Часть 7
28 сентября 2020 г., 03:21
Люди проходили мимо, создавая что-то похожее на игру, где игрок должен был пройти лабиринт и найти выход. Яркие огни окружали со всех сторон, громкий смех и десятки улыбок вокруг вводили в некую эйфорию. Джису, придерживая отданный Мином пиджак, непонимающе оглядывалась по сторонам. Девушка не понимала, зачем они приехали в парк аттракционов. В последний раз она была здесь больше десяти лет назад, поэтому в памяти остались лишь обрывки воспоминаний. Дедушка вёл маленькую девочку за ручку, показывая самые захватывающие аттракционы, и пускай его возраст был не подходящим для подобного рода развлечений, отказать своей любимой внучке он был не в силах. Хватало одной детской улыбки, чтобы все ограничения уходили на второй план. Она помнила вкус попкорна, помнила сладость на губах и специфичное послевкусие, которое маленькая Су запомнила на всю жизнь. Жила в ожидании этого вкуса, но так как они с бабушкой и дедушкой жили за городом, то выбираться слишком часто в город не получалось.
— Зачем мы приехали в «Lotte world»? — прижав плотную ткань, она развернулась лицом к парню, позволив Юнги разглядеть себя с такого близкого расстояния.
Приглушённый свет и блеск от неоновых светодиодов близстоящих аттракционов отражался в тёмно-янтарных глазах девушки, яркие огонёчки плясали на фарфором лице Джису, вытанцовывая вальс. Мин смотрел так проницательно, что любая другая на её месте увела бы взгляд, спряталась, не выдержав такого пристального разглядывания, но не Джису. Она продолжала смотреть на него, ожидая ответа.
— Здесь есть одно место, где подают самые лучшие блюда японской кухни, — блеснув своей ослепительной улыбкой, которая околдовывала девушек, он сделал шаг вперёд, но Су не спешила следовать за Юнги. Она продолжала стоять и рассматривать окружающих людей, места: всё кардинально изменилось с последнего раза, когда она была здесь. Воспоминания нахлынули с новой силой, заставив непоколебимую девушку растаять, словно снег в тёплых руках. Ей хотелось просто напитываться атмосферой былого.
Это непередаваемые ощущения, чувство, словно нашёл то, что потерял много лет назад и, казалось, уже не найдёшь. Ностальгия заставляет людей прокручивать шестерёнки мозга, воспроизводить давно забытые моменты жизни и неважно, был ли ты счастлив или кричал от разрывающей изнутри боли. Спустя годы всё остаётся приятным осадком прошлого, твоего прошлого, изменить которое уже нельзя, но нужно ли? И если бы Джису захотела стереть из памяти болезненные моменты, связанные с матерью и отцом, то не простила бы себя за это. Благодаря им она стала сильнее, поняла многое в этой жизни, но в то же время лишилась чего-то важного, словно вырвали кусок тебя и выбросили в мусорку. Но всё имеет свою цену и за всё нужно платить, пожалуй, она заплатила слишком высокую цену, получив при этом проблемы, сопровождающие писательницу по сей день. Но при всём этом менять прошлое она не стала бы, даже если бы предоставилась возможность.
— Мне нравится японская кухня, — безучастно ответила она, смотря на водяную горку и то, как кабинка с людьми съезжает вниз прямиком из тёмного туннеля.
— Но больше тебе нравится это, — Юнги встал слишком близко, приятный цитрусовый аромат вновь ударил по обонятельным рецепторам девушки, задурманивая разум. — Хочешь прокатиться? — это и являлось его целью, заманить писательницу в такое место, где избежать близости было бы невозможно. Только он не ожидал такой явной реакции с её стороны.
Джису подпортила планы демона, вынудив его менять тактику по ходу действий. Её внешний вид не выдавал внутренних желаний, но глаза не стали бы обманывать. Обычно люди надевают маски, стараясь спрятать свою истинную личность за семью замками, но стоит взглянуть в глаза и вся подноготная вылезает наружу, обнажая желания и мысли. Верно ведь говорят, что глаза — это зеркало души.
— Приглашаешь? — почему-то они походили на маленьких детей, которые перекидывали ответственность друг на друга.
— Да, — уверенно ответил Мин, и когда уголки губ девушки поднялись, а глаза засверкали, словно алмазы, внутри него заликовал демон.
Ему ничего не стоило заставить Джису играть по его правилам, она так легко пошла на поводу, но, в отличие от улыбки Мина, её улыбка была искренней. Людям присуще показывать искренние эмоции в неожиданных ситуациях, когда держать лицо становится непосильной ношей, маски слетают и обнажается истинный облик человека. Ким была предельно честна сама с собой в данный момент, ей просто хотелось ощутить себя ребёнком и вернуться, пускай и на мгновение, в детство.
