call me lover

Я открыл глаза и почувствовал холод со стороны кровати, где лежала Тина. Руками нащупал телефон и взглянул на время, почти двенадцать. Я поднялся, потрепал волосы и провел ладонями по лицу, стараясь проснуться. Из кухни доносились негромкие звуки. Уголки моих губ вздернулись наверх, — не сбежала. Я скинул одеяло, поднялся и поплелся к Тине. — Доброе утро, — шепнул я, подходя к ней сзади. — Доброе утро, — она развернулась ко мне, улыбалась, сияла. Тина обхватила мое лицо руками и нежно коснулась моих губ. — Выспалась? — я убрал волосы, которые спадали на лицо. — Угу, — негромко проговорила она, — а ты? — рука ее коснулась вновь упавших прядей и убрала их на свое место. — И я, — мои губы приземлились на ее щеку, — чего это ты здесь делаешь? — Так называемый завтрак, — рассмеялась она, — садись, — мягким приказным тоном сказала Тина. Я послушно сел за стол, на котором красовалась тарелка с сырными сэндвичами. Тина принесла чашку с салатом и чайник с заваренными листочками, лимоном и медом. Сегодня мы боролись за маслины и кусочки феты в салате. Я откусил хрустящий кусочек хлеба, и сыр забавно потянулся, не желая откусываться. Тина захохотала на всю кухню, наблюдала за тем, как я воюю с сэндвичем, старательно пытаясь оставить лицо чистым. — Мы ведь едем в наше путешествие? — спросила она, натыкая белый кубик. — Конечно, — промямлил я, пытаясь словить сыр языком, — нужно выехать часов в пять, загрузить вещи в машину, заехать за обедом, заправиться. Наш завтрак закончился и мы принялись собирать вещи. Тина старательно укладывала все в небольшой чемодан. Один на нас двоих. — Платье! — воскликнула она, — мне нужно мое платье! Тина побежала перебирать шкаф, но его нигде не было. — Дан, помоги мне его найти, куда оно затерялось? Я задвинул ящик комода, из которого собирал носки, подошел к малышке и принялся рассматривать вешалку и полочки. — Кажется, его здесь нет, — с грустным тоном произнес я, оглядывая комнату. — Оно не могло просто пропасть, — Тина надула губки и скрестили руки на груди в разочаровании. — Не могло, — ухмыльнулся я, заметив нужный кусочек ткани на стуле под кучей своих вещей, — потому что, нужно складывать все на место, — смеялся я, подходя к стулу. Тина смущенно улыбнулась и прикрыла лицо руками. — Прости, — прибежала ко мне и повисла на моих плечах, — что нам осталось собрать? — Еду, — улыбнулся я, — шампуни и зубные щетки. — Я займусь едой, — она вырвалась из моих рук и направилась в сторону кухни, — а ты шампунями, — хихикала Тина, отдаляясь. Когда щетки и бутыльки были упакованы, я решил помочь Тине. — Я закончил, — заявил я, врываясь на кухню, — нужна помощь? — Нет, — она отрицательно покачала головой, — хочешь чаю? — Хочу, — шепнул я, разглядывая миниатюрную фигурку, которая бегала от стола к холодильнику и обратно. Через минуту передо мной оказался стакан с каркаде и кусочками фруктов. — Нужно купить воды, — пролепетала Тина, складывая коробочки с ягодами и салатом. — Как скажешь, — я отхлебнул красной жидкости, — захватим, когда поедем заправлять машину. На часах было около половины пятого, когда мы были собраны. Я натянул темные джинсы и белую футболку. Толстовку и кофту для Тины я забросил в машину. Малышка тоже надела белую футболку и джинсовый комбинезон. — Я собралась, — кричала из комнаты, завязывая бандану на узел. Я спустил вещи, загрузил все в машину и вернулся за Тиной. — Ничего не забыла? Зарядку? Она закатила глаза и ударила ладонью по лбу, — точно. Я смеялся, пока она искала несчастный провод. Наконец-то все было готово и мы уселись в машину. — Нужно что-то поесть, что