Глава 40.
25 августа 2020 г., 18:00
— Нам нужно заехать в одно место, — слышу голос Чимина. Парень ведёт машину.
Этот милый друг приехал за мной прямо по расписанию на своем чёрном BMW. Сейчас мы едем в его загородный дом, а я смотрю на него и думаю о том, какой же он приятный человек. С ним даже находиться рядом очень комфортно и спокойно. Мы с ним долгое время не виделись, с той последней встречи в доме соседа и я успела соскучиться.
И стоит мне упомянуть о своём ненаглядном соседушке, воспоминания о Чонгуке мгновенно окутывают мой разум. Да, это произошло ещё тогда, когда я увидела Чимина. Мой живот словно завязался в тугой узел, а сердце будто вновь ожило, так как блондин является прямым напоминанием о нём. Я не видела его столько времени, что каждый день для меня казался таким однотипным и безжизненным. Мне хотелось с ним свидеться, очень этого жаждала. В надежде заходила к нему в кабинет, где меня ждало разочарование каждый раз. Ненароком заглядывала к нему во двор, надеясь, что он там будет, как обычно, заниматься какой-то нелепостью, каждый раз я ждала какого-то чуда, что он объявится. На нашей последней встрече он был не в лучшем состоянии, отчего в моей душе было так неспокойно, словно кошки царапали со скоростью света, оставляя глубокие порезы. У меня даже его номера нет, отчего было ещё досаднее. Столько времени знаем друг друга, но так и не попросили контактные номера. Благо у меня есть Чимин и Ви, которые мне и сообщили, что он жив и здоров, и просили, чтобы я не беспокоилась зря.
Я всё ждала и ждала. А он всё не шёл и не шёл. Именно поэтому я еду к нему сама. По крайней мере, для себя я решила, что непременно должна узнать его и понять. Неважно, что он за человек и что скрывает. Я постараюсь принять. Сейчас мне этого хочется. А если мне что-то взбрело в голову, я о стенку разобьюсь, но сделаю это. Не знаю, что там у Чонгука в голове, что он там задумал, заинтересован ли хоть немного во мне — неважно. Я хочу понять не только его, но и себя тоже, и окончательно разобраться со своими чувствами. Эту неделю я хочу использовать для выяснения того, что же я на самом деле чувствую по отношению к нему. Я примерно понимаю, хоть и не верю в эту чепуху, но всё равно узнаю, несмотря на то, что между нами столько всего недосказанного и непонятного. Да и мне настолько хочется его увидеть, что без разницы на принципы и обиды.
Чимин увлечён дорогой, а я сижу рядом и размышляю о своём, дабы не отвлекать сильно его внимания. Сегодня день рождения нашего драгоценного Тэхёна. Над тем, что ему подарить, я думала долго, потому что на этот раз я выбирала одна. Купила я ему серебряные кольца, которые, как он говорил, ему очень нравится носить. Да и у него очень длинные и утончённые пальцы, поэтому ему такие непременно подойдут.
— Приехали, — отвлекает меня голос водителя.
— Хорошо, подожду тебя здесь, — говорю я, повернувшись к нему.
— Пошли со мной, — он выключает двигатель и вытаскивает ключи. — Мы возьмем парочку вещей и поедем.
Прежде чем ответить, смотрю в окошко водителя, дабы понять, куда мы приехали. Вижу огромный дом, который закрывают ворота. Мы приехали к Чимину?
— Хорошо, — отвечаю я.
Выходим из машины и дружно направляемся к воротам. Чимин уверенно отворяет непонятно как дверь и пропускает меня вперед. Переступаю через порог, и моему взору демонстрируется огромная территория и большой дом. Иду за Чимином, и меня не покидает дежавю, будто я уже была здесь: та же дорожка, тот же двор… Пытаюсь не думать об этом.
Мы оказываемся у входа в дом. Нам отворяют и, приветствуя моего друга, пускают внутрь. Оказавшись в помещении, я понимаю: это не дежавю. Это тот же огромный и богатый дом с той самой вечеринки с Беллой. Так это был дом Чимина? Как? Тогда почему повела меня туда Белла? Так, я обещала себе не задавать лишних вопросов!
