call me lover

— Давай я поговорю с ним, — выпалил я. — Нет, молчи, просто молчи, — она поднялась с тумбочки и направилась в комнату. Я стоял в проходе, и мог отчетливо слышать о чем говорит Вадим. — Эй ты, шлюха, с кем ты там развлекаешься? — О чем ты? — Тина еле сдерживала слезы. — Не строй из себя дуру, я знаю, что ты сейчас в отеле с каким-то мужиком, — его голос разрывал динамик, — я тебя предупреждал, попадешься на глаза с каким-нибудь уродом, тебе не жить. Я приеду через четыре дня, только попробуй закатить скандал в прессе, хоть один заголовок, я убью тебя, ты слышишь? И перестань хлюпать в трубку. Злость взяла верх надо мной, Тина просила не вмешиваться, но я не мог это больше слушать. Я вырвал телефон из ее рук и бросил в стену, не смог совладать с эмоциями. Мобильник с треском рухнул на пол. — Какого черта, — кричала Тина, — ты что… ты что наделал, — она упала на пол и потянулась за телефоном. Экран покрылся мелкими трещинами, но мобильник включился, работал. Тина бросила на меня холодный взгляд, на секунду я перестал дышать. Она поднялась с колен и убежала в ванную. Я сидел на кровати, когда она вышла из душа. Тина молча легла, отвернулась от меня, накрылась одеялом с головой, спряталась. Я несколько раз пытался заговорить с ней, но она молчала. Это была не первая наша ссора, но впервые такая эмоционально тяжелая, для обоих. Я прилег рядом, руки тянулись обнять ее, но я старательно боролся, ведь она не хотела, чтобы я трогал ее. Так я думал. Злость переполняла меня, мне хотелось кричать и ломать все, но ради Тины я сдерживал себя. И так натворил лишнего. Чувство стыда поедало меня изнутри, параллельно со злостью. Малышка хотела справиться со всем сама, но у нее это совсем не получалось. Я слышал, как она плакала, ее всхлипы заполнили комнату, но я не шевелился, боялся сделать хуже. Мне очень захотелось покурить, я поднялся с кровати, взял ключи от номера и машины, закрыл номер и спустился вниз. Нашел в машине пачку и зажигалку, затянулся. Я впитывал в себя ядовитый дым, и мне становилось спокойнее, легче. Когда я вернулся, Тина уже спала, или делала вид, что спит. Я поправил одеяло, а сам уместился на самом краю кровати, в надежде не слететь на пол. Утром все уже было по другому. Как только мои глаза открылись, тут же уловили взгляд Тины. Она не спала, рассматривала меня. Сейчас только начало дня, а ее глаза снова были полны слез. Моя рука скользнула к ее щеке, я смахнул капельки большим пальцем, Тина поддалась вперед и уткнулась носом в мое плечо, кусала губы и плакала. — Послушай меня, — негромко начал я, поглаживая ее по волосам, — все будет хорошо, я рядом с тобой сейчас, и всегда, когда ты этого захочешь. Я люблю тебя, ты справишься. Прости меня, за вчера, я куплю тебе новый телефон, — уголки ее губ вздернулись наверх, я почувствовал это. Она приподнялась, запустила руку мне в волосы. Ее васильковые глаза заставляли мое сердце стучать быстрее. Секунда, и ее губы коснулись моих, я чувствовал соленый привкус ее слез. Крохотные ладошки скользнули под мою футболку, в попытках стащить ненужную ткань, но без моей помощи не справились. — Примирительный секс? — ухмыльнулся я, блуждая руками по изгибам ее талии. Тина лишь приложилась пальцем к моим губам, это означало, что мне стоит помолчать. Провела линию ниже, и остановилась на подбородке, приподнимая. Ее губы остановились в миллиметре от моих, задержавшись так на несколько секунд. Сегодня она дразнила меня. Она спускалась ниже, прокладывая влажную дорожку через шею к груди, вниз до пупка. Руки скользили по моему телу. Я прикрыл глаза, растворялся. Все ее движения были мучительно медленные, пробуждающие