь. Я поднял глаза на брюнета, наблюдая, как тот быстро набирает свой номер, поджимая губы от радости, и коротко вздохнул. Ну, теперь я просто обязан все уладить. Я вышел из гримерки, когда солнце уже начало садиться, и меня тут же потащили на съемочную площадку, где отец крутил меня из стороны в сторону еще минут 20, меняя декорации, которые " ну нихрена не подходили под мой тон". Что за "тон" я так и не понял и, наверное, никогда не пойму, но дальше все пошло как по маслу. Я не сбивался по тексту, мы заканчивали сцены за 3-4 дубля, и никто из бригады не залажал ни на одном из этапов. Отец был доволен, а все были рады, что он доволен. Единственное, что омрачало этот вечер - полное отсутствие на горизонте одного конкретного светооператора. Имя, боже, я ведь даже не знаю его имя. Парень будто сквозь землю провалился. Когда мы отсняли в последней локации, я облегченно вздохнул и тут же направился к месту отдыха, чтобы хоть немного продышаться. Все тело болело, но это закономерно, учитывая, сколько раз я вставал и садился, чтобы получился "идеальный и максимально пафосный подъем из кресла в сцене про кабинет". Не удивлюсь, если скинул пару килограмм. Я плюхнулся в режиссерское кресло отца и грустно потер ногу. Мне бы набрать, а не скинуть. Я поднял бутылку с пола, отпивая, и понял, что нужно сделать еще усилие и добраться до туалета. Пока шел, то продолжал думать о своем весе, кажется, накручивая себя только сильнее. Почему я такой? Вечно болеющий, вечно разваливающийся от очередного приступа, не способный даже набрать мышечную массу или хотя бы нормальный вес. А самое интересное, почему люди этим восторгаются? Моей болезненной худобой, моим белым, как у человека с анемией, лицом. Что в этом красивого? Ничего. По крайней мере для меня ровным счетом ничего. Я толкнул дверь туалета плечом, заваливаясь внутрь, и направился к раковине, упираясь в нее руками и вглядываясь в зеркало перед собой. Бледный, с уставшим взглядом, под слоем тональника спрятаны круги под глазами, которые не проходят, даже если я высплюсь, с макияжем, который слегка потек за время съемок. Я потрогал волосы. Живые, благодаря Бруно, но от первоначальной укладки не осталось и следа, выглядят как пакля. Я потер виски, ощущая, что сам себя вогнал во что-то так коварно напоминающее депрессию. Ага, и клиническую депрессию мне в плечи, конечно, для полного букета. Я понял, что даже не могу умыться, ведь после предварительного просмотра материала, отец вполне может попросить переснять пару сцен. Живот заурчал, напоминая, что я, может, и перекусывал в процессе, но так и не доел свою Поленту. Черт, надеюсь, ее никто не сожрал, пока я тут отплясывал на съемочной площадке. А ведь могли, съемочная бригада смела со стола все, что принес этот парень. Этот парень. Черт. Перед глазами всплыло улыбающееся загорелое лицо, карие глаза в обрамлении пушистых ресниц, вьющиеся черные волосы. От него за милю тянет чем-то солнечным, горячим, пробирающим до глубины души. Он будто воплощение всего живого, а я... Я снова поднял глаза, вглядываясь в свое отражение. А я будто восстал из могилы. Внутри неприятно кольнуло. Мысли о том, чтобы найти предмет размышлений как-то разом улетучились. Может, если я просплюсь и перестану так нажираться, а еще попрошу Леоне с Бруно намарафетить меня еще раз. Может быть тогда, не такой поплывший и растрепанный, я попытаюсь хотя бы взять его номер. Выйдя в коридор, я осмотрелся. Да, не сегодня. Точно не тогда, когда я так ужасно выгляжу. Сейчас мне нужно доесть и вернуться на съемочную площадку. Может и к лучшему, что он куда-то исчез. Я быстрым шагом направился в сторону гримерки, надеясь застать в ней Бруно и попросить его немного поправить мой макияж, но, видимо, слишком задумался, так как налетел на девушку-костюмера. - Извините меня, - она стала поднимать вещи, которые обронила при столкновении. - Я задумалась. - Я тоже, - я улыбнулся, тоже наклоняясь и помогая собрать реквизит. - Это моя вина, вы в порядке? - Я? - она удивленно раскрыла рот, а потом широко улыбнулась. - Да, конечно. Знаете, сцены, которые