хочешь? — интересовался я, пока заводил двигатель автомобиля. Долгое молчание. Я развернулся к Тине и увидел хитрую улыбку и блестящие глаза, — мы едем за бургерами, — крикнула она. Я остановил машину около заправочной колоны, — подожди меня, хорошо? — я чмокнул Тину в лоб и вышел расплатиться за бензин. Когда я, вернулся из кассы, малышка стояла возле автомобиля, опираясь спиной на заднюю дверцу, со стороны бака для заправки. Я застыл с заправочным пистолетом в руках, когда ее губы накрыли мои, сливаясь в мягком поцелуе. Мы целовались несколько минут. Со стороны, наверное, было похоже на сцену из дурацкого фильма. Я отстранился первый, — малышка, давай заправим машину, она ждет, — ухмыльнулся. — Прости, — хихикнула Тина, — жду тебя, — она обошла автомобиль и села во внутрь. Следующей нашей остановкой оказался макдональдс, который попался нам как раз по пути. Тина выскочила из машины, казалось, я еще даже не успел затормозить, она уже бежала к двери ресторанчика. — Пожалуйста, давай поедим здесь, — умоляла она, — но и с собой возьмем чего-нибудь. Ее улыбка растворяла каждую клеточку моего тела, я не мог ей противостоять. Я позволил ей выбирать за нас двоих, было ли это хорошим решением, я не знаю, потому что еды было очень много. Тина заказала нам два огромных бургера, картошку и наггетсы. Два латте и чизкейк. Мы уселись в уголок у окна. Тина разглядывала улицу и проезжающие машины, а я любовался ею. — Ты съешь все это? — смеялся я, составляя все с разноса на стол. — Не сомневайся, — она потирала ладошки, в предвкушении сочного бургера, — заберем с собой, если останется, — она коварно смеялась, как злодеи в детских мультфильмах. Я был так счастлив разделять это время с ней. Она воровала мой соус, обмакивала картофельные палочки в кетчупе, и хитро улыбалась. Мы устроили битву вилками, боролись за десерт. Конечно я ей поддавался, ведь Тина очень любит сладкое. Когда мы уходили, она прихватила еще наггетсов, мороженое и маленькую бутылочку колы. Тина уплетала мороженое, — давай включим песню, у тебя есть веселые? Я неуверенно пожал плечами. Тогда она открыла бардачок и выцепила проводок. Чего там только не было… как оказалось, пригодилось. Тина подключила свой телефон, нашла песню, постукивала ладонями в такт, поедая мороженое из банки. — Попробуй, — она поднесла ложку к моим губам. — Вкусно, — я даже немного удивился, оно было не просто сладким, приятный привкус карамели и шоколада остался на моем языке, — почему ты не взяла мне такое? — рассмеялся я. — Ты не просил, — она приподняла бровь, а после виновато склонила голову. — Я шучу, — ухмыльнулся я, проводя ладонью по ее коленке. — Держи, — она сунула мне еще одну ложку, я послушно съел уже подтаявшую смесь, — спасибо, малышка, остальное — твое. Мы ехали уже около двух часов. Стекла были опущены вниз, ветер обдувал весь салон. Солнце потихоньку садилось. Тина переключила спокойную песню и разместила голову на моем плече. Ее волосы раздувало ветром, тоненькие прядки щекотали мою щеку. Малышка тихонько подпевала слова. Просидев так немного, она переместилась к окну, высунула ладонь и начала двигать рукой, будто плавая по ветру. — Тина, посмотри пожалуйста карту, — я протянул ей свой мобильник, — нам нужно будет где-то остановиться. Тина молча взяла телефон и принялась изучать дорогу. Она вертела телефон и хмурила брови. Вырисовывала маршрут пальцем в воздухе, в надежде, что я пойму. Мы остановились возле какой-то придорожной гостиницы. — Идем? — спросил я. Тина положительно кивнула и вышла из машины. На двери было написано: «Мест нет». Мы попытались постучать, но нам никто не