Мы молча поднимаемся по лестнице вверх, и у меня не остается сомнения: это тот же дом, тот же балкон, те же коридорчики. Я помню это место. И в памяти есть очень хорошие воспоминания.
Заходим в одну из комнат в дальнем углу. Такое ощущение, что этот человек настолько замкнут, что выбрал такое отдаленное место. Это комната Чимина?
Большая комната с огромными панорамными окнами, часть из которых плотно закрыта ночными шторами. Всё оформлено, как подобает этому дому: со вкусом и богато.
Пока Чимин возится в шкафу, оценивающе оглядываю полки, на которых много коллекционных вещиц. Среди них замечаю интересную фоторамку. Подхожу ближе, и моему взору открывается картина маленького радостного мальчика, держащего в руках мороженое. Невольно улыбаюсь, словно чувствую счастье ребёнка, получившего лакомство. Приглядываюсь к этой фотографии, и мне этот малыш кажется таким знакомым, словно я его видела где-то или же вовсе с ним выросла. Глаза, улыбка и выражение лица, когда он счастлив. Не знаю, кто это, но он такой милый, что мне нравится на него смотреть, и моё внимание некоторое время задерживается на нём.
— Чимин, — зову друга, потому что хочу задать давно интересующий вопрос. — Это твоя комната?
— Нет, — слышу, что голос звучит тихо, так как он говорит из уборной. — Это дом Чонгука.
У меня снова ёкает где-то в груди при упоминании его имени, и я поворачиваюсь в сторону уборной, забыв о том, что всё равно Чимина не видно.
— А где он сам?
Друг некоторое время молчит. Единственное, что удается мне услышать — шорох.
— Он у меня, — наконец, отвечает парень.
Замолкаю, удовлетворив своё любопытство.
От одного упоминания моё сердце так волнуется, словно его имя для меня запускающий механизм. Взволнованно оглядываю всё с новым интересом. Какое-то странное чувство, не могу его описать, но стоило мне узнать, кому принадлежит эта комната, всё стало таким волнующим. Тут же смотрю на фотографию. Этот милый малыш не зря мне показался знакомым. Это Чонгук в детстве.
Я первый раз в комнате человека, к которому начинаю что-то испытывать, и это вызывает у меня мурашки. Понимание того, что он здесь спит, проводит своё свободное время, да и в целом, возможно, здесь вырос — это так странно, но мне от этого так приятно. Нравится знать, где он жил и рос.
Оглядываюсь на столик рядом со шкафом, представляю, как он сидит на стуле и с большим интересом рисует. Воображаю, как он чуть кусает губы, когда прорисовывает детали, так как он всегда максимально концентрируется на любом деле. Смотрю в дальний угол, замечаю диван и снова представляю, как он там разлёгся и что-то печатает в телефоне. Далее взгляд падает на большую кровать, и я снова поддаюсь воображению. Рисую себе мысленно, как он мирно лежит и спит под теплым одеялом. Улыбаюсь, потому что мне нравится наблюдать за воображаемым Чонгуком.
Пока Чимин занят своими делами, занять мне себя нечем, поэтому подхожу к столу и вижу небольшие зарисовки. Они явно не закончены, скорее они нарисованы на скорую руку, так как есть непрокрашенные места. Слышу приближающие шаги, и волна странных чувств меня окутывает. Волнуюсь, будто сейчас войдет Чонгук и увидит меня.
— Чонгук, — звучит мужской голос. Человек, постучав два раза, отворяет дверь. Не знаю, куда себя деть, и от волнения быстро отхожу от стола, словно воришка. — Ты здесь? — слышу голос прежде, чем мы с его обладателем замечаем друг друга.
В комнату заходит высокий и опрятный мужчина в костюме и, увидев меня, замирает. Тёмные волосы и щетина на лице делают его мужественным и довольно взрослым. Я могу догадаться, что это, возможно, кто-то из родственников Чонгука.
— О, здравствуйте, дядюшка, — слышу голос Чимина, который вышел из ванной и теперь идёт к мужчине. Делает небольшой поклон и улыбается ему. Тот улыбчиво кивает и хлопает его по плечу.
