Ведьма

Пол дрожит. Алекс уверен это не предвещает ничего хорошего. Коридор заполняется едким, чёрным дымом, всё трудней становиться дышать. Пол усыпан крошкой стекла, разбитых в дребезги окон. Как же он рад что это отвратительное платье сейчас на нём! Грубая ткань не пропустила острые грани стекла, самые крупные лишь оцарапали кожу. У Алекса лицо расцарапано, осколки впиваются в кожу словно иглы, лёгкие заполняются перцем. У Закревски кровь стекает по виску. Она злобно шипит словно кошка, крепко сжимая челюсти и держась за огромный осколок торчащий из бедра. Алая жидкость тонкими струйками бежит вниз, кожаная штанина лопнула и потемнела. Лёля хочет выдернуть осколок, оцарапав пальцы неровными гранями, но вовремя останавливается. Только хуже сделает. Девушка бросает короткий взгляд на Алекса. — Уходим. — А как же колдун? — парень краем глаза выцепил из-под груды стекла амулет всё так же валяющийся на полу. — Его мы здесь вряд ли встретим. — Закревски хрипло закашляла и закрыла нос и рот разодранным рукавом рубашки. Алекс отзеркалил её движение. — Но кое-кого очень неприятного вполне. — Ты про Клайда и его друзей? Они наверняка сейчас воруют книгу Готелей. — Именно поэтому, над надо поспешить Лёля ковыляет в строну лестницы и болезненно морщится от каждого шага. Грановский бросает последний взгляд на закрытую дверь комнаты Кастлера и хмурится. Прогремел взрыв такой мощи… Окна разбились в дребезги, дом шатало до сих пор, внизу нарастают крики Ольги. А старик не шелохнулся. — Это были не чары сна. Девушка медленно остановилась, но не обернулась. Алекс не мог видеть как её глаза застекленели, а губы поджались. Она прекрасно поняла к чему ведут эти слова. — Ошибаешься, это они и есть. — То есть, если я сейчас зайду в комнату и проверю старика, его сердце будет биться? — Да. — А теперь повернись и скажи это глядя мне в глаза. Приглушённый стук тяжёлых подошв ботинок кажется оглушительным в гнетущей тишине. Двое подростков стоят друг напротив друга и пропасть между ними увеличивается с каждой секундой. Оба выглядят нелепо, они грязные, слабые, с разорванными на клочья душами. — Я просто хотела чтобы было лучше… — Убив его?! — Он не оставил бы вас в покое! Мешал бы, ставил палки в колёса, убил бы кого-нибудь! — Ты не знаешь этого наверняка! — Поэтому я и не хотела тебе говорить. — Девушка всплеснула руками будто пытаясь донести этим жестом всю суть своих слов. — Ничего за всё это время не изменилось! Ты опять устроил истерику! — Истерику?! — парень подлетел к застывшей фигурке девушки, нависая над ней словно исполин. — Ты садистка, Лёль. Ты обрываешь жизни без разбора, убиваешь просто так! Алекс перешёл на крик. Его уже не заботили ни Клайд с компашкой, ни Ольга, ни мёртвое тело колдуна за стенкой. Он говорил всё то, что повторял Закревски из раза в раз. Но её неоправданная жажда крови лишь увеличиваясь из года в год. — Чем же тогда от них отличаешься ты? — прошептал Грановский и чернильные зрачки Лёли сузились почти исчезая. — У тебя ведь руки по локоть в крови. — Я бы не стала уничтожать собственный народ, какой бы последней мразью не была. В эту секунду особняк сотряс ещё один взрыв. Намного меньшей силы чем первый, но ребят тряхнуло так, что они не удержавшись на ногах отлетели к стенкам коридора. Лёля вскрикнула от боли в раненой ноге, Алекс ударился головой об тяжёлую рамку одной из развешанных на стенах картин. С первого этажа послышался громкий, мужской смех прямиком из ночных кошмаров. Грановский схватился за раскалывающуюся пополам голову и крепко сцепил зубы. Боль отрезвила. Они встретились взглядами. По холодным глазам Лёли всё было ясно: разговор окончен. Окончен, но не решен и никогда не будет. Лёля не изменит своим принципам, а Алекс своей морали. Всё-таки дорога каждого направилась своим путём. В абсолютно противоположные стороны. *** Они бежали не разбирая дороги. Позади слышались взрывы и шум рассекаемого воздуха — это Макс пытался задержать лесного голема, чтобы Камилла с Розой могли уйти. Они держались за руки, спотыкались о корни деревьев, ветки кустов царапали им руки и лица. Взрывы были уже совсем близко. На секунду в воздухе мелькнула тень и в девушек врезалось бессознательное тело Беркута, сбивая их с ног и окуная в грязь. Роза душераздирающе кричит, звук её высокого голоса разрывает Камилле ушные перепонки. И вдруг всё обрывается.