— Мы правда должны сделать это? — уже сидя в лодке, которая должна была промчать молодых людей по водянкой горке, Су начала сомневаться в своём решении. В лодке находились только они, так как аттракцион был рассчитан всего на двух человек. Сердце бешено колотилось, и не от расстояния, которое разделяло молодых людей (всего пару сантиметров), а от приближающейся опасности. Какой бы смелой и сильной она не была, аттракционы делают даже из самых отважных людей маленьких детей.
— Ты же сама захотела этого, — хмыкнул Мин. — Кажется, мы начинаем двигаться, — резкий толчок с места стал спусковым крючком: Джису невольно схватилась за плечи парня, на что тот не подал и виду. Белая ткань футболки Мина смялась под длинными пальцами девушки, которыми она сжала его плечи. Трапециевидные мышцы ощущались даже через ткань, которая стала защитной стеной между началом нервозности от гаптофобии и сбитым ритмом сердца от резкого спуска с горки.
— Это было моей ошибкой, — лодка бросилась вниз, и девушка ещё сильнее прижалась к парню, которого такой расклад событий не мог не радовать. Брызги от горки полетели в молодых людей, оседая на коже и волосах, но это не помешало Су искренне смеяться.
Говоря честно, то и Юнги не смог сдержать эмоций. Это было всего на пару секунд, он почувствовал рядом с собой Гахын, но то, как писательница держалась за его плечи, кардинально отличалось от его любимой из прошлого. Она каждый раз смущалась, стоило ему приблизиться, розоватый румянец возникал на лице девушки, а губы окрашивались в пунцовый цвет (она кусала нижнюю губу от волнения). Но в прикосновениях Ким не ощущалось той ласки и желания, которое исходило от той, кто так похож на неё. И пускай каштановые волосы, спадающие на хрупкие плечи, тёмно-янтарные глаза и пухлые губы с винным оттенком так были похожи на его прошлое, но перед ним не Гахын, перед ним совершенно другой человек. Всего на пару секунд ему почувствовалась она, светлая и излучающая добро, но стоило тонкому аромату духов Су просочиться к рецепторам демона, разум пришёл в себя.
— Ты бы видел своё лицо, — прикрыв рот ладошкой, усмехнулась она.
В такие моменты она казалась похожей на Гахын, оттого в голове парня перемешалось настоящее с прошлым, внутри что-то пробивалось наружу, но темноты было слишком много, чтобы оно пробилось к свету. Спрятав эмоции, он натянул свою извечную фальшивую улыбку и потянул руку Джису, помогая ей вылезти.
— Смотри, — Мин вытянул руку и указал на туннель, в который въезжала лодка, а после крики людей, которые доносились даже досюда.
— Туннель ужасов? Выглядит не впечатляюще, — отмахнулась девушка, развернувшись на пятках на девяносто градусов.
— Если боишься, то сразу бы так и сказала, — Юнги последовал за писательницей, опережая на несколько шагов. На лице парня пробивалась ликующая улыбка, которую он изо всех сил скрывал. Взять на слабо, чтобы добиться своего, но и в этот раз Ким поступила в несоответствии с планом демона:
— Пытаешься сагитировать меня прокатиться на нём? — пронизывающий до костей взгляд встретил Мина, стоило ему только развернуться. Фарфоровое лицо походило на кукольное, когда она смотрела подобным образом, потому что не выражало ни одной эмоции. Джису применяла подобный трюк намеренно, зная, что под таким влиянием ломаются даже самые устойчивые доводы.
— Нет, — спокойно ответил он и пожал плечами, так и говоря: «Я белый и пушистый, так что успокойся». — Я бы хотел прокатиться, но скажи я это сразу, звучало бы глупо, — Юнги удалось обескуражить девушку, ведь она не ожидала такой искренности с его стороны, вот только это очередной хитрый трюк демона. Он живёт не первый год и не первый век, чтобы какая-то там девчонка могла уделать его, поэтому у Су даже шанса не было. Он позволил ей почувствовать преимущество на своей стороне, а после увёл его из-под носа, что она и не заметила. Играться с людьми для Мина — это один из способов веселья, которым он пользуется не так часто, как молоденькими телами девушек, что самовольно прыгают к нему в постель.
— Я не считаю это глупым, — посудив пару секунд, Джису махнула рукой в сторону аттракциона, позвав тем самым парня последовать за собой. — Кстати, мне правда нравится японская кухня, — она запомнила то, что он сказал в самом начале, и Юнги не могло это ни радовать.