— Здравствуйте, — говорю я, поняв, что мой блондинистый друг знает его. Повторяю за ним, чуть кланяюсь в знак уважения к старшим.
— Здравствуй, — улыбается незнакомец мне, и я замечаю невероятное сходство с той детской фотографией. — Это твоя подруга, Чимин?
— Да, — блондин чуть приближается ко мне. — Это Мэй, — теперь смотрит на меня. — Мэй, это господин Чон, отец Чонгука.
— Приятно познакомиться, — улыбаюсь ему, пытаясь побороть своё волнение и смущение.
Господин Чон улыбается, но не отвечает, лишь кивает головой и свой взгляд снова устремляет на Чимина.
— Я думал, Чонгук вернулся, — мужчина устало растягивает губы в улыбке и выглядит немного разочарованным.
— Чонгук у меня дома, не переживайте об этом. Он попросил по пути заехать и взять ему немного одежды.
— Хорошо, — мужчина хоть и улыбается, но в глазах улыбка явно не прослеживается. Он лишь выдыхает. — Позаботься о нём, Чимин.
— Конечно, господин Чон.
— Ладно, — он смотрит на нас с Чимином. — Не буду вам мешать, — и с этими словами выходит из комнаты, оставив за собой послевкусие какой-то печали.
Озираюсь на Чимина, который, подарив мне один взгляд, подходит к столу. А я, в свою очередь, чувствую какое-то дикое волнение. У меня даже ноги готовы были перед этим мужчиной подкоситься. Он кажется таким строгим, но улыбка показывает его и с другой, более доброжелательной, стороны, хоть в ней больше печали, нежели радости.
***
Несколько часов езды, и мы, наконец, прибыли к месту назначения. Моё тело уже изнемогает от того, что бездействовало и ехало в сидячем положении. Пятая точка уже горит, и я с наслаждением выдыхаю, когда выхожу из машины. На улице прохладно. Дождавшись Чимина, захожу во двор и направляюсь прямиком в дом. Когда в первый раз оказалась здесь, было чувство неуверенности, сейчас же всё поменялось. Я вхожу так же спокойно, как и в свой дом. Вот так вот меняются отношения друзей со временем. Чимин, как джентльмен, отворяет передо мной дверь и пропускает внутрь. Стоит оказаться в тёплом помещении, слышу шарканье маленьких шумных лапок. Меня снова встречает мой милый друг Малыш. — Привет, Малыш, — улыбаюсь ему и, чуть присев, глажу его мягкую шерсть. Мне кажется, или он снова вырос? Или это сказывается то, что я его так долго не видела? — О Мэй, ты не боишься нашего Малыша? Поднимаю голову и вижу довольного Тэхёна. — Привет, — улыбаюсь и выпрямляюсь. — Не так сильно, как раньше. Ви одобрительно кивает головой и, подойдя ко мне, обнимает. — Давно тебя не видел, — говорит, отстранившись от меня. — Рад, что ты приехала. Молча улыбаюсь ему, почувствовав его добрый взгляд. В надежде краем глаза пытаюсь оглядеть помещение, в поисках человека, ради которого проделала такой долгий путь. Но меня снова настигает разочарование: его нигде нет. «А чего ты хотела, Пак? Что он тут же прибежит, как Малыш, тебя встречать? Спустись с небес!». — Чонгук спит. — Я резко направляю взгляд на Ви, который, кажется, умеет читать мысли. Через мгновение смущённо убираю взгляд в сторону. — Ладно, пойдем, — говорит за моей спиной Чимин. — Тебе нужно обустроиться. — А что насчёт комнаты? — спрашиваю я, так как прекрасно помню, как мы распределяли в прошлый раз. — Выбирай, какую хочешь, — Ви смотрит на меня и со сдержанной улыбкой продолжает. — Мы решили не распределять как в прошлый раз. Радуюсь такому исходу, но в то же время огорчаюсь. В прошлый раз я была недовольна, а сейчас разочарована? С каких пор мне так сложно угодить? Отбросив все мысли, поднимаюсь наверх и хочу выбрать то, что планировала изначально. А именно, выбрать прежнюю комнату, так как я к ней привыкла. Да и в целом, по той же причине, что и в прошлый раз — хорошее расположение. Подхожу к дальней комнате