Особенная: дополнение... (часть четвёртая)

      Мягко, комфортно и тепло. Всё казалось идеальным, за исключением чего-то твёрдого, гладкого и склизкого под рукой, но это казалось мелочью, на фоне всего остального великолепия и внимания последнему, она не уделяла никакого, предпочитая сосредотачиваться на сне, что мог продолжаться ещё долго, если бы не одно НО. Очень большое и веское НО, как может показаться некоторым.       Что-то сбоку заверещало на весь дом, фактически у самого уха. Мерзкий звон, грохот, звуки чего-то ломающегося, вроде досок и разбивающихся тарелок с предполагаемой стрельбой со взрывами. Всё вышеперечисленное заставило до сей поры спящую, открыть неспешно глаза и обратить внимание на маленькое (ненавистное всей душой) устройство, предназначенное для пробуждения утром ранним, что само по себе вызывало негодование, если неописуемый ужас и нервный срыв.       Вытянув слабую спросонья и вялую руку, стараясь сконцентрировать сонные глаза на расплывающимся будильнике, что показывал 07:00 утра, Саша приложилась ладонью по кнопке выключения и звуки (должно быть доносящиеся из самого ада) стихли в одну секунду.       В наступившей тишине, лёгкая улыбка озарила её сонное лицо и глаза снова кроме сомкнувшихся век ничего не видели. Приняв вновь удобное для себя положение, развалившись ещё больше, чем до этого, она принялась и дальше спать, в окружении ранее описанных довольств.       Казалось, всё прекрасно: будильник больше не побеспокоит, а комфорт кровати вновь предоставляет ей себя. Лучше и быть не могло, но случилось нечто опровергающее предыдущее высказывание. Ранее находившееся под рукой гладкое, твёрдое и склизкое, куда-то подевалось. Порыскав лениво рукой вслепую у того места на кровати, искомое не обнаружилось, и Саша бросила дальнейшие попытки поисков, предпочитая продолжать отдых. Но нечто намеревалось ей помешать…       Послышались два резких звука. Каждый звучал идентично и знакомо. Саша про себя подумала: неужто шторы? Только-только она подумала, как яркий свет стал мешать ей спать. Прикрыв глаза рукой, она попыталась приоткрыть их и видела сквозь слезящиеся глаза дневной свет звезды, что освещала и согревала этот мир.       Хотелось избавиться от света в глаза, но вставать из тёплой постели на слабые ноги и мёрзнуть от холодного пола… сомнительная затея. От того, Саша, вместо борьбы с первоисточником своего дискомфорта, предпочла бороться с его последствиями и всего-то навсего улеглась на другой бок, лишённый столь яркого света.       Не прошло и полминуты, как начались новые осложнения с нюансами. Проявлялись они в слабо уловимых движениях поблизости, будто кошка мелкая крадётся, но Саша, зная с чем живёт под боком, делала ставку на зверя покрупнее и надеялась хоть раз проиграть…       Движения стали ощущаться чётче, слышнее и лёгкий ветерок исходил от них, вызывая неприятную дрожь по телу. Дабы не мёрзнуть, завернулась она с головой в одеяло. Не самый удобный вариант нахождения в кровати, но девушка не жаловалась, так как догадывалась, что стояло на кону…       Чует, пытающаяся заснуть, как по кровати что-то ползёт. Что-то очень большое. Она продолжает пытаться заснуть, не покидая одеяло, в которое завернулась с головой. Слышится что-то приглушённое (из-за одеяла), напоминает трешётку какую-то или… шипение? Уши прислушиваются и дают чёткий ответ: да, это шипение! Затем, слуховые органы, пытаются уловить подробности слышимого и приходит волнение с нарастающими нервами. Сердце начинает биться быстрее, шипение явно угрожающее или как минимум предостерегающее. Но от чего?       Инстинктивно она вжимается в кровать и одеяло, надеясь так себя обезопасить. Мыслей бежать нет, как и открывать глаза. Чем руководствуется Саша? Наивной детской мыслью, что, если закрыть глаза, все монстры исчезнут? Увы, с реальными монстрами это не работает, и она убеждается в этом, чувствуя, как нечто большое, всё ещё над нею, собирающееся осуществлять задуманное. Саша надеется, что ответ (что за задуманное) ей неведом, но увы, такое ранее случалось. Не в первый раз и не в последний…       Нечто касается её ступни, неприкрытой одеялом. Нечто островатое и по самой чувствительной части пятки, вызывая щекотку. Сразу она прячет ногу под одеялом и вслед за первой вторую, не оставляя шансов на повторение тому, кто решил донимать её таким варварским способом.       Некоторое время ничего не происходит. Думается ей: всё позади, можно и расслабится. Но это не так и осознание приходит совсем скоро, когда злостный нарушитель покоя продолжает начатое, став прикасаться к ней пальцами с охре… с очень длинными ногтями, а может даже когтями… последнее её не радует.       Как она понимает, суть прикосновений - вызвать щекотку и заставить её проснуться, но она упорно сопротивляется извечной слабости и блокирует большинство попыток, умело прикрывая самые уязвимые для сей затеи места, вроде пяток с подмышками. Но удар приходится на место, оставленное ею открытым. Два наглых пальца сквозь одеяло заприметили цель, пока их обладатель ехидно улыбался.       