открыл. Глаза Тины встретились с моими. Она поджала губы, пожала плечами и махнула головой, — пойдем обратно. Из розово-оранжевого небо превратилось в серо-синее. Погода начала портиться. Проехав еще несколько километров, мы увидели небольшое поле посреди деревьев. Я съехал вправо и остановил машину между двух стволов. Перед нами раскинулось огромная зеленая площадь. На улице быстро смеркалось и небо уже было темно-синим. Тина вышла из машины, и я последовал ее действиям. Я взобрался на капот автомобиля, прошелся по карманам куртки, нашел пачку сигарет и вцепил одну. Малышка залезла и села рядом. Протянула мне огонек. Наши глаза поблескивали от неяркого света зажигалки. — Спасибо, — шепнул я и затянулся. Выдохнул серый дым, который расстелился перед нашими глазами. Как только я докурил и затушил бычок, почувствовал пальчики на своей щеке. Тина изучала контуры моего лица. Ее глаза не отрывались от меня. Она потянулась ближе и коснулась моих губ. Привкус сигарет и аромат ее духов смешались, голова кружилась, свежий воздух не помогал. Мы наслаждались друг другом. Нас прервал яркий свет молнии и раскат грома. — Дождь, — в Тине было чувство радостной тревоги. Спустя минуту небольшие капли начали приземляться на наши лица, дождь усиливался. Тина спрыгнула с капота и побежала вперед к траве. Она подняла голову наверх, кружилась и кричала. Была счастлива. — Пойдем, — она вернулась, тянула меня за руки, — пойдем со мной. Мы стояли в открытом поле под дождем. Тина крепко сжимала мою руку. Я вдыхал свежий воздух полной грудью. Гром изредка ударял по барабанным перепонкам, а молния уже еле заметно мерцала вдалеке. Но дождь начал лить с новой силой. Мы простояли так около десяти минут. — Пойдем в машину, — я развернул промокшую Тину к себе. Она положительно кивнула и мы неторопливо поплелись обратно. Я усадил Тину на заднее сиденье и залез к ней сам. — Снимай все мокрое. Я скинул свою куртку и начал рыться в багажнике в поисках пледа, который мы завалили сумками. Тина стянула свою обувь, комбинезон и теперь уже полупрозрачную от воды футболку. Бюстгальтер она не надела, так что передо мной красовалась нагая грудь. Наконец я откопал плед и завернул в него Тину. Она развернулась ко мне спиной, втиснулась в мои объятия, скрестила свои руки поверх моих. Дождь звонко стучал по крыше, молния не переставала сверкать. Я отпустил Тину и потянулся повернуть ключ, завел машину, включил печку, чтобы малышка скорее согрелась. — Мне нужен ты, а не печка, — хихикала она, — ты между прочим тоже промок, раздевайся! — приказала она и я послушно снял свою одежду. Я уложил Тину на сиденье, подложил плед ей под голову. Он всегда меня выручал. Малышка ухмыльнулась и притянула меня к себе за подбородок. Ее язык прошелся по моим губам, а руки потянулись к боксерам, приспуская резинку вниз. Я нагло прильнул к ее шее, оставляя небольшие красные отметины. Руки мои блуждали по ее телу. Я сжимал бедра Тины так сильно, что она стонала. А мы ведь только начали. Мои губы проложили влажную дорожку, от ложбинки между грудей до пупка. Тина ерзала подо мной. Я пальцами подцепили трусики, которые вскоре улетели вперед. Мои боксеры последовали туда же. — Не томи, я тебя прошу, — прохрипела Тина. Я прошелся пальцем по промежности и облизал его. — Да ты вся мокрая, — ухмылялся я, мучал ее. Она вцепилась в мою руку, — пожалуйста, — еле слышно произнесла она. Я приставил головку члена к влагалищу, провел несколько раз вверх-вниз и осторожно толкнулся вперед. Тина сладко протянула звук «м». Движения были плавные, спокойные. Я старался входить глубже. Подогнул ноги Тины в