Секрет искупления

      В голове Джису могли бы пронестись десятки мыслей, предположения о том, кто же всё-таки расположился по правую сторону от неё. Могли, но невыносимая боль буквально разрывала череп на две части. Ей хотелось просто закрыть глаза и уйти в темноту, чтобы боль перестала отдаваться тысячами молоточков, перестала приносить мучительные страдания и позволила хоть немного начать мыслить насчёт всего произошедшего. Пристрастие к алкоголю не свойственно для неё, но отчего-то вчера она не смогла остановиться, но что из этого получилось, вспомнить удавалось едва ли. Громкая музыка, что играла в клубе, горький привкус, разливающийся по гортани, и желание говорить всё, что приходит в голову, — отличное описание вчерашнего вечера.       — Агх, — простонала она в пустоту.       Яркие лучи солнца и головная боль не позволили отключиться от реальности, чтобы прийти в себя. Девушка перевернулась на бок, чтобы получше разглядеть лежащего рядом человека. Светлые волосы с отблеском фиолетового небрежно лежали на подушке, шёлковая ткань одеяла прикрывала тело Чеён до поясницы. Увиденное позволило расслабиться, от чего боль стала чуть слабее. Джису уже похоронила своё целомудрие, поставив массивный крест на надгробии, но всего-то стоило сопоставить картинку, чтобы успокоиться.       Ким аккуратно приподнялась на локтях, пытаясь встать. Тело ломило, а в глазах потемнело на пару секунд от такой резкой смены положения. Давно она так не напивалась, поэтому отвыкла от всех этих последствий бурной ночки. Она опустила голые ноги на холодный паркет, от чего по телу прошлась волна мурашек, позволившая чуть-чуть прийти в себя.       — Сбегаешь? — женский голос заставил отвлечься от поисков телефона. — От меня девушки ещё не сбегали, будешь первой, — Чеён в своей обычной манере свела всё в сарказм. Она выглядела намного лучше Джису, на её голове не было гнезда, а лицо не выглядело таким вымученным, но отголоски прошлой ночи остались в виде лёгкой головной боли.       — Я не хотела разбудить тебя, — ответила она без капли эмоций и продолжила поиски.       — Ты случаем не это ищешь? — Пак помаячила телефоном перед писательницей в надежде привлечь её внимание. — Держи, — мобильник упал на кровать, создав небольшую вмятину на мягком матрасе, которая после пары секунд исчезла.       — Спасибо, — взяв телефон, она кивнула Чеён в знак благодарности. Пускай это была вынужденная любезность, но в ответ девушка улыбнулась. Натянутая улыбка, которую Ким тут же разгадала.       Атмосфера между двумя девушками была, мягко говоря, тяжёлой, они были слишком разными, имели разные ценности, и даже воспоминания вчерашней ночи были совершенно отличными друг от друга. Джису не помнила почти ничего, а вот Пак удалось запомнить многое. Чеён выпивала слишком часто, от чего выработалось что-то вроде иммунитета, да и она сама по себе не особо восприимчива к алкоголю. Помнит, как смотрящая на неё обладательница тёмно-янтарных глаз препиралась с Юнги. Хотя это, скорее всего, была игра в одни ворота, а парень просто наслаждался тем, как девушка распылялась на такие мелочи. Помнит, как они втроём с Чимином сели в такси и поехали к нему, чтобы продолжить веселье вместе. Все остальные отказались: Тэхён пропал как-то незаметно, был в один миг, а после словно испарился, кинув напоследок что-то насчёт важных дел, которые неожиданно появились (ему просто наскучило, и, поняв, что ловить нечего, он решил заняться чем-то более интересным), Юнги позволил Чимину вступить в игру и взять реванш, просто потому что ему так захотелось, а Намджун перебрал и принял решение покинуть остальных ещё в самом начале. Пускай он и пытался сопротивляться своему организму, оставаться в состоянии, чтобы ещё после всего отправить писательницу домой, но градусы в крови взяли верх над взрослым парнем. А девушка помахала ему ручкой и отправила на такси домой, кинув вслед «Не переживай, моя задница не попадёт в неприятности сегодня». Могла бы попасть, с лёгкостью, но Джису слишком вовремя отключилась, и поэтому ей удалось выполнить обещание, кинутое агенту на пьяную голову.       — Ты, случаем, не помнишь вчерашнюю ночь? — запустив пальцы в волосы, уставилась в ожидании Ким. — Не сильно уж мне нравится быть тем человеком, что ничего о помнит.       — Не парься, твоё целомудрие осталось при тебе, — сразу же поняв, чего опасается девушка, Чеён поспешила успокоить её. Она, если честно, и сама не помнила, куда делся хозяин пентхауса, в котором она бывала слишком часто за последнее время.       Что её заставляет каждый раз бежать к Чимину за утешением? Качественный секс, да и только. Пак говорила себе много раз, что может с лёгкостью отказаться от своего личного «антидепрессанта», но все её громкие заявления летели в мусорное ведро, стоило ей в очередной раз разозлиться. Ей бы, правда, хотелось найти утешение в чём-то другом, но пока она продолжает приезжать сюда и отдаваться животному желанию с Чимином.       