Секрет искупления

      Сегодня Юнги выбрал работу заместо оглушительной музыки и чувства, как приятная горечь от «Hennessy» разливается по гортани, обволакивая каждый миллиметр. Он делал подобный выбор не так часто, но накопившаяся стопка сданных для одобрения историй не принимала отрицательного ответа, и только когда на настенных часах короткая стрелка перевалила за одиннадцать вечера, он наконец-то смог отложить листы в сторону и вздохнуть спокойно. Шея до ужаса болела, а очки к чертям стёрли всю переносицу, как ему казалось. Если бы был шанс махнуться с кем-нибудь из демонов работой, то Мин непременно был выбрал Чимина. Содержать ночной клуб не так уж и сложно, по крайне мере, так, как это делал парень: появлялся каждый вечер, чтобы вливать в себя половину бара и развлекаться с какой-нибудь наивной дурочкой, что по первому зову раздвинет свои ножки и отдастся без остатка малознакомому парню. А какая разница, если этот парень, — владелец клуба? Деньги правят миром, а у тех, кто владеет ими, всё и все лежат у ног.       Парень решил ещё раз взглянуть на принесённые Джису наброски, из-за которых он сорвался на неё днём. Всё в точности как и в тот день, когда Гахын покинула этот мир, оставив его одного. Медленно, но верно, он начал погружаться в воспоминания, в очередной раз разбивая себя, но уведомление на телефоне вынудило Мина вернуться обратно в реальность. Ему не нужно было видеть номера, он и так знал адресата, прекрасно понимал, что Хосок не остановится на достигнутом и выкинет очередной трюк.       Сначала Юнги с неохотой открыл сообщение и лениво принялся зачитывать всего несколько строчек, написанных в явной манере Чона, саркастичной и до ужаса раздражающей. У демона был талант выводить из себя всех, кого он встречал на своём пути, и Мин был не исключением, а очередным доказательством его одарённости. Но по прошествии нескольких секунд вялость пропала с лица парня, он встрепенулся от написанного и, ещё раз пробежавшись глазами по короткому, но содержательному, сообщению, сорвался с места.

***

      Огромный президентский номер слишком велик для одного человека, поэтому девушка чувствовала себя некомфортно здесь. Вот только больше дискомфорта ей доставлял разжигающийся внутри пожар, остановить который ей не представлялось возможным. Джису буквально разрывало на части, она сидела на полу и молилась, что слова Чона окажутся правдой, надеялась, что кто-то придёт и спасёт её от этого всепоглощающего внутри пламени. Оно разрушало её, не давая возможности мыслить рационально, а завязанные глаза усугубляли ситуацию, вынуждая её вздрагивать от каждого неосторожного прикосновения к мягкому дивану.       Девушка была сама не своя, словно рассудок покидал её и дьявол занимал место в её сердце. Она должна была сразу догадаться, что притрагиваться к алкоголю было большой ошибкой, но Су даже не могла предположить, что всё может обернуться подобным образом. Она не думала, что её разум способен вырисовывать настолько извращённые картины, в которых главной героиня будет она сама. Да, никто в этой жизни не без греха, и она не была исключением, но о таком на трезвый ум она никогда бы и не додумалась. Напор пошлых желаний постепенно заполнял её голову, вынуждая ненавидеть себя, но и одновременно с этим желать, чтобы кто-то снял с неё эту повязку. Даже если бы этим кем-то был бы сам Хосок, — она была бы не против, лишь бы только вновь увидеть мир.       От подобных мыслей она хотела побыстрее забыться, чтобы не чувствовать себя удручённо. Но ночь только начиналась, поэтому так просто забыться не удастся.       — Джису! — дверь резко распахнулась, а после с такой же силой захлопнулась. Девушка уже еле держалась, голова кружилась, как от литра алкоголя в одного, а всё тело дрожало под воздействием «приворотного зелья». Но услышав знакомый голос Юнги, она благодарила Бога за услышанные мольбы. Он впервые за столько лет услышал её, но услышал ли вообще?       Девушка откликнулась на своё имя лишь слабым стоном с пола, после чего с её глаз слетел платок и упал вниз. Яркий свет ударил по привыкшим за долгое время к темноте зрачкам. Юнги схватил Су за плечи и заглянул в её тёмно-янтарные глаза, после чего хорошенько тряхнул, чтобы привести девушку в себя. Ранее непоколебимое лицо Джису приняло совершенно иной вид: она дрожала в руках парня, как промокший под дождём котёнок, а уголки губ не могли подняться даже на миллиметр.       — Помоги м-мне, — голос дрожал и срывался, но продолжать и не нужно было, ведь Мин и так всё понял. Мужские руки подхватили Су на руки, прижав хрупкое тело к себе, что стало большой ошибкой.       Прикосновения Юнги никогда не были для неё дискомфортными, поэтому сейчас, под воздействием наркотика, она позволила себе дать слабину. Обхватив шею парня двумя руками, она прижалась к его груди, что не смогло оставить Мина равнодушным. Джису сейчас не давала отчёта своим чувствам, если раньше она бы смерила его своим убийственным взглядом и лишь ухмыльнулась, то сейчас красные следы от помады оставались на шее парня багровыми засосами, которые на следующий день вызовут множество вопросов у окружающих. Всё это будет завтра, а сейчас для девушки демон был самым главным человеком, которого она хотела здесь и сейчас. Даже в отношениях она предпочитала доминировать, поэтому парень ничего не мог сделать с напором, что в буквальном смысле обрушился на него.       Долго не думая, Юнги занёс девушку в душ и повернул ручку до конца, включив воду. Холодные капли внезапно полились на разгорячённое женское тело, вынуждая его содрогаться то ли от неожиданной смены температуры, то ли от ещё большего прилива эндорфинов. Демон изо всех сил пытался не поддаваться чарам змея-искусителя в лице Чон Хосока, который из-за личной неприязни впутал в их дела Джису. Чон знал, на что давить и на кого. Как только он увидел взгляд «друга» на некогда любимую девушку, идея сама родилась в голове. Хотя он до последнего раздумывал над тем, кто же лучше впишется в атмосферу сегодняшнего развлечения, и всё же остановил свой выбор на Юнги.       Теперь-то Мин в полной мере сможет разглядеть то, что творилось с Гахын в борделе, в который он вернулся слишком поздно, не успев спасти душу своей любимой от вечных скитаний на протяжении столетий. Грязные помыслы руководили мужчинами, что наведывались к ней, принуждали выполнять их извращённые желания, а после без зазрения совести брали всё без остатка. Для него она была лотосом, чистым и непорочным, но жизнь сделала из неё игрушку для тех, кто сильнее и богаче, со временем запал её души потух, и она смирилась. Уже не так сильно противилась, а ранее отпихивающие от себя всех мужчин женские руки опустились.       — Джису, приди в себя, — не выдержав, Мин перешёл на более грубый и приказной тон.       Девушка не слушала, да и не хотела слушать, ведь сейчас её разум был занят кое-чем другим: намокшая белая футболка очерчивала грудь и торс парня, не скрывая от её желающего взгляда ни миллиметра. Она хотела бы стянуть с него мешающийся элемент одежды, но отчего-то мокрая одежда заводила её ещё больше, поэтому Су продолжила отчаянно цепляться за свою последнюю надежду избавить от дурмана: пунцовые губы, помада с которых уже стёрлась и осталась на шее и груди Мина, продолжали петлять по оголённым участкам его бледной кожи.       Юнги держался, не желая отвечать животному желанию, что разыгралось внутри него. Он так давно хотел поцеловать девушку, но сейчас, когда она перешла на его губы, ответной реакции не последовало. Изящные женские руки обвили его шею, не отпуская из своих цепких лап, она даже не оставила ему шанса на спасение. Если раньше Су являлась для них жертвой, которую каждый желал заполучить, то сейчас всё было наоборот. Все пороки вылезли наружу, маски пали с лиц, оставив лишь истинные чувства и желания. И в данный момент единственным желанием Ким было получить ответный поцелуй промокшего до нитки Мина, она искренне хотела избавиться от последствия наркотика, и сейчас ей казалось самым лучшим вариантом, чтобы всё побыстрее закончилось, — отдаться желанию и дать демону-искусителю желаемое.       — П-помоги мне, — она максимально сексуально шепнула на ухо Мину свою просьбу, которая отдалась волной жара по телу парня. Непрекращающийся напор сломил стойкого мужчину, и он не смог в очередной раз отвернуться от поцелуя.       Джису поймала губы парня, не позволив ему отступить назад, как он делал до этого. Стратегия и план полетели к чертям, стоило ему только ощутить горечь от мягких губ девушки на своих губах, и демона уже было не остановить. Инициатива оставалась за Су, но и парень не отставал, с каждым разом всё сильнее углубляя поцелуй.       