Курильница для небожителя

Ночь плавно опустилась на уставший за долгий день мир, укрывая его темно-синим шелковым пологом. На небесах загорелись звёзды, а на земле повсюду сияли фонарики из алой промасленной бумаги. Призрачный город в этот поздний час гудел подобно улью диких пчел, и особенно много разношёрстной нечисти скопилось в игорном доме. Из всех окон и дверей заведения лился яркий свет, который привлекал внимание каждой проклятой души, что не боялась рисковать; густой пьянящий аромат вина, смешиваясь с металлическим запахом крови, будоражил умы самых разных тварей, вынуждая их делать все более сумасшедшие ставки. Сегодня в заведении царила особенно оживленная атмосфера — его посетил сам Градоначальник Хуа! В последнее время Собиратель цветов практически не появлялся в игорном доме, поэтому одно только присутствие мужчины на редкость взволновало всех демонов в зале. Одурманенная близостью к кому-то столь могущественному нечисть бесновалась и с головой бросалась в игру. Громкий стук костей то и дело тонул во взрывах хохота и в горьком плаче: кто-то безумно радовался, выиграв чужие семейные драгоценности, а кое-кто вопил от ужаса, проиграв руки, ноги или даже голову. К счастью или к горю, но общее настроение веселящихся отродий совершенно не передалось Хуа Чэну. Демон как обычно сидел на шелковых алых подушках за легким занавесом и откровенно скучал. Его Высочество наследный принц отбыл по делам на Верхние небеса, оставляя Собирателя цветов одного и, чтобы хоть немного скоротать время, одно из четырех великих бедствий решило посмотреть как идут дела в его владениях, а заодно и поиграть. Обычно Градоначальник, даже если и посещал игорный дом, не тратил свое время на сомнительные развлечения, предпочитая предаваться ленной праздности во дворце удовольствий, но сегодня мужчина хотел немного отвлечься и поэтому остался. Собиратель цветов крайне редко проигрывал, но, несмотря на это, толпы людей и нечисти выстраивались в очередь, чтобы бросить вызов Градоначальнику. Вероятно, природа небывалого везения князя демонов заключалась в том, что в прошлом госпожа удача очень сильно задолжала ему; теперь, когда прошло много времени, и проценты по долгу набежали нешуточные, она все же решила расплатиться. Вот только ее чересчур щедрые дары не принесли радости… Напротив, они напрочь убили в Хуа Чэне весь азарт и желание играть. Череда побед, которая досталась мужчине без особых усилий, совершенно не радовала его — наоборот, только сильнее нагоняла тоску и даже угнетала. Вот и сейчас, не испытывая ничего кроме скуки и лёгкого раздражения, Градоначальник, положив подбородок на руку, лениво встряхивал стаканчик. Невольно мужчина вспомнил о том, как вот так же играл с гэгэ. Тогда демон и правда чувствовал волнение и радость, но теперь же… Хуа Чэн без особого интереса поднял деревянный стакан и посмотрел вниз. Он заранее знал, что там увидит — поэтому две шестёрки не стали для него большим сюрпризом. — Какая неожиданность… Голос князя демонов буквально сочился едким сарказмом. Очередной выигрыш отозвался разочарованием и злостью в душе мужчины. Стараясь хоть немного сбросить пар, Собиратель цветов поднял кости и, покрутив их в пальцах, сжал, превращая в крошки. Тут же, словно в насмешку над его страданиями, раздался громкий голос распорядителя, спешащего поскорее объявить результат игры: — Выиграл Градоначальник! Со всех сторон посыпались радостные возгласы и поздравления демонов, но весь этот шум нисколько не подбодрил Сань Лана, а наоборот, он отозвался тупой болью в его голове. Смахнув с пальцев белую пыль, в которую превратились кости, мужчина поднял руку и стал массировать висок. Сейчас князь демонов действительно пожалел о своем решении отправиться в игорный дом. Уж лучше бы он напросился пойти в этот небесный гадюшник вместе с гэгэ, а не впустую тратил свое время тут, тоскуя по любимому человеку. Неожиданно с браслета князя демонов вспорхнула маленькая серебристая бабочка. Она, быстро махая крылышками, стала кружить около его головы, привлекая к себе внимание. Хуа Чэн поднял руку, и сияющая в полумраке проказница послушно села на изящный длинный палец хозяина. Градоначальник невольно улыбнулся, и его потухший взгляд наполнился нежностью. Наследный принц очень любил вот так вот ловить его бабочек, а затем внимательно рассматривать их, любуясь игрой света на серебристых крыльях. В эти мгновения гэгэ выглядел таким милым, что Собиратель цветов с трудом сдерживал порыв схватить его и, утащив в свое демоническое логово, покрыть поцелуями каждый сантиметр мягкого, нежного и податливого тела небожителя. — Когда же ты уже вернёшься. Я скучаю… Некогда ликующая толпа демонов немного притихла, словно расслышала тихие слова своего Господина, а после стала перешептываться между собой и хихикать. — Наш Градоначальник совсем скоро от тоски завянет! Эх… я тоже когда-то любил жену… а потом проиграл ее. Как она там, бедненькая… Надеюсь, господин не поступил так же со старшим дядюшкой. — Закрой рот, дурня кусок! Господин никогда так не поступит со своим дорогим супругом! Скоро он вернётся, и это взбодрит Градоначальника! — Хи-хи-хи, кто знает, может он уже совсем скоро утолит любовную тоску нашего Господина и поднимет его настроение… а может и не только настроение! Вы поняли, о чем я толкую?! Гы-гы-гы. Хуа Чэн, не в силах выслушивать подобную болтовню, стиснул зубы и резко взмахнул рукой. Тут же в воздухе взорвалась удушливая ядовитая аура князя демонов, которая заставила нечисть в Призрачном Городе испуганно сжаться и заскулить. Хуже всех