А ведь он привёз дам к себе и покинул их, чтобы продолжить веселье с более приятным финалом. Но сколько бы он не убеждал себя, что мог бы спокойно воспользоваться ими, пьяными и готовыми на всё, Чимин правда не понимал до конца, почему поступил так. Отчего решил оставить их в своей спальне и уехать. Вот и Чеён не понимала, почему так произошло. Она была уверена в нём и не надеялась проснуться одетой, но он удивил её. Удивил тем, что поступил не в своей обычной манере, а пошёл наперекор собственным убеждениям. Когда Чимин ещё жил на небесах и прислуживал Богу, он являлся ангелом целомудрия. Все его помыслы были чисты, он помогал людям встать на путь истинный, не поддаваться грешному соблазну, не идти на поводу у пороков. И как бы это иронично не звучало, но он сам же и попался на свою удочку. То, против чего он боролся, повернулось против него. Соблазн был слишком велик, а желание уже было не остановить, поэтому он совершил грехопадение и обрёл вечную свободу. Свободу, в которой ему подвластна любая, а свои желания ему разрешено удовлетворять когда угодно. И пускай его душа прогнила, сердце зачерствело, но где-то внутри, далеко-далеко, в самом дальнем углу, осталось что-то светлое, то, что ему удалось сохранить сквозь века.       — Ты знаешь адрес? Адрес этого дома? — Джису смотрела с ожиданием, держа телефон в руке, её пальцы застыли в воздухе, ожидая точного адреса. Встречаться с Чимином ей не очень-то хотелось, да и был ли в этом смысл?       — Так быстро уезжаешь? — девушка плюхнулась на кровать, раскинув руки в стороны. Её волосы, цвета лаванды, раскинулись вокруг её головы, после чего она сделала глубокий вдох, желая продолжить. — Я скину тебе геопозицию, — она перевернулась и начала двумя руками нажимать на буквы на сенсорной клавиатуре своего мобильника.       — Откуда у тебя мой «KakaoTalk»? — уведомление дошло до Джису, но благодарности не последовало, вместо этого она озадаченно посмотрела на Пак, которая пожала плечами и наигранно скривила гримасу незнания.       Девушка и забыла, как ещё в клубе обменялась с Чеён номерами, убеждая её, что с этого самого момента они подруги и будут вместе ходить в выходные в «Адскую ночь». Но когда головная боль начала постепенно отпускать, то и мысли начали возвращаться. Теперь-то Ким вспомнила то, как возмущённо закидывала Юнги необоснованными обвинениями, вспомнила, как при этом смотрел на неё Тэхён. Он насмехался, словно ожидая, прозвучит же что-то в его адрес, но ни слова не прилетело в него, только неоднозначные взгляды, которые каждый расценил по-своему.       — Понятно, — Джису выставила руку ладошкой вперёд, дав понять собеседнице, что память частично вернулась к ней. — Чеён, ты как хочешь, но я поехала, — она использовала всем известный психологический трюк, благодаря которому легко привлечь внимание человека, а всего-то стоит назвать его по имени. И это сработало, Пак невольно поднялась на локтях и посмотрела на болезненное лицо писательницы, которая уже стояла около двери, держась за металлическую ручку с позолотой.       — Ты помнишь, что пообещала мне ещё одну такую же весёлую ночь? — в ответ Джису сморщила нос, напрягая память.       — Обязательно, — алкоголь выветрился, поэтому вновь вернулась прежняя Су, которая обрывает разговор на полуслове и поступает так, как ей захочется. Чеён осталась одна в пустой комнате, тишину нарушали лишь доносившееся шаги, она слышала, как «подруга» уходила, оставляя её одну, а оставаться одной ей не нравилось ещё с детства.

***

      Чеён сидела в пустой комнате, листая ленту Instagram, лишь свист от чайника нарушал идиллию. Идеальная чистота, всё расставлено по своим местам, даже столовые приборы были распределены по назначению, казалось, что ко всему этому не прикасались очень долгое время или же здесь проживал кто-то очень чистоплотный, но правда была в том, что почти каждый день к Чимину приходила горничная, которая наводила чистоту во всём пентхаусе. Работа была не слишком и сложной, всего-то приходилось протирать пыль со всех поверхностей и приводить в порядок спальню. Бывали случаи, когда последствия прошедшей вечеринки и безудержного веселья доставляли хлопот, но именно за это он и платит деньги. Пак ненавидел, когда в доме грязно, а собственноручно заниматься этим не собирался, поэтому кинуть деньги на стол для него всего лишь обыденность. Для той, кто совмещал учёбу и подработку, это было спасительным кругом, но для него это ничего больше, чем обычные бумажки, способствующие удовлетворению личных потребностей.       