Imagine. Winx club. Сборник имейджинов

С трудом открываешь глаза. Рассвет будит, солнце пробивается сквозь неплотно закрытые шторы и бьет прямо в глаза. Шаришь рукой по второй половине кровати, обнаруживая лишь холодную пустоту, и садишься, чтобы запустить озябшие ноги в мягкие тапочки и умыться. Домик на опушке, один одинешенек, со временем изветшал. Брендон хотел, когда все закончится, убраться подальше от Магикса, чтобы больше никогда не спасать мир и наконец вдохнуть эту прекрасную жизнь полной грудью. Ты ее такой назвать теперь не можешь. Выходишь на крыльцо, кутаясь в вязаную кофту и щурясь. Двор пустой. Тихо. Вчера передали, что в окрестностях были замечены два тролля, но заклинания, наложенные на дом, должны были их отпугнуть. — Брендон! — зовешь сначала тихо, обернувшись в сторону открытой входной двери и надеясь, что он уснул на диване в гостиной. Ответа не последовало. Страх подобрался к горлу. В Брендоне же никогда и намека на него не было. Его храбрости хватит на вас двоих с лихвой. Трешь ладони, следуя на крыльцо. Прислушиваешься к гулу заклинаний, что переговариваются между собой мерным треском, словно электрические вышки в период высокой влажности. Сбоев не было, защита работает. — Где же ты, милый? — шепчешь. В вашем доме нет ни намека на прошлое: неволшебная бытовая техника, ситцевые занавески на кухне, пыль по углам. Ни одной фотографии ни со школы, ни с выпускного, ни с миссии в Гардении. Если бы не магическая живность Магикса и периодически проскальзывающие над головами шатлы, можно было бы подумать, что ты осталась на Земле. Осталась, потому что волшебный мир после всего, что произошло, приносил тебе лишь тупую боль в груди при каждом воспоминании. Фейское чутье последние месяцы тебя подводит, и все же сейчас обращаешься к нему: вдруг все-таки удастся почувствовать местоположение Брендона. Но магия отзывается неохотно. Так бывает часто, когда фея надолго забывает про свое волшебство и взывает к силе нечасто. Голова начинает болеть. Ночью не спалось, как и последние несколько лет накануне черной даты — битвы с магами Черного круга. Воспоминания делают тебя еще слабее, но ты не можешь отделаться от них. Ни ночью, никогда. Тя-же-ло. Время не лечит. Люди завидуют волшебникам. Ты завидуешь людям за их непричастность к чему-то большему. За их непричастность к спасению всего волшебного измерения. За их непричастность к Винкс. Тяжело вздыхаешь, погружаясь озябшими стопами в прохладные кроссовки, небрежно брошенные на крыльце. Ты уже и забыла, когда в последний раз носила обувь на каблуке. Здесь, в глуши, где сырая земля чавкает под подошвой, каблуки бы только тонули в ней. А когда-то, несколько лет назад, когда Стелла была личным дизайнером Винкс, ты и представить себя не могла без туфель на платформе. И никогда бы не подумала, что каждое утро будешь просыпаться отекшей из-за повышенной влажности и массировать лицо, наблюдая из окна за пробуждающимся лесом. — Брендон! Я проснулась! Ты где? Твой крик разлетается по округе, но ответа не следует. Тяжесть тревоги давит на плечи. Возвращаешься за маджикфоном, одеваешься теплее и спешно суешь его в задний карман джинсов. Лениво отзываясь на твои мольбы, магия щекочет ладони. Фарагонда предупреждала: если сознательно душить в себе волшебство, оно осядет глубоко в душе, и понадобятся титанические усилия, чтобы разбудить ее вновь. Не хватит и эмоционального всплеска, как это происходит с первым проявлением сил в детском возрасте. Придется долго и упорно вести переговоры. Кроссовки проваливаются в землю. Несколько деревьев повалено, примята трава, поломаны ветки. Недавно здесь прошел тролль, и также отчетливо чувствуется его мерзкий запах. Приходится притаиться, чтобы не