пришлось бедным тварям, которые в данный момент находились в игорном доме. Сжавшись, существа принялись пятиться к выходу и жалко хныкать, умоляя повелителя сменить гнев на милость: — Г-градоначальник… пощадите… мы больше не будем… — Вырвать бы вам языки, сплетники! Лучше бы играли, а не трещали! — Больно… Больно… Больно! Господин, простите этих ничтожных червей! Собиратель цветов под кровавым дождем медленно поднялся на ноги и подошёл к алой полупрозрачной вуали. Каждый шаг князя демонов сопровождался едва слышным мелодичным звоном серебряных цепочек на сапогах, но в царившей в зале тишине этот звук казался оглушительно громким. Тонкие пальцы тронули шелк и неожиданно сильно стиснули его, практически срывая. Облизав губы, демон открыл было рот, чтобы прогнать ничтожных тварей прочь, но неожиданно две теплые ладони легли на его глаза, закрывая обзор. Хуа Чэн замер и тут же счастливо улыбнулся. Лёгкий цветочный аромат коснулся кончика носа мужчины, и он, вдохнув его полной грудью, расслабился. Угрожающая аура моментально пропала, и нечисть облегчённо выдохнула благодаря одного доброго и мягкосердечного монаха в белом, который появился очень кстати. — Гэгэ, ты вернулся? Собиратель цветов развернулся и обнял любимого за талию, притягивая его ближе к себе. С приходом Се Ляня вся та тьма, что черным бурлящим болотом растеклась внутри, моментально исчезла, сменяясь на дивный цветущий сад. Наследный принц поднял на Хуа Чэна теплый, полный нежности и любви взгляд и, встав на носочки, легко коснулся губами губ демона. Изящные точёные скулы Бога войны сразу же порозовели, придавая лицу мужчины трогательный смущённый вид. — Сань Лан, я… соскучился. Как только закончил дела, так сразу же отправился к нам домой, но тебя там не было, и я поспешил сюда… Се Лянь посмотрел в единственный глаз Собирателя цветов и утонул в его темной, бархатистой глубине. Совершенно позабыв про то, где именно они находились, наследный принц обнял своего демона за шею и теснее прижался к нему. Только сейчас бедное сердце Се Ляня перестало тревожно биться и наконец успокоилось. После вынужденного отсутствия Хуа Чэна, которое длилось целый год, Его Высочество с трудом переносил разлуку. Каждый раз, стоило возлюбленным разделиться хоть на миг, как внутри небожителя появлялось острое чувство утраты… совсем как тогда, когда Сань Лан прямо на его руках рассыпался тысячами бабочек. — Я так рад, что не ошибся и нашел тебя. Собиратель цветов не мог отвести взгляда от взволнованного и такого милого возлюбленного. Подняв руку, мужчина нежно тронул щеку Се Ляня, словно опасаясь, что своими прикосновениями сможет причинить Богу войны вред, а затем едва слышно произнес: — Я тоже этому рад, гэгэ. В этот раз тебя не было три дня, и я уже хотел идти за тобой. Не исчезай больше так надолго… Демон вдруг замолчал и с лёгким раздражением посмотрел вниз на серебряный ятаган, который висел на его поясе. Эмин тесно прижался к животу наследного принца и слегка толкался в его ребра, всеми силами стараясь привлечь к себе внимание. Се Лянь тихо рассмеялся и, стараясь избежать щекотки, отстранился от Хуа Чэна. Естественно последнему это не понравилось, и демон, схватив саблю, грубо швырнул ее от себя подальше. С жалобным звоном Эмин упал на пол и стал трястись, словно безмолвно рыдающий ребенок. Такого зрелища чувствительная душа Его Высочества не могла перенести, и поэтому мужчина быстро подошёл к ятагану, а затем поднял его. На лице Бога войны тут же появилась добрая улыбка. Нежно баюкая ятаган, Се Лянь принялся поглаживать серебристый узор на рукояти и тихо успокаивать по-прежнему подрагивающий Эмин: — Тише-тише, все хорошо. Я рядом и не дам тебя в обиду… Ну же, посмотри какой ты славный! Ты самая грозная из сабель, и никто не может соперничать с тобой! Алый глаз, что до этого момента подозрительно поблескивал, довольно прищурился, а клинок стал чуть ли не выпрыгивать из ласковых рук. Чтобы Эмин снова не упал, Се Лянь прижал его к своему телу и повернулся к Хуа Чэну, намереваясь слегка пристыдить нерадивого хозяина. Собиратель цветов стоял, сложив руки на груди и поджав губы, хмурился. Его полный ярости взгляд был обращён к ятагану, и невольно складывалось чувство, что демон на самом деле видел не часть самого себя, а самого злейшего врага. — Гэгэ, брось его. Се Лянь на столь резкие слова мужчины только тяжело вздохнул и, снова погладив серебряный бок клинка, положил его на небольшой столик, заваленный самыми разными вещами. — Сань Лан, тебе стоит быть помягче с Эмином. В конце-концов он твое духовное оружие и главный помощник, а ты так швыряешь его… Этот разговор повторялся из раза в раз и конечно же Хуа Чэн, как обычно, молча слушал ругающего его наследного принца, получая от ворчания любимого человека странное удовольствие. Но что демон мог поделать с собой? Он прекрасно знал о том, как принц обожает оружие, и поэтому Собиратель цветов не был способен контролировать свои собственнические наклонности. Эмин являлся частью его плоти, и было глупо ревновать Се Ляня к самому себе, но любовь даже из самых мудрых делала дураков. Мужчина просто не мог спокойно смотреть на то, как Се Лянь каждый день купается с этим куском металла, ласкает и защищает. Поистине — это было выше его сил! Сердце наследного принца досталось Сань Лану с большим трудом, и поэтому оно должно было целиком и полностью принадлежать только демону и никому больше. Тем временем закончивший с нравоучениями и порядком уставший Се Лянь тяжело вздохнул, а затем отвернулся от Хуа Чэна. Он знал, что его слова снова не возымеют