Чеён чувствовала себя хозяйкой этого дома, она неторопливо достала из чёрного глянцевого шкафчика кружку и налила кипяток, после добавив туда пакетик быстрорастворимого кофе. Один глоток и никаких эмоций, вкус был никакой, обычный ничем не выделяющиеся кофе, от которого даже не шёл приятный аромат зёрен. Обычно девушка начинала день с ароматного латте с клубничным сиропом, который Джин готовил искусно специально для неё, и сразу же всё окрашивалось в яркие краски, что даже самая понурая погода не могла испортить настроение.       Входная дверь открылась, Чеён лишь услышала, как дверной замок щёлкнул, но и этого хватило, чтобы она догадалась, кто же всё-таки пришёл. Чимин вернулся домой после весёлой ночки, оттого вид его был слегка помятым, но, скорее, это была приятная неопрятность, потому что усталость от бессонной ночи, проведённой с горячей танцовщицей из собственного клуба, не может не приносить удовлетворённость произошедшем, а усталость что-то вроде небольшой платы за удовольствие. За всё нужно платить, и демон об этом прекрасно знал.       — Ты ещё не ушла? — вышло как-то по-хамски, но его не заботило то, как могла почувствовать себя сидящая за барной стойкой девушка.       Он никогда не боялся обращаться с ней грубо, зная, что она никуда не сбежит от него, но она и не думала придавать его словам или поступкам значения. Они могли заниматься сексом страстно, а грубость Пака только заводила Чеён, заставляя желать его ещё больше, но после, вдыхая аромат никотина, каждый из них уходил в себя. Только несколько минут назад они были настолько близко, что любая девушка могла бы позавидовать, но вот они уже будто чужие друг другу люди. Но и бывали моменты, когда кто-то из них начинал разговор и поток слов было не остановить, хотя, скорее всего, это были препирательства двух молодых людей, нежели полноценный разговор. Вот только если говорить о Чеён, то она не боялась потерять эту связь между ними, но Чимин, сколько бы раз он не убеждал себя в обратном, не хотел терять «вариант», который мог приехать в любое время дня и ночи, только ради него. Девушка приезжала только в том случае, если сердце ноюще болело от очередной стрелы в сердцевину, но почему-то он не догадывался об этом, слепо веря в её преданность.       — Я допью и поеду на пары, — не отрываясь от горящего экрана мобильника, ответила она. — Джису уехала, так что можешь не говорить так тихо, — до этого момента Чимин старался говорить тише на два тона, думая, что на втором этаже спит его ночная спутница.       — Она сказала что-нибудь? — уселся на рядом стоящий с девушкой стул Пак.       — Расстроилась, что ты так не по-джентльменски оставил нас одних, — уголки губ девушки поднялись в лукавой улыбке, но керамическая чашка с золотым узором на ручке скрыла это от любопытных глаз Чимина, но ему и не нужно было видеть что-то, чтобы понять, что девушка в очередной раз пошутила.       — Надеюсь, она не сильно плакала, — насмотревшись на Чеён, он решил налить себе кофе, чтобы хоть немного взбодриться после бессонной ночки.       Чимину хватало только услышать, в каком тоне говорила девушка, чтобы понять, говорит она серьёзно или отвечает в своей излюбленной манере. Он знал её слишком хорошо, пускай они познакомились не так давно, но за это время удалось изучить её поведение и повадки вдоль и поперёк. Правда, осталось кое-что, что неподвластно ему, — это чувства Чеён.       — Не переживай, все подушки сухие, — допив кофе, она поставила кружку в раковину и по привычке начала мыть её. Чеён жила одна, поэтому прибирать за собой всегда было её обязанностью, иначе квартира превратилась бы в настоящую помойку.       — Ты могла не делать этого, — пока Пак домывала кружку, парень встал позади. Их тела находились слишком близко друг к другу, она чувствовала спиной, как его сердце отбивало спокойный ритм, а рельефный торс ощущался даже через одежду. Никакого трепета или волнения, он просто прижал хрупкое тело девушки к себе, ожидая хоть какой-то реакции, но Чеён просто стояла и не предпринимала ответных действий.       — Я же сказала, что допью кофе и поеду на пары, — она неумело вырвалась из крепких объятий Чимина и отстранилась от него. — Что именно в моих словах тебе было не понятно? — в ответ парень лишь усмехнулся и упёрся поясницей в столешницу.       — Обычно ты умоляешь меня продолжить, а сегодня строишь из себя недотрогу? — ситуация веселила его, он правда находил забавным то, что сегодня Пак сосредоточена настолько, что к ней даже не подобраться. — У тебя что-то случилось? — неожиданный вопрос, который Чеён уж точно не ожидала. Они никогда не откровенничали друг с другом, поэтому подобное стало неожиданностью для неё.       Сегодня она не просто так торопилась на учебу, всё просто, у неё намечена встреча с Чонгуком, который сам попросил Пак об этом. Сказать, что она буквально прыгала от счастья, это ничего не сказать. И пускай она знала, что всё это неспроста, но всё равно продолжала радоваться этому, как ребёнок подарку на рождество.

