По ту сторону

С тех пор, как Фин заметил на горизонте того человека, он старался далеко не отходить от Эстонии, чтобы помочь в случае чего. А Эст же вообще не замечал, что за ним кто-то следит. Случаи действительно повторялись: странная персона заявлялась почти каждый день в кафе и пристально наблюдала за прибалтом, а после исчезала, снова появляясь ночью и следуя за Эстонией до самого дома. Но, к счастью, Финляндия всё это время был рядом, поэтому Эсту ничего не угрожало. Вот только оставлять всё так было нельзя. Если Эстония вдруг будет один, например, когда пойдёт в магазин или просто подышать свежим воздухом, то есть вероятность того, что он будет находиться в опасности. Человек Х знает, где живёт Эстония. Фин был без понятия насчёт его осведомлённости о номере квартиры, но дом и подъезд тайной не являются, а это уже проблема. Если бы только с этим изначально можно было что-то сделать… Но ведь Финляндия не может каждый день водить друга к себе, а после каким-то образом тайно доставлять домой. В таком случае прибалт что-то обязательно заподозрит и будет добиваться правды, не отставая от креста со своими вопросами, на которые вскоре придётся ответить либо страшной правдой, что плохо повлияет на Эстонию, либо отговоркой, придуманной и отрепетированной заранее, чтобы выглядеть более убедительно.

***

Финляндия идёт по немноголюдной улице. Он не знает, куда именно держит путь, но это для него сейчас и не имеет значения. Парень смотрит по сторонам, на пустые лица прохожих. И они не просто не выражают абсолютно никаких эмоций. Лица действительно пустые. Их просто нет. Чистая и гладкая кожа выглядит неприятно. Непонятно, как эти люди смотрят. И если смотрят, то куда? Их взгляды обращены на финна или же в пустоту? Если они спокойно идут, значит, видят хоть что-то? Чем есть, а чем дышать? Так много вопросов, но ответов нет и не будет. Присмотревшись повнимательнее, Финляндия понимает ещё одну вещь: ушей также нет. Голова представляет из себя овал, на котором растут волосы. Не более. Это жутко. Он старается больше не смотреть на них, продолжая свой путь. Дома вокруг сменяются один за другим, но выглядят так похоже, будто скандинав ходит по кругу, что малость путает. Но он знает, что движется, что куда-то рано или поздно попадёт.

«Массовка»

Это слово внезапно возникает в голове. Эти люди не нужны. Они просто живая декорация, предназначенная для того, чтобы город не выглядел полностью пустым. Куклы без души и без личности. Они не нужны никому, никто не нужен им. Бродят в округе, не имея чёткой цели. Они никто. Но какое может быть ещё предназначение? Что, если они такие ради того, чтобы выделить кого-то определённого. Того, кто должен привлечь к себе внимание больше этой бездушной массы. Финляндия останавливается и оглядывается по сторонам, пытаясь найти выделяющегося. Не такого, как все. Почему он его ищет? Настолько уверен в присутствии ещё одного не безликого человека? Глаза останавливаются на фигуре уже знакомой личности. Он стоит неподвижно и смотрит в ответ на Фина. Спустя несколько секунд гляделок, которые финн не решался нарушить, человек ухмыляется и уходит в сторону, скрываясь за углом. Северный бежит к нему со всех ног. Оказавшись на той же улице, по которой не спеша шёл человек, Финляндия продолжил бежать за ним, пытаясь наконец догнать фигуру и остановить. Но как бы быстро парень не старался бежать, он лишь отдалялся. Этот кто-то был быстрее, несмотря на то, что даже не торопился. Будто издевался над Фином. Дразнил его. Вскоре человек без имени снова скрылся за очередным поворотом. Теперь-то финн смог сдвинуться с места. Он помчался к тому самому месту. Завернув, Фин замер. Глаза округлились, значки сузились, а дыхание участилось. Он прекрасно чувствовал биение своего собственного сердца, отдающееся болью в груди и закладывающее уши. На земле сидел Эстония, опираясь спиной о стену. Его грудь была проткнута в нескольких местах ножом. Из ран до сих пор лилась кровь, пропитывая одежду. Полуприкрытые глаза были стеклянными, как у куклы. Неживыми. Кожа стала намного бледнее, хотя раньше казалось, что она не может быть ещё белее, чем есть. Финляндия упал на колени рядом с телом друга и крепко прижал его к себе. Кровь начала пропитывать и его одежду, но это не имело никакого значения. Из глаз полились слёзы. Парень всхлипнул и начал шептать: — Я не смог защитить… Прости меня, прости, Эсти… — Он понимал, что извинениями к жизни его уже не вернуть. — Я так люблю тебя, Эсти. Мой Эсти… — Финляндия немного отстранился, но лишь для того, чтобы прильнуть к холодным губам любимого. После невесомого поцелуя Фин зарыдал ещё сильнее и прикрыл лицо руками. Он не мог поверить в то, что теперь Эстонии нет. А ведь ещё только вчера он говорил с ним. Живым и радостным. Ещё вчера он мог видеть его улыбку, чувствовать тепло чужого тела, когда прикасался к нему… Финляндия убрал руки от лица и упёрся ими в землю. В горле застрял ком. Кислорода не хватало, из-за чего он старался глубоко дышать. Хотя сейчас Фин был бы рад перестать дышать вовсе. Рядом что-то блеснуло. Он повернулся и увидел нож, лежащий совсем рядом с ним. «Как вовремя…» — подумал он и взял его дрожащей рукой. Лезвие опасно сверкнуло, предупреждая о чём-то очевидном. Финляндия направил его на себя и закрыл глаза. Рывок.

