Why does he need all this?

      — Вниманию пассажиров, отправляющихся рейсом номер 894: ваш рейс задерживается в связи с задержкой прибытия самолета из аэропорта назначения.       Слышу очередной голос о прилётах и отлётах сквозь людской шум в огромном аэропорте города. Здесь в это время настолько людно, что порой собственные мысли не слышишь из-за шума окружающих.       Что я тут делаю? Ответ прост — улетаю. Я решалась на это несколько дней и всё же сегодня собралась с духом и переступила порог дома, оставив за собой тяжёлый груз.       Мною любимый сосед пошёл на поправку и сейчас находится дома, проходит реабилитацию. Друзья держали меня в курсе всех событий Чона до поры до времени, но позже связь с ним пропала совсем. Причину этого я до сих не поняла, но и не стала настаивать и обвинять их в чём-то.       Я не видела Чонгука с того раза, как не решилась зайти в палату. К сожалению, не возмужала и не пришла больше к нему ни в больницу, ни домой после выписки.       Честно признаться, я всем сердцем ждала Чонгука. Думала, он очнётся и, как только придёт в себя, сам найдёт меня, прояснит ситуацию, даст понять, что я не забыта. Сам сделает шаг навстречу ко мне, но, пока я ждала, прошли недели моего томного ожидания. Приходили Чимин и Тэхён, но не знаю, почему, они даже не затрагивали эту тему. Ребята не пытались нас свести, и я решила, что Чонгук всё же забыл нашу историю.       Я была рада, что с ним всё хорошо и что ему сейчас спокойно. Очень рада, но, конечно же, и очень больно от осознания того, что я стала неприятным воспоминаем для его семьи, а для него тем более. Столько всего они пережили из-за моей детской выходки. Столько всего Чонгук перенёс, и я лишь надеюсь, он сможет найти девушку лучше меня и построит свои отношения в мире и согласии.       Я попрощалась со всеми, кроме Чонгука, и от этого тяжелее всего. Как бы я ни настраивала себя на лучший исход, мне очень тяжело от всего произошедшего. В моём сердце неспокойно, как же я могу быть спокойна? Чонгук не только в моей голове, но во всех частичках моего тела. И поэтому наше расставание вызывает болезненные ощущения, столь же мучительные, как если бы я была в агонии. Каждый раз, когда говорю или думаю о нём, знакомое удушающее чувство возвращается ко мне.       Миссис Ли долго меня отговаривала, но, когда узнала правду о нас с Чоном, решила не вмешиваться. Лишь просила хотя бы раз встретиться с ним на прощание, чего я, к сожалению, не смогла сделать, потому что в таком случае я бы никогда не смогла оставить его.       С Джейн было расставаться ещё сложнее, она долго меня не отпускала, но всё же дала мне добро при условии, что я уеду ненадолго и обязательно вернусь.       Скорее всего я когда-нибудь вернусь, так как в другой стране, совсем чужой, будет некомфортно. И я не поступаю, как в глупых романах, когда героиня сбегает ото всех. Нет, я совершаю этот поступок совершено обдуманно. Думаю, сейчас мне это очень нужно, хотя бы потому что находиться в одном городе с Чоном невыносимо. Мне это сулит неизбежную встречу с ним, а я не переживу его пустых глаз, которые когда-то горели при виде меня.       — Вот, Пак, как выглядит оранжевый, — парень показывает на светофор.       Как раз в это время мигает оранжевый цвет.       — Да поняла я уже, — говорю я. — И долго ты мне на светофоры будешь показывать при виде оранжевого.       — Пока не доедем, — произносит парень.       — Смотрю, тебе весело с моими друзьями, — констатирует факт хозяин дома, усаживаясь напротив меня.       — Намного веселее, чем с тобой.       — Разве? — поднимает брови и пристально смотрит на меня брюнет.       На что он намекает?       — Они намного добрее тебя.       — Да уж, Пак, — закатывает глаза он. — Ты ещё и собак боишься.       — Он безобидный, — на помощь подбегает Чимин, оттаскивает собаку от меня. — Локи, — окликает, как я поняла, собаку.       Неожиданным для меня образом из сокровенных уголков моего подсознания крадутся самые дальние воспоминая и ранят меня ещё сильные. Давно высохшие слёзы пытаются запеленать мне глаза, но я всячески стараюсь удерживать их.       — Ты не устал? — спрашиваю я, хотя знаю ответ. — Давай я поведу.       Чонгук отвлекается на мой голос и смотрит через зеркало.       — Ты не знаешь дороги.       — Я могу включить навигатор, — я всё так же продолжаю смотреть на него через зеркало, изредка ловя его взгляды, так как он занят вождением.       — Не нужно, — не смотря на меня, говорит брюнет. — К тому же мы почти приехали.       — Тебе смешно, Пак? — вырывает меня из мыслей мой сосед и возвращается к своему занятию.       — Угу, — улыбаюсь ему. — Особенно, когда над тобой подшучивают.       — Ну-ну, — говорит лишь Чонгук и закрепляет палатку. Парень не злится, так как я не вижу ярости в его действиях. Кажется, он тоже начал проще относиться к нашим с ним передрягам.       Нет, почему именно сейчас? Столько дней в ожидании Чонгука мой мозг был словно в спячке, но, когда я на грани покидания страны, он решил накидать мне флешбеков, которые слишком колко ранят моё сердце.       Грудь парня так же часто поднимается, как и моя, и я чувствую, как бьётся его сердце. Его ритм синхронен с моим. Не только моё тело реагирует на наши соприкосновения, но и его тоже…       — Страшно было? — спустя некоторое время он снова нарушает тишину.       — Угу, — кратко отвечаю, так как мои же мысли меня отвлекают и вгоняют в краску.       Кажется, ему не спится так же, как и мне, поэтому от скуки он интересуется моей жизнью.       Через мгновение чувствую его руку у себя на макушке. Она начинает мягко проводить по волосам       — Ты умница, — слышу в абсолютной тишине мягкий тембр парня. Он продолжает гладить меня по голове.       .       — Ну что, поймал, — саркастично произношу я, улыбаясь происходящему.       — Лучше помоги мне, — не стал спорить, лишь попросил.       Плетусь за ними, пытаюсь также догнать Малыша, как и Чонгук. Несколько наших попыток венчаются неуспехом. Из-за влажности газона и скользкой поверхности, да и в целом, от дождя, наши действия без положительного результата, так как в полной мере бегать не можем в таких обстоятельствах. Так как ситуация очень задорная, мой сосед начинает смеяться первым, попутно двигаясь по направлению к щенку. Я же заражаюсь его позитивом и пытаюсь помочь.       Чонгуку всё же удаётся поймать своего питомца, а я, пытаясь подойти к ним ближе, не удерживаю равновесие и приземляюсь на попу. Смеюсь от своих же действий и удивлённого лица Чонгука, который только что повернулся в мою сторону, держа на одной руке питомца.       Его лицо озаряет улыбка, и он приближается ко мне.       — Решила отдохнуть? — приблизившись ко мне, смотрит на меня сверху.       Красивая у тебя улыбка, Чонгук! Почему же ты её мне так мало демонстрируешь?       Влажные руки парня оказываются у меня в руке, так как я протянула конечность в ответ на помощь, и он, воспользовавшись своей силой, поднимает меня.       — Спасибо, — благодарю я, выпрямившись и освободив свою кисть.       .       — Странный у тебя ужин, — слышу хриплый голос собеседника.       — Ничего не странный. Мне очень хотелось сладкого.       — Сладенького захотелось, значит, — вижу ухмылку парня. Он пододвигает поближе к себе свою большую порцию мяса. — Не беспокоишься о фигуре?       Чонгук снова смотрит исподлобья и начинает доставать меня, значит, расслаблен по-максимуму.       — Нет.       Честно отвечаю, ибо так и есть, мне без разницы, тем более, когда позволяешь себе сладкое на ужин не так часто.       — Хочешь быть похожей на пампушку?       — Может, и хочу, у них такие аппетитные формы. И вообще, разве не главное внутренние качества человека? — кажется, я поймала волну игривости, так как начала противостоять ему. — Я бы тебе понравилась пампушкой?       .       Через мгновение Чонгук смотрит то на одного, то на другого и тянет их к себе в объятия.       — Хотели обнимашек — получайте.       Сосед наконец-то улыбается, и от этого в моей душе становится спокойней. С улыбкой наблюдаю, как он крепко стискивает их, а я стою, не зная, куда себя деть.       — Иди сюда, — слышу голос Чонгука, прежде чем его рука, держащая за плечо Чимина, продвигается ближе ко мне и притягивает к себе. Я резко врезаюсь в грудь Чона и от смущения отвожу взгляд вниз.       .       Стоит мне только повернуть голову от Чона, я чувствую крепкую руку у себя на шее. Ладонь парня мягко охватывает шею и поворачивает мою голову к себе. Через мгновение его рука резко тянет к себе, и я не успеваю сообразить, как мои губы покрывают его…       .       — Ни за что, пока не обработаю все твои раны, — говорю намного увереннее, нежели ранее, удивлённая тем, откуда такое мужество взялось?       — Ты с ума сошла? — шокированный Чонгук хмурит брови.       — Нет, это ты сошёл с ума, раз расхаживаешь тут весь в крови!       