больше желания с каждой секундой. Наказание за разбитый телефон? Ее пальцы ловко подцепили резинку боксеров, стаскивая их вниз. Тина прошлась ладонью по паху, задевая головку. Я схватил ее за руку. Мое дыхание участилось, а эта кокетливая девчонка строила глазки и сексуально закусывала губу. Я потянул малышку на себя, вновь утопая в нежности ее поцелуя, сжимая ладонями ее упругие ягодицы. Перевернул, и она оказалась во власти моего тела. Улыбалась сквозь поцелуй, не отрывалась, сдалась в моей плен и позволила делать все, что угодно. Я поддел пальцем край уже влажных трусиков, стянул их одним движением руки и отбросил в сторону. Она лежала подо мной, беззащитная, и такая манящая. Я перевернул ее и поставил на колени, прошелся пальцем по сочащимся складочкам. Тина поддалась мне навстречу, я ухмыльнулся. Теперь она была полностью под моим контролем. Возбуждение поглотило нас с головой. Не желая медлить больше, я толкнулся вперед, прижимая Тину за бедра. Она выгнулась, словно кошечка и сладко простонала. Я не был грубым, двигался плавно, осторожно, с особой нежностью. Наблюдал, как она сжимает ладонями простынь. — Глубже, Дан, пожалуйста, — полушепотом умоляла она. Я толкнулся так глубоко, как мог, притянул ее за бедра ближе к себе и крепко держал. Еще несколько толчков и мы кончили, почти одновременно. Ее крик смешался с моим стоном, и кажется заглушил все вокруг, и плевать, что подумают люди из соседних комнат. Я упал на мягкий матрас. Тина подтянулась ко мне и устроила голову на моей груди. — Моя девочка, — я прошелся ладонью по золотистым волосам. — Твоя, — она улыбнулась и уткнулась носом в мое тело. Ее пальчики бегали по моей груди, вырисовывали какой-то узор, соединяя родинки. — Пойдем завтракать? — Угу, только полежим еще немного? — попросила Тина. И мы остались в теплой постели, наслаждались присутствием друг друга. Мы спустились вниз, у гостиницы была своя терраса и кухня. — Поедем сразу после? — спросила Тина. — Если ты хочешь, — я оставил легкий поцелуй на ее лбу и усадил за стол. Она положительно кивнула головой. Тина выбрала овсянку на завтрак и кофе, я остановился на яичнице. Солнечные лучи лениво пробивались сквозь натянутые тучи. На улице было прохладно, после вчерашнего ливня, поэтому мы не стали сидеть долго. Когда с завтраком было покончено, мы вернулись в номер, собрали все свои вещи, документы, и вернулись в машину. — Что мы тут натворили, — рассмеялась Тина, — нужно все сложить. Я раскидал всю нашу одежду, пока искал, во что переодеться вчера. Мы подошли к багажнику и принялись укладывать все в прежнее положение, ровно и аккуратно. Тина нашла коробочки с едой. Ягоды, овощи и коробка наггетсов, которые она прихватила с собой. — Оставь мне, я буду есть это, сейчас, — Тина потирала ладошки с ухмылкой на лице. Я засмеялся, — ты ведь только что ела. — Мне мало одной овсянки, пойдем, — она хлопнула дверцей и залезла внутрь автомобиля. И мы снова ехали. Малышка продолжала разбираться с картой и строить мне маршруты. Уплетала клубнику из коробки и не забывала покормить меня. — Через 450 километров будет ресторанчик, мы ведь остановимся? — лепетала она, умоляюще глядя на меня. — Конечно, малышка, — я уложил руку на ее колено, поглаживая. Мы ехали около трех часов. Тина успела съесть куриные кусочки в панировке, поспать, спеть кучу своих любимых песен, подарить мне несколько поцелуев в щеку и раствориться в свежести ветра, который обдувал машину из приоткрытых окон. Я завернул в сторону небольшого здания. Оно было похоже на дешевую американскую забегаловку. Тина приподнялась и расплылась в улыбке, — наконец-то. — Только не убегай вперед меня, пожалуйста, — попросил