***

Финн проснулся. Он лежал в своей кровати. Конечно, где бы ему ещё быть? Парень откинул одеяло и развалился в позе звёздочки на всей кровати. Почувствовав влагу на своих глазах, северный протёр их руками и уставился пустым взглядом в потолок. Один и тот же сон… Даже не так. Разные сны, но с одним и тем же итогом стали преследовать его по ночам, не позволяя спокойно спать. Каждый день финн просыпался со слезами. Каждый день он просыпался уже уставшим. И так с тех пор, как появился тот человек. Он не давал покоя ни в реальности, ни во сне. Как же это бесило. Оказавшись на кухне, парень приготовил себе простенький завтрак и сел есть, смотря в окно. Сегодня погода хмурая. Как раз под настроение. И Фин искренне надеется на то, что солнце не посмеет выглянуть на протяжении всего дня. Засунув в рот ещё один кусочек от яичницы, скандинав задумался о том, чем можно было бы заняться сегодня. Честно сказать, настроения не было вообще ни на что. Можно, конечно, тогда лежать и ничего не делать, но и этого не хотелось. Надо чем-то заняться, а заниматься ничем не хочется. Ну и ситуация. Вздохнув, он промотал в голове сегодняшний сон. Картина была настолько реалистичной, что по коже побежали мурашки. Ему нужна помощь. Ему определённо нужна помощь. Но к кому обратиться? Фин подпёр рукой подбородок и задумался, неосознанно начиная звонко стучать вилкой по краю тарелки. Есть вариант в лице России, но он, как узнает о том, что его братику грозит опасность, так мигом всех подозреваемых размотает, никто в живых не останется. РФ молодец, заботится о горячо любимом младшем брате, но может ухудшить возникшую ситуацию. Финляндия считает, что действовать надо аккуратно, но как это «аккуратно» правильно провернуть пока не знает. Мало ли, что из себя представляет та таинственная персона. Перебрав в голове всех, кого знает, он остановился на Швеции. Ну, точно же, Швеция! Как он сразу о нём не вспомнил? Быстро вернувшись в комнату за телефоном, Финляндия открыл чат со своим братом и настрочил тому сообщение:

Надо кое-что важное обсудить. Ты не занят?

Он выключил экран и вернулся с устройством на кухню, чтобы доесть свой завтрак. К тому времени, когда тарелка опустела, и настала очередь чая, раздался звонок. И звонившим был как раз Швеция. Фин ответил. — Хэй, Финик, что у тебя случилось? — прозвучал весёлый голос из трубки. — Не называй меня так, я же просил. — Парень накрыл лицо свободной рукой и вздохнул. — Тут такое дело… — Погоди-погоди, — остановил его швед. — Давай встретимся сегодня и ты мне вживую всё расскажешь? Эта идея показалась финну лучше, чем излагать всё по телефону, поэтому он согласился. — Отлично. Сегодня в парке у большого дуба в десять, — назначил встречу Швеция и отключился после получения ответа от Финляндии. Парень поднял взгляд на настенные часы, хотя мог посмотреть время и в телефоне. Те показывали половину десятого. У него осталось не так много времени, поэтому Фин оставил посуду на столе и пошёл собираться, понимая, что немного может опоздать. Но Швеция в любом случае его подождёт. Ничего страшного.