справа и тянусь к ручке. — Это удивительно, — звучит голос Ви за моей спиной. Поворачиваюсь к нему, остановившись. Он что, всё это время шёл сзади? — Ты о чём? — О том, что Чонгук тоже выбрал эту комнату. От услышанного немного отхожу от двери, словно она меня укусит. — Так он там? — показываю на дверь и говорю тихо. Я помню, что Чонгук спит. Не хочется его разбудить. — Да, — Тэхён улыбается и скрещивает руки на груди. — Вы хотите снова жить вместе? Ви забавляет данная ситуация. Ему нравится дразнить меня. Не знаю, что он там себе напридумывал, но с момента моего приезда я чувствую на себе его странный взгляд. Даже внизу он первым делом сказал мне про Чона. Когда я так сильно себя выдала перед ним? Или он просто решил подшутить так? — Конечно нет, — я пытаюсь скрыть своё смущение. — Я не знала, что он там. Просто решила выбрать прежнюю комнату. — Или прежнего соседа? — он склоняет голову немного набок и играет бровями, мол, признавайся, я же прав? Смотрю на него хмуро и думаю, как его заставить замолчать. Мне не хочется, чтобы наш разговор, хоть даже шуточный, слышал Чонгук. — Ладно, — смеётся Ви. — Я пошутил. Немного выдыхаю и расплываюсь в улыбке, дабы скрыть накатившуюся неловкость. — Ви, тебя так шутить твой друг Чон научил? — А что, так заметно? — говорит Ви, подыгрывая мне. Мы оба смеёмся от нашего общего наезда на мирно спящего и ничего не подозревающего Чонгука. — Ладно, выбирай комнату. Не буду мешать Тэхён, улыбнувшись и напоследок подмигнув, оставляет меня одну. Иду в комнату слева, напротив, той, где спит Чон, и у меня дикое желание зайти к нему и посмотреть на него. Странное чувство возникает, когда ты так близко находишься от интересующего тебя человека, но не имеешь никакого права вторгаться в его личное пространство, потому что не близка с ним. Какой статус отношений даёт это право? Почему раньше меня не беспокоили подобные вопросы? Если мне нужно было зайти к парню, я просто заходила. Почему он стал для меня исключением? Так какие же отношения дадут такое право с ним? Статус его девушки? Но я даже не знаю, что это такое, быть чьей-то девушкой… «Чёрт, Пак!» — гневается мой разум. Послушав его ругательство, отбрасываю свои дурные мысли и захожу в комнату. «Ишь чего вздумала! Девушкой его стать!» — слышу укоризненный голос своего подсознания, и мне становится стыдно и дико неловко. Смущённая из-за своих же мыслей, бреду по комнате. Она по планировке такая же, как и та, в которой спит Чонгук. «А он знает, что у тебя такие мысли?» — снова никак не угомонится мой внутренний голос, на что лишь отвечаю про себя: надеюсь, не узнает. А моё сердце на это говорит иное: лучше бы узнал.***
— Чимин, давай встречаться? — говорит Макс моему другу, от чего все хохочут. Сейчас мы сидим за праздничным столом в зале, и парни вспоминают нашу последнюю вечеринку, от которой у меня в памяти остался большой осадок. Сейчас уже самый разгар посиделок, так как все сильно оживились. Друзья моего друга Ви в том же составе прибыли несколько часов назад, как раз в то время, когда мы закончили со всеми подготовками к коллективному отдыху и празднованию. Дом был весь уже оформлен в новогоднем стиле, везде отражались огни гирлянд, а большая ёлка возле панорамных окон освещала своим светом всё помещение. Нам оставалось приготовить всё к праздничному столу, что мы и сделали: я, Ви и Чимин. Чонгук так и не проснулся, а никто из нас его не стал будить. Тэхён просил его не трогать, так как он неважно себя чувствует. После услышанного мне всё время хотелось пойти и посмотреть, как он, но постоянно себя сдерживала. Смиренно ждала, что он спустится, но пока этого не произошло. Мне все дни хотелось его увидеть, всю дорогу наслаждалась