мы снимали сегодня, вы выглядели просто великолепно. И, - она перехватила груду вещей удобнее. - и продолжаете выглядеть. Честно говоря, первый раз работаю с человеком, на котором обалденно сидит просто все, что не надень. Я изумленно уставился на нее. - Спасибо, - я наклонился, поднимая рубашки с пола и заметил, что из кармана одной из них что-то выпало, глухо ударившись о паркет. Я аккуратно закинул вещи поверх стопки, прикидывая сколько они весят. - Может вам помочь? Выглядят тяжелыми. - Не не не, это только кажется, все в порядке. Там что-то выпало, да? - Да, - я поднял пластиковую карточку, крутя в пальцах. - Чей-то пропуск, - я всмотрелся в имя. - Гвидо Миста? - Черт, - она вздохнула, - этот оболтус испачкался, и я взяла его рубашку постирать, но кто же знал, что он носил пропуск в кармане, а не на себе. - Разве без пропуска на шее можно ходить по павильону? - Нельзя, - она виновато улыбнулась. - Передайте ее кому-нибудь из персонала, пожалуйста, я уверена он ее ищет. - Хорошо, - я кивнул, уступая ей дорогу в узком пространстве коридора, а затем вышел на съемочный полигон, направляясь прямиком к Камери. Тот увлеченно болтал с кем-то из персонала, но, заметив мое приближение, повернулся ко мне. Папы на горизонте видно не было, а значит, немного времени в запасе у меня есть. - Отлично справился сегодня, - мужчина похлопал меня по плечу, кивая на чайник. - Кофе? - Нет, спасибо, не люблю, - я выудил пропуск из заднего кармана, вкладывая его в руку Франко. - Кто-то из ваших ребят потерял, меня попросили передать. Камери посмотрел на имя владельца, как-то странно сузил глаза и улыбнулся. - Да, действительно, один из моих ребят, но, знаешь, - он отставил чашку, поднимая сценарий со стола. - Я тут вспомнил, что пообещал твоему отцу подойти, чтобы обговорить завтрашнюю съемку. Ты не мог бы занести его сам? Тебе будет по пути, я недавно видел этого парня в гримерке, ты ведь направлялся туда? - Да, но... - Время - деньги, мальчик мой, время - деньги, я побежал, - он отсалютовал, мгновенно ретируясь в сторону монтажной, а я остался стоять как вкопанный. Какого хрена? Он ведь стоял тут кофе распивал и вот так внезапно вспомнил о том, что ему куда-то нужно, когда увидел пропуск? Я опустил глаза на надпись.

Гвидо Миста

Вот черт. Я сцапал эклер со стола с закусками для персонала, возле которого меня кинули как щенка, и направился в сторону гримерки. Мне действительно нужно туда и корона не упадет, если отдам пропуск сам. Просто выгляжу и ощущаю себя сейчас на редкость погано. Плевать. Главное сейчас - поправить макияж, доработать день и поехать домой приводить себя в порядок. Есть на ходу было не лучшей идеей, потому что добрался до гримерки я уже изрядно перемазюкавшимся кремом и, пихнув дверь коленом (ладони-то тоже грязные, зачем ручки марать), завалился внутрь. - Бруно, есть салфетки? И, может, ты немного... - я сделал пару шагов вперед и замер, уставившись на сидящих в помещении людей. Бруно, заметив меня, поставил чашку с кофе на стол и улыбнулся, быстро поднимаясь. - Да, конечно, мистер Брандо говорил мне о том, что нужно поправить макияж. Присаживайся, ты как раз вовремя, мы тут... Но дальше я не слушал, уставившись на человека прямо перед собой. Блять, да вашу ж мать. Ну вот за что мне это? Я выгляжу, как пакет, который прокатился через самый грязный квартал в городе, пока его радостно тащил ветер. К тому же весь в этом дурацком креме, а тут он. Мой светооператор тоже повернулся ко мне и расплылся в такой широкой улыбке, что я по достоинству оценил работу его дантиста. Отличную работу, к слову. На фоне загорелой кожи белые зубы смотрелись прекрасно. Впрочем, весь он целиком тоже смотрелся прекрасно. Я заметил, что на нем уже другая майка, не такая широкая, светло кремового цвета, но вся в черных маслянистых пятнах. Хотя его это ни на грамм не портило, наоборот, мне вдруг показалось, что ему так даже идет. Стоп, пятна? Он испачкался?

"Этот оболтус испачкался, и я взяла его рубашку постирать, но кто же знал, что он носил пропуск в кармане, а не на себе."