От моей дерзости сморщенный лоб Чона разглаживается, он смотрит на меня и с удивлением, и с опаской, будто думает про себя: что ещё может выкинуть эта женщина?       Каждый мой шаг становится тяжёлым, каждый вздох — болезненным. Я словно ухожу от своего того, без чего дышать не могу. Все мои попытки убрать эти воспоминания тщетно разбиваются.       — Привет, — лишь здороваюсь, потому что понятия не имею, что говорить. — Прости, что разбудила.       Чон уже открыл глаза и пристально наблюдает за мной, будто я какой-то непонятный объект.       — Привет, — наконец произносит он, и я удивляюсь тому, что он поздоровался со мной, а не встретил очередным вопросом.       Я сажусь на корточки, как ранее, но на этот раз чуть подальше. Чон лежит на боку, подставляет одну руку под голову и смотрит прямо на меня, отчего моё сердце снова беспокоится.       — Ты в порядке? — задаю вопрос, дабы объяснить, зачем пришла в его комнату. — Ви сказал, что ты неважно себя чувствуешь.       Он молчит, просто продолжает смотреть, а я не знаю, куда себя деть под его прицелом.       — Я в порядке, — тихо произносит парень передо мной, а от хриплого голоса проснувшегося человека мне сносит крышу. — А ты как?       Теперь на секунду замолкаю я, так как его вопрос застаёт врасплох. Мне не приходилось ему никогда отвечать на подобные вопросы, ибо он не интересовался такими вещами. Да и к тому же вся атмосфера такая накалённая и волнительная, что мне сложно дышать.       — Я нормально.       Всё, что мне удаётся вымолвить под таким давлением его очей. Чонгук, прекрати на меня так смотреть, мне от этого дурно.       — Как на работе дела? Я слышал про Хоука.       Он задаёт вопросы, а мне от них плохо. Почему он сегодня такой любопытный?       — Да, ему удалось восстановиться.       Он некоторое время молча продолжает смотреть на меня, затем произносит:       — Благодаря тебе.       Не знаю, что на такое ему ответить. Да, конечно, из-за меня, я же такая молодец! Так мне ответить? Лучше промолчать.       Смотрю на его проницательный взгляд, и снова моё сердце не выдерживает, оно звенит у меня в ушах, и я боюсь, что услышит его Чон. По этой причине встаю с места. Пора уходить.       — Я пойду, а ты отдыхай, — прежде чем отойти от кровати, говорю эти слова.       Господи, какая же я дура? Серьёзно? Как я до такого скатилась?       Это как град среди ясного неба. Далее в моей голове происходит что-то неладное, флэшбэки один за другим заменяются новыми, недавно пережитыми моментами. Моментами, когда я была счастлива до предела. Ни единого воспоминания, когда я была на грани срыва или же душевного переживания. Всё только то, что дарило мне безграничную любовь.       Я смотрю на девушку, которая протянула мне руку, чтобы проверить билет, в полном ступоре. Она последняя ступень, которую нужно пройти, чтобы оказаться в самолёте.       — Нет, — зачем-то я говорю вслух.       Девушка смотрит на меня с непониманием, а я лишь поворачиваюсь назад. Оглядываю толпу, которая стоит за мной. И просто иду против течения. К выходу. Нет, так нельзя.       Самый идиотский поступок в моей жизни. Почему я сбегаю? От кого? От, возможно, единственного счастья в своей жизни? От того, что он не помнит? Да я даже не знаю, может, на деле он всё помнит. Почему я решила всё за него? Да, он не звонил мне после того, как очнулся, несколько дней, но ведь он тоже в затруднительном положении. Он чуть не погиб, защищая меня от своей сестры. Что ему остаётся? Его тоже мучает совесть. Может, он думает, что я его никогда не прощу и поэтому не иду к нему?       Какая же я дура! Нет-нет-нет. Я никуда не поеду. Если Чонгук забыл меня, то хорошо, я подожду, пока он не вспомнит. Но не так. Так нельзя. Зачем мне это? С каких пор я убегаю от проблем?       Да, я очень сильно виновата перед его сестрой, я буду помнить об этом всегда. Но что, если Чонгук помнит, но думает, что я его не люблю, поэтому не простила? Ведь я так и не сказала ему о своих чувствах. Вот то, чего я не смогу простить себе никогда.       С этими мыслями бегу в сторону выхода со всех ног. Я поеду к нему, и на этот раз мне не страшно. Я должна сделать что-то, это лучше, чем просто убегать от всего.       Мои глаза не замечают ничего, я сбиваю людей, иду напролом. Моё сердце обливается кровью, я только что чуть не совершила самый ужасный поступок в своей жизни. Как я могла на такое решиться? Господи, нет.       