Корреляция

Они пересеклись случайно. Риту поставили в ночь, с ней должен был дежурить Круглов. Но по пути на работу Николай Петрович неудачно споткнулся и, кажется, сломал ногу. Лисицын был в отпуске, Котов на больничном, поэтому Галине Николаевне пришлось вызванивать Майского. Разбуженный майор был явно не в духе и умудрился нахамить начальнице на ровном месте, поэтому Рогозина решила не сообщать Сергею о том, с кем ему придется провести ночь. — Да, Галина Николаевна, что-то случилось? — бодро отозвалась Власова, отвечая на звонок руководства. — Доброй ночи, Рита. Ничего особенного, — полковник медлила, понимая, что не представляет реакцию капитана в силу незнания ее как человека, — Круглов не сможет выйти, я послала другого сотрудника, но он задержится где-то на час. Маргарита зависла на пару секунд и хмыкнула: — Другой сотрудник — это товарищ майор Майский? — Угадала, — усмехнулась Рогозина. — Надеюсь, ФЭС выдержит. — Не переживайте, починим.

***

Дежурный заснул на посту, поэтому Майскому пришлось рявкнуть на него для профилактики. Это возымело сногсшибательный эффект: просыпаясь, младший лейтенант сделал сальто назад, слегка ударился головой о стену, покраснел, побледнел и уставился на майора глазами-блюдцами. — Ты че, камрад, я же пошутил, — растерянно отреагировал Сергей, совершенно не ожидавший такой реакции. Дежурный не ответил, потому что тишину коридора разрезали громкие, но редкие хлопки и невозмутимый женский голос с легкой хрипотцой: — Теперь я понимаю, почему нас не ставили вместе, товарищ майор Майский. Сергей резко обернулся и уставился на ту, напоминания о которой успели набить оскомину. Его таинственная коллега была чуть выше среднего роста, обладала подтянутой фигурой с женственными формами, каштановой копной волос, выразительными губами и теплыми живыми глазами. Глазами, в которых, несмотря на внешнюю отстраненность их обладательницы, плескалось веселье. «Услужила Рогозина, конечно. Даже не предупредила. А еще боевая подруга, называется». — Так вот ты какая, Маргарита Власова, — задумчиво протянул мужчина. — А почему не ставили, говоришь? — Так вот ты какой, северный олень, — в тон ему отозвалась женщина. И, не дав Майскому возмутиться, объяснила. — Я так пока только преступников пугаю и свидетелей. А вы выше взяли — коллег на тот свет отправлять пытаетесь. — Я просто званием выше, все приходит с опытом, — отреагировал Майский, лишь бы что-то сказать. Так его еще не встречали. Так на него еще ни одна женщина не реагировала. Лейтенант побледнел еще сильнее, хотя казалось, что сильнее некуда, и Власова поняла, что надо что-то делать: — Да вы не переживайте так, — обратилась она к парню. — Сегодня мы убьем кого-нибудь другого. А сейчас мы уходим, — она кивнула Майскому в сторону буфета. — Куда? — не понял майор. Сдержаться было выше ее сил: — Попой чистить провода. — Не знал, что в буфете есть провода. — А как же чайник? Кстати о чае, будете? — Маргарита сама не знала, как обращаться к майору. Да и чего ожидать пока тоже не представляла, поэтому решила сменить тему. — Лучше кофе, если есть, — Сергей не удержался и зевнул. — И лучше на «ты», — мужчина плюхнулся на диван с высоты своего роста. Диван выдержал. Власова проследила за перемещениями коллеги и усмехнулась: — Так точно, — женщина направилась к шкафчику и достала две кружки. — Это, ты давай, без этого, — сморщился, как абрикос на солнце, Майский. — Без чего? — Без паясничанья. — С каких пор ответы по уставу — это паясничанье? — не уловила претензию Власова, заваривая кофе. — Ты ж поняла, что я имею в виду. Давай как в обычной жизни общаться, я так со всеми, — майор махнул рукой. — Официоза уже насмотрелся. — Как скажешь, — пожала плечами Рита, подошла к мужчине и протянула ему кофе. Майский кивнул в знак благодарности и взялся за ручку кружки. Их руки соприкоснулись. Шершавая и горячая ладонь мужчины моментально согрела прохладные пальцы женщины. Власова вздрогнула и хотела быстрее убрать руку, но Майский схватил ее ладошку свободной рукой. — Болеешь, что ли? — в глазах мужчины заскакало неожиданно искреннее беспокойство. Именно это уберегло его от Ритиного леща. Несмотря на извечную прохладу, рука у капитана была тяжелой. — Скорее ты болеешь, — ответила после небольшой заминки женщина и все-таки освободила ладонь. — А я просто хладнокровная. Всегда. — Я тоже не болею, — Сергей усмехнулся, — у меня нормальная температура — 37.2. — Оо, да ты горячий парень, — тоже усмехнулась Маргарита, возвращаясь за своей кружкой. — Ага, турецкой выдержки, — фыркнул Майский и жестом пригласил Риту сесть рядом. — В смысле? — уточнила женщина, приземляясь на диван. — Бабушка у меня турчанка была, — охотно уточнил майор и отхлебнул из чашки. — Дед военным был, увидел ее, влюбился и увез в Советский Союз. — А она-то согласна была? — Она — да, дед хорошим человеком был, красивым высоким блондином, — протянул майор. — А вот семейство ее было против. Так они потом и не увиделись никогда. Власова усмехнулась и искоса глянула на майора: «Какие подробности с первых минут знакомства, ты посмотри. Хотя внешность действительно примечательная». Помимо роста майор Майский славился бакенбардами, переходящими в геометрически-ровную бородку, собранными сейчас в хвост длинными волосами, развитой мускулатурой и крупными чертами лица. Особенно привлекали внимание глаза неопределенно-светлого, но выразительного оттенка. — Сравниваешь со знакомыми турками? — низким голосом сказали Рите прямо в ухо, и Власова вздрогнула: — Типа того, — она сделала глоток остывающего напитка, — у меня тоже замес кровей. В основном грузинско-осетинских, но со славянской присыпкой. Майский сделал демонстративно-серьезное лицо и, с видом эксперта, оценивающего подлинность картины, резюмировал: — Красивый замес, — после этого он не удержался и добавил с восточным акцентом. — Ошэнь качественный, ошэнь. Власова тоже не выдержала и ощутимо ударила его по плечу: — Да иди ты! Тоже мне, знаток нашелся, — она сдула с лица прядь волос. В этот момент женщина совсем не думала, как может отреагировать на такое малознакомый коллега. Впрочем, Рита в принципе редко беспокоилась о том, что думают о ней окружающие. Сергей отреагировал нормально. Сделал дурашливое лицо и голосом Буратино оповестил: — Вообще-то это был комплимент.