никакого эффекта, ведь и капли раскаяния не отразилось на красивом лице демона, но Бог войны все равно снова и снова пытался достучаться до совести любимого, надеясь, что тот когда-нибудь все же перестанет вести себя как маленький ревнивый ребенок. Неожиданно на лице небожителя появилась лёгкая веселая улыбка — мужчина невольно подумал о Фэн Сине и Му Цине. В прошлом он точно так же пытался примирить этих двоих, но в конечном итоге у наследного принца так ничего и не вышло. Может дело было в том, что Се Лянь был слишком мягким и миролюбивым? Серьезно раздумывая над этим, Его Высочество оглядел все странные предметы, которые располагались на столике. Тут было все, начиная от листов сусального золота и тяжёлых слитков и заканчивая всякими фигурками, вырезанными из кости, оружием и статуэтками. Одна из этих диковинок привлекла внимание принца. Это была курильница для благовоний, которая представляла из себя странного зверя с телом медведя, хоботом слона, глазами носорога, хвостом быка и тигриными лапами. Се Лянь за всю свою долгую жизнь видел много прекрасных, необычных и откровенно пугающих вещей, но до сих пор ему не доводилось видеть ничего подобного. Заинтересованный мужчина нагнулся ближе к курильнице и принялся с интересом рассматривать ее. Памятуя об обещании, которое он когда-то давно дал Сань Лану, небожитель поспешил проверить эту вещь, не прикасаясь. От нее не исходило какой-то определенной темной или светлой ауры, и поэтому принц позволил себе немного больше. Се Лянь поднял руку и кончиками пальцев погладил изогнутую дугой спину зверя. Из широко раскрытой пасти начал медленно вытекать беловатый ароматный дым, который очень быстро погрузил спрятанное за алым занавесом пространство в туманную дымку. Хуа Чэн тут же появился рядом и очень выразительно посмотрел на трогающего курильницу любимого. Заметив этот взгляд, Се Лянь виновато улыбнулся и убрал руку от вещицы. — Сань Лан, тебе не нужно беспокоиться. Она не причинит мне вреда… Наследный принц снова бросил взгляд на странного, извергающего сладковатый дым, зверя и поинтересовался: — Откуда она у тебя? Не помню, чтобы раньше я ее видел. Собиратель цветов взял Се Ляня за руку и поднял ее вверх. Демон очень внимательно осмотрел каждый пальчик, что касался странного предмета, а затем поцеловал их. — Я выиграл весь этот хлам пока ждал твоего возвращения. Из-за действий возлюбленного, небожитель густо покраснел и, тихо засмеявшись из-за лёгкой щекотки, попытался вырвать руку. Однако князь демонов не позволил ему так просто сбежать. Полуприкрыв глаз, Хуа Чэн томно провел языком вниз по пальцам, пока не остановился на узкой ладони. Поцеловав ее, Собиратель цветов по-мальчишески обворожительно улыбнулся и, склонившись к уху мужчины, тихо проурчал: — Давай пойдем домой и вместе искупаемся? Я так соскучился… Всего нескольких фраз, произнесенных бархатистым и тягучим, словно мед, голосом, было достаточно, чтоб ноги Се Ляня предательски ослабли, а лицо вспыхнуло от румянца. Стиснув руками алые одежды, Наследный принц буквально повис на Хуа Чэне, отчаянно пытаясь успокоиться. Вот только близость любовника нисколько не помогала преодолеть плотские желания. — Д-да… пойдем… Собиратель цветов был счастлив, получив согласие… но оставалось разобраться ещё с одной проблемой. Демон с удивительным равнодушием посмотрел на стол, а точнее на лежащий на нем подрагивающий Эмин, а затем стремительно кинул кости. Алый глаз на рукояти широко распахнулся, и клинок подскочил, но было уже поздно. Хуа Чэн, ехидно улыбнувшись, обнял Се Ляня за талию и перенес их прочь, оставляя саблю в Призрачном Городе. Когда через несколько мгновений Се Лянь открыл глаза, то с облегчением заметил, что они вернулись домой. Напряжение, что все это время не покидало небожителя, наконец исчезло, и принц смог вздохнуть полной грудью. — Ха-а, как же я устал… Отпустив Сань Лана, Его Высочество подошёл к стулу и буквально плюхнулся на него, шумно выдохнув. Жое, обеспокоенная состоянием хозяина, взволнованно зашевелилась, и Се Лянь погладил белоснежную ленту пальцами. — Все хорошо. Мне просто нужно немного отдохнуть. Наблюдающий за этой идиллией, Хуа Чэн с лёгким раздражением задумался о том, каким бы образом ещё и Жое отправить прямиком к Эмину. Жаль, что мужчина не мог так поступить с этой прилипчивой лентой, ведь Его Высочество был очень привязан к ней и, в случае пропажи старой подруги, наверняка сильно расстроился бы. Вздохнув, князь демонов молча вышел из домика, чтобы набрать дров и подогреть воды. Как обычно, любая работа, за которую брался Собиратель цветов, была выполнена быстро и качественно. Прошло не больше часа, а двое мужчин с расслабленным видом уже отмокали в большой деревянной бочке. От прозрачной водной глади исходил густой влажный пар, который оседал на обнажённых телах и медленно скатывался вниз мелкими каплями. Се Лянь лежал на широкой груди любовника и уже вовсю клевал носом. Мужчина так набегался за эти долгие три дня, что с трудом смог добраться домой. И если раньше Бога войны поддерживало желание поскорее увидеть и обнять своего демона, то теперь, оказавшись в теплых, таких родных руках, наследный принц больше не мог сопротивляться усталости и медленно погружался в приятное забвение. — Гэгэ, ты решил уснуть прямо тут? Хуа Чэн нежно улыбнулся, наблюдая за тем, как Се Лянь отчаянно борется со сном. От этого зрелища в груди мужчины разлилось приятное тепло, а к горлу подступил счастливый смех. Только князю демонов, как мужу принца, была открыта эта мягкая и податливая сторона Его Высочества, и