***

      Понурая погода завладела жителями города, с неба пропало хоть какое-то напоминание тепла и света, его заволокло тёмными тучами, что казалось, ещё немного и пойдёт дождь. Люди приоделись во что-то более тёплое, старались кутаться в подручные вещи. Только в кофейне всё оставалось прежним, гостеприимная атмосфера вперемешку с ароматным кофе, запах которого витал в воздухе. Чонгук сидел за дальним столом, наблюдая за видом из окна. Люди спешили по своим делам, их лица были окутаны тревогой, многие боялись промокнуть под внезапным дождём, который вот-вот должен был начаться. Где-то в самом конце своих диалогов он нашёл переписку с девушкой, которая преследует его ещё с самой школы. И не то чтобы он не знал о чувствах Чеён, нет, он прекрасно всё знал и намерено заводил диалоги о других девушках, зная, что это причиняет ей душевную боль. Чон не был бессердечным, скорее наоборот, он просто пытался выбить всю дурь из головы девчонки, которая слепо верила и ждала его благосклонности. К сожалению, он ничего не чувствовал по отношению к Пак, как бы она не старалась, какие бы усилия не прилагала, все её попытки заканчивались неудачей. И ему было больно наблюдать за тем, как она не опускает руки. Вот только Чонгук в силу своего возраста не понимал одного, насколько он жесток с ней. Просто поговорить, объяснить и наконец-то расставить все точки над «i», — это было бы лучшим решением, но он выбрал неправильный путь, заставив Чеён мучиться. Старался быть хорошим, но хорошим не был, сколько бы не старался, его боль была несравнима с душевными терзаниями влюблённой девчонки.       Ещё со школы она влюбилась в него, смогла пронести это светлое чувство сквозь время и была уверена, что однажды найдёт отклик в сердце Чонгука. Чеён всегда была умной и поступала рационально, но глупая влюблённость затмила разум, словно ослепила и не позволила понять главного, — в сердце парня нет и не будет места для неё.       — Привет, — на входе в кофейню девушка встретила Джина, который широко улыбнулся ей, но в ответ она лишь махнула рукой, так и говоря: «Не сейчас». — Чонгук-оппа, привет, — она тут же расцвела, словно бутон пиона, за которым ухаживала любящая хозяйка сада.       Мужчина наблюдал за тем, как эмоции подруги поменялись, он знал, что она притворяется, отыгрывает роль только ради того, чтобы заполучить благосклонность Чона. Вот только Ким знал, что притворство ни к чему хорошему не приведёт. Как говорится, «Насильно мил не будешь». И сколько бы раз он не пытался донести эту простую мысль до Чеён, все его попытки заканчивались провалом, поэтому он уже потерял какой-либо шанс вразумить её.       — Прости, если оторвал тебя от важных дел, — чёлка, сделанная по последнему писку моды, свисала по обе стороны от лба, а карие глаза парня смотрели точно в сердце девушки. Чеён хотелось верить в это, она словно жила в своём придуманном мире, где каждому действию Чона придавалось особое значение. Так делает большинство влюблённых девушек, что и становится их самой главной ошибкой.       — Всё в порядке, — отмахнулась она. — Ты же знаешь, что я всегда свободна для тебя, — это прозвучало двусмысленно, но, сказав что-то подобное Джину, она не вкладывала бы скрытого смысла и он не придал бы значения её словам, но он не Чон, который тут же понял намёк девушки, но не придумал ничего лучше, как только притвориться дурачком. — Так в чём дело?       — Помнишь, как я хотел себе собаку в школьные годы? — конечно, она помнила и не могла забыть то, что старшеклассник в небрежно надетой рубашке и с ссадиной на носу доверил девчонке на два класса младше, которая по уши была влюблена в него, свой собственный секрет.       — Конечно, — кивнула она.       — Я завёл себе шпица два месяца назад, — Чеён аж ахнула от неожиданности. — Но недавно у него появилась сонливость, он не бегает и не веселится, а просто лежит на месте, ещё за последнее время он набрал в весе, — Чон походил на обеспокоенную мамочку, которая трепещет за своё дитя. А ведь он и впрямь был таковым, настолько уж любил собак, что считал их своими детьми, которым нужна забота и ласка не меньше, чем людям. — Говорят, у тебя хорошие оценки и практика прошла на отлично, — он намеренно обратился к девушке, зная, что она учится на ветеринара. — И насколько мне известно, у твоей сестры хорошая клиника, — после последних слов ей всё стало ясно и надежды разрушились об жестокую реальность, но отчего-то обиды Пак не почувствовала, скорее наоборот, некое воодушевление. Она любила животных и Чонгука, поэтому совместить два дела сразу казалось отличной идеей.       — Скорее всего, это гипотиреоз, он встречается у этой породы довольно часто, поэтому стоит обследоваться раз в год и исследовать кровь на уровень гормонов щитовидной железы, — пояснила она. — Можешь привести своего пушистого друга в клинику сестры, я как раз помогаю там по выходным, так что сама смогу проверить его, — в ответ Чонгук довольно кивнул.       — Я не ошибся, когда написал именно тебе, — «именно» — это то, что говорит о присутствии других людей, к которым он мог обратиться за помощью, Чеён же оказалась более подходящей кандидатурой. — Ты прости, но у меня скоро начнётся тренировка, — парень кинул взгляд на наручные часы. — Ещё раз спасибо за помощь, — сказал он и поспешил убраться подальше, потому что опоздание на тренировку приравнивается к позору. Опоздай он, его бы ждало самое изощрённое наказание, которое только могло быть. Спорт не терпит недисциплинированных спортсменов, поэтому если хочешь «вариться» во всём этом, будь добр играть по правилам.       — Да… не за что… пока! — крикнула Пак вслед уходящему парню, который скрылся за дверью так же быстро, как и ворвался в её жизнь много лет назад.       Девушка склонилась над экраном телефона, на дисплее которого стояла дата, увидев которую, она стукнула себя по лбу. Значимая дата для Джина, так как именно сегодня он родился. Чеён вспомнила, как она встретила мужчину на входе, и захотелось провалиться сквозь землю. Он всегда помогал и поддерживал её, создавая вокруг себя хорошее настроение даже такой пессимистке, как она, но когда нужно было просто пару слов поздравлений, она отмахнулась от Кима, выбрав другого. Просто вылетело из головы, она сделала это не специально, правда, не хотела, чтобы так получилось. Но что сделано, то сделано, и пускай она поступила не очень хорошо по отношению к другу, главное, что Чеён была готова исправиться. В голове появилась идея, как отпраздновать день рождения Джина, и она загорелась этой самой идеей, в надежде создать праздник для уже взрослого и состоявшегося мужчины.       Чеён тут же вскочила с места и размашистыми шагами направилась к барной стойке, за которой Джин готовил кофе для одной из посетительниц кофейни. Девушка в пёстром пиджаке постукивала ногтями по деревянной поверхности, отбивая мелодию недавно вышедшей песни дебютировавшей женской группы. Когда последняя капля свежеприготовленного кофе упала в чашку, а заказ был отдан, мужчина наконец-то обратил внимание на улыбающуюся во все зубы подругу.       — Случилось что-то хорошее? — спросил он как ни в чём не бывало.       — Сегодня вечером тебя ждёт сюрприз, — девушка наставила палец на мужчину, от чего выражение его лица изменилось, приобрело удивлённый вид. Ким явно не ожидал подобного развития событий, он и впрямь подумал, что Чеён забыла про его день рождения, но, даже смирившись с подобной мыслью, он не шибко-то и расстроился. За долгие годы этот день превратился в самый обычный, никаких ярких эмоций или впечатлений он не получал, а поздравления ограничивались банальным: «А, у тебя же день рождения, с праздником!» Джин привык к подобному, ведь времени на празднования не было, всё занимала работа, да и отмечать было не с кем. — Не наряжайся сильно, — девушка кинула завершающую фразу, которая только ввела мужчину в замешательство, и поспешила на пары.

***

      Джису сбежала из пентхауса Чимина быстро, даже не дождавшись владельца, потому что, с одной стороны, ей было стыдно за своё поведение, а с другой, она просто не видела смысла пересекаться с Паком. И именно эти две причины объединились в одну, заставив так быстро уйти. Для неё не свойственно такое поведение, оттого девушка чувствовала себя так некомфортно на утро, когда воспоминания начали поочерёдно всплывать в памяти. И парень был не единственным человеком, перед которым писательнице было стыдно. Мин Юнги, она наговорила вчерашним вечером ему столько много нелицеприятного, и пускай он не тот человек, который был незаслуженно оболган, наоборот, всё сказаное являлось чистейшей правдой, но в любом случае внести ясности ей хотелось. Оставаться в плохих отношениях с Мином ей было не выгодно, он помогает издавать её сказки, а обращаться подобным образом со своим «спасителем» нельзя. Особенно когда у этого самого «спасителя» был скверный характер и в любой момент он мог передумать, отказав и так оказавшейся в непростой ситуации писательнице.       — Можно? — уверенный стук в дверь вынудил Юнги отвлечься от экрана ноутбука.       Сегодня Мин в глазах девушки выглядел совершенно по-другому, вероятно, потому что его стиль слегка отличался от привычных роскошных нарядов, костюмов, от лучший дизайнеров Кореи и Европы. Базовая белая футболка и накинутый поверх чёрный пиджак придавали простоты, а цепочка на шее завершала образ. Для Джису именно в простоте заключалась красота, в деталях, которые человек мог совмещать в одно целое, получая произведение «искусства». Очки в серебристой оправе небрежно спадали с переносицы, а на голове был лёгкий беспорядок, словно это не владелец редакции, а самый обычный студент, готовящийся к сессии. Юнги обладал неким шармом, который писательница не смогла не уловить.       — Заходите, — парень снял очки и устало потёр двумя пальцами внутренние уголки глаз. Будучи человеком, ему приходится выполнять работу, связанную с работами молодых авторов, которые собираются публиковаться в ближайшее время. Законченные экземпляры отправляются Мину на конечную проверку, все ждут от него положительного ответа, поэтому порой приходится решать все насущные проблемы. Именно это ему не нравилось в человечком обличии, будучи ангелом, он никогда не чувствовал усталости, но отчего-то даже его глаза устают, когда демон длительное время утыкается в экран ноутбука.       — Не отвлеку? — Джису осторожно закрыла за собой дверь и, несмотря на вчерашнюю провинность, постаралась сохранить лицо. Уверенная походка и взгляд, который не петлял по кабинету, а смотрел прямо в глаза парня.       Стоило ему только увидеть Ким, как усталость мигом пропала, а на лицо вернулась прежняя надменность и величие. Юнги не мог показать свою, хоть и маленькую, но слабость. Именно в такие моменты он ненавидел себя, почему такой ранее могущественный демон должен влачить жалкое существование в этом, уязвимом от внешних факторов, теле.       — Нет, — он закрыл ноутбук и отодвинул его в сторону, чтобы у писательницы не создалось ощущения, будто она мешает его работе. Ему не хотелось спугнуть её. Вчера он без капли обиды выслушивал громкие высказывания Су, внутри ничего не ёкнуло, даже наоборот, он ликовал и надеялся, что она продолжит выливать всё накопившееся на него. Чем сильнее вина за сказанное, тем сильнее терзания. Так уж устроены люди: сначала говорят, не подумав, а после сожалеют и не решаются поговорить. Так и проходят жизни, бессмысленные и полные сожалений. — Что-то случилось?       Девушка не решалась садиться напротив, потому что знала, что стоит только задержаться здесь на чуть больше и это ничем хорошим не закончится. Аура у Юнги была тяжёлая, буквально сдавливающая всё внутри, словно это не человек, а само зло в обличии довольно симпатичного парня. Джису не понимала, с чем именно связана такая странная реакция её организма на нахождение рядом с Мином, но она знала точно, что причина в сидящем напротив парне.       — Я хотела принести извинения за вчерашнее, — нужные слова слишком быстро находились на задворках памяти, что Ким показалось, будто ей и не стыдно за произошедшее. Она искренне хотела высказать всё сидящему напротив, объяснить, как и куда стоит засунуть свои идеи касаемо её сказок. Джису отчётливо стало понятно, что если бы предоставилась ещё одна подобная возможность, она бы без зазрения совести повторила всё сказанное. — Мне правда жаль, — враньё, умело слетающее с пунцовых губ.       — Думала, что меня это обидело? — даже таким «грязным» способом забрать место в мыслях Джису ему казалось не плохим вариантом.       — Нет… просто… я привыкла нести ответственность за свои слова, — подобный вопрос ввёл её на несколько секунд в замешательство, девушка правда не ожидала такого, поэтому понадобилось время собрать слова во что-то внятное.       — Я и без того знал всю правду про себя, так что не стоило распыляться за зря, — демон откинулся на спинку кожаного кресла, не сводя взгляда с Ким.       «Она не та, кого ты любил», — пронеслось в голове Мина. Взгляд девушки был холодным, стоило только взглянуть в её тёмно-янтарные глаза, тут же накатывал могильный холодок. Та, кого он любил когда-то, всегда улыбалась, ослепляя его своим светом.       Существует легенда, что однажды ангел, посланник божий, отрёкся от своего имени и небесной жизни ради земной девушки. Но небеса не отпустили его, не позволили посвятить всю жизнь лишь одному человеку, решив за него, что жизни тысячи других дороже одной смертной. И судьба их была обречена, но погубили любовь не чьи-то предрассудки или запреты, а сам ангел, влюбившийся в крестьянку из деревни на окраине реки. Её звали Гахын. Он любил её настолько, что цветы расцветали в его сердце, ему хотелось владеть только ей, это и было самой главной ошибкой. Любить — это не владеть, а находить в другом человеке то, что дополняло бы тебя, помогало удерживаться вам двоим на плаву, но воспринимать любимого, как вещь, продукт, о котором хочется заботиться, — ошибка, которую допустил ангел. В одну ненастную ночь родители продали свою дочь в мир распутства и блуда, в место, где и закончилась её жизнь. Она ждала до последнего, что любимый придёт за ней, но никто не приходил. Молитвы, вперемешку со слезами, смешивались с каплями дождя. Свет от Луны освещал дорогу из окна борделя, на которую девушка смотрела каждую ночь и ждала. Ждала, когда лунный свет попадёт на бледную кожу любимого, когда она увидит его и поймёт, что не зря терпела все издевательства жизни. Истина заключалась в том, что ангелом завладело желание богатства, его поработила алчность, вынудив оставить любимую на произвол судьбы, и выбрать деньги взамен вечной любви. А когда осознание ошибки пришло, было уже поздно. Бордель подвергся нападению императорской армии, так как именно в этот момент с молоденькими особами развлекалась армия высокопоставленного чиновника, который был замешан в нечистой торговле и связями с врагами. Когда ангел пришёл за любимой, застал ужасную картину: реки крови, море трупов и истошные женские возгласы, звук от скрещивания стали. Ещё бы чуть-чуть и его пронзило острие, но возникшая перед ним девчонка испортила планы нападавших. Она отдала жизнь за него, пожертвовав собой, а он предпочёл деньги любви. Имя ангела было Мин Юнги, и в тот самый момент, когда девушка умирала на его руках, а его слёзы капали на её ещё дышащее тело, он потерял всё хорошее и внутри него поселилась тьма, поглощающая всё на своём пути.       И Джису была копией деревенской девчонки с заразительным смехом, вот только они были полными противоположностями. Она сильная и уверенная в себе, способная постоять за себя и не готовая посвящать всю себя любви, а Гахын была словно цветок, такая же светлая и чистая, готовая отдаваться любви без остатка. И именно эта самоотверженность погубила чистую душу.       — На этом и порешали, — отрезала Су.       Дверь закрылась за девушкой, оставив парня наедине со всеми воспоминаниями.       Изящное личико Ким искажалось в не самых лицеприятных эмоциях: уголок верхней губы подрагивал от злости, которую в ней разжигал Юнги.       