Ощутив, как пальцы постороннего оказались в опасной близости к её… пикантному месту, она резко изворачивается и ударяет, не глядя наотмашь по руке нарушителя, тем самым убавляя у того желание продолжать начатое. Слышится недовольное фырканье и на некоторое время всё становится спокойно, но Саша уже не верит в свою победу. Наивно она надеется, но знает, не бывать этому и продолжая валяться в кровати, она не пытается заснуть, а только наслаждается последними мгновениями в кровати. Мгновениями, которые едва ли будут доступны до самой ночи.       Вновь ощущает движения и пальцы, но не её те трогают, а одеяло, в которое она вцепилась. Понимая, что начался новый этап, держится мёртвой хваткой за одеяло, что медленно, но верно, вырывают у неё из рук. И, когда она держится за него всего парой пальцев, то резко дёргают и остаётся она одна, валяющаяся на кровати, в немилости комнаты, наполненной прохладой. Из последних сил стараясь продолжать валяться не открывая глаза, обхватывает руками леденеющие плечи и прижимает колени к грудям, а сама ложиться боком. Но даже в таком положении её оставлять в покое не собираются…       Кап. Кап. Кап. Что-то капает на лоб. Холодное, без запаха, склизкое и слегка тягучее, будто не до конца застывшее желе. Про себя девушка наговаривает: только не она, только не она, только не она. Саша приоткрывает глаза и видит злосчастную нарушительницу её здорового сна! Ту, что сейчас сидит над нею с раскрытой пастью и… приходит осознание…       — Нет, это всё-таки она… — произносит Саша флегматично со вздохом с влажным лбом, а секунду спустя вскакивает с кровати, крича: — Слюна! Слюна! Слюна!       Босая скачет пробудившись по полу, то на одной, то на другой, то на обеих ногах, руками дёргано убирая со лба слюну, пока виновница этогл сидит на кровати и насмехается над ней.       Покончив окончательно со слюной и утерев локтем лоб от остатков, Саша переводит с блестящей кожи локтя взгляд на Седьмую, что самодовольно сидит на кровати, возвышаясь над нею, демонстрируя свою победу и вечное превосходство, с рядами белых зубов, напоминающих вышеупомянутое превосходство.       Не желая оставлять всё как есть, Саша тычет пальцем в Седьмую, спрашивая (не очень вежливо и лестно) и требуя ответа, не терпя отказа, как слышно в интонации:       — Нах ты это блеать сделала?! — унимая рвущийся смешок, Седьмая с той же улыбкой превосходства разводит руками, вызывая у Саши чувство, легко описываемое словами: да пошло оно всё! И со вздохом тяжёлым, садится на край кровати, прикрывая руками лицо, пытаясь собраться с мыслями, но со стороны Седьмой, это похоже на нечто иное…       «Ну не надо…»       Со своего места ксеноморф подвигается ближе к спине девушки, кладя свои руки с длиннющими пальцами той на голые плечи, став поглаживать, сжимать и легонько царапать, вызывая у хозяйки плеч лёгкие мурашки по всему телу. Одновременно с мурашками и расслабленностью, приходит и нечто ещё. Ощущение, что бывает внизу живота и сейчас оно там.       Мурашки ныне не мучают, и тело, будто по волшебству, отходит от прохлады комнаты, став нагреваться. До Саши доходит, к чему всё движется, и, отбивая руки Седьмой с плеч, спрыгивает с кровати на коврик с надписью, сделанной чёрным маркером «С добрым утром БЛЯТЬ!» и властно молвит:       — Даже не думай! Уж тем более утром! — Седьмая, оставшаяся сидеть там, где и сидела, согласно совершает кивок к удивлению девушки, что даже раскошеливается на комментарий, касательно увиденного: — А? Так легко? Вот так бы всегда… хотя… так жить было бы не интересно.       Температура тела постепенно приходит в норму и становится холодновато стоять голышом на холодном полу. Девушка мысленно задумывается:       —«Чёт сильно поддувает меж ног. Пора бы прикрыть жопу, а то мало ли у одной твари проснётся любопытство… опять!»       Саша, присаживаясь на край кровати, глазами отыскивает одежду, что как обычно валяется где угодно, но не на своих местах…       Глазами Саша натыкается в процессе поисков на Семёрку, ожидающе (непонятно чего) на неё смотрящую. Мысль спокойно разыскать одежду и одеться в одиночестве, блаженна до невозможности. Тогда, Саша произносит всего одну букву:       — «С» — Седьмая наклоняет в удивлении голову на бок, пытаясь понять смысл озвученной буквы. Вскоре, её любопытство удовлетворяется, когда слышит она: — Съебала!       Седьмая решает, что и без того много нервных клеток подпортила своей давней знакомой, от чего её след в момент простывает, а сама она покидает комнату, за секунду исчезнув в приоткрытой двери. Саша довольно улыбается и продолжает глазами отыскивать вещи, что так легко дать себя отыскать не собирались.       Чувствуя слабость в этом деле, вопрошает она у самой себя:       — Куда же подевались мои тру…       Она прерывается на полуслове, едва искомый элемент одежды прилетает ей в лицо, откуда-то со стороны двери в остальную часть дома. Слышится при этом оттуда же хихиканье. Вздохнув, пробуждённая снимает с лица бельё и состроив на недовольную гримасу, произносит специально в слух:       — Могла бы и посвежее кинуть…