A Rifling Matter

Солдат проснулся с полной уверенностью, что его голову переехал танк. Его научили, как справляться с любой болью, но, понимаете, от этого она не становится приятной. Да и вонь нашатыря ситуацию не улучшала. – Давай же, дружище, как ты себя чувствуешь? Солдат медленно моргнул, пытаясь сосредоточиться. Перед глазами был широко улыбающийся Клинт, наклонившийся к нему до комичного низко. – Эй, ребята! Он очнулся! – завопил над ним товарищ, и Солдат застонал. – Клинт, – вмешался Брюс, – выйди из его личного пространства. Лучник надулся, но послушался. Солдат неуверенно приподнялся, оглядывая белые больничные стены, пока Клинт, Брюс и Стив обеспокоенно смотрели на него самого. – Что произошло? – слова ощущались вязкими и сухими на языке, и Стив передал ему чашку воды, к которой он без промедлений припал, пусть в животе все и переворачивалось. – А что ты помнишь? – Миссию, – доложил Солдат. – Против Гидры, и потом… У него кровь остыла в жилах от испуга, кулак сжался будто сам по себе, и осколки пустого стакана рассыпались по кровати. – Вот черт, – дернулся Клинт, и Брюсу пришлось угомонить его взглядом, прежде чем быстро взяться за уборку. Стив совсем беспокойно потер затылок. – Ты в порядке? – Код… Он... Я кому-нибудь навредил? Где остальные? Солдат дернулся встать, проигнорировав отвратительную головную боль, но Стив удержал его, положив руку на плечо. – Все хорошо. Со всеми все хорошо. Железный Человек заставил того агента замолчать, прежде чем тот успел закончить… – Железный Человек? Стив кивнул. – Видишь, не так страшен черт, как ты его рисуешь, верно? Солдат скрестил руки на груди, злясь на Стива за такую подколку, сердясь на Железного Человека за то, что тот явно спаситель дня, но в основном проклиная себя самого за то, что его вообще пришлось вытаскивать из беды. – Но никто же не пострадал? – слабо спросил он. – Миссия прошла нормально. Мы даже получили кучу данных с базы, чтобы найти остальные укрытия, прежде чем гидровцы уйдут в подполье. Тор и Нат сейчас там, мы тоже вернемся, как только уверимся, что с тобой все в порядке. Солдат поежился от успокаивающего давления в голосе Стива и быстро сменил тему: – А что с Железным Человеком? – Он придет, когда будет нужен, но в первую очередь он телохранитель Старка, и будет лучше, если он займется своими прямыми обязанностями. Что-то в том, как именно он это сказал, звучало так, будто это было совсем не идеей Железного Человека. Ну конечно. Зачем это защищать Тони, если он сам может себя благополучно спасти. Пусть он и помог Солдату, но со своей работой справлялся Железный Человек по-прежнему ужасно. Солдат старался скрыть раздражение, сосредоточившись на тревожном выражении лица Стива. Пусть ему и недоставало многих воспоминаний, но он буквально слышал в своей голове Баки Барнса, ворчащего, что Стив что-то скрывает. – Что такое? Стив оглянулся на остальных, те кивнули и ушли, и даже Клинт выглядел серьезным, что сильно беспокоило. – Где я накосячил? Солдат почувствовал, как все внутри переворачивается от страха. Что еще хуже, Стив вообще не спешил с объяснениями. – Дело в базах данных Гидры. Мы разбирались с информацией, и, ну, кое-что нашли. – Что именно? – Там были несколько старых файлов о тебе – из них мы и узнали о твоем коде. И сведенья о твоих старых миссиях. Солдат кивнул, догадываясь о чем речь. – О том, как меня наняли убить Тони? – Для чего тебя наняли?! – А разве там не об этом? – Нет, это об… Но подожди, Старк знает? – Да, мы все обсудили. У меня тогда ничего не получилось, так что он, похоже, остался не в обиде. Стив раздраженно выдохнул. – Ладно, мне, собственно, плевать, потому что