коленях и потянул на себя. Ее ладони обвили мои плечи, глаза были прикрыты, стоны нарастали. Я держал Тину за бедра, ускорялся, буквально вдалбливал ее в сиденье. Ее крики и шлепки наших тел заполонили салон автомобиля. Стекла запотели, а дождь, кажется гремел еще сильнее. Тина массировала пальчиками клитор, другой рукой хваталась за меня. Двигалась мне на встречу. Еще немного и она кончила, вскрикнула, вцепилась ноготочками мне в спину. Я прошипел от боли, все еще тихонько двигаясь внутри нее. Пару движений, я вышел. Тина уселась на коленки и склонилась к моему паху. Я почувствовал, как влажный язычок коснулся моего члена. Голова кружилась от возбуждения и удовольствия. В машине стало душно. Тина посасывала головку, а после заглотила член так глубоко, как могла. Ее язычок проходился по всем эрогенным точкам. Я держал ее волосы, почти обессиленный. Еще несколько движений губами, и я кончил прямо ей в рот. Она проглотила сперму, облизнулась и поднялась ко мне. Я вытер капельку серой жидкости с уголка ее губ, она схватила меня за руку и сунула палец себе в рот, теперь посасывала его. Я отдернул руку и прильнул к ее губам, властно, жарко, с любовью. Тина перекинула ногу и уже сидела на мне. Ухватилась ладонью за член, не переставая меня целовать. Я обвил ее ладонь своей, приподнял малышку за попу и насадил на себя. Она привыкала, и через минутку начала медленно двигаться. Я уткнулся носом в ее грудь, принялся целовать ее. Облизнулся, когда дошел до соска, прошелся языком, губами, проделал то же самое со второй грудью. Тина все это время двигалась на мне. Она запустила пальцы в мои волосы, откинула голову назад, тяжело дышала. Она вскрикнула и устало уткнулась лбом в мое плечо, в попытке восстановить дыхание. Я оставил еще несколько поцелуев на шее и губах. — С тобой у меня самый лучший секс, — проговорила она над моим ухом. — Потому что наполнен любовью, — прохрипел я в ответ и улыбнулся, — нужно ехать дальше, малышка, — я оставил легкий поцелуй на лбу. Мы нашли сухое белье среди сложенных в багажнике вещей. Я натянул штаны, нашел в чемодане футболку, переоделся и перелез за руль. Тина натянула трусики и мою толстовку, которая была раза в три больше ее самой. Прибрала все, что мы раскидали и пересела ко мне. С картой в руках мы добрались до другой гостиницы. Спать хотелось ужасно, мы очень надеялись остановиться здесь. Я нажал на ручку двери и мы с Тиной зашли внутрь, обговорили все и получили номер. — Возьми все нужное в машине, пожалуйста, — попросил я Тину, и отдал ей ключи. Она притащила небольшой рюкзачок, когда я наконец разобрался с заселением. Мы поднялись на второй этаж. Тина не отпускала моей руки. Она резко остановилась и дернула меня, когда увидела кучку мужчин неподалеку от нашей комнаты. — Ты чего? — спросил я, но она молча пыталась спрятаться за мое плечо, — Тина? — Замолчи, — прошипела она. Я взглянул на нее в недоумении, она уставилась в сторону тех людей, тогда я перевел взгляд в сторону мужчин и заметил, что один из них подозрительно пристально разглядывает нас. — Идем, — я уверенно дернул Тину за руку, и она поплелась немного позади. Я столкнулся взглядом с тем нахальным мужиком, который все еще пялился на меня. Тина зашла в номер первой, следом я переступил порог и хлопнул дверью. — И что это было? — немного грубо спросил я. — Хороший друг Вадима, — она присела на тумбочку и устремила взгляд в пол, — он сейчас начнет ему названивать, а Вадим мне. Тина схватилась за голову и просидела так несколько минут, пока ее не прервал телефонный звонок. Она поджала губы и тяжело выдохнула. На экране высветилось «муж».