мужчина очень дорожил подобным даром, превознося его выше золота и драгоценностей. Подняв руку, Собиратель цветов аккуратно убрал мокрые волосы с лица любимого и аккуратно заправил их за ушко. Се Лянь, почувствовав лёгкое прикосновение, с трудом приоткрыл затуманенные глаза и сонно ответил на вопрос: — Нет, но добраться до кровати я уже не смогу… Небожитель повернул голову и с лёгкой улыбкой потерся щекой о влажную грудь Собирателя цветов. Если бы Хуа Чэн был ещё жив, то наверняка его сердце в этот момент просто-напросто остановилось. Сейчас Его Высочество выглядел совсем как маленький сонный котенок, и демон просто не мог налюбоваться на этого ласкового и красивого мужчину. — Все хорошо, ты можешь спать. Я обо всем позабочусь. Се Лянь широко зевнул, а затем легко поцеловал князя демонов в то местечко, где когда-то давно билось живое и горячее сердце. — Спасибо, Сань Лан. Ты спас меня… Через несколько мгновений Его Высочество наследный принц уже крепко спал, доверчиво прижавшись к одному из величайших бедствий. Его ровное тёплое дыхание щекотало кожу Хуа Чэна, и он с трудом мог сдержать бушующую в груди любовь. Подняв подрагивающие от сильных чувств руки, Собиратель цветов обнял безвольное тело принца, бережно баюкая его в своих руках. Как бы это смешно ни звучало, но князь демонов всё ещё не мог до конца поверить, что их отношения были действительно реальными. Вся его жизнь представляла из себя череду разочарований, бед и нестерпимой боли, которые обрушивались на его голову с удивительным постоянством, поэтому мужчине невольно казалось, что все это ошеломляющее счастье было всего лишь сном, от которого он предпочел бы никогда не просыпаться. Прикрыв глаз, Хуа Чэн поцеловал Се Ляня в макушку и едва слышно прошептал: — Нет, гэгэ, это ты каждый раз спасаешь меня… Поддавшись спокойной умиротворяющей атмосфере, князь демонов сам не заметил, как задремал, по-прежнему крепко обнимая небожителя. Однако очень скоро начали происходить действительно странные вещи. Собиратель цветов вдруг ощутил, как его душа неожиданно воспарила вверх, отделяясь от тела, а затем провалилась в бездонную черноту, где стала медленно погружаться в теплые воды. Стараясь противостоять доселе неизвестным силам, Хуа Чэн резко открыл глаз и сел. Какого же было его удивление, когда мужчина понял, что находился вовсе не в бочке с Его Высочеством, а лежал под деревом неподалеку от их с Се Лянем дома. Жаркие лучи солнца лились на его лицо, но демон не чувствовал ставшего уже привычным дискомфорта, который он испытывал постоянно, стоило ему выйти днем. Что-то явно было не так! Все вокруг: пейзажи, теплый ласковый ветер и даже небо над головой казались какими-то зыбкими и нереалистично яркими. Насторожившись, Собиратель цветов принялся озираться по сторонам, выискивая хоть намек на угрозу. Вот только время шло, а он так и не смог почувствовать или заметить ничего подозрительного. Как ни странно, но отсутствие какой-либо опасности больше всего действовало на нервы мужчины. За очень долгую жизнь мужчина постоянно сталкивался только с жестокостью и гнусными кознями, но теперь же он попал в ситуацию, которую никак нельзя назвать опасной… подозрительной — да, но едва ли что-то здесь могло серьезно навредить ему. Подняв руку, Хуа Чэн потёр ноющий лоб, и его кисть вдруг дрогнула. Осознание обрушилось на голову демона подобно удару молнии, и мужчина тихо рассмеялся. Было только одно возможное объяснение происходящего… — Все это сон… но тогда, где ОН? Собиратель цветов медленно повернул голову и с некоторыми беспокойством посмотрел в сторону дома. — Странно, раньше ОН не появлялся тут. Что же… Вдруг из домика раздался громкий звон, а затем и печальный выдох. Хуа Чэн сразу же узнал, кому он принадлежал, и пошел вперёд, намереваясь столкнуться со своим самым большим соблазном и кошмаром. Вот только не успел он подойти к двери, как наперерез ему бросилась размытая тень. Невольно испугавшись за Се Ляня, Собиратель цветов потянулся за Эмином, но его рука схватила только пустой воздух. Верный капризный клинок Собирателя Цветов пропал, оставляя своего хозяина без главного оружия. — Проклятье… Выругавшись, демон ускорился и почти уже влетел в дверь, когда неожиданно прямо перед ней возник растерянный и ужасно смущённый наследный принц. Подняв на Хуа Чэна странный взгляд, Се Лянь покраснел ещё сильнее и протянул руку, собираясь оттолкнуть его. Когда же пальцы небожителя тронули грудь демона, Его Высочество неожиданно вздрогнул и, распахнув свои красивые глаза, паникуя, воскликнул: — С-Сань Лан?! Э-это и правда т-ты?! Как… Эм… давай просто уйдем отсюда, хорошо? Схватив совершенно растерянного Хуа Чэна за запястье, Бог войны буквально потянул любимого за собой, оттаскивая подальше от домика. Несмотря на то, что это был всего лишь сон, принц очень сильно волновался и обильно потел. На его щеках горел лихорадочный румянец, а губы постоянно двигались, произнося нечто похожее на «это невозможно…» и «как же это смущает!». Собиратель цветов послушно следовал за возлюбленным, не говоря и слова. Однако Се Лянь то и дело бросал на него смущенные взгляды, словно проверяя, тут ли ещё Хуа Чэн, или же он неожиданно испарился. Все указывало на то, что Бог войны явно хотел скрыть от демона что-то, что вызвало такое сильное смятение в его душе. Это, естественно, не могло не заинтересовать Хуа Чэна. Остановившись, Собиратель цветов с любопытством посмотрел на подрагивающую спину любимого и спросил: — Гэгэ, что-то случилось? Вот только Бог войны не успел ответить на вопрос. Позади мужчин