call me lover

Я снова оказался в неуютной комнате с тусклым светом, усадил Тину на стул и остался стоять позади. — Вот тебе листок, ручка, сейчас покажу, как заполнять, — Иван Павлович полез в ящик за бумажкой. Тина оглянулась назад, посмотрела на меня так, будто задумалась, все ли она делает правильно? От такого взгляда мне стало не по себе. Я переживал не меньшее неё самой, нервно отстукивал ногой по бетонному полу, вслушивался в ритмичный звук, упуская из внимания разговор Тины и полковника. Из этого состояния меня вырвал звук рвущейся бумаги, ошиблась. — Не торопись и не переживай, — голос отца Артёма отдался эхом от стен. — Может, мне выйти? — прервал я их разговор. — Нет! — выкрикнула Тина. А я увидел, как полковник кивает головой, — тебе лучше подождать за дверью. Я сделал глубокий вдох, оторвался от стены, подошёл к Тине, оставляя лёгкий поцелуй на макушке, — я подожду тебя там. Мне не хотелось здесь быть, ужасно неуютное место, такое холодное, но я должна была покончить с Вадимом, навсегда. Руки тряслись, буквы плясали в разные стороны, а стержень переставал писать. Он меня избивал. Воспоминания нахлынули, и к глазам подступили слезы. Я сделала глубокий вдох и продолжила писать. — Возьмите, — я протянула исписанный лист полковнику, — это все? — Минутку, — он принялся читать моё заявление. Я перебирала кольца на руках, снимала и надевала снова. Мне просто хотелось поскорее уехать. Иван Павлович потянулся за печатью, оставил яркий штамп и разрешил мне идти, — если что мы позвоним. Я ходил от стены к стене, считая шаги, один, два, три… Так продолжалось несколько минут, пока Тина не вышла из кабинета. Как только я услышал, что ручка двери опускается вниз, сразу же рванул в ее сторону. Я стоял напротив, когда Тина вышла. Она молча подошла и уткнулась лбом в мою грудную клетку, плакала. Я обнял её, как можно крепче, проводя ладонью по волосам, — поедем домой. Мы попрощались с Иваном Петровичем и поплелись к выходу из этого подавляющего места. — Ты в порядке? — спросил я Тину, понимая, что она все равно ответит да. Она лишь обессиленно кивнула головой, прикрывая глаза, устала. Я усадил её в машину и захлопнул дверь. Обшарил все свои карманы в поисках сигареты, но не нашёл ни одной. Придется бороться со стрессом по-другому. Я уселся за руль, завел двигатель и нажал на газ. — Спасибо, — раздался женский голосок, заглушающий звук магнитофона. — Я думал ты спишь, — ухмыльнулся я, выворачивая руль влево, — за что? — За то, что я сейчас еду с тобой, а не лечу в самолёте неизвестно куда. — А ты знаешь куда я тебя везу? — я не издевался, просто хотел поднять ей настроение и это сработало, я услышал смешок. — Всё равно, главное, что я с тобой, — её взгляд устремился в пол, а губы поджались в улыбке. Я притормозил и перестроился на другую полосу для поворота. — Куда мы? — Тина непонимающе оглядела меня, а я лишь молча повернул в сторону огромного подсвеченного моста. Было поздно, потому машины проезжали редко, а это значило, что дорога свободна для нас. — Готова? — улыбнулся я. — К чему? — удивленно спросила она. Я разогнался на максимально разрешенную скорость и зажал кнопку, открывая окно Тины. Сначала она немного испугалась, от неожиданности, а потом подкрутила громкость на панели и вылезла в окно, ловила ветер ладонями и смеялась, я мог слышать её смех, даже через все эти посторонние звуки. Мост был довольно длинными, поэтому мы оба успели насладиться свободой и видом на ночной город, разве не прекрасно? Разноцветные фонари мелькали за окном, луна сверху освещала дорогу, и свежий ветер придавал чувство жизни, как жаль, что время нельзя замедлить. — Останови машину, — скомандовала Тина, после того, как залезла обратно и закрыла окно. — Здесь нельзя останавливаться, — пробормотал я, снижая скорость. — Пожалуйста, сейчас, — умоляла она. Я ударил по аварийной кнопке и остановился, разглядывая машины в зеркале, никого. Я почувствовал прохладную ладошку на своём лице, — хочу поцеловать тебя, прямо сейчас, — еле слышно шепнула Тина, пододвигаясь ближе. Я ухмыльнулся, облизнулся и легонько притянул ее к себе за подбородок, оставляя лишь крохотный миллиметр расстояния между нами. Ее тёплое дыхание заставляло растаять, и через секунду я уже пробовал ее губы на вкус, такие сладкие и желанные. Я перебирал ее волосы, подушечками пальцев нажимая на нежную кожу шеи, чувствовал, как она слабеет в моих руках. Яркий свет пробился сквозь прикрытые веки, я отстранился. Увидел в зеркале подъезжающий автомобиль позади нас. — Что там? — взволнованно спросила Тина, поправляя волосы. — Не знаю, кто-то остановился, — сказал я, оглядываясь. К нам подошел невысокий мужчина и постучал в стекло, я нажал на кнопку. — Здравствуйте! Нужна