вы уже с этим разобрались, а файл-то вообще не о том. – Так о чем же? – 16 декабря 1991 года. Дата показалась знакомой, но Солдат не знал почему, а пытаться вспомнить было похоже на попытку схватить воду руками, пока она ускользала между пальцев. – Так ты не… ты не помнишь, да? Казалось, Стив убит горем. – Вроде нет. – Тебя заставили… – Стив умолк, подбирая слова. – У тебя было задание. Убить. Солдат сглотнул, пытаясь избавиться от комка в горле. – И кого я убил? – Говарда и Марию. Старков. Солдат внезапно понял, что благодарен, что лежит, иначе ноги его бы подвели. Он ничего не помнил о той миссии, но отчего-то теперь твердо знал, что это правда. Говард и Мария. Это были родители Тони. И он их убил. Естественно, это не новость, что он убийца. Было трудно игнорировать этот факт, даже если большая часть его воспоминаний была стерта в целях безопасности Гидры. По ночам лица его жертв выныривали из его памяти расплывчатыми образами, витающими в сознании, но теперь же Говард и Мария стояли перед его глазами, как живые. А он – причина их смерти. – Тони… Тони знает? Стив покачал головой. – Файлы смотрели мы с Нат. Солдат медленно поднялся и опустил ноги на пол. – Ты куда, Бак? – Я должен ему сказать. – Что? В голосе Стива прозвучало такое потрясение, что Солдат повернулся к нему: – Я не могу просто скрыть от него такое! – Но ему нельзя узнать! Не так! Одному Богу известно, что он сделает! – О чем ты? – Что, если он навредит тебе? – Что ж, у него будет на это полное право! Стив отпрянул, словно от удара. – Это был не ты. Это не твоя вина. – Но я это сделал. И если любой агент Гидры скажет остальные слова моего кода, то сделаю снова. Тони поклялся больше не иметь дела с оружием, а я поручил ему создать еще одно, – беспомощно указал он на свою руку. Подпись Тони изящно чернела на металле. – Это протез. – Это оружие, и нешуточное. Как и я. Я средство массового поражения. Солдат и не больше. Мой удел – исполнять приказы, и так как я сейчас служу Тони, я должен предупредить его об угрозе безопасности. – Ты не угроза. Но Солдат вышел за дверь, и, к счастью, Стив позволил ему уйти. Он нашел Тони в мастерской – тот что-то набирал на клавиатуре, хоть и, казалось, заблудился далеко в своих мыслях. Его волосы беспорядочно торчали во все стороны, а по глазам была видна усталость. Солдат задался вопросом, как давно он не спал. Ему хотелось бы просто накрыть изобретателя мягким одеялом и уложить в постель. Он тряхнул головой – он здесь не для этого. Он пришел, чтобы сдаться с повинной, чтобы позволить Тони решить все по справедливости. Солдат осторожно постучал, избегая использовать пароль входа, хоть он его и знал наизусть. Тони поднял голову, и в его глазах засияли огоньки. Он замахал Солдату рукой, и тот замер, наслаждаясь счастьем Тони с острым осознанием, что сейчас придется погасить этот свет. – Снежинка, ты в порядке! Я хотел быть с тобой, когда ты придешь в себя, но Стив почему-то… Солдат перебил Тони, потянувшись за объятием. Он тесно прижался к Тони, понимая, что, может быть, это последний раз. Внезапно его плечи вздрогнули, и едва сдерживаемая паника нежданно выплеснулась слезами на рубашку Тони: – Прости меня, мне так, так сильно жаль. Рука Тони легла на его спину, нежно растирая круги: – Эй, котеночек, что произошло? Солдат уткнулся лицом в шею Тони, всем существом вдыхая успокаивающий запах его одеколона и моторного масла. – Это я убил твоих родителей. Он ощутил, как Тони оторопел, но продолжил говорить: – На одном из своих заданий. Я ничего не помню, но Стив нашел информацию о том деле, и я… Он ждал, когда же Тони его оттолкнет. Когда закричит и будет проклинать