открылась дверь в дом, и до боли знакомый голос произнес: — Сань Лан, с нами все хорошо. Правда, тебе не стоит так волноваться! Хуа Чэн озадаченно моргнул и обернулся. Сказать, что могущественный князь демонов, который повидал уже все, что только мог предложить этот мир, был шокирован — значило не сказать ничего! Собиратель цветов застыл как каменное изваяние и в течение довольно продолжительного отрезка времени совершенно не подавал признаков жизни. Демон мог только пораженно пялиться на то, что так отчаянно хотел скрыть Его Высочество, и пытаться понять и принять увиденное. Прямо сейчас из домика вышел двойник Се Ляня. Он был практически копией настоящего, который, уронив голову на грудь, сейчас стоял рядом с князем демонов, но все же было одно весьма важное и крайне весомое отличие… Этот принц из сна имел большой округлый живот, который прямо-таки кричал о тяжести его бремени. Мужчина охал и держался за поясницу, но ни капли недовольства или хмурости не отразилось на его лице. Напротив, на щеках наследного принца играл нежный здоровый румянец, а глаза блестели подобно драгоценному жемчугу. Беременность очень шла Се Ляню, делая его образ ещё более возвышенным и божественным. Казалось, что вместе с ребенком под сердцем, мужчина нес в себе какой-то удивительно прекрасный свет, который буквально заставлял небожителя сиять. Пораженный Хуа Чэн едва мог мыслить здраво, ведь даже в своих самых потаённых фантазиях и бредовых мечтах, он не осмеливался представить себе Се Ляня в положении… Вот только отойти от потрясения князю демонов не позволили — впереди его ждал ещё один сюрприз. Вслед за небожителем из домика выбежал маленький мальчик, сжимающий в руках крошечную серебристую саблю. Догнав принца, ребенок поймал его руку и, запрокинув голову, счастливо улыбнулся, показывая маленькие остренькие клычки. Порыв теплого летнего ветра неожиданно растрепал темные волосы малыша, и Хуа Чэн смог получше рассмотреть его черты. Ребенок отличался странной, немного диковатой красотой, но было в нем кое-что удивительное, что придавало его лицу особую экзотичность и не на шутку взволновало Собирателя цветов. Малыш имел разные глаза: один был черный, как кусочек угля, другой же по цвету напоминал свежую кровь. Хуа Чэн вздрогнул и накрыл рукой повязку. Это был он сам? Во сне Се Ляня князь демонов оказался всего лишь мелким сопливым ребенком?! Однако Собиратель цветов вскоре отмел это предположение прочь, ведь последним из дома вышел его собственный двойник. Он подошёл к Се Ляню из сна и нежно обнял его со спины, осторожно разместив обе свои руки на большом животе. — Как я могу не волноваться, когда ребенок скоро родится? Тебе нужно больше отдыхать, а мы с Хуа-эром сами будем заниматься домашними делами… Подлинный Сань Лан слегка нахмурился и снова посмотрел на мальчишку. Ребенок неохотно отпустил ладонь Се Ляня и, обхватив бедро двойника демона, согласно закивал. — Мамочка, папа прав! Положись на нас, мы ведь сильные! Давно мёртвое сердце настоящего Хуа Чэна заныло в груди. Значит этот малыш… был его сыном? От потрясения у Собирателя цветов закружилась голова, и он обессиленно опустился на траву. Не сводя глаза со счастливой семейки, Сань Лан неожиданно сиплым и низким голосом спросил у любимого: — Гэгэ… и часто тебе снятся подобные сны? Се Лянь сглотнул и медленно повернул пылающее лицо, чтобы взглянуть на любимого. Вот только теперь небожитель никак не мог спокойно смотреть в глаза князю демонов. Наследный принц со стоном присел на корточки и закрыл лицо руками. Он был так смущен, что хотел просто взять и убежать, но это глупое желание никак бы не помогло мужчине теперь, когда Сань Лан уже увидел все. — Э-это впервые… пожалуйста, не смотри туда… Неохотно князь демонов все же отвёл взгляд от счастливой семейки и, потянув Се Ляня на себя, посадил его на свои колени. Крепко обняв принца, Собиратель цветов положил подбородок на его плечо и тихо произнес: — Я столько лет старался стать сильнее, и, когда мы наконец встретились, я по глупости подумал, что уж теперь-то смогу исполнить любое твое, даже самое незначительное желание… но это не так. Хуа Чэн зарылся лицом в волосы наследного принца, вдыхая их приятный, успокаивающий аромат, и пытался разобраться в том запутанном клубке чувств, что сейчас распирал его грудь. — Я все такой же бесполезный. Прости, за то, что не могу дать тебе настоящую семью. Се Лянь вздрогнул и резко отстранился. Сейчас Его Высочество наследный принц выглядел непривычно грозно, и это заставило князя демонов немного растеряться. — Гэгэ? Руки небожителя легли на щеки Хуа Чэна, и мужчина, нахмурившись, произнес, вкладывая в каждое слово всю свою искренность: — Сань Лань действительно глупый, раз он считает, что я втайне мечтаю об этом! Это всего лишь сон, а не дверца в мое сердце, но если бы она действительно существовала, то за ней был бы только ты! Закончив свою пламенную речь, наследный принц уткнулся лбом в лоб Собирателя цветов и устало пробормотал: — Ты моя семья, а другой мне не нужно. Князь демонов прикрыл глаз, сдаваясь под напором своего любимого. Слова, так опрометчиво брошенные наследным принцем, медленно растекались по телу демона, согревая его, подобно сладкому вину. Улыбнувшись, Хуа Чэн позволил всем тревогам испариться и с искренним восхищением произнес: — Гэгэ, ты потрясающий… Демон подался вперёд и, повалив Се Ляня на землю, навис над ним, некоторое время изучая это безумно красивое, нежное лицо. Длинные волосы небожителя рассыпались по траве, подобно черной шелковой реке, и это придало Се Ляню какой-то