привлечь к себе внимание. Ты идешь на опушку, где вы в последние несколько месяцев любили проводить время с Брендоном. Солнце всегда заходило туда первым, и к полудню земля прогревалась, а цветы до единого раскрывали свои бутоны. Тебе хотелось, чтобы вы встретились там. В кармане вдруг завибрировал маджикфон. Помимо фотографии Музы, в глаза бросилась сегодняшняя дата, и глаза защипало. Уже который год в этот день тебе хотелось закрыться ото всех, но подруга не заслуживала твоего холода. — Брендон пропал, Муза. — первой произносишь ты, когда девушка только собирается что-то сказать. — Мне пришлось выйти за барьер. Я боюсь, что с ним что-то случилось. — Но ты ведь слышала о троллях, Т/И. — голос Музы встревожен. — Почему сразу не позвонила нам? Мы бы мигом… — Сегодня двадцать первое… — Поэтому я тебе и звоню, милая. Блум приглашает всех на Домино. Сегодня годовщина победы над Черным кругом. — Вот именно, Муза. — перебиваешь и добавляешь шепотом. — Я не праздную ее. Никогда. Ты это знаешь… а вдруг Брендон просто решил оставить меня одну в этот день, потому что ему надоело мое тухлое лицо. Следует пауза. Каждый думает о своем. Ты практически доходишь до опушки и запинаешься вдруг о выступающую корягу, но хватаешься за поваленное дерево, и тебе удается устоять на ногах. За твердую шершавую кору зацепился клок иссиня-черной шерсти. Тебе становится не по себе, ладони потеют. Ускоряешь шаг. — Он все понимает, Т/И. Но пора завязывать, серьезно. Если мы через пару часов не встретимся на Домино, клянусь, я дерну Ривена со службы. — Твое положение только меня и спасает. — хихикаешь горько, оглядываясь по сторонам и в моменты молчания прислушиваясь к лесу. Тишина пугает. — Фарагонда запретила трансгрессию, чтобы не навредить… малышу. Но это не помешает мне вытащить тебя лично! Тем более, Брендон… — Брендон! — вдруг восклицаешь ты, заприметив среди высоких кустов знакомую шоколадную копну волос. — Муза, я нашла его! Маджикфон выскакивает из рук, и ты не обращаешь на него внимания даже, изо всех ног несясь к Брендону. Слезы щиплют глаза. Да что ж я за человек такой. Почему он вышел за барьер и проигнорировал мой зов. Когда ваши взгляды сталкиваются, в груди все сжимается. Темные глаза — его глаза — загораются радостью от встречи. Прядь прямых шоколадных волос падает на лоб. И мальчишка убирает ее, пропуская меж пальцев. Так, как это делал Брендон. Ребенок сидит, прячась, за высоким кустом, усыпанном спелыми ягодами дикой малины. В глазах его ни тени страха. Его отец тоже никогда не боялся. Ему словно чуждо было это чувство. — Ма, ты что тут делаешь? — ворчит мальчишка, и от облегчения, что вы снова вместе, хочется смеяться. — Я бы уделал его одной левой. Только подкрался, гад, незаметно. Я выжидал. — Ладно, храбрец, пора уходить. Пока тролль не почуял нас. Давай. Виновато улыбаясь, Брендон протягивает тебе букет застенчивых роз. Лепестки примяты, кое-где сложились пополам цветы. Но запах их, пьяняще терпкий запах ваших со специалистом свиданий, бьет в голову с особой силой. — Извини, мам, я так бежал, чтобы побыстрее оказаться дома, и упал. — Ничего. Они прелестны, дорогой, — с трудом сдерживая перед сыном слезы, бормочешь ты и берешь цветы. — Идем, давай. Прислушиваясь к мелодии леса, вы знакомой тропой возвращаетесь домой. Тролль объявляет о себе слишком громко, чтобы его не заметить, но делает это, как правило, практически за твоей спиной. Без фейского чутья опередить его крайне сложно… — Ма, пригнись! — мальчишка дергает тебя за рукав, и вы падаете на землю, а рядом падает трухлявое бревно. От жуткой вони ноздри сводит. — Вот же проклятье! Брендон достает рукоять меча, что тут же материализуется изумрудным свечением. В его маленьких детских