Глава 63.
5 ноября 2021 г., 17:00
Первый раз я встала раньше Чонгука и застала его мирно спящее лицо. Он расслабленно расположился на подушке: ни одной недовольной морщинки не видно, всё сглажено. Я так хотела застать спящего Чона утром, так как постоянно он меня опережал, и вот он, настал этот час. Приятно видеть его таким домашним и чувствовать его присутствие с утра.
Мне пришлось несладко, но всё же удалось выбраться из лап Чонгука. На мне нет одежды, поэтому беру с пола рубашку брюнета и бегом иду в ванную. Мне не хочется, чтобы Чон проснулся. Пока. Мне хочется приготовить ему завтрак.
После душа убираю в пучок мокрые волосы, надеваю рубашку Чонгука, так как это единственная свободная одежда на данный момент, и бреду на кухню. Оцениваю зрительно размеры кухни, и она мне нравится. Просторная, светлая и атмосферная, но, чувствуется, в ней нет уюта, так как здесь, скорее всего, никто не живёт.
Проходит некоторое время, пока я справляюсь со скромным завтраком: приготовила омлет, так как кроме яиц в холодильнике ничего не нашла, украсила помидорами черри и, конечно же, традиционно сварганила тосты. Небольшой круглый столик расположился у панорамных окон, чему я безгранично рада, так как вид потрясающий, а завтракать, лицезря это, — ещё лучше. Кладу тарелочки с нашими омлетами на столик, немного сдвигая в сторону небольшую прозрачную вазу с розовыми маленькими розочками. Что-то мне они напомнили, но мой счастливой мозг решил не работать, потому с утра я порхаю, как бабочка, по кухне с широкой улыбкой на лице. Обвожу взглядом столик, на котором слишком миленько смотрится приготовленный мною завтрак. Эти цветочки придают некого шарму.
С безграничной радостью подхожу к кофемашине — моя последняя миссия, и можно будить моего милого кролика. Приятно такое говорить, а ещё приятнее от его признания. Это и есть та причина, по которой я как ненормальная улыбаюсь всё утро. Вчера, кажется, я лишилась всякой возможности говорить, так как от счастья потеряла рассудок и забыла ему ответить. Но мне кажется, что мои чувства были очевидны с того момента, как только они появились. Ну я по крайней мере так думаю, потому что если сравнивать с Чоном, то я бы ни за что не догадалась о нём.
Неожиданно я вздрагиваю, когда чувствую мягкие губы у себя на шее.
— Прости, — слышу хриплый голос Чона позади и улыбаюсь. — Не хотел тебя напугать.
Подставляю кружку и, пока наливается кофе, поворачиваюсь к брюнету.
— Доброе утро, — произношу, когда вижу заспанное личико Чонгука, который дарит мне самую милую и мою самую любимую улыбку. Оставляю лёгкий поцелуй на его губах и снова отворачиваюсь.
— Доброе утро, — слышу хриплый голос у себя на шее, через мгновение чувствую, как Чон обнимает меня сзади, прижимаясь как можно ближе. — Ты так вкусно пахнешь.
— Потому что, в отличие от некоторых, приняла душ, — я начинаю дразнить его просто потому что хочется, так как пахнет он всегда приятно, у него собственный дурманящий аромат. И его прикосновения столь же прекрасны, как и его аромат. Но ему об этом лучше не знать.
Чонгук молчит, я слышу его тихое дыхание у себя на шее, так как он расположил свой подбородок у меня на плече и сцепил свои крепкие руки вокруг моего живота, лишая какого-то движения.
— Мне нужно сварить кофе.
— Угу, — непонятное мычание.
Я улыбаюсь и глажу его по рукам, потом понимаю, что я сама не хочу отрываться от него. Еле как поворачиваюсь к нему и обнимаю, обхватив его за шею. Чонгук ещё крепче сжимает меня и делает глубокий вдох.
— Твой запах сведёт меня с ума, — всё ещё сонный, но уже более отчётливый голос парня.
Он озвучивает мои мысли, и я понимаю, что всё то время, пока я говорила в своей голове о том, как меня дурманит его аромат, он думал так же. Это прям рай для моих ушей и для моего бедного потрёпанного сердечка, которое наконец-то получило взаимную отдачу. Это кажется таким нереальным, что мы стоим на кухне и уже приличное время просто обнимаемся без лишних слов.
— Тебе надо умыться, — осторожно говорю я, гладя по волосам.
— Не хочу, — словно маленький ребёнок, ретируется парень.
— Но я приготовила завтрак для тебя, — пытаюсь придать своим словам нотку обидчивости, чтобы надавать на жалость.
Кажется, это срабатывает, и Чонгук всё же отпускает меня из объятий, затем, поправив мой выбившийся локон за ухо, уходит в ванную.
Пока Чон купается, я от души пляшу, пока наполняется вторая чашка кофе. Я слишком счастлива, и всё моё тело, видимо, тоже. Я готова петь и плясать.
— Моя рубашка на тебе смотрится гораздо лучше.