Промозглый ветер охватил хрупкое тело, стоило только ступить на улицу. Капли дождя стучали по козырьку, который позволял Джису не промокнуть. Надеть белые джинсы и светло-синего цвета топ с массивными рукавами было не самым лучшим решением, но кто же знал, что погода так испортится. Прогноз в очередной раз поставил девушку в неудобное положение, заставив толпиться с остальными на крыльце бизнес-центра, убраться от которого хотелось куда подальше. Порывы становились с каждым разом сильнее, а начало крыльца спустя несколько минут оказалось мокрым, от чего людям пришлось сделать два шага ко входу. Кто-то решался ступить на асфальт и попадал под ливень, из-за которого одежда промокала за доли секунд, а кто-то, вооружившись зонтиком, спешил добраться до ближайшей станции метро. Никто не хотел оставаться здесь надолго, у всех свои дела и заботы, а дождь только нарушал планы. По коже Су начали бегать мурашки, а на белых кедах появились капли от дождя, которые отскакивали от ступенек и попадали на мраморное покрытие крыльца.       Неожиданно на хрупкие плечи писательницы упал массивный пиджак. Она тут же обернулась, и перед лицом возник Юнги, девушка должна была догадаться сразу, ведь аромат его парфюма тяжело не узнать. Он отличался от остальных, что-то с цитрусовым ароматом, такое манящее и привлекательное, от чего невозможно устоять. Мин не смотрел в тёмно-янтарные глаза, его взгляд был направлен на дождь и на то, как люди пытались скрыться от каприза природы, над которым они не властны. Мелкие букашки, не решающие ничего в своей жизни. Вот только его любимая смогла распорядиться своей жизнью по своему желанию, решив отдать её за любимого человека, нежели прожить бессмысленную и пустую жизнь, наполненную сожалениями.       — Спасибо, — отказываться было глупо, поэтому Ким укуталась в пиджаке, который был больше её на два размера.       — Я могу довезти тебя, — Мин достал из кармана брюк ключи от Lexus LS и подбросил один раз. Взгляд Джису наблюдал за манипуляциями парня и она одновременно обдумывала, как же лучше поступить в подобной ситуации.       — Буду благодарна, — схватившись за лацканы пиджака и прижав ткань плотнее к своему телу, она последовала за демоном. Машина находилась не так далеко, поэтому промокнуть до нитки было невозможно, а быстрый темп шага увеличил их шансы остаться более-менее сухими.       В салоне пахло цитрусами, всё было под стать Юнги, а кожаная обивка добавляла дороговизны и удобства. Машина тронулась плавно, выезжая с парковки, они не обмолвились ни словом. Между молодыми людьми повисло напряжение, которое ощущалась всеми фибрами кожи. Джису просто не хотела разговаривать с ним, парень не внушал доверия, а его тёмная аура вселяла животный страх.       — Вчера ты была более разговорчива, — Мину нравилось превосходство над девушкой, то, как она вчера самовольно отдала ему туза в руки, добавляло ей только проблем.       — Возможно, я и была разговорчива, но не помню, как мы перешли на «ты», — натянуто улыбнувшись, она кинула многословный взгляд на Юнги.       — Ах, вроде это было в тот самый момент, когда ты сказала: «Чёртов Мин Юнги», — саркастичная улыбка озарила лицо парня. — Неужто запамятовала?       Машина остановилась в пробке, капли дождя стучали по лобовому стеклу, а огни от фар других автомобилей создавали располагающую атмосферу. Юнги смотрел на Джису, а она в ответ же не сводила взгляд с него, они словно соревновались в гляделки, и никто не хотел уступать другому. Искра, не видная человеческому глазу, пробежала между двумя людьми. С такого расстояния она никогда не видела парня, он казался ей таким чужим, словно видит впервые, но в то же время таким близким по духу. Джису не знала, почему она не может отвести взгляда, почему продолжает смотреть и почему в груди всё сжалось, словно это какой-то ответственный момент. Не выдержав зрительного контакта, девушка отвела взгляд на руль, а после отвернулась, уведя его на вид за окном: десятки разноцветных зонтов заполонили улицы Сеула, рестораны были заполнены до отвала, а погода и не думала успокаиваться, продолжая захлёстывать город своим ненастьем.       — Почему ты хочешь, чтобы я написала именно историю о любви? — не отводя взгляда от вида за окном, спросила она. — Я не пишу по заказу, творчество устроено совершенно по-иному, — Су и не знала, зачем она решила донести это до Мина, просто разбавить тишину, но быть понятой она и не надеялась.       — Пиши о том, что тебе нравится, — взгляд тёмно-янтарных глаз уставился на демона. Такого ответа писательница уж точно не ожидала, от того мысли слегка спутались. Он застал её врасплох. — Я больше не собираюсь навязывать тебе свои идеи, поэтому продолжай творить и не заставляй меня пожалеть о решении издавать тебя. Просто будь полезной, — воспоминания, нахлынувшие на демона сегодня, оказались намного сильнее, чем мимолётное желание. Джису обязательно будет его, будет шептать слова любви и страстно кричать его имя, а в итоге чистая душа достанется именно ему, но порой ради достижения цели стоит сделать один шаг назад, чтобы в дальнейшем сделать два вперёд.       — Хочешь перекусить? — в желудке предательски щемило, а неожиданный порыв Юнги заставил поверить в то, что не всё с этим человеком потеряно. — Я бы была не против острой курочки, — впервые за долгое время она улыбнулась, и пускай это было так неуверенно, но главное, что искренне.       — У меня есть более интересное предложение.