руках меч смотрится поистине громоздко. И давно он у него? спрашиваешь себя ты. Всего лишь одним взмахом вырванного с корнем дерева тролль выбивает меч из рук мальчишки, и вас отбрасывает назад. Тебе бы как никогда пригодилась сила, но волшебство упрямится, обижается на твою жертву. — Дело дрянь, — ворчит Брендон. Ты тянешь сына назад. — Я должен забрать меч отца! — крик мальчишки больно ранит тебя. Ты качаешь головой. Вам обоим есть, что терять. Но едва ли меч понадобится лесным существам — вернетесь за ним позже. Этим ты себя успокаиваешь. Прячась за величественными деревьями, вы отступаете к барьеру. Тролль слишком неуклюж, и это играет вам на руку. Твоя нога вдруг застревает в коряге, и ты падает задом на влажную землю. Спорить бессмысленно, стопроцентный вывих, и ты отталкиваешь от себя сына, когда тот пытается вытащить тебя. — Бери, Брендон. Сейчас же! — Я не оставлю тебя, мам! — Уходи и позови на пом…! Громкий взрыв оглушает. Тролль ничком падает перед вами, и ты вскрикиваешь от неожиданности. Когда глаза привыкают, и рассеивается пыль, замечаешь светящийся портал неподалеку. Стелла, держа в руках усеянный драгоценными камнями скипетр, протягивает тебе руку. В паре шагов от нее стоит виновато улыбавшаяся Муза, чей живот еще больше округлился с вашей последней встречи. — Привет, я Стелла. И я пришла спасти свою подругу от жирного мерзкого тролля! — Она вообще мастер по троллям, — от смеха Блум словно теплеет на душе. — Если Т/И не идет на праздник, то праздник приходит к ней, — добавляет Стелла. — Остальные скоро будут. Они вместе с придворными Домино собирают праздничные украшения в контейнеры. Вы молча переглядываетесь. Тебе сложно представить, как твоим лучшим друзьям удается терпеть тебя такую. Серую. Унылую. Расхлябанную. Живущую ради сына. В их объятиях ты чувствуешь себя подростком. Девочкой, которая только перешагнула порог Алфеи и оставила за ее стенами прошлое. Повзрослевшей за год. Феей. Сложно признаться им, как ты скучала. Сложно держать в себе слезы, но ты держишь, потому что хватит с них твоих страданий. Они тоже его потеряли. Блум лечит твою лодыжку, пока Брендон ведет Стеллу туда, где был потерян изумрудный меч. Муза беззаботно гладит живот. — Пора, — выдыхаешь ты, и одно единственное слово звучит, как вопрос. Подруга кивает, ты киваешь в ответ. Оставляя с тремя сильными феями волшебного измерения Магикс своего сына, ты приходишь на поляну. Мелкие бутончики тут же раскрываются, следуя за тобой по пятам. Деревья вокруг замолкают, словно голос твой должен быть единственным звуком. Садишься на колени и склоняешь голову. Ты пыталась сделать это много раз, и сегодня слова даются тебе с таким же титаническим трудом. Но слово за словом, и твои обиды слезами высыхают на щеках. — Я обещала себе никогда не забывать о тебе, любовь моя. Но я пришла попрощаться. Мне пора жить дальше, Брендон. Ласковый теплый поток собирает пыльцу и лепестки вокруг, обретая очертания высокого широкоплечего мужчины. Ты прижимаешься к его груди, прикрыв глаза и медленно дыша. Но им тебе не надышаться. Брендон останется для тебя самым теплым воспоминанием, запахом роз, ревом приближающегося ветролета, неприличными шутками, фотографиями. Брендон остается для тебя твоим сыном, вашей кровью. Невесомые мерцающие крылья раскрываются и тут же осыпаются за твоей спиной. — Мне пора идти, меня ждут друзья, — шепчешь ты. Образ из твоей головы кивает. И ветер уносит его за собой. Оглянувшись, ты улыбаешься. Битва с магами Черного круга забрала у тебя самого дорогого человека. Но благодаря его жертве живы феи. Будут вечно живы и воспоминания о Брендоне. Но ты больше никогда не будешь проклинать его за то, что он оставил тебя. Потому что ты не одна.