я, поднимая ручник. Двери машины хлопнули с обеих сторон почти одновременно, и мы направились в сторону ресторанчика с огромной вывеской, которая скорее всего мерцает ночью неоновым светом, а может быть больше и не горит вовсе. Внутри было довольно темно, несмотря на то, что солнце уже вышло из-за туч. Темные бордовые диванчики и деревянные столы стояли пустыми. — Добрый день, проходите, проходите пожалуйста, — резко послышался голос мужчины. — Здравствуйте, — проговорила Тина с улыбкой. — Выбирайте место, присаживайтесь, я подойду к вам. Мужчина выглядел довольно доброжелательно, кажется он очень любил это место, свою работу. Он принес нам карточки с меню и удалился, чтобы не создавать напряжения. Оставил нам крохотный звоночек, чтобы мы смогли позвать его. — Ну и что, голодная моя, что будешь? — смеялся я. Она поморщилась и ударила меня в плечо, а потом уткнулась в карточку. Меню было переполнено бургерами и сэндвичами. — Я очень хочу молочный коктейль, — Тина стучала пальцем по картонке, — давай спросим, что нам посоветует хозяин этого заведения, — она окинула взглядом все помещение. Здесь было очень уютно, атмосфера была какой-то особенной, и знание того, что никого, кроме нас и того мужчины здесь не было, оставляло необычное ощущение, но довольно приятное. Тина нажала на звоночек и бородатый мужчина в белом фартуке моментально оказался возле нас. — Вы уже выбрали? — спросил он. — Мы бы хотели спросить вашего совета, — вежливо произнес я. — Позволите мне сделать ваш заказ на свое усмотрение? — Да! — воскликнула Тина, когда он еще не успел договорить, — только пожалуйста, мне нужен клубничный коктейль, а ему кофе, — продолжала она. — Десять, пятнадцать минут, все будет готово, — он одарил нас улыбкой и удалился в строну кухни. Все это время мы разглядывали ресторанчик изнутри. Тина вылезла из-за стола и пошла прогуливаться. На стенах висели забавные картины в стиле ретро. Стены здесь были темно-красные, а пол был выложен черно-белой плиткой. Спустя еще нескольких минут ожиданий, мужчина вышел к нам с огромным разносом на котором красовались два огромных бургера со смешными флажками, воткнутыми сверху. Я знал, что Тине это нравится, и был доволен сам. Это наше путешествие я запомнил навсегда. Он поставил чашечку кетчупа и два пакета картошки. — Ваш коктейль будет через минуту, — он вернулся за стойку. Тина начала лопать картофельные ломтики, воровала кусочки из моего пакета, а я из ее. Думаю, мы выглядели, как маленькие дети. Стакан с бледно-розовой жидкостью, взбитыми сливками и клубникой сверху опустился на стол, — пожалуйста, а Ваш кофе я сделаю позже, чтобы не остыл. — Садитесь с нами, — попросила Тина, — расскажите об этом месте, — она улыбалась и хлопала ладошкой по столу. Мужчина взглянул на меня, будто спрашивая разрешения, и я положительно кивнул головой. — Меня кстати, зовут Алекс, сокращенно от Александр, — он и правда был рад познакомиться с нами. Он рассказывал нам всякие истории, который случались здесь. Как дети разбивали посуду, путешественники праздновали дни рождения, друзья приезжали компаниями и выпивали весь запас лимонада, а однажды кто-то даже сделал здесь предложение. — А вы женаты? — ненавязчиво спросил он. — Еще нет, — смеялся я, стараясь уйти от этого вопроса поскорее. — Вы выглядите очень гармонично, — болтал он, — и счастливо, — добавил, — вместе. Мы переглянулись с Тиной, улыбнулись, а потом она застеснялась и опустила глаза в пол. — Спасибо, — прорезался голосок Тины, а вы, как ваша семья? Глаза Алекса на секунду заметно погрустнели. — У меня была жена и дочь, — проговорил он, — они погибли, а это — была их заветная