Поворачиваюсь в сторону Чона и вижу, как он облокотился о дверь кухни, такой весь домашний и уютный, в белой футболке, в чёрных брюках, со слегка взъерошенными мокрыми волосами, такой свежий и красивый. Просто загляденье.
Я поправляю край рубашки, так как она чуть приподнялась, и ловлю на себе коварно-соблазнительный взгляд парня. Улыбаюсь ему, в ответ получаю не менее искреннюю улыбку. Чонгук подходит ко мне и неожиданно быстро впивается в губы. Ох уж эти мягкие губы парня, которые сводят меня с ума.
Отстранившись, он берёт меня под руку, и мы идём к столу. Как настоящий джентльмен, парень помогает мне сесть за стол, после чего сам устраивается напротив меня. Оглядывает всё и дарит мне свою добрую улыбку.
— Мило, — произносит и берёт в руки столовые приборы.
Я улыбаюсь и понимаю, что есть мне совсем не хочется, поэтому беру кофе и начинаю отпивать, попутно глядя на кушающего Чона. Он и еда — что-то с чем-то. С таким аппетитом жить — это прекрасно. Милее кушающего брюнета я ещё никогда не видела. Во мне тоже просыпается аппетит, и мы оба едим за обе щеки.
— Спасибо за завтрак, Мэй, — произносит Чонгук с самой прекрасной улыбкой на свете.
Приятно вот так вот с ним любезничать.
***
— Чонгук, — мне пришла в голову странная мысль. Мы сидим на диване кухни: мои ноги удобно расположились у него на коленях. — Тебе нравятся татуировки? Приятно вот так с ним сидеть и наслаждаться мгновениями. Чонгук нежно проводит ладонью по моим ногам, и я ощущаю бурю эйфоричных эмоций. — Неожиданный вопрос, — слышу удивлённый голос парня, затем вижу ухмылку. — Да. Я увлекался этим раньше, — он поднимает брови. — К чему этот вопрос? Кажется, я и сама не до конца понимаю, к чему этот вопрос придумал мой мозг, но мой взгляд падает на цветок, и я понимаю. — Ви говорил мне об этом, — или Чимин? Ну кто-то из них точно, потому что в моей голове всплыл момент, когда Чонгук рисовал на гипсе этот цветок. — Вот значит как, — парень пристально смотрит мне в глаза и чуть наклоняет голову — мило. — И многое он тебе рассказал обо мне? — Не совсем. — Хм, — он многозначно улыбнулся, — ты так сильно интересовалась мною? Когда это было? Кажется, ему нравится издеваться надо мной. — Когда вы рисовали на моём гипсе… Я желаю о сказанных словах ровно в тот миг, когда заканчиваю предложение и вижу, как взгляд Чонгука сразу поникает, улыбка пропадает с лица моего милого кролика. Его глаза тут же оказываются на моих ногах, а именно на лодыжке. Этот период моей жизни был не самым приятным и для него, возможно, тоже. Чонгук молча смотрит на мою лодыжку, затем осторожно касается её. Он даже помнит, на какой ноге был гипс, потому что он дотронулся до левой. Рука Чона нежно гладит меня по конечности. — Я такой дурак, — внезапно говорит парень и снова молчит. — Почему ты такое говоришь? — Потому что я полнейший придурок, — его голос становится серьёзным и сожалеющим. Мне больше это не кажется шуткой. — Что случилось? Чонгук не отвечает, но, повернувшись ко мне, смотрит продолжительно, после чего произносит: — Прости меня за это. — Ты не виноват, — отчасти, я считала его виноватым и тогда, и, возможно, даже сейчас, но не считаю нужным об этом вспоминать. Он молчит, словно у него в голове идёт война, глаза полны сожаления. — Мэй, — тихо произносит парень и, наклонив голову, закрывает своё лицо, словно от усталости. — Я такой придурок. Подхожу чуть ближе, убираю свои ноги с его колен, чтобы его обнять, так как не хочу, чтобы в момент нашего счастья он терзал себя мыслями о прошлом. — Чонгук, — говорю ему в ухо. — Ты ни в чём не виноват. Слышу слегка насмешливую ухмылку, после чего звучит его поникший голос: — Мэй… Я столько всего сделал… Я просто… Боже… Мне нужно тебе рассказать. Мне хочется его подбодрить, и я прекрасно понимаю, что он далеко не открытая книга, и мне предстоит узнать его тайну, но не думаю, что всё настолько серьёзно, как он себе напридумывал… — Я тебя выслушаю и приму любую правду, которую ты скажешь. Чонгук горько усмехается. — Боюсь, ты не захочешь со мной общаться после этого. Я хочу что-то промолвить, как-то подбодрить, но меня останавливает звонок телефона Чонгука. С неохотой он смотрит на экран, затем отключает его и снова смотрит на меня. — Мэй, — начинает Чон и набирает в лёгкие больше воздуха. — Прости, что порчу наше свидание, но я хочу, чтобы ты всё знала. Я слишком дорожу тобой… Снова телефонный звонок, и вновь брюнет сбрасывает, но на этот раз его взгляд задерживается на экране. — Чёрт, — резко произносит парень. Он хватается за свои волосы, словно ему это поможет. — Чонгук, что