***

Финляндия добрался до парка. Он прошёл через ворота и стремительно направился по дорожке, ведущей прямо вглубь этой местности. Парк был разделён на две части. Парень шёл сейчас во вторую, отделённую речкой, через которую проходил мост. Он перешёл через него. Не так далеко, прямо перед ним стояло большое дерево, под которым они с братом должны были встретиться. Оно находилось в центре большого покрытого травой круга, от которого отходили дорожки в разные стороны. В этой части также было много высоких деревьев, в отличие, от первой. Парень пришёл к дубу, но никого не увидел. Он начал смотреть по сторонам в поиске Швеции и хотел уже обойти дерево, как услышал тихий шум позади и обернулся. Швед стоял за ним, застыв в странной позе. Явно хотел подкрасться сзади и попытаться напугать. Поняв, что затея не удалась и его засекли, Швеция выпрямился и улыбнулся. — Привет, брати-и-иш, — протянул он и сощурился. — Ага. — Финляндия развернулся к нему всем телом и засунул руки в карманы. — Пойдём пройдёмся. — Он пошёл вперёд, не дождавшись ответа. Швеция молча последовал за ним, смиренно ожидая, когда финн сам начнёт разговор о том, что его тревожит сейчас. Они с минуту шли в полной тишине, разбавляемой хрустом снега под ногами, пока Фин наконец не начал: — Как устранить человека, который тебе неугоден? — спросил Финляндия, не оборачиваясь к своему собеседнику. — Убей, — спокойно ответил швед, пожав плечами. И говорил он на полном серьёзе. — Что? — Финляндия повернул к нему голову и приподнял одну бровь. — Нет, Швеция, убивать точно не вариант! — Парень отвернулся, снова смотря вперёд себя. — Ну, как знаешь. По-моему проще, когда уверен на все сто, что угрозы больше нет и она снова не объявится. — Я этого всё равно не сделаю! — Финн вздохнул. — Ладно, сам справлюсь. Он точно не знал, чего ожидал от брата, но уже понял, что пришёл сюда зря и мог даже не пытаться просить совет у шведа. Что до этой встречи нуждался в помощи, что теперь. Ничего не поменялось. — Окей, — весело ответил Швеция и стал идти медленнее, что не скрылось от внимания Фина. — Не смей, — сказал он брату, даже не оборачиваясь. — Если кинешь в меня снежок — жди мести, — сообщил он со всей серьёзностью и угрожающими нотками в голосе. В глазах блеснули искорки. — Понял. — Пусть Фин и не видел, но швед поднял руки в примирительном жесте. Неожиданно у финна зазвонил телефон. Он остановился и достал его из кармана, посмотрев на имя.

«Россия»

— Ало, — ответил Фин на звонок. — Хэй, слушай, — начал Росс. Швеция подобрался поближе к брату, чтобы слышать разговор. — Я тут кое-что запланировал. — Слушаю тебя. — В марте погнали в лес съездим компанией? Пока просто скажи ответ, а детали уже потом обговорим. — Я согласен, — не долго размышляя, ответил Финляндия. Он никогда не был против проводить время со своими друзьями, если выпадет возможность. Да и лес, природа, свежий воздух, которого в городе не хватает. Ещё и от преследователя прибалта отдохнёт. Плюс у Эстонии будет больше охранников. Замечательно. Главное, чтобы далеко от друзей не отходил, а то и правда мало ли, что может быть. Хотя вряд ли тот человек поедет за ними на природу. — А я тоже хочу! — влез швед. — Можно мне с вами? — поинтересовался он, придвинувшись к финну ещё ближе, чтобы Федерация точно его услышал. — Швеция? — уточнил РФ, услышав другой голос в трубке. — Ага. Мы тут в парке прогуливаемся, — объяснил Фин. — Понятно. Конечно, ты можешь с нами. — Спасибо! Финляндия отодвинул Швецию в сторону и продолжил разговаривать с русским. Ему было интересно узнать, в каких числах рассчитывал. Они решили ехать примерно в середине марта, а там уже посмотрят и, если что, поменяют всё. Когда звонок завершился, Фин убрал телефон обратно и посмотрел на небо, вдыхая морозный воздух. Осталось дождаться поездки, в которой они вместе весело, а он уверен в этом, проведут время. А что насчёт сталкера Эстонии… Он продолжит защищать эстонца, как только может, но мирным путём, не прибегая к насилию, а также будет пока думать, что с ним можно сделать, не пролив ни капельки крови. Ведь насилие — плохо.