мечта, открыть подобный ресторан, — продолжал он, — поэтому для меня это особенное место. — А чем занималась ваша жена? — поинтересовалась Тина, надкусывая новый кусочек картошки. — Она была очень творческой, — ответил Алекс, — любила петь, рисовать. Она разрабатывала этот интерьер, — он провел рукой по воздуху, указывая на обстановку. — Здесь очень уютно, — я влез в их разговор. А после, малышка начала рассказывать одну забавную историю, которая однажды случилась с ней на вокальном конкурсе. Ей было восемь, она пела песню, в которой был довольно долгий проигрыш. Тина специально поставила танец, и все было отлично, но одна ее туфелька слетела с ноги, и прилетела прямо в одного из судей. Мы все смеялись, общались. — Я принесу кофе, — Алекс отлучился на несколько минут. Тина уложила голову на мое плечо и переплета наши пальцы. — Спасибо, — негромко произнесла она. — За что? — непонимающе спросил я. — За это все, за то, что рядом, — она крепче сжала наши руки. Алекс вернулся с двумя чашками кофе. Мы продолжили нашу беседу. Он тоже рассказывал о своей жизни. Говорил о том, как любил жену, как долго добивался ее, ведь та, почти вышла замуж за другого. — Загадайте желание, но не говорите мне, я подброшу монету, орел — сбудется, решка — нет. Мы загадали, нам выпал орел. Я попросил Тину, хотел просто быть с ней рядом, всегда. Она допивала коктейль, а мы с Алексом кофе. — Огромное спасибо, нам пора ехать, — я пожал ему руку. Мы помогли отнести посуду к стойке, расплатились, поблагодарили и вернулись в машину. — Что ты загадал? — спросила Тина, как только мы сели в машину. — Тебя, — не долго думая, ответил я, — а ты? — Быть счастливой, — и тихо добавила, — с тобой, — а я услышал. Ничего не менялось, Тина продолжала исследовать карту, съедала последние ягодки, радовалась ветру и переключала песни, одну за другой, не дослушивая до конца. Через четыре с половиной часа мы добрались до очередной остановки. На этот раз, это оказался огромный деревянный двухэтажный дом, окруженный не сильно густым лесом. Мужчина моего возраста что-то пилил во дворе, но когда увидел нас сразу же выбежал и поприветствовал. — Добрый день, мы останемся здесь на одну ночь? — Здравствуйте, здравствуйте, конечно! Заходите, — он провел нас в дом, разрешил выбрать комнату. Тина захотела остаться на втором этаже. Здесь можно было смотреть на закат и воду. Если пройтись от дома вперед, через лесопосадку, то можно выйти к небольшому водоему. Мы решили пройти туда, немного позже. Малышка побежала в душ, пока я заносил некоторые вещи. Я присел на край кровати, проверил телефон, и когда поднял глаза, передо мной стояла она, в одном полотенце, вода с волос мелкими каплями падала на пол. — Иди, — она потянула меня за руку в сторону душа. Я послушно поднялся и направился в ванную комнату. Горячая вода стекала по плечам, снимала усталость, бодрила. Я просто отключился от мира на некоторое время, упирался руками в стену. Не было ни минуты побыть с собой наедине и подумать: " А что дальше? «. Ведь загадать желание — мало, нужно приложить силы, чтобы оно исполнилось. Когда я вышел, Тина стояла возле кровати в одном белье, что-то поправляла. Я подошел вплотную, моя ладонь скользнула на ее ягодицу, легонько сжимая. Вторая рука прошлась по животу, медленно поднимаясь вверх по коже, которая уже полностью покрылась мурашками. Она отклонила голову, оставляя больше пространства для поцелуев на шее. Мои губы мягко приземлились под ухом, чувственно и нежно. Малышка развернулась, приподнимаясь на носочки, потянулась к моим губам. Держалась за плечи, чтобы не свалиться, она слабела в моих руках. И все было хорошо, но в дверь постучали.