случилось? Мне становится немного страшно, так как я понимаю, что парень начинает злиться. Брюнет встаёт с места. — Чёрт, чёрт, чёрт! — тон злобный, я бы сказала разъярённый. — Как же меня уже это достало! Он орёт куда-то в сторону, непонятно на кого, отвернувшись от меня, даже невинная стена получает от него удар. Мне становится ужасно страшно и больно видеть его метания, так как я не понимаю, чем помочь, я просто встаю с места и стою позади него, боясь подойти к нему ближе. Чонгук снова закрывает лицо руками и пытается всеми силами успокоиться, делая глубокие вдохи и выдохи. Подхожу ближе и осторожно касаюсь его спины. — Чонгук, — тихо зову, чувствуя, как напряжён брюнет. — Мэй… Уставший голос Чонгука… И это разрывает мне сердце. Что случилось? Я слышу вибрацию телефона. Мне хочется отбросить его к чёрту, так как именно он испортил настроение парню. Чон поворачивается в мою сторону и избегает моего взгляда, после чего всё же осмеливается посмотреть на меня. — Прости меня, Мэй, — я вижу, как полны боли его глаза. Что всё-таки случилось? — Мне нужно уйти. Я снова… Чёрт! Я не знаю, что сказать, так как он снова закипает. Мне не хочется с ним расставаться, только не тогда, когда он только настроился мне что-то рассказать. Но и удерживать я его тоже не могу. — Что случилось, Чонгук? — мягко спрашиваю я, надеясь услышать хоть что-то толковое от него. Чон смотрит снова на экран телефона, затем судорожно печатает в нём что-то. После чего поднимает голову на меня. — Мне нужно срочно ехать, Мэй. Я не хочу тебя оставлять вот так вот, но… чёрт… мне нужно ехать. — Что случилось? Может, я смогу помочь? Я поеду с тобой, Чон. Он на минуту успокаивается и подходит ко мне ближе, касается нежно моего лица и с горечью произносит: — Тебе нельзя со мной. — Чонгук неожиданно крепко обнимает меня, и я ужасно боюсь, так как его поступки очень странные. — Прости меня за всё, Мэй. И за это тоже… за то, что снова оставляю тебя. Я обещаю, что в следующий раз я всё расскажу, а сейчас мне действительно надо идти. Чонгук обнимает так, словно прощается, и меня это настораживает, но я даже не знаю, что делать. Напоследок он оставляет поцелуй на моих щеках и, снова извинившись, выходит из комнаты, оставляя меня в пустоте, со страхом и волнением в душе. Я действительно не знаю, как на это реагировать. Боль и страх окутывают меня, и мне становится холодно, всё моё сегодняшнее хорошее настроение за секунду улетучивается. Слышу вибрацию телефона и надеюсь, что Чон оставил телефон и вернётся за ним, но нет, это мобильное устройство принадлежит мне. На экране светится сообщение от Чонгука: «Мой водитель отвезёт тебя домой, не переживай. Я приеду к тебе, как только закончу. Прости. Чонгук».***
Дома мне не лучше, а хуже в сто тысяч раз, так как я мечусь из стороны в сторону, не понимая ничего. Это сложно. Уже вечер, а вестей от Чонгука нет. Это меня убивает. Оставить меня в таком состоянии было его самым худшим решением из всех. Я же либо умру от переживания, либо просто свихнусь. Ничего не получается делать, ни на что отвлечься тоже не получается. В голове лишь: «Кто ему позвонил?», «Что ему там написали, что он был так зол?», «Связано ли вообще всё это с историей, которую он начал рассказывать?», и тысячи подобных вопросов, которые сводят меня с ума. Мои мысли отвлекает звук сообщения на моём телефоне. Быстро разблокировав экран, разочаровываюсь тем, что это не Чонгук. Это какая-то дурацкая рассылка. Чёрт! Вновь перечитываю сообщения от друзей Чона: Ви написал, что выясняет, чтобы я не переживала, а Чимин просто написал не волноваться, они со всем разберутся. Но как так можно, а? А сейчас они вовсе все решили меня игнорировать, никто из них не пишет и не отвечает на звонки. Неожиданно, когда я собираюсь отложить это бестолковое устройство в сторону, приходит ещё одно сообщение. На этот раз я не могу поверить глазам. Оно от Чонгука. Судорожно открываю его. «Привет, Мэй. Приходи ко мне домой сегодня, я ужасно соскучился! У нас тут намечается вечеринка! Мой водитель приедет за тобой». Сообщение вызывает во мне какой-то шок на секунду, потому что оно очень нелогичное и непонятное для меня. Он что, пьян? Или что происходит? Вечеринка? Да и ещё сам пишет о ней и просит прийти. Такого Чонгука я не видела ещё. И учитывая, в каком состоянии мы расстались, как он смеет мне писать такое радужное сообщение, словно ничего и не было. Но всё же я быстро одеваюсь и иду к выходу, так как волнение за него сильнее страха этого непонятного сообщения. Да и тем более это лучше, чем сидеть без дела!