— Я нечасто встречаю людей, которым так же, как и мне, она нравится, — ему удалось обмануть своей улыбкой Су, которая в ответ улыбнулась искренне, пускай и не так широко, как демон.
— Мой дедушка жил в Японии долгое время и всегда рассказывал истории оттуда, — пояснила писательница. Юнги хотел ответить что-то, но женский голос контролёрши на входе в красно-белой униформе даже не дал начать:
— Проходите, пожалуйста, — девушка улыбнулась молодым людям и пропустила дальше, где в одну лодку с ними сели ещё несколько человек.
Стоило только заехать в туннель, как начались спецэффекты, имитирующие моргание света, а после и истошные звуки, похожие на саму преисподнюю. Для Юнги в этом не было ничего необычного, ему приходилось видеть вещи и пострашнее, но из-за резкого шума Су встрепенулась и вжалась в предплечье парня. За сегодняшний день они были слишком близко для обычных знакомых, для тех, кто просто старается не приносить проблем другому. И что было самым странным, так это то, что никаких ответных реакций своего тела она не получала. Обычно это было раздражение, дискомфорт или вовсе паника, но от страха она вцепилась в оголённую часть тела и не почувствовала отвращения. Приподнятые уголки губ в ухмылке успокаивали, словно это был не «Чёртов Мин Юнги», а совершенно другой человек, кто-то более родной, чем владелец редакции.
— Ты же не боишься, — шепнул он в тот самый момент, когда сверху вылезло необъяснимое, от чего в этот раз уже сам демон дёрнулся. Это было не страшно, скорее неожиданно, и тут сработало человеческое в парне.
— Я не боюсь точно так же, как и ты, — саркастично кинула в ответ Су, от чего уголки губ молодых людей приподнялись. Их взгляды встретились, но из-за кромешной темноты было не рассмотреть ничего, кроме еле видных очертаний лиц, но когда они выехали из туннеля, яркий свет ударил по глазам. Стоило глазам привыкнуть к свету, она встретилась с дьявольским взглядом Мина. В этот момент он лишь подыгрывал, стараясь изо всех сил казаться искренним, чтобы романтичная атмосфера не покинула их.
Со всех сторон исходил смех и голоса людей, которые приехали отдохнуть с детьми, окунуться в атмосферу праздника, которого так не хватало в обычной жизни. Рядом с киоском с сахарной ватой толпились девушки в школьной форме местной старшей школы, рюкзаки которых пестрили всевозможными значками. Их улыбки ещё были искренними, а смех по-детски заразительным, ведь проблемы не успели завладеть разумом школьниц, а «рутина» не ворвалась в их жизни, решив остаться до конца. В сердцах ещё было живо искреннее желание жить, и, пока их души чисты, ничего не встанет на пути.
— Твоё мнение изменилось? — он вопросительно вскинул бровь и, оставаясь на месте, прожигал Джису взглядом.
— Порой нам свойственно менять своё мнение, — вскинув гордо голову, с нотками надменности сказала Су и было хотела продолжить, но старческий голос отвлёк её:
— Молодые люди, не хотите сфотографироваться? — дедушка лет шестидесяти в отутюженной рубашке малинового цвета и кепкой на голове, которая прикрывала седые волосы, стоял перед камерой.
Карусель успевала сделать за минуту больше десятка вращений, разноцветные сиденья в виде лошадей, на которых с родителями катались дети, смешивались в одно общее пятно, которое от скорости становилось размытым. Яркие огни переливались и моргали на куполе, который больше походил на цирковой шатёр, но при этом от одного взгляда на него воспоминания детства всплывали в голове. Мелодия, исходящая от аттракциона, была не навязчивой, а наоборот, чарующей, обладающей своей собственной атмосферой. Люди поочерёдно становились на фоне впечатляющей картины, чтобы фотограф за пару сотен вон запечатлел незабываемые воспоминания, которые останутся на всю оставшуюся жизнь. Конечно, если кто-то не решит выбросить глянцевый снимок в мусорку, выкинув вместе с тем моменты, когда он испытывал неподдельное счастье.
— Да, мы встанем в очередь, — Мин достал из заднего кармана брюк пару купюр и протянул их старику, одновременно с этим ловя недоумевающий взгляд Ким. — Не переживай, это просто хорошие воспоминания, — взяв девушку за хрупкие плечи, он буквально вынудил её встать в очередь. — Я не буду обнимать тебя для фотографии, могу взять под руку, если захочешь, — для неё он должен быть самим воплощением джентльмена, поэтому при каждой возможности пытался убедить Су в своём превосходстве.
— Мы будем просто стоять там? — не смогла сдержать смешок она. — Это будет выглядеть, словно нас заставили.