Девушка ощущала, как их языки сплетались, а ноги подкашивались, ей казалось, что вот-вот и свалится на кафельную плитку душевой, но сильные руки Юнги прижимали к себе. Один шаг, и она уже оказалась прижата к стене, а платье под воздействием демона медленно начало подниматься. Горячие прикосновения на бёдрах отдавались приятной волной, которая, казалось, могла заполнить девушку до краёв, но ей было этого мало. Слишком долго она держала все свои желания в себе, не имея шанса выплеснуть чувства за столько лет, ведь с парнем они расстались довольно давно, а с первым встречным Джису не желала спать. Был ли смысл заниматься сексом с кем-либо, лишь бы удовлетворить свои желания? Оказалось, что был, потому что сейчас забытые ощущения переполняли её.       — Ты не хочешь этого, — Юнги сопротивлялся до последнего, думая, что это лишь действие наркотика в крови девушки. Лучше бы так и было, но, как и любая себя уважающая женщина, Джису нуждалась в любви во всех её проявлениях, поэтому сейчас Чон лишь помог ей осознать это.       — Заткнись, — простонала она и просунула коленку меж ног парня, тем самым переходя дозволенное. — Если ты будешь таким хорошим, то я разочаруюсь, — Су медленно начала двигать ногой в попытках возбудить того, кто до последнего сомневался.       Юнги боялся сделать один неосторожный шаг и потерять все пройденные уровни за раз. Такое часто бывает, когда хочешь взять побольше, но в итоге стоит лишь раз оступиться, как ничего не стоит оказаться на самом дне. Ему не привыкать быть на самом дне, но точно уж не сейчас, когда потрачено столько сил и времени на эту грёбанную девчонку, что без зазрения совести опустилась на колени. Хрупкие женские руки притронулись к пряжке ремня, но железо не поддавалось дрожащим рукам девушки. И только сейчас до демона дошли мотивы поступка Чона. Словно озарение снизошло на одурманенный разум, и он всё понял: этот змей никогда бы не позволил ему насладиться моментом, точно не он.       Истинным желанием Хосока было показать всю человеческую суть Юнги, показать то, на что парень обрёк душу любимой в прошлой жизни. А также чётко дать понять девушке, что самые опасные демоны живут в наших сердцах, а люди порой бывают в сто, а то и в тысячу раз хуже их самих.       Если бы демон не остановился сейчас, то могло бы быть уже слишком поздно, ведь ремень всё же сдался и позволил тонким ручкам подобраться к джинсам. Он не мог допустить случиться непоправимому, поэтому резким движением поднял Су на ноги. На её коленях остались красные следы от соприкосновения нежной кожи с кафелем, а дыхание участилось. Бороться с собой было сложно для них двоих, каждый вёл внутреннюю борьбу: Джису желала потушить огонь внутри себя, а Мин не хотел, чтобы огонь девушки набрал серьёзные обороты.       Юнги до безумия хотел трахнуть стоящую напротив Джису, которая буквально провоцировала его согрешить ещё раз, но, заглянув в её глаза, он увидел сопротивление. Как бы ему не хотелось, чтобы демоническое нутро взяло верх, он отстранился от девушки. А когда она в очередной раз, выругавшись, потянулась руками к его футболке в желании притянуть губы Мина к себе, он схватил её за запястье и прижал к себе спиной.       — Если потерпишь, то станет легче, — прошептал он, не желая причинять Су боль, но и отпустить её он не мог. Ледяная вода струилась на лицо девушки, стекая на грудь и падая оглушительным звуком на плитку. У неё не было выхода, как просто послушаться и расслабиться в надежде, что наркотик отпустит её из своих порочный лап, но тело сдалось намного быстрее, нежели разум. Организм не выдержал, и она отключилась, обмякнув в руках Юнги.       Капли продолжали постукивать по кафелю, соединяясь в один безмолвный шум, а в тишине комнаты было слышно лишь сердцебиение Су.

***

      Яркий свет озарил гостиную пентхауса Чимина, а после внутри появилась женская фигура. Чеён, облокотившись на плечо парня, расстегнула кожаный ремешок и стянула натирающие до мозолей туфли, аккуратно поставив их в шкафчик. Ламинат отдавался неприятной прохладой, поэтому, быстро пробежав до кухни, она уселась за барную стойку, не забыв прокрутиться на стуле. Пак поступала так всегда, когда оказывалась в обители любовника. Она и сама не знала, почему делала так каждый раз, но, невзирая на абсурдность, продолжала крутиться, чем напоминала парню маленького ребёнка.       — Не хочешь выпить? — повесив пальто девушки и своё в гардеробную во всю стену с огромным зеркалом, он неторопливо достиг холодильника и, с задумчивым видом, заглянул внутрь.       — Мы только вернулись из ресторана, — констатация факта и не более, ведь Чеён была не против продолжить хороший вечер в компании чего-нибудь горячительного.       — Это значит нет?       — Это значит, что раз там мы пили вино, то сейчас ни в коем случае нельзя понижать градус, — подняв палец, Пак произнесла изречение, от которого на лице Чимина расцвела яркая улыбка. — Не стой столбом, доставай что-то с сорокоградусным процентом алкоголя!       — Будет сделано, госпожа, — усмехнувшись, он не смог сопротивляться повелительному тону Чеён.       Соскочив со стула, девушка направилась за бокалами, и, прежде чем выставить их на стол, она ополоснула стекло под холодной водой.       — Почему так приятно слышать обращение «госпожа» в свой адрес? — Пак поставила бокалы на мраморную поверхность и навалилась верхней частью тела барную стойку. — Чувствую себя состоявшейся женщиной, что владеет собственной компанией и руководит неопытными подчинёнными, — яркие волосы лезли в глаза, поэтому ей приходилось вечно поправлять непослушные пряди.       — Звучит как сцена из второсортной порнушки, где героиня сильная и независимая, а парень готов вылизывать носки её туфель до блеска, лишь бы госпожа не выкинула его с пригретого местечка, — Чимин усмехнулся, разливая по бокалам стоящий в холодильнике «Hennessy», которым он начал наслаждаться ещё вчера.       — Не думала, что ты смотришь подобные вещи, — сделав глоток, девушка ощутила все прелести дорогостоящего виски: приятная горечь буквально обволакивала горло, принося неистовое наслаждение и позволяя отбросить все ненужные мысли прочь. Выкинуть мусор раз и навсегда. — Хотя кому какая разница, кто на что… — Чимин перебил девушку, не дав закончить:       — Я не смотрю подобные вещи, — в одночасье он оказался позади Чеён и, склонившись, прошептал ей на ухо: — Я предпочитаю вытворять вещи намного хуже, чем ты только можешь представить, в реальной жизни, нежели довольствоваться картинкой на телефоне, — демон чувствовал своё превосходство над склонившейся под ним Пак, вот только он не ожидал, что она резко повернётся. Опираясь спиной на мраморную столешницу, они встретились глазами и ощутили ровное дыхание друг друга на своей коже. Чимин навис над хрупким телом, но взгляд карих глаз не уступал ему ни на секунду. Они испепеляли друг друга, казалось, что игра в гляделки может закончиться только в том случае, если в одном из них прожжётся дыра.       — Какой же ты высокомерный извращенец, — она сдалась, отведя взгляд. — И как только все эти девушки бегают за тобой, — Чеён всегда видела тех, кто ошивался вокруг парня, видела то, как они бегали за ним, желая получить хоть капельку внимания. Им было достаточно простой улыбки от владельца злачного местечка в центре Сеула, поэтому именно за неё они были готовы отдать всё без остатка. Своё тело. Своё сердце. И свою душу.       — Но разве ты сама не можешь ответить на этот вопрос? — обольстительно улыбнувшись, Чимин отстранился, позволив девушке занять более удобное положение.       Его беспокоила Чеён, но признаться себе в этом он не мог. Слишком гордый и своевольный. Чтобы какая-то там девчонка увлекла его? Да ни за что! Очередная красивая куколка, что будет готова сделать всё для него, вплоть до продажи своей души на дьявольский суд.       — Я? — Чеён не смогла сдержать смех и начала хохотать от услышанного. — Я никогда не бегала за тобой и не собираюсь, так что закатай губу, а то ненароком наступишь ещё. Кто будет заместо тебя обольщать всех желающих любви дам? — слова парня и впрямь повеселили её, что даже сейчас она лишь продолжала насмехаться.       Пак Чеён не была готова отдать всё за внимание Чимина. Пожалуй, она не была готова сделать что-то безрассудное и для кого-либо другого. Отдаваться полностью и без остатка человеку, что может растоптать её чувства в мгновение ока? Нет, спасибо, быть разбитой она точно не желала, поэтому пускай и следовала покорно за Чонгуком, но отдать ему всю себя она не могла. По крайне мере, ей так казалось, но, влюбившись, эта самая злосчастная любовь ослепила ей глаза. И лишь только Джин вернул в её жизнь хоть какую-либо рациональность, он снял розовые очки и разбил их вдребезги, показав реальный мир. А реальный мир, как оказалось, не был столь радужным: заинтересовавшись другом, она стала третьей лишней и в очередной раз потерпела крах в любовных делах.       Любовь — это не то, с чем везёт Пак Чеён.       — Хочешь сказать, что ты не считаешь меня классным? — с насмешкой спросил он. Чимин игрался, ему нравилось подшучивать над девушкой, но ещё больше ему нравилось видеть смеющуюся Пак, видеть то, как она искренне улыбалась.       — Может, прекратишь? — демону удалось добиться желаемого: Чеён освещала улыбкой его прогнившее насквозь сердце и возрождала свет там, где его, казалось, не представлялось возможным отыскать. — Ты классный, классный, — она продолжала подыгрывать ему.       — Ты что, издеваешься?       Чимин неспешно начал надвигаться на Пак, которая попятилась назад. Его выражение лица было насмешливым, но и одновременно с этим добрым. Девушка аккуратно начала огибать барную стойку, но парень не отставал, продолжая погоню за ней. Они и сами не заметили, как начали гоняться друг за другим, словно это игра семилетних детей, а не взрослых людей.       — Чимин, ты же знаешь, что такие парни, как ты, не в моём вкусе? — выбежав в гостиную, Пак остановилась около журнального столика, дожидаясь реакции парня на подобное заявление. Ей было интересно, что же он ответит, поэтому она с интересом смотрела на самоуверенный вид демона.       — Какие же? — шаг за шагом он наступал, создавая иллюзию возможности сбежать от него, ведь вокруг столько места, но шанса у Чеён не было. Она попала в его ловушку, выбраться из которой будет слишком сложно.       Если сейчас Чеён не во власти демона, то он обязательно получит своё, заполучив всё внимание девушки в свои загребущие руки. Так было всегда и будет до скончания времён.       — Я хочу быть единственной, а не знать, что мой парень трахает какую-то перво попавшуюся девушку, — она уже было готовилась сделать рывок и оставить победу за собой, но Чимин испортил идеальный план девушки и, схватив её за запястье, повалил её на диван.       — Если бы я был в отношениях, то не позволял бы поступать себе подобным образом по отношению к тебе, — ложь, что сорвалась с соблазнительно пухлых губ демона. — Я не изменил бы тебе, поверь.       Ей бы хотелось поверить, но Пак слишком хорошо знала нависшего над ней Чимина. Мужские руки держали тонкие запястья, прижимая их к дивану.       — Почему я должна верить тебе? — с вызовом спросила она, заглянув в дьявольские глаза парня в попытках найти ответ: шутил ли Чимин или и впрямь говорил правду?       — Я докажу тебе, — в это самое мгновение по телу Чеён в буквальном смысле пробежали мурашки, она и сама не ожидала услышать подобное, поэтому сердце пропустило удар от неожиданности. — Ты говорила сегодня, что у тебя пропало вдохновение, поэтому не получается начать новый комикс, помнишь? Так вот, мне кажется, что я могу помочь тебе. Я, ты и Чеджу всего на несколько дней? Что думаешь?

***

      Лиса мечтала оказаться в тепле, ведь кашемировое пальто не шибко спасало от холода, наверное, стоило надеть под низ вязаный свитер, а не лёгкую блузу. Ароматный запах стейка манил её, стоило ей только опустить глаза на тарелку, как оторваться было уже тяжело. Джин сидел напротив, разрезая куски мяса, и невольно поглядывал на прикованное к нему лицо Манобан. Она казалась ему до безумия милой, когда, надув губки вглядывалась в тарелку, а после начала фотографировать еду.       За окном можно было увидеть людей, что неспешно прогуливались и наслаждались свободным временем после учёбы или работы. Кто-то совершал покупки к Рождеству, до которого оставалось ещё аж больше месяца, но магазины уже неделю как выставили необходимое на прилавки. Ещё буквально две недели и начнутся скидки, а народ повалит за покупками в торговые центры как обезумевшие.       — Ты собираешься есть или так и будешь пилить его взглядом? Думаю, что нож будет намного эффективнее, — искренне улыбнувшись, мужчина вернул Лису в реальность.       Девушка отложила телефон в сторону.       — Ты такой остроумный, — ироничная лесть, которая нравилась Киму в сидящей напротив. Она не умела скрывать свои эмоции, поэтому все эмоции было легко прочитать на милом личике Манобан.       — Правда? Настолько остроумный, что ты не можешь устоять?       Девушка уже была готова смутиться, но не могла так легко сдаться, поэтому пришлось взять себя в руки. Как она не старалась спрятаться, Джин читал её, как открытую книгу.       — Настолько остроумный, что не могу сосредоточиться на еде, — надув пухлые губы, накрашенные винного цвета помадой, Лиса принялась обиженно уплетать стейк за обе щеки. — Ешь! — она хотела выглядеть грозно, но получилось только рассмешить. — Эй, прекрати, — образ обиженной девушки рассыпался по мановению волшебной палочки, стоило только мужчине улыбнуться, как она растаяла, как мороженое в летний день.       — Ты помнишь, что пообещала носить эту шапку? — он кивнул в сторону пакетов, что стояли на соседнем кресле.       — Если только мы будем вместе, я помню, — фраза прозвучала двусмысленно, поэтому Лиса поспешила оправдаться: — Я имела в виду то, что мы должны идти вместе, ну, то есть рядом, по одной стороне, чтобы не выглядеть глупо по отдельности, — она даже успела выдохнуться.       — Ешь, я и так всё понял, — по-доброму усмехнувшись, мужчина продолжил трапезу.       Лиса последовала совету, но пришедшее на телефон Джина уведомление приковало взгляд к загоревшемуся экрану. Сообщение её ничуть не волновало, но вот фотография, что стояла на заставке, невольно заставила задуматься: яркие гирлянды горели на заднем фоне, освещая своим светом молодых людей; хозяйка лавандового цвета волос улыбалась широко и ярко, при этом показывая два пальца, а рядом стоял Ким, который светился от счастья. Эта фотография была сделана в день рождения мужчины и именно тот день стал лучшим воспоминаем за последние годы. Чеён сумела подарить ему кусочек счастья, отодвинуть насущные проблемы подальше и просто позволить насладиться свободой. Когда они катались на роликах, — вокруг не существовало никого и ничего, только два бьющихся в такт сердца. И если бы он знал тогда, что их пути разойдутся так быстро, то Джин непременно бы запомнил всё в деталях. Теперь же остались лишь воспоминания в его сердце и фотография на заставке.       — Я, кстати, хотела спросить, — неторопливо начала девушка, не желая спугнуть Кима.       Ревновала ли она к Пак? Безусловно.       — Да?       — Как дела у Чеён? — натянув максимально спокойную улыбку, спросила Лиса. — Просто она сегодня даже не подошла, чтобы поздороваться. Хотя мне казалось, что вы в очень хороших отношениях, — сердце любой девушки будет ревновать к той, с кем предмет воздыхания проводит много времени. И пускай Манобан не особо любила лезть в чужую жизнь, но интерес был сильнее принципов. — У вас что-то случилось? — коронный вопрос, на который она хотела услышать однозначный ответ.       — Да, мы и впрямь были хорошими друзьями, — вспомнив те дни, когда они ещё могли свободно шутить друг над другом и смеяться со смешных картинок в интернете, на душе Джина стало одновременно печально, но при этом захлестнула приятная ностальгия. Сейчас они уже не могли так спокойно общаться, решив оставить всё в прошлом, но, если быть честным, то он не хотел терять подругу.       — Были? — недоумение отразилось на лице девушки.       — Да, Чеён хорошая девушка, но сейчас наши пути разошлись, — сожаление было слишком тяжело скрыть, поэтому Манобан отчётливо уловила эмоции мужчины. — Так бывает, но я до сих пор считаю её своим хорошим другом, — он было хотел сказать «даже слишком хорошим», но вовремя умолк. — И искренне рад, что у неё всё хорошо. А почему ты спрашиваешь?       — Просто увидела фотографию на заставке, — врать было бессмысленно, поэтому пришлось ответить максимально честно.       — А, — мужчина ещё раз ткнул на экран смартфона, чтобы появилось изображение, и улыбнулся. — Это было в день моего дня рождения, — и в очередной раз Ким хотел сказать намного больше, чем нужно было, но сдержал себя. Он понимал, что нравится сидящей напротив брюнетке, поэтому услышанное могло бы обидеть её, а этого он не хотел.       — Когда был твой день рождения? — походя на щеночка, спросила она.       — Восемнадцатого ноября.       — Тогда, я тебе обещаю, что через год, восемнадцатого ноября, мы обязательно отметим его вместе! — в карих глазах читались решительность и искренняя вера в то, что так и будет.

***

      Громкая музыка и шум снизу ничуть не мешали Тэхёну наслаждаться обществом двух красивых девушек, что не ожидали подцепить такого красавчика. Смолистые волосы контрастировали с белоснежной кожей китаянки, тело которой было обтянуто чёрным латексные платьем чуть выше колен. Её изящные рука лежала на колене парня, а друга держала бокал, на дне которого плескался виски. Девушка уже потеряла счёт выпитых бокалов, ей казалось, что это всего лишь третий, но состояние говорило об обратном. Рядом с демоном время текло неимоверно быстро, поэтому она напрочь потерялась в нём, надеясь на свою подругу.       — Не желаете выпить ещё? — басистый голос Кима раздался в VIP-зоне, после чего на него уставились две пары глаз.       