Корреляция

Следующий совместный выходной выпадал на 14 февраля, чем Власова пользоваться не собиралась. Во-первых, это был вторник, а «девать» куда-либо сына ради потенциальной возможности побыть с майором Рита не планировала. Выбор между Денисом и Сергеем вообще не стоял. Кроме того, она понятия не имела, были ли у самого Майского планы на нее в этот день. Во-вторых, Маргарита скептически относилась к подобным датам в принципе. Она считала, что, если люди любят друг друга, то им не нужны искусственные праздники. А если не любят — никакие празднества не помогут. В-третьих, она до сих не ощущала себя влюбленной. И Майского таковым не считала. Да, у женщины в анамнезе был только один опыт серьезных отношений, но очень долгий и крайне продуктивный, поэтому ей было, с чем сравнить. Влюбленностью их отношения с напарником и не пахли. В основном они держались на неистовой, неподконтрольной да и практически нечеловеческой страсти. Такой, какой в жизни Власовой не было ранее. Даже с отцом Дениса. К счастью, только страстью дело не ограничивалось. Сергей был Рите весьма симпатичен и по-своему дорог: как лучший из коллег, возможно, как друг, да и в целом как человек. А еще он очень нравился ей как мужчина, но влюбленностью это по-прежнему не было. Как будто чего-то не хватало. Но Власова и не ставила цели влюбиться. Хотя с Сергеем Майским ей было хорошо. Иногда — просто возмутительно.

***

Майский позвонил сам и, сам не зная, отчего робея, предложил увидеться: — Я помню про Дениса, — быстро проговорил он, — но, может, мы сможем увидеться днем? — майор ненавидел себя за приступы неуверенности. Но почему-то в общении с Ритой они его периодически накрывали. — Днем можно, — ответила Власова, стараясь не думать о том, почему ей стало так радостно от слов мужчины. — Во сколько приезжать? — К часу нормально? Только я не домой тебя позвать хочу, а в одно хорошее место… Хорошим местом оказался ресторанчик, специализирующийся на средиземноморской кухне и дорогих винах. Рита никогда в нем не была, поэтому полностью доверилась своему спутнику. — А как ты умудрился забронировать столик за два дня до столь слащавой даты? — поинтересовалась она, давая Майскому возможность снять с нее пальто. — Его владелец — мой сослуживец. Да и день сейчас, народ попрет ближе к вечеру. Большинство-то с нормальным графиком работы, — пояснил Сергей и провел рукой по спине женщины. — Сереж, ну мы не наедине, — вздрогнула всем телом Рита, впрочем, не торопясь отстраняться. — Не одни, да, — мужчина прижал ее к себе и протянул руку в указании нужного столика. — Но у нас место за ширмой, можешь не волноваться, что тебя увидят со мной, — будто бы пошутил Майский, но Маргарита почувствовала, что напарник переживает, и подняла на него глаза. — Дело не в тебе, — начала она, пристально разглядывая лицо майора. — Я просто не люблю выставлять личную жизнь напоказ. Во всех смыслах этих слов. Сергей взял Риту за ладонь, переплетая свои пальцы с ее, и потянул к столу: — А почему? — А ты любишь? — вопросом на вопрос ответила женщина, усаживаясь в просторное кресло, способное уместить троих таких молодцев как Майский. Он пожал плечами: — Не особо, но отношусь в целом спокойнее, чем ты. Риту почему-то задели его слова: — А это плохо? — агрессивнее, чем хотелось бы, спросила она. — Что? — не врубился мужчина, протягивая собеседнице меню. — Что я, как ты выразился, неспокойно к этому отношусь. Мужчина приподнял брови: — Да нет. Ритусь, я же не наезжаю, просто интересуюсь, че ты злишься-то сразу. Власова криво улыбнулась: — Да не злюсь я. Ладно, проехали.

***

— Ритуль, а у меня для тебя подарок есть, — сообщил Майский, как только они закончили трапезничать. Власова удивилась так, будто сама не выбирала презент в последний момент. Правда, удивилась она скорее потому, что была уверена: Сергей не считает 14 февраля какой-то особой датой. Она и сама-то купила скорее на всякий случай. Не сейчас подарит, так потом. Даже повод не нужен. — Подарок? — Ну, да, — смутился мужчина, — даже не потому, что праздник, он какой-то странный, — объяснил он. — Просто увидел в магазине и захотелось тебе купить. Хотя я даже не знаю, любишь ли ты такое… Двухметровый майор сейчас выглядел таким трогательным плюшевым мишкой, что капитана разбил приступ жесточайшего умиления. Кровь прилила к щекам, а руки покрылись мурашками и с трудом удерживались от того, чтобы не потянуться обнимать мужчину. — Заинтриговал, — сообщила Власова, покусывая губу. Сергей же, проследив за этим действием немигающим взглядом, вздохнул глубже обычного: — Закрой глазки. — Где-то это уже было, — заметила Маргарита, выполняя просьбу. Через несколько мгновений женщине в руки опустилась небольшая коробочка мраморно-зеленого цвета. Власова открыла ее быстрее, чем успела прикинуть, что бы там могло лежать. — Шарфик? — спросила она, щупая темно-синюю ткань со светлым узором. — На ощупь очень приятная. — Шейный платок, — поправил ее мужчина. — Только я не знаю, носишь ли ты их. — Ну, теперь ношу, — улыбнулась женщина, закрывая коробочку. — Осталось разобраться, как его лучше завязывать. Спасибо, — она поднялась и потянулась к губам мужчины, который, вручая подарок, оказался рядом с ней. И снова их закружило в круговерти ощущений. Да, вот так сразу, как и в предыдущие моменты, включая начало их странных, но притягательных отношений. Сердца начинали репетировать акробатический рок-н-ролл, легкие с позором капитулировали, температура подскакивала до крайне болезненного состояния, а возбуждение накрывало такой волной, что сложно было устоять на ногах. Не устояли и сейчас — рухнули в кресло, где раньше сидела Власова. — Господи, — выдохнула Маргарита, неохотно отстраняясь, — мне каждый раз кажется, что это сон. — Почему? — хрипло поинтересовался Майский. Власова сидела у него на коленях, поэтому мужчине открывался вид на зону декольте. Дыхание стало совершенно рваным, а пульс возмущался с такой громкостью, что его должны были слышать за пределами заведения. — Потому что так не бывает, — сдавленным голосом призналась Рита, понимая, что выдержка во внеочередной раз приказала долго жить, — и я сама не знаю, чего боюсь больше. Она снова прикоснулась губами к губам Сергея, но тот нашел силы приостановиться: — Чего ты боишься? — спросил он, покрывая лицо капитана легкими поцелуями. Впрочем, сейчас они ощущались практически ожогами. Власова мысленно сжала саму себя в кулак и быстро, пока снова не расплавилась, ответила: — То ли того, что все закончится, то ли того, что только усилится. Сергей посмотрел на нее болезненно-серьезным глазами и тихо сказал: — А я боюсь, что окажусь не нужен. От его горького взгляда, воспаленного голоса и еще более горячих, чем обычно, рук, все нутро Власовой поднялось куда-то в район горла. Там и застряло. Женщина прижалась щекой к щеке мужчины и одними губами попросила: — Поехали к тебе.