помощь? — спросил он добродушно. — Здравствуйте, спасибо, — с моих губ слетела ухмылка, — спасибо большое, все в порядке, просто коробку передач заклинило. — Ну хорошо, — улыбнулся он, — а то я увидел, стоите, подумал, может чем помочь. — Спасибо большое, — я высунул ладонь в окно, чтобы пожать ему руку, он в ответ протянул свою и поплелся обратно в сторону своей машины. Громкий смех Тины разлетелся по всему салону, как только я закрыл окно. Я смотрел на нее и влюблялся еще больше. Притянул ее за шею, оставил еще один легкий поцелуй на влажных губах, — нужно ехать. Мы остановились у дома. Фонари во дворе почему-то не горели, на улице было слишком темно, пришлось включать вспышку на телефоне. — Идем? — Угу, — тихонько произнесла Тина, нажимая на дверную ручку. Мы добрались до подъезда и вызвали лифт. — Надеюсь мы не застрянем, как в прошлый раз? — она подняла свои васильковые глаза на меня. Я засмеялся и поцеловал ее в макушку. Двери распахнулись, и мы переступили порог тускло освещенной кабинки. — Я так счастлива, — вырвалось из ее уст. Тина произнесла эту фразу и посмотрела на меня, — спасибо, Дан, я… — она не успела договорить, как я накрыл ее губы своими, смакуя. Мне хотелось целовать её вечность. — Я счастлив, если ты счастлива, — мой голос шёпотом пронёсся над ее ухом, от чего она слегка вздрогнула. Двери с грохотом распахнулись, я вышел первым, доставая ключи из кармана. Два щелчка, и мы дома. — Ты голодная? — крикнул я из кухни, пока Тина мыла руки. Через минуту я услышал томное «нет» за спиной. — Когда ты ела в последний раз? — Я не помню. — Что хочешь? Я приготовлю, — я пытался заставить ее покушать. — Хочу тебя. Внутри меня все содрогнулось, дыхание участилось. Я развернулся к ней. Тина подошла ко мне вплотную и коснулась губами моей шеи. Горячее дыхание опаляло кожу, подушечки ее пальцев старательно тянулись к кудрявым прядям, перебирая. Малышке пришлось подняться на носочки, и это заставило меня улыбнуться. Я подхватил ее под ягодицы и усадил на кухонный стол. Мои пальцы нагло расстегивали пуговицы на рубашке, а губы жадно исследовали шею и скулы Тины. Я облизнулся, когда увидел ее выглядывающую, из-под тонкой ткани, грудь, легонько сжал ее в ладонях, от чего Тина простонала. Я приподнял ее подбородок, голубые глаза блестели на свету, смотрели на меня, с теплотой и доверием. Я поцеловал малышку и отпустил. Она поморщилась, не понимая, что произошло. — Тебе нужно поесть, — бросил я, доставая овощи из холодильника. Тина спрыгнула со стола, — я не хочу, Дан, — она надула губки, словно маленькая девочка. Я развернулся, обхватил ее и прижал к груди, — я соскучился, очень сильно, — мои губы приземлились на тёплый лоб, — но у тебя был тяжёлый день, я хочу, чтобы ты покушала и отдохнула, хорошо? — мой большой палец прошелся по румяной щеке, — сходи в душ, а я приготовлю что-нибудь. Она улыбнулась, — поцелуй меня. Мои губы снова накрыли ее. Нежно, неторопливо, с чувством большой любви, — теперь иди, — я легонько шлепнул ее по по попе. — Можешь взять любую футболку, — крикнул я в след Тине. Я решил приготовить пасту, быстро и вкусно. Закипятил воду и закинул спагетти вариться. Обжарил немного лука, залил все томатами из банки, немного чеснока, базилика и перца. Когда малышка вышла из ванной, все уже было готово, оставалось насыпать немного сыра. Я нашёл бутылку красного вина в шкафу, открыл и налил немного бордовой жидкости в бокалы. — Как пахнет, — сладкий голосок и громкий вдох раздались в дверном проходе. — Садись, — я поставил тарелки с едой на стол. Тина плюхнулась на стул и схватила бокал с вином. — Дан, спасибо, спасибо тебе большое, за все, возможно еще рано радоваться, ведь ничего еще не известно с Вадимом до конца, но я все равно очень счастлива сейчас, с тобой, — она опустила глаза и усмехнулась, — любимый, — она подняла голову, на лице красовалась улыбка, а щеки раскраснелись сильнее. Мы стукнулись бокалами и отпили немного. Тина намотала спагетти на вилку, но последняя макаронина предательски повисла, и малышке пришлось втянуть ее в себя. От забавного звука мы оба засмеялись. Я рассказывал ей истории про пасту, когда и как я научился ее готовить. Тина с интересом вслушивалась в каждое мое слово. — Спасибо, это было очень вкусно, — она облизнулась и протянула мне пустую тарелку. Я загрузил посудомойку, убрал бутылку и потянул Тину за руку, — идем в кровать? Она коварно улыбнулась и встала на стул, — ты знаешь, что делать. Я прикрыл лицо ладонью и рассмеялся, качая головой из стороны в сторону. Развернулся к ней спиной, подхватил под коленями, когда она залезла на меня сверху. Ее руки обвили мою шею, подбородок уткнулся в макушку, а звонкий смех разлился по всей квартире.