Таксист двух миров

Лишь в своей машине Джерри ощущал себя полноправным хозяином и властелином судеб. Машина его была пропитана и его духом, и его привычками разной степени вредности, а самое прекрасное состояло в том, что его работа как раз и состояла в том, чтобы этот дух всегда был рядом с ним. И было у этой работы лишь два недостатка: первое — в этот дух нужно ещё кого-то запускать (но можно ли считать это недостатком, если Джерри здесь господин, что вправе указывать другим на их место?), а второй… Второй заключался в том, что хозяином он себя ощущал не всегда. Когда необходимо переключать передачи, и тем более трогаться с места, то и дело переключая сцепление, он будто бы переставал быть господином своей машины. Он ещё помнил, как садился за руль, с каким трудом у него получалось останавливаться и подниматься даже на горке, как раз за разом позорился в городе на одном и том же месте… Джерри тот участок до сих пор объезжал стороной (и при этом тряс с клиентов ещё больше денег за лишний крюк). Но он не был бы собой, если бы ничего не придумал. Ему не придётся трогаться с места, если он к этому месту подъедет так медленно, насколько это возможно. Да, этот план не исключает переключение передач (что поделать, если машина такая), но самое главное — он рабочий. А если в процессе кому-то сзади придётся оттормозиться, то вообще хорошо. Так у Джерри есть возможность показать, кто на дороге главный. Кто бы мог подумать, что эта шалость однажды выйдет ему боком. Причём весьма… Ощутимым. Как обычно, Джерри применил коронный приём, ему, как обычно, дали гудок сзади, который он мог игнорировать… Или не мог. Потому что в этот раз за гудком последовал характерный толчок и ушиб, после которых стало ясно — несмотря на хитрость, светофор останется недосягаемым. А знакомство, которого хотелось избежать, станет непозволительно близким. Наконец заглянув в зеркало заднего вида, Джерри слегка подуспокоился: машина, которая с ним столкнулась, казалась не слишком дорогой. Значит, и водитель тоже из простых. Но эта наивная логика дала трещину, когда машина открылась, и из-за водительской двери вышла… Ториэль. У Джерри в этот момент замерло всё, что только может замереть. Но он должно было отмереть обратно, чтобы не сделать ещё хуже. В обычной ситуации Джерри мог бы сказать, что и знать не знает эту монстриху, но не мог. Это ведь была сама Ториэль — бывшая королева монстров, жена Азгора. Будь он человеком, это прокатило бы. В теории. Наверное. Но ему не повезло — он монстр, и если такое ляпнет, то выставит себя идиотом. Если не уже. Да и Ториль — это не Андайн. С ней адекватный диалог более, чем возможен. Извинительную тираду Джерри начал, даже ещё не открыв дверь. Выходило у него скорее истерично. — …прошу прощения, извините, мне пыль в глаз попала, и я затупил страшно, простите пожалуйста, всё сделаю, чтоб исправиться… В какой-то степени это был искренний порыв. По какой-то неведомой Джерри причине, грустная мордашка Ториэль пробуждала в нём невиданное чувство совести. — Ну, ну, — вздохнула та, потирая переносицу. — Самое главное, чтобы никто не поранился… Слова у неё были добрые, и говорить она старалась спокойно, но даже так было ясно — она раздражена. А потом она открыла глаза, смерила Джерри взглядом… И в них появилось ещё и узнавание. А узнавали Джерри незнакомцы (да и знакомцы тоже) далеко не по хорошим причинам. — Ох… Наслышана о тебе. И с этими словами ситуация стала ещё хуже, потому что дверь открылась, и оттуда вышла… Дама. Бело-серая, высокая, безликая… не из Подземелья. А ещё она была чем-то вроде Ториэль у иномирцев. — Что произошло, дитя? — даже от её голоса у Джерри побежали мурашки. Тем более, когда обратились лично к нему, начисто лишив возможности сказать хоть слово в свою защиту. Не то, чтобы она в принципе была. Ведь что простой монстр может противопоставить двум сильным мирам всего? Тем более, когда он напросился на всё это сам. И ведь эти две сучки по-любому специально выбрали машину попроще. Чтоб нельзя было понять, кто именно в ней сидит! — Я… Я облажался, — проронил Джерри, подняв взгляд вверх настолько, насколько позволяло телосложение. — Г-готов принести извинения. — …кажется, слухи были о тебе… Неправильными, — сказала Ториэль. — По крайней мере, не полностью. Ох, как же сильно Джерри хотел узнать, кто их распускает. Он бы очень хотел посмотреть ему в глаза и сказать пару нежных и ласковых. Но сейчас пускать их в ход — дело гиблое. Хотелось молиться звёздам за то, чтоб этот инцидент не попался на глаза Меттатону или ещё какой хитрой журналюге без достоинства и чести. Чтоб не давать им повод, нужно вести себя прилично. — Без вопросов выплачу всю сумму, какую потребуется. — Чтобы определить ущерб, нужно, чтобы его оценил опытный человек… — Или монстр, — добавила Ториэль. Джерри бы предпочёл оценку от человека (с предвзятостью монстров, особенно в своём отношении, он был знаком), но ему права голоса не давали. Да он и не требовал, в принципе. — Давайте я посмотрю, что тут есть рядом… Джерри собрался уткнуться в спасительный телефон, и вернуть себе хоть какое-то подобие зоны комфорта, но тут произошло неладное. — Нет, нет, не стоит, — замахала руками Ториэль. — Такая проблема требует самых надёжных знакомых… Лицо Джерри в этот момент нельзя было назвать и неописуемым. Оно выражало даже те эмоции, о существовании которых он не подозревал вовсе, а воображение его принялось выражать самые неприятные картины… Впрочем, его невольные попутчицы, к его счастью, совсем не заметили этих метаморфоз. Как и он не замечал, что у них там происходит. — Что ж, уважаемый монстр, — обратилась к нему Ториэль. — Придётся нам с вами проследовать до самой ремонтной. Беспокоиться нет нужды: монстр там работает опытный, он объективно оценит масштаб повреждений. — Полагаю, большая удача, что все основные мероприятия завершены… — прошелестела иномирянка. — Иначе нам с вами пришлось бы очень худо. Джерри, не будучи дураком, чтобы не говорили злые языки, прекрасно это понимал. — Нужно подумать, как разрешить этот конфуз. Нельзя допустить, чтобы подобное поведение на дороге распространялось. — У меня… Э… Обстоятельства были. Непреодолимой силы. Да. Называлось это обстоятельство: мне страшно не хотелось переключать передачи, вот я и затормозил немного пораньше. Вернее не немного. Ну да кому какое дело теперь? — Надо бы посмотреть, как камера засняла… Может, придётся к Андайн обратиться… Упоминание этого святого имени произвело на Джерри терапевтический эффект, и он бы выложил всё, как на духу, но время дам поджимало. Так что он был краток: — Заплачу вдвое больше, чем надо, — произнёс Джерри с каменным лицом. — Или втрое. Наймусь рабочим. Административно отработаю на благо города. Только не доводите до греха… Суда… А-андайн… Дамы окинули его взором. В глазах Ториэль читалась жалость, смешанная с брезгливостью, а у другой глаз не было вообще. В них наверняка было бы тоже самое, так что потеря невелика. — …такое стремление исправить грехи весьма похвально, — сказала дама. — Но самое главное — не переусердствовать. Пока что поезжайте за нами. Я буду следить за вами через задние зеркала! Если попробуете отъехать, то придётся написать заявление. А так как вы с профессионализмом Андайн знакомы, то… — Душой клянусь, что не уеду. На том и порешили.