Девушка справа одним залпом допила содержимое бокала и кокетливо улыбнулась. Светлые, почти платиновые волосы раскинулись по оголённым плечам, а европейская внешность выделяла голубоглазую среди всех остальных посетительниц «Адской ночи». Камилла даже не подозревала, что удача повернётся к ней лицом, подкинув симпатичную мордашку прямо в руки. Они приехали из Китая вместе с однокурсницей, а по совместительству и подругой, но и не надеялись на прекрасный вечер в компании богатенького корейца. Подруги были наслышаны о злачном местечке в самом центре Сеула, где собираются только представители бомонда.       — Как пожелаешь, — с китайским акцентом протянула Чжао, растягиваясь в лисьей улыбке.       Тэхён был не фанатом веселья подобному тому, к которому питал слабость Пак, но иногда появлялось неиссякаемое желание обольстить молоденькие души, что ещё света не видели. Таким намного легче пустить пыль в глаза, спрятать дьявольскую личину за обольстительной улыбкой и привлекательной внешностью.       — Не расскажешь, чем ты занимаешься? — накручивая светлые волосы на тоненький палец, с нескрываемым интересом спросила девушка. Тэхён было хотел с гордостью рассказать о своих заслугах, а после с удовлетворением наблюдать за реакцией, но вдруг мужской голос перебил его:       — Он многоуважаемый человек в Корее, так что если жизнь дорога, — лучше не связывайтесь с ним, — Чон пришёл в ночной клуб в поисках одного из двух демонов, но наткнулся на того, с кем его всегда сводила судьба.       Тэхён безынтересно глянул на нарушителя спокойствия, которого он уже мысленно похоронил: заявляться без приглашения и влезать в его разговор, — ошибка, которую парень не готов простить. Уж точно не Хосоку.       Оторвавшись от девушек, он кивнул им в сторону выхода:       — Пошли вон, — с нотками недовольства прыснул Ким, при этом не сводя взгляда с ухмыляющегося Хосока.       Девушки переглянулись, но с места не сдвинулись, сделав вид, что не расслышали. Тогда Тэхён повторил во второй раз, но уже не так благосклонно, как до этого:       — Нахер свалили, что непонятного? — они тут же вскочили с мест и спрятались за дверью, сопровождая всё возмущёнными оскорблениями в адрес парня на чистом китайском.       Когда дверь закрылась, демоны остались наедине, и лишь доносившаяся снизу музыка разбавляла угнетающую тишину.       — Зачем же было так грубо выгонять милых дам? — с наигранной грустью Чон плюхнулся на диван и уставился на сидящего напротив парня. — Я не стоил таких жертв, — внутри он ликовал. Его радости не было предела, ведь в очередной раз планы Тэхёна разрушились из-за него.       — Зачем пришёл? Если просто поболтать, то можешь тоже сваливать, — он кивнул в сторону выхода. — Дверь там, так что уходи, — схватив бокал со стеклянного столика, Ким сделал глоток и выпил всё содержимое залпом.       — Я пришёл посоветоваться с тобой, — в очередной раз выражения лица и глаз парня были совершенно противоположными: лёгкая грусть и насмешка смешивались внутри, выдавая что-то похожее на лицо Чон Хосока.       — Я тебе не друг, чтобы советоваться со мной, — Тэхён хотел побыстрее избавиться от назойливого собеседника, но ещё больше он хотел втоптать его в землю, да так, чтобы Чона больше никогда не нашли.       — А мне казалось, что ты, как никто другой, можешь знать, что будет, если я вдруг проболтаюсь Джису о твоей связи с её бедной и несчастной матерью. Бедняжка давится больничной едой, а ты развлекаешься с её дочуркой, — нелепый смешок слетел с губ демона, но вот Киму было не до смеха.       Взгляд демона изменился в одночасье, теперь же он хотел живьём закопать надоедливого ублюдка, что вечно шатался рядом. Словами не передать, насколько Чон злил Тэхёна, а если и браться за это, то с уст будут сделать лишь маты.       — Это всё?       — Ты такой равнодушный, но я бы на твоём месте приглядывал за мной, — Хосок закинул ногу на ногу и, зная о собственном превосходстве, глянул на парня, чьи кулаки медленно сжимались. — Я такой болтливый, что могу рассказать девчонке о том, что именно ты виноват в её хреновом детстве, как думаешь, она будет в восторге? Эх, я вот так не думаю, — стащив с тарелки виноградинку, он тут же вскочил и, закинув ягоду в рот, поспешил оставить Кима одного. — Подумай об этом, если захочешь найти меня, то лишь позвони, — он кинул на стол клочок бумаги с цифрами на нём и поспешил уйти.       Если бы он не сделал этого, то бокал полетел бы не в стену, а в него. Стекло разлетелось на сотни мелких осколков, оставив на стене след от алкоголя.       — Будь ты проклят, блядский Чон Хосок!