Я бегу сломя голову, не обращая внимания на возмущения людей, пока в поле своего зрения не вижу знакомый силуэт. Я подбегаю ещё ближе, может, я уже брежу? Но нет, вблизи я понимаю, что напротив меня стоит Чонгук и глазами изучает всех подряд. Пока он не заметил меня, я оглядываю его и понимаю, что он тоже бежал, у него одышка примерно такая же, как моя. Он стоит в светлой футболке оверсайз и широких брюках, волосы растрёпаны во все стороны, и с такого ракурса он выглядит таким крошечным, словно ребёнок, потерявший своих родителей. Я улыбаюсь, приводя в порядок своё дыхание. Как раз в этот момент Чон замечает меня.       Мы стоим на расстоянии нескольких метров друг от друга, и между нами какое-то необычное притяжение. Всё вокруг него испаряется. Есть только он в этом огромном аэропорте — объект, о котором я столько думаю, и больше никого. Мы движемся друг к другу. Каждый приближающий нас друг к другу шаг кажется таким долгим и таким мучительным. Мы почти подбегаем, но что-то нас останавливает, когда остаётся лишь шаг. Мы слишком близко, но в то же время слишком далеко. Нас останавливает страх.       — Привет, — с осторожностью улыбается Чонгук.       — Привет, — я всё ещё пытаюсь привести дыхание в порядок, и это вовсе не от бега.       Я не знаю, куда деть руки, куда деть ноги, чёрт возьми, не знаю, куда себя деть. Я хочу ужасно его обнять, просто задушить его. Это читается и в его нежном взгляде тоже. Он борется с тем, чтобы не наброситься на меня. Чон переживает не меньше моего. Я смотрю на чарующие его большие глаза и словно растворяюсь в них. Как я смогла бы без него?       — Мэй, — он делает тот самый шаг, который нас отстранял друг от друга, и я вижу его прекрасное лицо ещё отчётливее. — Я знаю, ты не простишь меня никогда. Знаю, что ты ещё злишься. Знаю, что я облажался. Я виноват во всём, в чём только ты меня обвиняешь. Ты будешь права, если не будешь разговаривать со мной. Но, пожалуйста, не уезжай вот так. Я сделаю всё, чтобы заслужить твоё доверие вновь. Просто останься и дай мне возможность показать тебе, что ты для меня небезразлична. Я буду стараться изо всех сил. Останься здесь и ненавидь меня сколько хочешь, а я буду стараться каждый день, чтобы…       Он говорит быстро и очень эмоционально, я вижу, как он переживает и как теряется от собственной безысходности. Честно, я даже не слышу, что он говорит дальше. Я улыбаюсь, хватаю его за футболку, притягиваю к себе ещё ближе и целую прямо в губы. Это самая длинная речь, которую я когда-либо от него слышала. Какой же он милый. Мой милый дурачок, решил, что я действительно смогу его оставить.       Чонгук пойман врасплох, но, как только осознание приходит в его дурную головушку, он страстно отвечает на поцелуй.       Через некоторое время нам приходится оторваться друг от друга, так как воздух в лёгких заканчивается. Смотрю на горящие глаза своего парня и понимаю, как же я по нему скучала. И все недопонимания, которые были между нами, не стоят этой разлуки.       — Я люблю тебя, Чонгук, — произношу искренне то, что должна была сказать давно.       Чонгук робеет сразу же после моих слов, он расплывается в улыбке «до ушей». Парень крепко обнимает меня, после чего произносит:       — Я тоже тебя люблю.       И в этот момент я понимаю: всё остальное не важно. Беру его крепко в свои объятия. Отпускать больше нет желания никакого.       Моя жизнь перевернулась вверх дном с появлением Чонгука, но она же и обрела краски с его заходом в неё. Я ощутила то, что никогда ранее не чувствовала к противоположному полу. Я считаю, в этой истории надо отталкиваться именно от этого. Не зачем ему всё это нужно было? А что за этим всем принесло? С ним я обрела новых друзей, укрепила уже имеющиеся дружеские связи, обрела миссис Ли, которая стала для меня родным человеком. И, наконец, смогла извиниться перед человеком, который, надеюсь, тоже обретёт своё счастье, как я своё.       В этой краткотечной жизни нам нужно бояться лишь одного: что времени может не хватить, что каждый наш вздох может быть последним. Не нужно задавать тысячу вопросов: зачем, когда, почему. Просто живите. Мы с Чоном немало глупостей совершили в жизни, но при этом получили огромный жизненный урок и обрели друг друга.       Никто не говорит, что будет просто, жизнь — это вам не сахар, она пропитана и горечью, и ядом. Каждому предстоит пройти ещё немало испытаний в будущем, но пока мы есть друг у друга, мы справимся…