тем, что нам предстоит встретиться с ним, а тут вот такой вот поворот событий. Явно мои желания не взаимны, потому что, пока я так жаждала этой встречи, Чон мирно спал и ни о чём не думал. — Мэй, — ко мне подходит Ви, кажется, заметив мою отстранённость. — Всё в порядке? — Всё отлично, — улыбаюсь. — Я просто задумалась. Тэхен молча смотрит на меня, потом, кивнув, отходит на свое место. Так, надо себя вести нормально, а то у меня на лице всё написано, раз Ви так сразу заподозрил неладное. Успеваю расслабиться, что меня больше не потревожат, как друг снова подходит. — Мэй, у меня к тебе просьба, — замолкает, а я жду продолжения. — Можешь подняться к Чону, посмотреть всё ли в порядке? Удивлённая просьбе Ви, смотрю на него с непониманием. Почему его голос так странно звучит? Меня переполняют эмоции от данной просьбы. Весь день ждала такой возможности, а когда мне её предоставляют, я так мямлюсь и стремаюсь чего-то непонятного. Ви отходит от меня, не дав и возможности возразить. Видимо, так образом мягко намекает: возражения не принимаются. Чтобы Ви снова ничего себе не напридумывал, я встаю с места и иду к лестнице, не подавая виду, что во мнение присутствует мандраж. Поднимаюсь по ступеням с таким трудом, что мне кажется, тащу за собой какой-то тяжёлый груз. Я прекрасно понимаю, что это, но каждый раз признавать — это так тяжело. Это тяжесть в моей душе. Она не дает мне спокойно дышать. И называется она Чон Чонгук. Подхожу к его двери и понимаю, что я, действительно, нервничаю так, что чувствую дрожь в конечностях. Это меня жутко беспокоит, но я осторожно отворяю дверь и захожу внутрь. В полной тишине и темноте мне кажется громким моё собственное сердцебиение, поэтому в спешке хочу включить какой-нибудь звук, чтобы никто не услышал, как оно часто бьётся. Даю время глазам привыкнуть к темноте, после чего подхожу к столику и включаю лампу. Источник света расположен так, что направляет свои лучи прямо на кровать. Я это знаю, так как жила здесь. Подхожу чуть ближе и смотрю на спальное место. И моему взволнованному взору виднеется мирно спящий сосед. Он полностью укутался в одеяло и спит на боку, поэтому иду в ту сторону, где видно его лицо. Оказавшись у цели, я, наконец, могу лицезреть то, что так давно желала. Подхожу чуть ближе к кровати, осторожно сажусь на корточки и осматриваю человека, которого так ждала. Его выражение лица в спящем состоянии такое мирное и умиротворённое: разглажены все складки, которые у него постоянно виднеются, потому что он часто на меня хмурится, злится или удивленно разглядывает. Когда Чон так мирно спит, он такой беззаботный и беззащитный, что у меня снова возникает дикое желание его обнять, но мне вновь приходится его отгонять. Когда я позволю своему желанию одержать надо мной верх? Наверное, никогда. Я ехала сюда с мыслями о том, что мне нужно разобраться со своими чувствами и дать заодно себе возможность делать то, чего хочет моё сердце. Но оказавшись рядом, я понимаю, что для этого нужно огромное мужество и хоть немного ответной реакции. Если её нет, я не смогу ничего предпринять. А её нет, потому что я вижу это. Чонгук беззаботно спит в то время, как моё сердце готово разорваться от одной картины его спящего милого лица. Я влипла конкретно, признаю. Но как поступить? Мне не хочется уходить от него, поэтому облокачиваюсь на прикроватную тумбочку рукой, кладу голову на руки и продолжаю смотреть на него на уровне его глаз. Я даже слышу его дыхание. В свете, исходящем от лампы, мне даже удалось разглядеть его маленький шрам на лице, и меня снова посещают дурацкие мысли. Мне хочется коснуться этого маленького рубца, почувствовать мягкость кожи. Волосы парня снова взъерошены и немного