— Обнять тебя рукой? Или хочешь взяться за руки? — уголки губ Мина поднялись вверх, а во взгляде отчётливо читался вызов.
— Сожалею, но у меня принцип «Не держаться за руки с теми, кого зовут Мин Юнги», а это как раз твоё имя, — девушка состроила гримасу сострадания, но оба понимали, что это всего лишь сарказм.
А ведь правда, когда очередь дошла до молодых людей и они встали, лица говорили больше, чем тысячи слов, которыми порой намного тяжелее передать то, что чувствуешь на самом деле. Массивный пиджак свисал с плеч Джису, волосы которой завились от дождя, попасть под который она точно не планировала сегодня. Её взгляд смотрел точно в объектив камеры на штативе, но старик не начинал, ожидая, когда же они примут более счастливую позу. Его взгляд так и говорил: «Нечего стесняться, вы же не школьники». И ведь стесняться было нечего, но отчего-то после слов Мина девушка чувствовала себя странно, словно он сделал ей одолжение, и пускай он поступил так, чтобы не вторгаться в её личную зону комфорта, это ещё больше загрузило Су.
Набрав воздуха в лёгкие, она придвинулась вплотную с Юнги, который всё понял и провёл рукой за спиной девушки в попытке обнять. Теперь они походили на влюблённую парочку подростков, которые стеснялись афишировать отношения, вот только демон так и не прикоснулся к Джису. Его рука зависла в воздухе, до предплечья писательницы его отделяли всего пару сантиметров, но и этого хватило, чтобы в голове Ким пролетели мысли: «Какого чёрта он творит?». Она была не против того, чтобы он обнял её ради фотографии, но парень выбрал более долгий, но тем не менее более эффективный способ, чем взять всё сразу. Его главная ошибка была в напоре, который погубил когда-то Гахын, и теперь-то он не повторит ошибку прошлого. Теперь он будет медленно и верно двигаться по намеченному пути, чтобы в конечном итоге разорвать душу Су на тысячи мелких кусочков, чтобы ощутить приятную сладость на губах от победы и наконец-то взглянуть на то, как самовлюблённое лицо Тэхёна исказится в жалком подобии улыбки.
***
Роликовый каток в ретро-стиле открывал сказочный вид, возвращая посетителей во времена диско, электронной музыки и ярких нарядов, собиравших в себе самые разнообразные и неоднозначные цвета. Рядом находилось кафе, где дети, с присущим только им наслаждением, уплетали шарики мороженого, смеялись и одаривали своими улыбками родителей, которые с упоением наблюдали за ними. Чеён сидела на лавочке, покрашенной в чёрный цвет, и завязывала шнурки на мятного цвета роликовых коньках. Напольное покрытие напоминало шахматную доску, от чего создавалась атмосфера сказочного мира и что вот-вот из-за угла выпрыгнет белый кролик и утащит за собой в полный тайн и магии мир. — Думаю, после этого мы проголодаемся, — волосы лавандового цвета мешались, из-за чего Пак приходилось заправлять пряди за уши и откидывать их за спину. — Да, — мужчина начал перебирать в голове все возможные места, которые работают ночью. — Можно будет зайти в мою кофейню, — подумав, он нашёл более оптимальный вариант. — Ты такой работящий, — сказала она с дружеским упрёком и хлопнула Кима по плечу. Джин кинул взгляд на роликовый каток, на котором множество людей получало удовольствие от самого процесса, от возможности вернуться во времена своей молодости, когда всё ещё было не таким серым и обыденным, когда люди были добрыми и не заботились лишь о спасении своей задницы. С годами мир меняется и общество обязано следовать в одну ногу с ним, оттого в мир информационных технологий, когда люди предпочитают написать сообщение, нежели позвонить, когда знакомятся в сети и проживают большую часть жизни там, подобные места становятся чем-то вроде отдушины. — А если я всё время буду падать? — завязав шнурок на втором ролике, Джин озадаченно посмотрел на подругу, на что та расплылась в улыбке. В свете рождественских гирлянд, которыми были завешаны стену от начала и до конца, мужчина выглядел совершенно по-другому и Чеён не могла не заметить этого: даже его волосы сегодня выглядели иначе, он сделал пробор так, что пряди чёлки свисали по обе стороны лба и открывали его. — Если ты упадёшь… — продолжая «воевать» со шнурками, сказала Пак. — Ты же поможешь мне? — Конечно, — когда девушка закончила с роликами, карие глаза устремились на каток, а после преодолели расстояние до лица мужчины, который с улыбкой ожидал продолжения. — Но сперва посмеюсь, — Чеён безусловно нравилось то, что яркая улыбка не сходила