особенно уязвимый вид. Покоренный этим зрелищем, Хуа Чэн протянул руку и, сорвав маленький белый цветок, с ласковой улыбкой украсил им висок любимого. Се Лянь густо покраснел и, счастливо рассмеявшись, аккуратно коснулся кончиками пальцев лепестков. — Я так счастлив… Мне кажется, что я во сне… Князь демонов медленно наклонился вперёд и слегка коснулся губами губ небожителя. — Потому что мы действительно во сне… В твоём сне, гэгэ. Собиратель цветов хотел было снова поцеловать возлюбленного, но неожиданно раздался громкий стон. Хуа Чэн переглянулся с Се Лянем и перевел взгляд на милую семью. Принц из сна упал на колени и обхватил руками свой огромный живот. По вискам мужчины стали катиться капли пота, а до этого румяное лицо побледнело. — Ах… больно… Тут же к двойнику подскочил отец семейства и взволнованно обнял его за плечи. — Началось?.. Началось! Но ещё же рано! Гэгэ, давай я помогу тебе встать! Нам… мне срочно нужно найти повитуху! Этот ненастоящий Хуа Чэн был напуган до полусмерти, но старался не показывать своего страха. Естественно, мучающийся от схватки Се Лянь не заметил ни дрожащих рук супруга, ни неестественной бледности его лица — зато все это прекрасно видели невольные свидетели. Се Лянь бросил на князя демонов любопытный взгляд, желая сравнить реакцию двух мужчин, и каково же было его удивление, когда наследный принц заметил глубокую морщинку, что залегла между сведенными к переносице бровями. Хуа Чэн все это время не замечал взгляда любимого, ведь напряжённо следил за развивающимся действом. Хоть Собиратель цветов и понимал, что боль испытывает двойник, но все же не мог спокойно воспринимать муку и страдание, что печатью легли на такое любимое лицо. Тем временем страдающего от боли принца отвели в дом. Его Сань Лан, оставив сына присматривать за мамой, сломя голову понёсся за повитухой. — Не могу поверить, что это я! Не проще было бы просто бросить кости и притащить самого лучшего врача! К чему все эти пустые метания?! Собиратель цветов возмущённо вскинул бровь и, подтянув колено к груди, стал напряжённо барабанить по нему пальцами. Се Лянь, сидевший рядом с демоном, тихо рассмеялся и погладил напряжённую спину любимого. — Ты же понимаешь, что это всего лишь сон? Ничего из этого никогда не произойдет в реальности и… честно сказать, я даже этому рад. Словно подтверждая слова, живот мужчины громко заурчал, и наследный принц положил на него свою руку, успокаивая. Все же видеть себя страдающего от боли и родовых потуг было несколько пугающе. Тем более что в прошлом наследному принцу доводилось несколько раз принимать роды, и он не понаслышке знал, что новая жизнь приходила в этот мир ценой больших жертв. — Когда же этот сон кончится… Хуа Чэн хотел было что-то сказать, но неожиданно вернулся его двойник. Он чуть ли не тянул за собой пожилую женщину, которая то и дело спотыкалась и охала под напором паникующего отца ребенка. — О, а вот и повитуха… Что же, у него ушел почти час, чтобы привести ее. Что за ничтожество! Собиратель цветов запустил руку в свои волосы и порывисто поднялся на ноги. Выражение его лица было на редкость серьезным и даже каким-то торжественным. Глядя на него сейчас, вполне можно было бы поверить в то, что этот мужчина действительно ждал появления своего ребенка. Сжав руки в кулаки, демон сделал шаг по направлению к домику, намереваясь самолично проконтролировать процесс, но Се Лянь тут же схватил его за запястье и напомнил: — Там не я и… Его Высочество наследный принц отвёл взгляд и густо покраснел. Невольно в его голове пронеслись все те нелицеприятные картины родов, что он видел за свою жизнь, и это немало его напугало, ведь он до конца не знал, как именно будет выглядеть этот сложный процесс в его сне. — Я бы не хотел, чтобы ты смотрел на то, что происходит внутри. Пожалуйста, Сань Лан, давай просто побудем тут. Князь демонов разрывался между беспокойством, интересом и просьбой любимого — каким бы ни было сильным его любопытство, Собиратель цветов никогда бы не пошел против воли Бога войны. Особенно, когда он так искренне просил. Смирившись, Хуа Чэн постарался расслабиться, но тут из домика раздался резкий, дрожащий от агонии крик. Собиратель цветов ощутил, как болезненная судорога прошлась через его тело, и рванул вперёд, думая только о том, что он должен поддержать гэгэ и постараться всеми силами оградить его от боли. Однако мужчина не успел сделать и двух шагов, как его снова остановила теплая рука, которая по-прежнему мягко сжимала запястье демона. Се Лянь сделал шаг вперёд и крепко обнял дрожащего Собирателя цветов со спины. Таким образом он пытался не только удержать демона на месте, но и попытаться вернуть ему способность рационально мыслить. — Слышишь, там не я… Настоящий я тут, с тобой. Мне не больно, Сань Лан! Хуа Чэн никак не реагировал на слова небожителя и только дёргался, когда очередной вопль пересекал разделяющее их пространство и, подобно вымоченному в соли хлысту, обрушивался на демона, оставляя страшные кровоточащие раны в душе. За все время, что мужчина провел рядом с Се Лянем, он ещё никогда не слышал, чтобы небожитель издавал подобный крик. Даже когда его бессмертное тело раз за разом пронзали мечом, то Се Лянь не вопил так отчаянно и громко. — Гэгэ… это ужасно… С трудом заставив свое одеревеневшее тело двигаться, Собиратель цветов медленно повернулся лицом к возлюбленному и крепко обнял его. Демон сейчас нуждался в поддержке, и поэтому он спрятал бледное лицо в изгибе шеи Бога войны. Только такой близкий контакт помогал ему не сойти с ума. Видя плачевное состояние