закрывают мне его глаза. Осторожно продвигаю свою руку и хочу убрать мешающиеся пряди, но останавливаюсь на полпути. Страшно и волнительно. Страх, потому что могу разбудить, а волнение, потому что я этого не делала прежде. Делаю глубокий вдох, затем выдыхаю и осторожно касаюсь его волос. Ощущаю мягкость прядей между пальцами и убираю их с глаз, улучшая себе таким образом вид на его лицо. Чонгук чуть шевелит головой, а от этого действия сердце моё уходит в пятки, и я резко убираю руку. Думаю, что он проснулся от моего прикосновения. Но мои рассуждения ошибочные. Парень спит, лишь придвинулся ближе к краю кровати и мило нахмурил брови и надул губы. Такая картина вызывает во мне улыбку. Милое лицо Чона вызывает у меня такое умиление, что я готова смотреть на это вечность. Он спит, а я умиляюсь ему, словно маленькому ребенку. Через мгновение его сморщенный лоб разглаживается, а губы остаются в прежнем состоянии. Снова улыбаюсь и чуть отодвигаюсь, так как он приблизился к краю. Парень очень близко ко мне, а я боюсь, что он может почувствовать моё присутствие. Наблюдаю за ним ещё некоторое время и понимаю, что слишком задержалась у него. Хоть у меня нет никакого желания уходить, всё равно пора возвращаться. Встаю с места и, бросив последний взгляд на него, отворачиваюсь. — Мэй, — слышу своё имя в темноте и вздрагиваю. Поворачиваюсь на Чона и удивлённо смотрю на него. У него по-прежнему закрыты глаза. — Посиди со мной. Полная непонимания, я стою несколько секунд и думаю, а не чудится ли мне? Но Чон опровергает мои догадки. Он чуть шевелится и поворачивается в мою сторону. Осторожно подхожу в прежнее место и жду. А чего жду — непонятно. — Привет, — лишь здороваюсь, потому что понятия не имею, что говорить. — Прости, что разбудила. Чон уже открыл глаза и пристально наблюдает за мной, будто я какой-то непонятный объект. — Привет, — наконец, произносит он, и я удивляюсь тому, что он поздоровался со мной, а не встретил очередным вопросом. Я сажусь на корточки, как ранее, но на этот раз чуть подальше. Чон лежит на боку, подкладывает одну руку под голову и смотрит прямо на меня, от чего моё сердце снова беспокоится. — Ты в порядке? — задаю вопрос, дабы объяснить, зачем пришла в его комнату. — Ви сказал, что ты неважно себя чувствуешь. Он молчит, просто продолжает смотреть, а я не знаю, куда себя деть под его прицелом. — Я в порядке, — тихо произносит парень передо мной, а от хриплого голоса проснувшегося человека мне сносит крышу. — А ты как? Теперь на секунду замолкаю я, так как его вопрос застаёт врасплох. Мне не приходилось ему никогда отвечать на подобные вопросы, ибо он не интересовался такими вещами. Да и к тому же вся атмосфера такая накалённая и волнительная, что мне сложно дышать. — Я нормально. Всё, что мне удаётся вымолвить под таким давлением его очей. Чонгук, прекрати на меня так смотреть, мне от этого дурно. — Как на работе дела? Я слышал про Хоука. Он задаёт вопросы, а мне от них плохо. Почему он сегодня такой любопытный? — Да, ему удалось восстановиться. Он некоторое время молча продолжает смотреть на меня, затем произносит: — Благодаря тебе. Не знаю, что на такое ему ответить. Смотрю на его проницательный взгляд, и снова моё сердце не выдерживает. Оно звенит у меня в ушах, и я боюсь, что услышит его Чон. По этой причине встаю с места. Пора уходить. — Я пойду, а ты отдыхай, — прежде чем отойди от кровати, говорю эти слова. Быстро устремляю свои шаги к двери. Как я собираюсь справляться с таким накалом чувств целую неделю, если не выдерживаю и нескольких минут? Выхожу за дверь и стою некоторое время — выравниваю дыхание. Затем иду в свою комнату. Мне нужно отдохнуть, не смогу в таком состоянии быть с ребятами.