с лица Кима. Она больше всего волновалось из-за того, что ему может не понравиться такое ребячество, но глаза не могли лгать: тёмно-янтарные глаза мужчины блестели, словно звёзды на ночном небе, озарявшие всё на своём пути. — Это так жестоко, — саркастично ответил он. Аккуратно поднявшись с места и стараясь привыкнуть к роликам, которые то и дело намеревались вынудить Кима свалиться на пол, он протянул руку Чеён. — Готова? Джин был слишком хорош в этом, но выставлять своё превосходство напоказ не хотел, только лишь по одной причине — ему хотелось поиздеваться над девушкой, но не из злых побуждений, а по дружбе. — Почему ты так хорошо катаешься? — вечно холодные руки Кима были не сравнимы с пылающей энергией в Чеён, девушка стремилась на протяжении нескольких лет к точно таким же, как у неё, рукам Чона, но стоило мужчине прикоснуться к ней, она тут же поняла, что именно холода ей не хватало. Долгие годы она гналась за горячими руками Чонгука, думая, что именно это тепло сможет спасти её от всепоглощающей темноты, постепенно завладевающей разумом. Ей не хотелось погружаться в рутину и превратиться в одну из тысячи похожих друг на друга девушек, но своими же поступками она противоречила своему же желанию: бегала за тем, кто никогда не оставлял ей и шанса, но снять розовые очки так и не удалось. Чеён думала, что тёплые руки парня будут отлично дополнять её, но она не знала одного, что только холод сможет утихомирить разгорающееся пламя внутри. — Я почитала перед тем, как приехать сюда, — согнувшись и оперевшись руками на колени, пальцы девушки начали разминать их. — Что нужно размяться перед тем, как начинать, — в глубине души она понимала, что это бред чистой воды и никто в такое не поверит, но разыграть друга удалось: мужчина с умным лицом дослушал её и последовал примеру Пак, на что та тут же начала смеяться. — Я же пошутила, — почему-то Чеён захотелось помочь другу, поэтому, встав позади него и упершись руками в его спину, она подтолкнула Кима вперёд. Он развёл руки и позволил девушке взять контроль над ситуацией, его действия так и говорили: «Я доверяю тебе». Цветные коньки расчерчивали белое напольное покрытие, создавая невидимые полосы от каждого круга. Громкая музыка и переливающиеся огни создавали подходящую атмосферу. Чеён смеялась, следя за мужчиной, почему-то она чувствовала себя в данный момент спокойно, словно не было никаких проблем, были только они и этот маленький роликовый каток, в котором ей хотелось бы остаться подольше. — На тебя весело смотреть, — машинально выдала Чеён, чем и выдала себя. Она наблюдала за Кимом, который спокойно вырисовывал узоры роликовыми шариками по напольной поверхности катка. — Почему мне хочется улыбаться, не поступай так, иначе мои щёки будут болеть, — иронично упрекнула она Джина. Молодые люди ехали рядом, их улыбки впервые за последнее время были неподдельными, потому что все внешние проблемы они оставили за дверьми катка. — Это всё потому, что ты не можешь отвести от меня взгляд, — верно подметил он. Ничего не останется незамеченным от зоркого глаза мужчины, который чувствовал взгляды подруги. — Я же ничего? — ускорилась она, желая показать, что в этом деле ей нет равных. — Очень даже, — Джин продолжал подыгрывать Пак, которая с воодушевлением ждала его ответа. — Как ты так хорошо катаешься? — неожиданно для двоих, мужчина придержал Чеён за талию. Она споткнулась и было упала, но он подоспел вовремя. Впрочем, если бы она замечала всё, что делает для неё Джин, то давно бы пересмотрела взгляды на жизнь, но, к сожалению, до сего момента она не замечала ничего. — Давай наперегонки, — теперь-то он был готов показать всё, на что способен. — Не боишься? Не хочу, чтобы ты плакал в собственный день рождения от поражения в сухую, — театрально выразив заботу, которая больше походила на насмешку, девушка всё же согласилась. — Думаю, я выиграю, — услышав подобное, на лице Чеён с ещё большей силой засияла улыбка, впервые за всё время ей было так хорошо и не потому что она разыгрывала спектакль одного актёра перед Чоном, нет, сейчас она была настоящей и наслаждалась каждой секундой, не боясь показаться недостаточно женственной или не такой, какой её хотели бы видеть. Сейчас она была самой собой. — Я легко тебя сделаю, — заняв место за мысленно очерченной линией старта, молодые люди начали своё соревнование. Чеён старалась изо всех сил и поначалу ей удавалось обогнать мужчину, но ему хватило всего пары