мужчины, Се Лянь почувствовал острый укол вины. Хоть небожитель и раньше знал, как трепетно и тепло относился к нему Хуа Чэн, но он даже подумать не мог, что Собиратель цветов так сильно переживает за него. Сань Лан всегда казался спокойным, как воды озера, и непоколебимым, как высокие скалы, но сейчас этот уверенный в себе князь демонов показал свою слабость. Это заставило все внутри наследного принца запылать от острой потребности защитить своего мужчину. — Все хорошо, я помогу тебе… Его Высочество закрыл ладонями уши Собирателя цветов и стал ждать, пока все это закончится. Его самого совершенно не волновали крики — куда больше наследного принца пугала перспектива снова услышать, как кто-то зовёт его «мамой». Даже от одной этой мысли затылок небожителя немел, а по телу начинали бегать мурашки. Однако Се Лянь недолго был в плену невесёлых мыслей. Хриплый голос Собирателя цветов привлек его внимание, вынуждая позабыть о собственных тревогах: — Как хорошо, что гэгэ — мужчина… я не уверен, что смог бы нормально перенести подобное в реальности… Теперь, когда ужасные надрывные крики были заглушены, Хуа Чэн изо всех сил пытался поверить в одну простую истину: настоящий Се Лянь сейчас крепко его обнимал и не испытывал ни капли боли. Прикрыв глаз, демон сосредоточился на стуке сердца и тепле тела самого дорогого для него человека. Как ни странно, но эти простые действия напрочь лишили его сил, и только приятный аромат цветов, что исходил от Се Ляня, помогал демону как-то держать себя в руках. Вот только, не прошло и пары мгновений, как носа демона коснулся другой запах. Тело Сань Лана обратилось в камень, и он до боли стиснул зубы, чтобы подавить тошноту. Хуа Чэн слишком хорошо знал аромат крови Его Высочества, и каждый раз, стоило Собирателю цветов ощутить его, тонкая пленка холодного пота покрывала тело демона, а голова начинала раскалываться. Сглотнув горечь, Собиратель цветов опустился на колени и, хрипло дыша, уткнулся лицом в живот любимого. — Сань Лан?! Хуа Чэн не реагировал на зов принца и только слегка подрагивал. Тяжело вздохнув, Се Лянь запустил руки в волосы князя демонов и стал нежно массировать затылок. — Поскорее бы это… Слова Его Высочества неожиданно оборвались, когда из злосчастного домика раздался пронзительно громкий детский плач. Руки небожителя дрогнули и опустились на напряженные плечи любимого. — Сань Лан, кажется, скоро мы сможем отправиться назад… посмотри, похоже все уже закончилось. Собиратель цветов неохотно отстранился от Бога войны и опасливо бросил взгляд на дом. Из него вышел пошатывающийся двойник демона с маленьким свертком на руках. Несмотря на то, что отец семейства был бледен, как смерть, а его ноги опасно заплетались, но мужчина предельно бережно нес в руках свою крошечную ношу, завернутую в белую ткань, местами покрытую алыми пятнами. Кровь Его Высочества не вызывала в демоне плохих мыслей, а напротив, он с каким-то трепетом и безумной любовью смотрел на то, что лежало внутри. — Какая ты красавица… Голос двойника подрагивал от с трудом сдерживаемых эмоций, а в одном оставшемся глазе заблестели непролитые слезы. Вслед за отцом вышел и маленький мальчик. Он подбежал к мужчине и, поймав его за край одежды, звонко защебетал: — Отец, покажи мне сестренку! Я хочу посмотреть! Покажи! Покажи! Покажи! Двойник князя демонов повернул голову и с лёгкой улыбкой посмотрел на сына. — Какой нетерпеливый. Ты же говорил, что не отойдешь от мамочки ни на шаг, так что ты сейчас тут делаешь? Малыш забавно надулся и немного смущённо дернул отца за одежду. — Он спит, и рядом с ним тетя. Ну же! Покажи мне ее! Тихо рассмеявшись, Собиратель цветов присел и осторожно повернул девочку к старшему брату. Сначала ребенок с интересом посмотрел на младенца, а затем, скривившись, пробормотал: — Она такая страшненькая… красная и сморщенная, но… я все равно буду ее защищать! Вот… Мальчик быстро наклонился и предельно осторожно поцеловал малышку в лоб. Младенец тут же сморщился и, открыв свой маленький ротик, залился громким плачем. Двойник принялся тихо напевать ребенку и укачивать его, при этом весело смотря на перепуганного сына. — Я думаю она приняла твое обещание. Ну-ка, пойдем к мамочке. Наверняка гэгэ захочет увидеть малышку, когда проснется. Отец с детьми вошел в дом, оставляя снаружи настоящих Се Ляня и Хуа Чэна. Принц нервно улыбнулся и повернулся, чтобы покинуть это место, но на этот раз его за запястье поймал князь демонов. — Гэгэ, тебе разве не хочется посмотреть? Его Высочество бросил в сторону дома полный смущения взгляд и несколько нервно рассмеялся. По правде говоря, ему больше хотелось поскорее уйти отсюда и забыть все это, как страшный сон. Какой мужчина будет рад наблюдать во сне свои собственные роды?! — Сань Лан, я не думаю, что… Принц посмотрел на Хуа Чэна, собираясь отказаться от предложения, но неожиданно замолчал. Дело было в том, что мужчина заметил странную тоску и печаль во взгляде любимого, и эти чувства были куда сильнее, чем какое-то глупое смущение. — Хорошо, пойдем. Не думаю, что у нас осталось много времени. Протянув руку, Се Лянь взял ладонь демона, и вместе они подошли к окну, чтобы заглянуть внутрь. Обстановка в небольшом домике была точно такой же как и в реальности, и от этого мужчинам становилось не по себе — уж слишком реальным выглядел этот сон. На большой кровати лежал измученный двойник наследного принца. Старуха-повитуха стирала с его лба пот влажной тряпкой и постоянно качала головой, словно была чем-то очень недовольна. Настоящий Се Лянь сдержанно улыбнулся и крепче сжал