О. Камери, сукин ты сын. Я замер с максимально глупым выражением лица. Брюнет опустил cвой стаканчик с кофе на стол и повернулся ко мне полностью. Я внутренне заныл, замечая, что мышцы под более прилегающей тканью пришли в движение. - Добрый вечер, вам понравилась Полента? - он сцепил пальцы в замок, чуть наклоняясь вперед. Я отметил про себя, что его пальцы тоже испачканы. Очень красивые и очень длинные пальцы. Я пьян, я все еще безнадежно пьян раз думаю об этом. Надо убираться. Надо срочно отдать ему пропуск и убираться, пока не растерял остатки гордости. - Да, - промямлил я, вынимая пластиковую карточку из заднего кармана и протягивая ему, но лишь спустя мгновение, когда ее кончик оказался зажат между его загорелыми пальцами, понял, что мои руки вообще-то грязные. Я уставился на липкие следы на пластике и четко ощутил, что сейчас зареву от стыда. - Ваша карточка, - я обреченно опустил голову, отходя в сторону Бруно и садясь в кресло, находившееся подальше от парня. Тот удивленно посмотрел на пропуск, а затем, к моему сожалению, развернулся вместе со стулом к нам. - Спасибо! Черт, я и не заметил, что он потерялся. - Разве не поэтому ты ошивался у меня большую часть рабочего дня? - Бруно хохотнул, открывая косметичку мужа. - Без пропуска здесь далеко не уйдешь. - Да, но время в приятной компании летит незаметно, - брюнет тоже засмеялся, надевая пропуск на шею. На пластиковой поверхности заблестели липкие следы от пальцев и мои щеки вспыхнули с новой силой. Почему здесь? Почему сейчас? К тому же меня сейчас будут красить. А это чертовски стыдно. Попросить его уйти? Но я буду выглядеть грубым. Может, он сам уйдет? Пропуск-то теперь у него. Бруно намочил ватную палочку мицеллярной водой и стал убирать излишки теней под глазами. Я понял, что вместе с осыпавшимися тенями он убирает и спасительный слой тональника. Вашу ж мать. Брюнет, кажется, даже не собирался уходить. Он перевернул стул спинкой к нам и скрестил на ней руки, упираясь в кисти подбородком и внимательно следя за процессом. А Бруно в это время активно снимал с меня "золотую обертку". - Гвидо, подай, пожалуйста, салфетки со стола, - мужчина потер руку о руку. Я заметил, что он переборщил с намешиванием тональной основы, и та получилась слишком темной. Да, попасть в мой тон - это достижение. Проще побелкой присыпать сверху и все. Брюнет завозился на стуле и привстал, протягивая ему картонную упаковку. Гвидо. Черт, да даже имя у него какое-то теплое, солнечное. Ему подходит. - Я вот одного понять не могу, - парень поболтал темную жидкость на дне, одним глотком допил и тут же отправил стаканчик в полет до мусорки. Нифига себе он меткий. - Ммм? - Бруно вытер свою неудачную попытку и принялся намешивать снова. - Зачем красить то, что и так красивое? - парень устроился на сложенных в замок руках и слегка наклонил голову в бок, глядя на нас из-под темных ресниц. Чертово произведение искусства. Я не удержался и покосился в его сторону глазами, получая обворожительную улыбку в ответ. Ох. - Согласен, но так потребовало начальство, - Бруно приподнял мое лицо, проходясь кисточкой по коже. - Сapo malizioso, - парень сделал быстрый жест рукой и оба громко засмеялись. Я закрыл глаза, давая возможность мужчине обновить и слой теней на веках. Итальянский звучит очень красиво, но ничего нельзя разобрать. - La gemma non ha bisogno di essere cosparsa di scintillii, - брюнет заскрипел стулом. Судя по звуку он поднялся. Через мгновение я действительно услышал шорох совсем рядом. Парень занял более удобную позицию за наблюдением процесса и выбрал для этого, увы, пространство за моей спиной. Я занервничал, но глаза открыть не мог, так как Бруно начал обновлять тонкий слой подводки. А тут, как на минном поле, одно движение - и все насмарку. - La tua verità, - мужчина поднял мою челку пальцами, а затем слегка раздраженно цокнул. - Гвидо подержи, пожалуйста, немного волосы синьора Джованны. Леоне прихватил с собой все заколки. - Конечно, - парень ловко перенял пряди, путая в них пальцы, и я взмолился, чтобы двойной слой тональника на моем лице скрыл румянец. Но, конечно же... - Вам жарко? - парень слегка склонился. - Могу открыть окно. Я отчетливо почувствовал его дыхание на затылке. - Нет, все нормально, - я открыл глаза, давая Бруно возможность оценить результат трудов и тот радостно потер