секунд, чтобы обогнать девушку и вырваться вперёд. Его движения были искусны, он двигался так, словно стоял на роликах не в первый раз, а только вчера практиковался до ночи. — Почему ты так хорошо катаешься? — запыхавшись, она догнала его. — Приготовились, начали! — застав Джина врасплох, девушка поехала вперёд, оставив его позади. Она ехала и оглядывалась, но даже нечестный трюк не помог ей выиграть. — О нет, ты правда хорош, — потеряв какие-либо попытки одержать победу, Чеён признала поражение. — Хочешь покатаю тебя? — Что? — девушка развернулась на девяносто градусов на роликах, карие глаза встретились с улыбкой Джина. Он всегда улыбался именно так только ей, искренне и по-детски, но сделать вывод она смогла только сейчас. — Мне сесть на корточки? — присев, Чеён вытянула руки, позволив Джину взяться за них. — Поехали, — он тянула её за собой, словно это была не взрослая девушка, а ребёнок. А ведь Чеён и впрямь была ребёнком, упрямым и идущим наперекор всем, и пускай возраст её уже давно перевалил за тот, когда её можно было бы называть ребёнком, но многие поступки говорили об обратном. — Всё нормально? — Джин не переставал задавать вопросы. — Ты в порядке? — Почему это так весело? — заразительный смех расходился по помещению, и пускай громкая музыка заглушала его, выражение лица отражало искренние эмоции и без звука: улыбка до ушей, от чего глаза закрывались и блеск в них, заставлял мужчину улыбаться. Джин смеялся точно так же, как и подруга. Говоря честно, то он давно не испытывал такого веселья. Извечные проблемы с кофейней, в которой ему приходилось отвечать почти за всё: счета, зарплата работникам и ежедневная работа бариста. Ему нравилось то, чем он занимался, но даже любимое дело порой утомляет. — Прокатишь меня? — не думая и секунды, она протянула руки, чтобы сцепить их с холодными руками Кима. — Бросить тебя в углу, да? — даже сейчас она не изменяла себе, продолжая подшучивать над другом. Холод, исходящий от Джина, помогал остудить горячие женские руки. Её бушующая энергия была готова вырваться наружу, но лёгкая прохлада успокаивала, словно она выпила пару бокалов виски и расслабилась, но сделать этого без алкоголя казалось невозможным до этого момента. Он дополнял её, их энергии были совершенно разными, но в сочетании друг с другом напоминали «Инь и Ян». Две совершенно противоположные энергии, которые сливаются в одну и образуют единое целое. — Мне ещё никогда не было так весело, — от услышанного в груди Чеён что-то кольнуло, она и сама не поняла, что это за странное чувство, словно теплота разливалась внутри, обволакивая каждый орган. Она сделала это всё лишь по одной причине, чтобы отдать должное другу, который вечно присматривал за ней и помогал во всём, но, как оказалось, она сделала это всё не для этого и поняла это только сейчас. Девушка заморочилась и продумала всё до мельчайших деталей лишь ради того, чтобы услышать: «Мне ещё никогда не было так весело». — Правда? — скрывая рукой улыбку, спросила она. — Да, — без доли сомнений кивнул Джин. Для него это и впрямь лучший день рождения за последние года, день рождения, когда он смог почувствовать себя по-настоящему живым. — Хочешь сделаем селфи? — Чеён осталась без телефона, так как сдала своё пальто в гардероб, но мужчина предпочёл остаться в нём, поэтому он моментально вынул из кармана мобильник. Длинная рука Кима, взяв горизонтально телефон, вытянулась. На экране они отражались зеркально, но это не уменьшало той красоты, что происходила позади: неоновые огоньки в тёмном помещении сверкали ярче звёзд на небе, отражаясь от чёрных стен и возвращая во времена диско. Чеён прижалась плечом к плечу мужчины и выставила ладошку вперёд. Яркие улыбки на взрослых лица делали их походящими на детские, словно одному из них исполнилось не тридцать один год, а все двенадцать. — Мы такие милые, — склонив голову так, что волосы закрывали лицо Пак с двух сторон, она улыбнулось. На минуту ей показалось это таким глупым, отчего она смутилась и решила спрятаться от проницательного взгляда друга. Ему всегда было достаточно лишь взглянуть на неё, чтобы понять, в чём дело, поэтому сейчас она не хотела быть открытой книгой для того, от кого хотелось бы скрыться. Молодые люди доехали до бортиков, где смогли расслабиться и дать время ногам отдохнуть, усевшись на выступ, который так походил на лавочку. — Мне кажется, люди вокруг думают, что мы пара, — усмехнулась Чеён, представив, как они выглядят