Солдата. Когда возненавидит его. Но вместо этого Тони вдруг крепче прижал его к себе и коротко поцеловал в макушку. – Я знаю. Солдат отстранился, чтобы посмотреть на Тони. – Что? – Я узнал, когда читал о тебе. Там было видео. – Еще и видео есть? Тони огорченно кивнул. – Ты ненавидишь меня? – Нет, – быстро заверил Тони. – Но какое-то время я был в ужасе, очень сердит и избегал тебя. – После той ссоры, – вспомнил Солдат. – Я думал, что из-за того, что меня наняли убить тебя. – Да, я солгал. Когда я понял, что ты просто не помнишь, и, честно говоря, я ведь прочел, что с тобой делала Гидра… Я не мог бы злиться на тебя. Солдат всхлипнул, не ощущая стыда за это. – Так ты не ненавидишь меня? Тони рассмеялся, и это был самый чудесный звук, какой Солдат только слышал. – Я бы не смог, даже если бы пытался. Солдат прильнул к нему, упиваясь ощущением близости Тони. – Мне так жаль, куколка. – Все в порядке. Это не твоя вина, но мне ли не знать, как тебе тяжело сейчас. – Я очень хочу все исправить. Тони отстранился, помогая Солдату усесться на высокий табурет. Он и не замечал, как сильно дрожит. – И ты все делаешь правильно. С тех пор ты спасал меня даже чаще, чем следовало бы. – Но ведь недостаточно часто, – перебил Солдат, но Тони продолжил: – Когда Оби нанял тебя убить меня, а ты провалил то задание. И во время нападения на нижнем этаже. И не будем оставлять без внимания то электронное письмо, которое ты отправил Роуди. Солдат вспыхнул. – Так ты… ты знал о том случае? Тони только довольно улыбнулся. – Ты серьезно думаешь, что полковник Джеймс Роудс бросится по первой наводке, не проведя расследование? Когда он сказал мне, что отправитель из рядов Гидры, то я, знаешь, немало удивился. Честно говоря, я считал, что письмо было от Боба. – Ты знаешь Боба? – Да все его знают, снежинка. Солдат почувствовал, что немного улыбается, размышляя о словах Тони. – А ты ведь никогда не называл Роудса по имени. – Хм, я думал, мы уже разобрались, что я довольно небрежен с именами людей? – Но погоди, – перевел дыхание Солдат, – тебе не нравится имя Джеймс? Тони нахмурился. – Да нет, я ничего о нем не думаю. Просто для меня Роуди как-то никогда не был похож на среднестатистического Джеймса. – А я? – Ты? Солдат потянулся рукой за ладонью Тони, чтобы почувствовать себя увереннее. – Что, если бы меня звали Джеймсом? Можно же? – Милый, ты вправе выбрать для себя любое имя, какое захочешь. Джеймс или Джейми, или, чем черт не шутит, даже Джимбо, как тебе, а? В любом другом случае Джеймс закатил бы глаза в ответ, но вместо этого сейчас потянул Тони за воротник, соединяя их губы в поцелуе. Он столько времени размышлял о гениальном уме и золотых руках Тони, что как-то не уделял должного внимания его губам, а ведь они явно заслуживали многих похвал, оказавшись теплыми и слегка потрескавшимися. Тони ответил ему мгновенно и не раздумывая. Джеймс соскользнул со стула, собираясь прижаться ближе, но внезапно его оттолкнули. Тони весь горел от румянца и тяжело дышал, его глаза расширились от испуга. – Тони? – голос подвел Джеймса, и ему пришлось откашляться. – Ты?.. – О черт, – Тони нервно провел руками по волосам. – Это не… Извини меня, я правда хочу… Но ведь так нельзя. Джеймс почувствовал, как его сердце раскололось надвое. – Нельзя? – Это несправедливо по отношению к тебе, – взмолился Тони. – Что несправедливо? Что я чувствую себя счастливым с тобой? Тони, казалось, был и сам готов заплакать. – Ты ведь не знаешь, а я не могу тебе сказать… – Сказать мне что? Тони отвернулся, его спина была напряжена. – Прости меня. Нет, Джеймс просто отказывался плакать. Он повернулся и ушел, хоть его губы и до сих пор жгло.