***

      Через панорамные окна просачивались утренние лучи солнца, они падали на заспанное лицо девушки, вынуждая её беспокойно ворочаться. Голова раскалывалась на две части, словно вчера было выпито пару бутылок алкоголя в одного, но она ничего не могла поделать с адской болью, кроме того, как просто терпеть её. Вчерашний вечер казался сном, видением, которое приходит в холодном поту, но девушка точно знала, что всё происходило наяву. Она помнила жаркие прикосновения к шее парня, помнила страстный поцелуй и холодные струи воды, которые, казалось бы, должны были приводить в чувство затуманенный наркотиком рассудок, но никакой пользы они не приносили. Су помнила всё настолько ясно и детально, что хотелось провалиться сквозь землю. Только вот не от того, что происходило в душевой, а от того, что она так бездумно доверилась Чону. Если бы не одна ошибка, которая даже не принесла никакой ясности в её личное расследование, — всё могло бы сложиться по-другому.       Приподняв одеяло, она не заметила на себе вчерашнего платья, которое промокло до нитки.       — Ты дрожала от холода, поэтому я надел на тебя то, что здесь было, — вышедший из ванной Мин строго взглянул на девушку, что в ответ лишь понимающе кивнула. — Не переживай, я ни о чём таком не думал, — от услышанного Су невольно смутилась. Она не видела ничего такого во вчерашнем поцелуе, ведь они уже переросли тот возраст, когда смущались от каждого прикосновения, но то, что Юнги так спокойно говорил об этом, вернуло её в те времена.       — Я помню всё, — откинув одеяло, она смогла получше разглядеть какую-то бесформенную рубашку, которую Мин попросил у работников отеля. — Эй, Юнги, — парень отозвался на своё имя и сел на край двухместной кровати.       Джису всматривалась в мягкие черты лица напротив. Ей казалось, что этого момента никогда не могло произойти, ведь ещё раньше она даже не думала про Юнги, не думала, что они окажутся в такой ситуации вдвоём. Мин помог ей не допустить ошибку, он сдержался, подумав в первую очередь о другом человеке, а не о себе самом. И пускай девушка не знала истинной причины столь благородного поступка, ей этого и не нужно было.       — Спасибо, — тёплая улыбка озарила сонное лицо Су. Она уверено подняла ладонь и продолжала держать до того самого момента, пока парень не ответил хлопком по маленькой ручке.       — Ты слишком много внимания придаёшь этому, просто рас… — Юнги не успел закончить, как девушка схватила его за руку и притянула к себе, заключив в объятия. Она прижималась несильно, лишь лёгкое соприкосновение, но и этого хватило, чтобы демон уловил стук сердца.       — Ты на самом деле не такой уж и плохой человек, — прикрыв глаза, она искренне поверила в сказанное и хотела, чтобы в будущем не пришлось обжечься.       Юнги хотел расплыться в довольной улыбке, ведь его вчерашние труды окупились, но почему-то не получалось. Утренняя улыбка с утра была не тем, что он предполагал увидеть. Девушка не обвиняла его, а лишь благодарно обняла. А самое главное, что впервые за последнее время он увидел её, не тело, в котором заключена душа любимой, не Гахын из прошлого, что отдала свою жизнь из-за его ошибки, а именно Джису. Уловил запах алкоголя, который не выветрился ещё со вчерашнего дня, ощутил тёплое прикосновение и наконец-то смог разглядеть девушку из настоящего.       Су отстранилась и села напротив. Искренняя улыбка поразила Мина, он никогда ещё не видел её такой свободной. Теперь он ничуть не сожалел, что не воспользовался ей вчерашней ночью, ведь поступи он так, не увидел бы её счастливое лицо с утра.

***

      Больничные коридоры напоминали лабиринт, казалось, что в них легко потеряться и не найти выхода наружу. Таким образом, можно было бы легко остаться навсегда среди больничных халатов и психов, каждый из которых нашёптывал что-то волнительное себе под нос. Среди всех остальных посетителей частной клиники выделялся роскошный вид Тэхёна. Парень неспешно передвигался по пустому коридору, где глухим эхом раздавались его шаги.       Девушка в больничном халате за ресепшн, заметив молодого человека, тут же оживилась и натянула приветственную улыбку. Поправив халат и несколько раз пройдясь ладошками по бёдрам, приглаживая ткань, она произнесла:       — Господин Ким, не думала, что вы ещё приедете к нам, — девушка с именем на бейдже «Кан Джихе» радостно оголила все свои тридцать два зуба, приглашая парня подойти. — Что вас привело к нам?       Тэхён, подавляя раздражение, ответил такой же приветливой улыбкой.       — Джихе, ты всё так же хороша, — он облокотился на стойку и начал всматриваться в уставшие глаза Кан, которая провела ночную смену на работе, но до сих пор ожидала сменщицу.       — Не стоит, — смущённо опустив глаза, она вспомнила о рабочей этике и взяла себя в руки. — Вы пришли сегодня навестить госпожу Ким? К ней дочь так и не приходила, сколько бы я не звонила, она лишь недовольно кричала и сбрасывала, — томно вздохнув, медсестра продолжила: — Хотя госпожа стала не такой буйной, но дочь всё же не желает появляться у неё. Мне так жаль её, ведь она не заслужила одиночества, — девушка искренне жалела женщину, которая на протяжении многих лет остаётся в палате и не желает выходить оттуда.       — Сегодня я составлю ей компанию, — дьявольская улыбка Тэхёна в очередной раз заставила медсестру засомневаться в добрых намерениях стоящего напротив. Она уже и позабыла, каким пугающим может быть Ким Тэхён.