со стороны. И на пару секунд ей захотелось, чтобы их двоих увидел Чон. Она и сама не знала, чем бы ей это помогло, поэтому тут же отогнала мысли прочь. — Думаешь? — мужчина поднял глаза и посмотрел на Пак, в его взгляде не читалось никакого подтекста, да и он знал, что между ними только дружба. Чеён никогда не видела в нём того, кто смог бы быть рядом, и именно это огорчало Джина. — Разве мы не милая парочка? — невольно вырвалось из её уст, девушка тут же пожалела, что сказала это. О чём она вообще думает? Джин её друг и по-другому быть не может, не так ли? Вот только в глубине души, на самых её задворках, она надеялась услышать положительный ответ. — Мы? — отрешённо спросил он, словно задумался на пару секунд и представил то, о чём спросила подруга. — Да. — Да, мы такие, — пускай Джин был уже взрослым, но отчего-то на лице проступило смущение, словно он школьник и вернулся в те времена, когда от малейшего внимания девушки сердце заходилось всё сильнее. — Ты выглядишь другим, когда улыбаешься, — Чеён не могла не заметить резкую смену эмоций мужчины и захотела указать ему на это в надежде услышать хоть что-то. Что именно она хотела услышать, знало только её сердце, но точно не она. — Правда? — усмехнулся он. — Я не выгляжу глупо? — Слегка, — заразительно начала смеяться она, смотря на то, как яркая улыбка не сходила с лица друга. И именно в этот момент ей казалось, что нет ничего вокруг, кроме Джина и её. Словно время остановилось лишь для них двоих, но она знала, что как только они выйдут отсюда, оно вновь пойдёт с бешеной силой, поэтому ей хотелось остаться здесь подольше, но признавать это Пак отказывалась.***
Звёздное небо освещало своим светом водную гладь. На поверхности воды играли лунные блики и отражались звёзды, а на скамейке, неподалёку от которой стояла машина Юнги, сидели молодые люди. В руках Джису уместилась жестяная банка пива, а на коленках стояла пластиковая упаковка с удоном, который они купили в японском ресторанчике. Именно за японской кухней и шли они, но аттракционы внесли изменения в их план. В нескольких сантиметрах от девушки сидел Мин, по горлу которого разливалась приятная горечь. На набережной сидели десятки людей, которые пришли полюбоваться красотой реки Хан при звёздном небе, поэтому остаться наедине им не удалось. — Сегодня столько звёзд на небе, — девушка закинула голову, всматриваясь в звёздное небо Сеула. — Сколько бы времени ни прошло — они всё те же. Даже спустя века, — слова сидящего рядом привлекли внимание Су, она взглянула на парня, отрешённый взгляд которого смотрел на реку. — Хоть что-то остаётся неизменным, — сделав глоток, она вдохнула пробирающий до дрожи воздух и с ещё большей силой укуталась в пиджак. — Почему ты всегда так сосредоточена? — Юнги начал медленно подбираться к сердцу девушки в попытке разгадать её. Он помнил то, как она впервые появилась в его кабинете, и то, как смотрела, холодно и с презрением, словно Юнги был самым главным её врагом. Но сегодня он увидел её слабость, совершенно другую сторону, кардинально отличающуюся от той Джису, которая смотрит на всех с безразличием. Она искренне смеялась и не задумывалась о том, как выглядит, поэтому именно этим и хотел воспользоваться Мин. В её искренности он видел слабость, слабость, которая однажды погубила Гахын. Теперь для него искренние проявления эмоций принимаются за слабость, которая присуща только жалким людям. — Интересно, — усмехнулась Су, словно до этого она не улыбалась и не смеялась, как ребёнок. — Не думала, что всего пару часов вместе так сблизят нас, — саркастично продолжила она. — Как ты сказал? Точно, «давай не приносить друг другу проблем», так что давай останемся теми, кто не будет приносить их друг другу, — она не терпела, когда кто-то так нагло вторгался в её личную жизнь, когда кто-то начинал рыться в её душе, задевая те моменты, о которых ей не хотелось бы вспоминать. Но в то же время она понимала, что это необоснованная грубость с её стороны. Хоть какая-то благодарность должна быть, она плевала бы на Юнги, но благодаря ему она почувствовала себя хоть на мгновение счастливым человеком, без всяких проблем и загонов, впервые за последнее время ей удалось искренне смеяться. И всё это благодаря умелой игре Мина, для которого Джису лишь жертва. — Я ненавижу проявления любви или внимания в свою сторону, — быть благодарной её учил дедушка и пускай прошли годы, но слова родного человека она помнила до сих пор. — От