Корреляция

За полтора месяца работы в ФЭС Рита успела познакомиться со всеми коллегами: руководством, оперативниками, экспертами, патологоанатомами. Со всеми, кроме одного. Майора Сергея Майского. Их почти всегда ставили в разные смены, а если и в одну, то майор и капитан занималась разными расследованиями. Никакого умысла в этом не было — каждого определяли туда, где он был больше нужен и мог принести больше пользы. Поэтому познакомиться им так и не удалось. Пару раз они видели друг друга издалека. Двухметрового Майского было сложно не заметить. Как, впрочем, и Власову. По причине того, что женщин-оперативниц в ФЭС было мало. Маргарита бы и не думала об этом, если бы не коллеги, которые нашли новый повод для шуток и разгула фантазии. Лаборантки были уверены, что у Маргариты и Сергея был роман, который неудачно закончился. Холодов настаивал, что это все — заговор инопланетян. Тихонов вещал про боязнь начальства ставить Риту и Сергея в пару, мол, такой разрушительной силы не выдержит даже ФЭС. Даже Антонова, магистр адекватности в этом царстве хаоса, осторожно поинтересовалась у Рогозиной, нет ли каких предубеждений по поводу новенькой. Рите было пофигу. Майскому — тоже. Но одинаковые шуточки на протяжении долгого времени начали раздражать. Капитан с майором однажды даже созвонились и договорились прийти пораньше, дабы сделать памятное селфи и поставить его на стол в лаборатории. Во избежание. Но и тут все пошло не по плану. Рита проспала, поэтому еле успела к началу рабочего дня, а Майский вообще сломал машину и опоздал. И, не иначе как сдуру, ляпнул Круглову о произошедшем. А тот не удержался и рассказал Лисицыну…. К концу дня хихикала вся служба, включая Рогозину.

***

— Держите, вот вам вещдоки из квартиры Ивашкина, — устало сказала капитан, заходя в лабораторию. Смена выдалась суматошной, поэтому под вечер Рита туго соображала и даже не обратила внимания на ехидное выражение Тихоновской физиономии. — Что, Риточка, снова не судьба? — как бы между прочим поинтересовался компьютерный гений, загораживая от Власовой Андрея, который копошился в самом дальнем углу лабы. — Ты о чем? Ваня не ответил, потому что Холодов отъехал на стуле подальше, открывая обзор, и запел: — Видно, не судьба, видно, не судьба, видно, нет любви, видно, нет любви, — Андрей ужасно фальшивил, поэтому Власову слегка контузило, и она не сразу разглядела творение этих лабораторных мышей. В углу, у которого недавно сидел Холодов, стояла розовая тумбочка. На ней красовались букетик желтых тюльпанов, две ароматические свечи в форме сердечек и большая фотография обнимающихся Риты и Сергея. — Желтые тюльпаны — вестники разлуки, — громким и от того еще более фальшивым дуэтом выдали эксперты, и у Власовой отнялся язык. К счастью, фото было сделано на скорую руку, поэтому признать в портрете чужих людей, возможно знаменитостей, к которым приделали их с Майским головы, получилось быстро. Мимикой своей Маргарита Сергеевна владела мастерски — на лице не дрогнула ни одна мышца. Женщина достала из кармана мобильный, сфотографировала инсталляцию и будничным тоном сообщила: — Вашим пением только преступников пытать, чтобы сознавались быстрее. Даже в том, чего не совершали. Кстати, вещдоки надо проверить до утра, приказ Рогозиной, — она развернулась и направилась в буфет. — Так нечестнооо! – оскорбленно завопили вслед эксперты. — Ты что, шуток не понимаешь?!

***

Ничтоже сумняшеся, капитан отправила фото майору. Ответ пришел незамедлительно: «Какого черта?» Капитан, допивая чай, набрала ответ: «Эксперты в свах играют». Телефон сурово мигнул: «Убью дебилов». «А смысл?» Телефон помолчал минуты три, после чего снова запищал: «И то верно, пусть завидуют. Мы даже на такой фотке красивее их всех», — скромно резюмировал Сергей. Власова усмехнулась: «Интересно, что будет, когда увидимся. Если увидимся, конечно».