руки. - Отлично, закрепим пудрой и готово, - он отвернулся к столу, ища нужную кисть. Я же старался сохранять спокойное выражение лица, пока парень позади меня уже не стесняясь накручивал мои волосы на пальцы. Господи, что со мной. Будь это кто-либо другой (не считая моего отца, конечно), я бы уже давно начал истерику со всеми вытекающими из нее последствиями, но тут не то, что не перечу, а почти кайфую от того, что он перебирает мои волосы. Я окончательно тронулся... - Они такие мягкие, - парень почти промурлыкал эти слова, загребая кончиками пальцев до самых корней и вырывая из моей груди глухой вздох. - Спасибо, наверное... - Мягкие, - подтвердил Бруно, набирая на кисть светлый порошок. - Только очень травмированные, но это дело поправимое. Гвидо вытянул пальцы из моих волос и отошел, чтобы не мешать. Это меня, честно говоря, немного расстроило, но хотя бы голова снова начала работать. Когда Бруно наконец закончил, я поднялся, подходя к зеркалу. Его однозначно нужно брать с собой, когда закончим со съемками здесь. Да, чувствовал я себя до сих пор паршиво, но выглядел намного лучше. И, раз я перестал выглядеть так, будто хронически в запое, остался только один вопрос: стоит ли подкатить к парню сейчас, а если да, то каким образом. Мой базовый опыт касательно отношений между людьми равнялся нулю, и это беспокоило. Я слишком долго тупил, глядя на себя, и этим вызвал беспокойство Бруно. - Если что-то не так, то я быстро переделаю, - мужчина потер руки, подходя ближе. - Нет-нет, все отлично, спасибо, - я повернулся к нему, улыбаясь. - Мне бы еще поесть, и я буду самым счастливым человеком на земле. - Кстати про поесть, не могли бы вы, - брюнет опустился на стул, подбирая с пола сумку, которую я не заметил ранее. - Вернуть мне контейнер? Не то, чтобы я жадничал, - он наигранно развел руки в стороны, пожимая плечами. - Но он очень удобный, и я бы принес в нем завтра что-нибудь еще. И когда он только находит время на готовку?.. Такой хозяйственный. Я не могу себе даже яичницу пожарить, а тут такое. - Конечно, - я быстрым шагом направился к своим вещам, которые просто кинул на диванчик, и выудил контейнер, передавая его парню. Он открыл его и тут же захлопнул. Я заметил, что кончики его губ опустились и перепугался, что как-то сломал эту штуку, пока расхаживал с ней днем, но парень опередил меня, поднимая голову. - Как вы относитесь к домашнему печенью? - Положительно, - незамедлительно выдал я, понимая, что мой диетолог сожрал бы меня за такие слова. - Хорошо, - он встал, накидывая куртку на плечи и расстегивая сумку. Когда он опускал контейнер на ее дно, я услышал глухой стук и ужаснулся. Полента. Чееерт. - До завтра, - он махнул рукой, сдержанно улыбаясь, и Бруно махнул ему в ответ. Я ведь так и не доел ее... Он, наверное, подумал, что мне не понравилось. - До завт... - промямлил я, но дверь за ним уже закрылась. Бруно устало потер шею, собирая вещи со стола. - И как вы оба держитесь? Я то приехал днем, а Гвидо с раннего утра тут батрачит, представляю как вы устали. - Я тоже приехал позже, - я потер щеку, но осекся, вспоминая, что она в тональнике. Черт, ну я и мудила. - Мне тоже пора, - мужчина повторил ритуал, снимая куртку с вешалки и сонно улыбаясь. - До завтра, надеюсь вы быстро управитесь. - Да уж, - я улыбнулся, махая ему. - До завтра. Когда мужчина вышел, я плюхнулся на стул, переваривая произошедшее. Так, ладно, с этим я разберусь, надо просто придумать, как дать ему понять, что мне на самом деле понравилось, просто я... Просто я идиот? Возможно. К счастью, отца отснятый материал более чем устроил, и мы быстро свернули съемки, решив продолжить завтра. Уже сидя в машине и разглядывая ночные пейзажи за окном, меня вдруг осенило. - Пап. - Да? - блондин сонно зевнул. Вау, даже он устал. Обычно ночь для него - самое продуктивное время. - В отеле есть кухня? - Да?.. Наверное, малыш, - он проморгался, глядя на дорогу. - А зачем тебе? Если голоден мы можем... - Не, ну, то есть, да, голоден, но, - я почесал нос и отвернулся. - Просто хочу кое-что попробовать. Мужчина вздохнул, но улыбнулся. - Окей, как хочешь, но хорошо бы, - мы остановились на светофоре, и он слегка потянулся, хрустя плечом. - отдохнуть. - Согласен, - я слегка сполз по креслу вниз. Обязательно отдохнуть. Отдохнуть и завтра извиниться перед Гвидо.

Гвидо Миста. Блин, шикарно звучит.