ладонь князя демонов. Он как никто другой знал, каким бывал Сань Лан, когда боялся или был очень расстроенным. Демон действовал незамедлительно и крайне радикально. Вероятнее всего, хмурый Хуа Чэн появился на пороге старушки и, схватив повитуху, просто потащил ее с собой, не объясняя ничего. Наверняка женщина до смерти испугалась, посчитав, что демоны пришли, чтобы обглодать ее старые косточки. Не в силах сдержаться, наследный принц тихо рассмеялся, чем привлек внимание Хуа Чэна. — Гэгэ увидел что-то смешное? Се Лянь покачал головой и смахнул с ресниц выступившие слезы. — Нет, просто я вижу, как сильно меня любит Сань Лан. Князь демонов, не ожидавший подобных слов, удивленно моргнув, тут же притянул к себе Его Высочество и крепко обнял. — Разве я давал повод сомневаться в моих чувствах? Бог войны, смутившись, потупил взор и, положив руки на грудь Сань Лана, попытался отстраниться. — Н-нет, конечно же нет. В этот момент к постели подошел двойник демона с ребенком на руках и осторожно опустился на край кровати, тем самым прерывая заигрывания любовников. Се Лянь и Хуа Чэн тут же посерьезнели и стали с любопытством наблюдать. Князь демонов из сна сидел спиной к окну, так что поэтому мужчины могли хорошо рассмотреть малышку, что сладко спала на руках мужчины. — Она и правда сморщенная и красная… Князь демонов невольно поморщился и неожиданно весело рассмеялся. — Но у моего красивого гэгэ не может быть страшных детей… вероятно, в мире снов она станет самой завидной невестой, и за ее руку будут сражаться все смертные и боги! Поддавшись на приятную, веселую атмосферу, Его Высочество приподнялся на цыпочки и нежно коснулся губами щеки Сань Лана. — Да, а в итоге ее похитит какой-нибудь хитрый и красивый демон. Хуа Чэн нахмурился и бросил на Се Ляня возмущенный взгляд. — Пусть только посмеет, и я… Принц не смог сдержаться и затрясся от смеха. Такой Сань Лан был настолько милым, что небожитель не смог сдержаться и снова поцеловал князя демонов, но только на этот раз в губы. — Я шучу, Сань Лан. С таким отцом ее точно никто не похитит… она сама сбежит с женихом. Не успел демон что-то ответить, как все перед глазами завертелось и погрузилось во мрак. В следующее мгновение Хуа Чэн вздрогнул и открыл глаза. Он снова был в бочке с уже остывшей водой и обнимал наследного принца.  — Ха-а-а… похоже мы вернулись. Се Лянь, разбуженный словами демона, вяло зашевелился на груди Собирателя цветов и широко зевнул. Приподнявшись, мужчина потёр заспанные глаза и вяло пробормотал: — Сань Лан, я видел очень странный сон… там был ты и я… и мы смотрели за тем, как мы… Князь демонов подался вперёд и нежно поцеловал веки любимого. — Да, я был там с тобой… Сонливость Се Ляня как рукой сняло. Он тут же сел и невольно поежился из-за прохладной воды. — Но как это возможно? Хуа Чэн встал, а затем, подняв небожителя на руки, вытащил его из бочки. Капли с их мокрых тел падали на пол и оставляли на деревянном полу следы. Сань Лан поставил Бога войны на ноги. Бережно завернув его в ткань, демон принялся насухо вытирать принца. От стараний Собирателя цветов нежная кожа Его Высочества раскраснелась и стала горячей. Все это время, что князь демонов работал руками, он молча раздумывал над вопросом небожителя. Мужчина снова и снова прокручивал в голове события прошлого дня, выискивая хоть что-то, что могло повлиять на них двоих и открыть дверь в мир снов. На самом деле разгадка лежала на поверхности, и поэтому Собиратель цветов довольно быстро разобрался в ситуации. — Гэгэ, я уже просил тебя раньше не трогать подозрительные предметы. Если ты хочешь изучить что-то, то прошу тебя, в следующий раз просто позволь мне сделать это для тебя. Се Лянь удивленно посмотрел на любимого и одними губами произнес: — Курильница… Хуа Чэн кивнул и, снова подняв небожителя на руки, понес его на кровать. — Подожди, Сань Лан! Мы должны получше изучить ее! Демон положил любовника и поцеловал его, прерывая поток слов. — Гэгэ, ещё слишком рано, даже солнце не встало. Давай решим эту проблему утром. Хорошо? Его Высочество посмотрел на Сань Лана, невольно отмечая его уставший вид. Подавив в себе любопытство, принц кивнул и лег. Демон быстро вытерся и также забрался в постель к небожителю. Обняв бога войны, Хуа Чэн прикрыл глаз, слушая дыхание мужчины, что лежал рядом. Постепенно оно замедлилось и стало ровным, указывая на то, что небожитель уснул. Этого и ждал Сань Лан. Выбравшись из теплой постели, демон оделся и опустился на колени перед спящим Се Лянем. Несколько мгновений он наслаждался мягкостью черт любимого бога, а затем легко поцеловал его. — Гэгэ, я скоро вернусь… не злись на меня за то, что я хочу сделать. Выпрямившись, князь демонов бросил кости и исчез. Наследный принц медленно открыл глаза и тяжело вздохнул. — Я и не буду… *** На следующий день Се Лянь и Хуа Чэн отправились в Призрачный Город, но никто из них так и не заговорил о таинственной курильнице, которая была способна переносить людей в их сны. Его Высочество предпочитал не спрашивать о ней, прекрасно понимая, что Сань Лан ничего не делает просто так. Если демон решил, что наследному принцу лучше не видеть его сны, значит на то были определенные причины. Бог войны верил Собирателю цветов, и последний ни разу не заставил его пожалеть об этом. Хуа Чэн же, в свою очередь, не мог соврать Се Ляню и потому был безмерно благодарен ему за понимание. В ответ он также не вспоминал о прошлой ночи и причудливом сне небожителя. У каждого человека, бога или демона было то, что они бы не хотели показывать другим, даже самым близким людям.