***

      Ближе к вечеру погода разгулялась, а солнце выглянуло на небосклон, но всё же температура держалась не больше десяти градусов. Мужчина стоял недалеко от университетского здания, неподалёку от которого находился торговый район, в который его водили родители в детстве. Это было так давно, но в памяти до сих пор свежи воспоминания беззаботного детства. Время пролетело слишком быстро, он не успел оглянуться, как ему стукнул тридцать один год. Теперь он достиг всего, чего желал, будучи ребёнок. Путь был тернист и сложен, но если не опускать руки, то можно достичь всего, и Джин ощутил это на собственной шкуре. Трудился без устали, чтобы владеть кофейней, и пускай для многих это было лишь детской забавой, мечтой, которая впоследствии должна была измениться, но не для него, для Кима это стало реальностью, к которой он пришёл благодаря упорной работе.       Вдали улицы появилась Чеён, её походка отличалась от привычной, отчего-то настроение было приподнятым, а улыбка непривычно искренней. Ей хотелось отдать своё счастье другу, который делает это для неё каждый день, окрашивает её жизнь яркими красками, но ничего не просит взамен. А Пак не хотела быть нахлебницей, ей хотелось отплатить сполна тому, кто в самые трудные жизненные ситуации оказывался рядом.       — Джин, — он обернулся на своё имя и встретился с яркой улыбкой. Девушка в горчичного цвета пальто и белых брюках неторопливо приближалась к нему, её волосы роскошно лежали на плечах, спускаясь вниз по спине.       Они не договаривались, но оделись в подобном стиле и одной цветовой гамме: Джин встретил Пак в коричневом пальто, оттенок которого был холодным, и в водолазке точно такого же цвета, как её пальто. Для прохожих они выглядели как влюблённая парочка, на что указывали их улыбки, обращённые друг другу.       — Почему так смешно? — Чеён наклонилась вперёд от внезапной волны смущения, почему-то сейчас ей хотелось широко улыбаться. Девушка и сама не понимала, что происходит, стоило ей только увидеть друга, улыбка не сползала с её лица.       — Ты выглядишь воодушевлённой сегодня, — мужчина, в свою же очередь, не мог скрыть счастье, которое отражалось на его лице. Это его первый день рождения за последние годы, который он проведёт не один. — Пойдём?       Торговый район открыл вид на палатки, в которых продавались уличные закуски, которыми славится Сеул, рядом уличный музыкант исполнял знаменитую мелодию, а если пройти дальше, то можно увидеть ларёк с сахарной ватой, где дети с родителями образовали очередь.       — Мне очень нравится это место, — разглядывала всё Чеён. Когда-то Джин сказал девушке, что ему нравится это место и что именно с ним связано множество воспоминаний, поэтому она решила встретиться здесь. Недалеко находился университет, который окончил мужчина по специальности менеджмента, здесь они собирались с друзьями после пар и проводили лучшее время его жизни, — молодость.       — Нравится? — пока она смотрела по сторонам, он не сводил взгляда с неё.       — Да, — категорично ответила Пак. — Этот район…       — Тут просто хорошо, да? — девушка закивала головой в ответ. Ей и впрямь здесь очень нравилось, такая умиротворённая атмосфера, пожалуй, ей не хватало именно этого в жизни.       Чонгук со своими проблемами, которые она кинулась решать тут же, жаркие ночи с Чимином и невкусный кофе по утрам. И в череде всего этого ей не хватало спокойствия, спокойствия, которое она ощущала рядом с Джином.       — Мне вот интересно… — неторопливо начал он.       — Что? — их взгляды встретились, и только в этот момент она поняла, насколько мужчина высокий по сравнению с ней. Раньше она не придавала значения этому, хотя и представляла горячие сцены с участием Джина и Лисы, но никогда не ощущала всё его величие на себе.       — Мне интересно, но я хочу удивиться, — словно ребёнок, он опустил глаза и начал смеяться.       — Есть причина, почему я надела брюки, — Чеён покачалась на месте, позволяя другу рассмотреть её внешний вид.       — Ты ещё больше ввела меня в заблуждение, — усмехнулся он, продолжая прожигать девушку вопрошающим взглядом.       — Мы пойдём на роликовый каток, — девушка почувствовала, как камень упал с души. Ей и самой очень хотелось рассказать побыстрее Джину, но она не знала последующей реакции со стороны мужчины. Он уже взрослый и такие вещи могут быть ему неинтересны, поэтому она так долго тянула момент раскрытия и кидала многозначительные, как ей казалось, намёки.       — Не может быть, — он начал улыбаться, отчего из-за щёк перестали виднеться глаза. Джин был взрослым ребёнком, оттого такая затея показалась ему очень интересной.       — Мы будем кататься на роликах, — поставила точку в вопросе она и расплылась в улыбке. Улыбке, которая никогда не расцветала на милом личике Чеён в присутствии Чонгука.       — Потрясающе, — мужчина находился в нетерпении, потому что роликовый каток — это то, что он обходил всегда стороной. — Я никогда там не был, — обычно люди там веселятся, но вся его жизнь была загружена работой, отчего на веселье не находилось времени. Он и не помнит уже, когда в последний раз чувствовал себя «живым».       И пускай Ким никогда не показывал своей усталости другим, ему и правда было тяжело очень долгое время нести ответственность за всех. Только вчера ему удалось расслабиться рядом с Лисой, с которой они просто прогуливались по берегу реки Хан и разговаривали, обсуждая всё на свете и в то же время ничего. Тогда ему было хорошо, но не настолько хорошо и легко, как сейчас.