этого мне хочется стать слабой. От этого я начинаю думать, что слабость — это нормально, — глоток, и горечь, разливающаяся по горлу, позволила продолжить. Мин сделал вид внимательного слушателя, словно всё сказанное волновало его, но это было не так. Демон ликовал, внутри зажглось дьявольское пламя, которое от каждого слова Су усиливалось. Она открылась ему, позволила зайти одной ногой в свой мир, чем подписала собственноручно приговор. — Сказав, что слабость — это нормально, я же не буду оригинальным? — девушка склонила голову и усмехнулась, так и говоря, что слышит это впервые. До этого никто не говорил ей подобного, потому что говорить было некому. — Я видел множество людей, которые изо всех сил скрывали свою слабость, но все они лишь ждали момента, когда в их жизнь придёт человек, способный их пожалеть. — Я не жду этого, наоборот, избегаю, — процедила Су. — Люди, что жалеют других, ещё более жалкие, — девушка ненавидела жалость во всех её проявлениях. Жалеть можно о не сделанном деле или упущенном времени, но уж точно человек не нуждается в чьей-либо жалости. Именно с такой установкой она жила на протяжении всей жизни. — Слова поистине одинокого человека, — усмехнулся Мин, потому что таких, как она, он ещё не встречал. Она не хотела казаться сильной, потому что Джису являлась таковой. Многие ломаются из-за трудностей жизни, но не она, Ким закалилась и стала сильнее, словно железо, которое затачивает умелый кузнец. Вот только цена за это слишком высока и ей пришлось заплатить её.***
— Ты пришёл сюда, чтобы портить своим недовольным лицом всё веселье? — Чимин прыснул недовольством в сторону Кима, который, держа в руке стакан с виски, сверлил взглядом диско-шар, а не стриптизёршу, которая крутилась вокруг него, извиваясь, словно змея. — Если так, то мог не утруждаться. — Проваливай, — властный взгляд Тэхёна упал на миловидные черты девушки, от чего в горле девушки возник ком и захотелось побыстрее убраться отсюда, но тело будто не слушалось. — Ты плохо слышишь? — он поднялся с места, поправляя подол пиджака. Пак кивнул девушке, и она тут же отступила от демона и поспешила вернуться в основной зал, где десятки пьяных мужиков были не прочь поглазеть на молоденькое тело. — Ты такой добрый, — усмехнулся Ким, кивая в сторону скрывшийся за дверью стриптизёрши. — Неужто настолько скучно, что решил поизмываться над девчонкой? — Чимин вскинул бровь, словно упрекая друга. — Её душа не стоит ничего, так почему ты против? — каким бы Тэхён не был милым и галантным, это всего лишь пыль в глаза, образ для остальных, на самом деле он само зло во плоти, тот, кого не волновало ничего, кроме него самого. — Боюсь, я бы ничего не сделал, — опустился на мягкий диванчик и достал из внутреннего кармана пиджака пачку, вытащил одну сигарету и зажал её зубами. — Тратить силы на них слишком скучно, — огонёк вспыхнул перед лицом парня, после чего он наконец-то сумел вдохнуть никотин в лёгкие. Грязный, порочный, эгоистичный — лучшие слова, описывающие Ким Тэхёна, который из-за своей гордыни упал с небес на землю. — Где Юнги? — только сейчас Чимин заметил отсутствие друга, который развлекал девчонку, за сердце которой положено высокое вознаграждение — душа. — Мне-то почём знать, — Тэхён выдохнул из лёгких никотин, наблюдая, как облако дыма рассеивалось перед ним. — Ставлю на то, что обхаживает нашу малышку Су, — сказал он совершенно спокойно, без единого намёка на волнение или злость. Для него не существовало конкурентов, оттого демон так спокойно позволял двум другим действовать. Что бы они не предпринимали, Ким всегда находился на два хода впереди. Соперничество было у него в крови, поэтому побеждать — это, скорее, дело чести, а затем и уважения к себе. — Хоро-о-ош, — съёрничал Чимин, говоря о Мине. — Пускай развлекается, — очередная затяжка. — В любом случае, передо мной она не устоит, один мой щелчок, и она уже моя, — оба понимали, что Тэхён лишь шутит, но где-то в глубине души демон похоти понимал, что это правда. Ким был слишком хорош, чтобы соревноваться с ним на равных, от этого утереть нос самовлюблённому засранцу хотелось ещё больше. — Высокомерный ублюдок, — с насмешкой в голосе кинул Пак. — За это ты и любишь меня, — он поднял кверху бокал, после чего Чимин повторил следом за ним. — Да упаси бог, — оперевшись руками на балкончик, он начал наблюдать за людьми, что так пошло вели себя, позабыв обо всех нормах морали. — Бог не спасёт нас, уж точно не он.
