Кто сказал, что пламя только обжигает?

       Pov: Каэде.       Атмосфера была такой себе, я шла следом за злым Санеми и молчала, при этом стараясь не отставать, чтобы ещё сильнее не взбесить сероволосого. Он молча и быстро шёл вперёд, совершенно не обращая внимания на массивные кусты, которые росли на нашем пути и не давали нам пройти своими ветвями. Ветки цеплялись за одежду и хлестали по лицу, корни и камни как нарочно попадались под ноги, а вишенкой на торте были пауки, точнее, их липкая и противная паутина, в которую я регулярно влипала лицом. Это было странно, ведь впереди идёт Санеми, и он не меняет направления, так как он прошёл все эти ловушки и не влип в них. Пауков я не боюсь, но паутина всё равно гадкая.        Ворон рассказал мне, что в лесу, что находится у подножья горы Ячи, завелось несколько демонов, и они уже положили несколько отрядов охотников, из-за чего нам и поручили эту миссию. А парой нас отправили, чтобы мы прикрывали друг друга. Уж не знаю, о чём думал главный, но, как мне кажется, мне потребуется защита далеко не от демонов, а вот того парня, который пинком только что отправил камень в полёт.        Вдруг парень остановился, и я тоже вросла в землю, прямо на месте. Санеми поднял голову к небу и посмотрел на летающего ворона прямо над его головой. Я тоже глянула в небо, а потом, всё же осмелившись, подошла к своему учителю поближе. Шинадзугава тут же повернулся на меня. Его серые, цвета литой стали, волосы стали развиваться на ветру, тем самым сглаживая его обычно грубую торчащую, как шерсть дикой собаки, причёску. Глаза, поражённые мутной плёнкой, смотрели на меня с недовольством, но при этом с некой мягкостью. Шикнув и сложив в привычной манере руки на груди, он продолжил путь, перешагивая через поваленное дерево. Дальше виднелась извилистая тропа, которая простиралась далеко вперёд, сквозь густой лес.        По мере нашего продвижения по лесу я смотрела по сторонам и наслаждалась красотой природы и яркостью красок, что окружали нас. Отдавшись положительным эмоциям, я совершенно позабыла о том, что Санеми до сих пор злится на меня, и вспомнила я об этом лишь в тот момент, когда остановилась возле куста с гортензией.  — Каэде! Ты долго собралась цветочками любоваться? У нас работа есть! — заорал с пригорка Санеми, сверкая глазами. Он помрачнел и стал походить на грозовую тучу, которая вот-вот шарахнет в меня молнией.  — Да сколько можно на меня орать! Что я такого сделала? — его поведение и агрессия уже давно меня достали, он совершенно перестаёт видеть границы. Да, он мой учитель, и он может в случае чего прикрикнуть, но не каждый же раз. Кёджуро ни разу не повысил голос на Химэ, даже на секунду, он всегда с ней мягок и ласков. Он действительно любит её и как свою ученицу, и как девушку. Сегодня я в этом окончательно убедилась. А этот только и умеет, что глотку драть, и у меня, если честно, складывается ощущение, что он меня порой ненавидит. Это причиняет мне огромную душевную боль. Кроме Санеми у меня никого нет, и мне очень обидно, что самый близкий мне человек так со мной обращается.  — Я тебя два часа искал, и мы потеряли время! — он всё ещё был взбешен. На его лице набухла вена размером с ветку, которая лежала у меня под ногами. Эту налитую кровью дорожку, что шла через рваный когтями лоб, я видела аж отсюда, а между нами метров пять, не меньше.  — Я не знала о миссии! И если так уж торопился, ушёл бы без меня! — Санеми быстро подошёл и остановился в паре шагов от меня.  — Ага! А потом тебя спасать бежать, когда ты соизволишь появиться?! — его накрыла лютая злость, он был весь красный от ярости, а на его шее набухли вены, которые больше напоминали корни.  — Не относись ко мне, как к слабачке! — огрызнулась я.  — Ты слабачка и ещё какая! К тому же ещё и безответственная, и наивная до ужаса, я до сих пор забыть не могу твоё поведение в той деревне, с парнем у дверей гостиницы! — напомнил о былом Санеми, при этом не забыв кольнуть в самое сердце обидными словами.  — Я не слабая! Будь я слабой, я бы никогда не стала Хаширой, а давно бы уже была мертва! Ты меня тренировал и обучал всему, что я знаю! Получается, ты тоже слабак? — никогда прежде я так с ним не ругалась, для меня это настоящий подвиг. Раньше я всегда молчала и кивала головой, но сейчас, видимо, моё терпение дало трещину. От моего ответа глаза Санеми сначала стали круглыми, а потом левый глаз стал дёргаться.  — А ты не слишком ли борзая сегодня? — он сделал шаг ко мне, а я машинально сделала шаг назад. С этим парнем главное сохранять дистанцию.  — Я устала от твоих оскорблений и нравоучений! Ты постоянно орёшь на меня! Ты же умеешь быть нормальным! Зачем вся это игра в злого охотника? Тебя из-за твоего поведения все психопатом считают! Что с тобой твориться в последнее время? Ты, как цепная собака, на всех кидаешься! — Хашира оскалился, на его глаза упала тень, а глаза страшно вытаращились на меня. Санеми стал в двое злее, и меня это очень беспокоит. Его как будто подменили, он никогда не был таким бешеным. Вот именно бешеным, по-другому я его сейчас не назову.  — А я устал от твоей тупости! — не унимался Санеми, скаля зубы.  — Я тебя ненавижу! — будучи на сильных эмоциях, я выкрикнула это настолько громко, что даже птицы взлетели с ветвей деревьев, а из кустов по близости рванул со всех лап заяц. Хашира замер и шокировано уставился на меня, мне показалось, что это задело его по живому.  — Вот значит как. Ну хорошо. Это наша последняя миссия вместе. — холодно продолжил он, сводя брови к переносице. Он не орал и не рычал, его тон голоса стал похож на тон Химэ или Гию. Абсолютно холодный и безразличный.  — Отлично! Это самые прекрасные слова, которые ты когда-либо говорил! — не унималась я. Достал меня за дуру считать, я взрослая и самостоятельная девушка. Да, бывает, я в каких-то моментах даю осечку, но а кто этого не делает?!  — Кто там?! — Санеми внезапно заорал, повернув голову в сторону бурелома. Оттуда раздавались трески веток, и там явно кто-то шёл, продираясь через плотные ветви. Я также повернула голову и стала смотреть в плотный строй деревьев. Санеми схватился за клинок и встал в стойку. Это не может быть демон, сейчас середина дня. Может, лесник или грибник?  — ГИЮ?! — к нам из бурелома вышла крепкая фигура, и я узнала в ней Гию. В смольных волосах торчали ветки и листья, хаори местами зацепилось за ветки, и Гию как раз отдёрнул его, ломая сухие ветви старого дерева с характерным звуком.  — У вас всё нормально? — как ни в чём не бывало спросил наш товарищ. Я и Санеми с очумевшими глазами таращились на него. Откуда он тут взялся? И почему шёл через такой бурелом, когда есть нормальная тропа? Может, не заметил?  — Какого хера ты тут забыл? И не суй свой нос в чужие дела! — Санеми, как обычно, начал орать и закипать. Гию даже бровью не повёл, лишь взглянул на него.  — Я иду на миссию, как и вы. У нас одно направление до реки, потом мы расходимся… — спокойно ответил он и прошёл на тропу, по пути вытягивая из волос ветки. Я решила помочь, так как я в отличии от него их вижу.  — Как же меня бесит твоя каменная рожа… — гаркнул Санеми, убирая руки от клинка и складывая руки на груди.  — Тебя всегда всё бесит… — огрызнулась я, вынимая очередной лист из чёлки молчаливого Хаширы. Он же следил за мной своими холодными синими глазами, изредка моргая.  — Томиока-сан! — Гию резко повернулся назад. В голосе я узнала Химэ.  — Это Химэ?! — а она чего тут делает? Она разве не должна быть с Кёджуро?  — Да. — коротко ответил Гию и пошёл обратно к бурелому.  — Каменнолиции объединяются? — и опять этот вставил свои пять йен. Повернувшись к сероволосому, я прикрикнула:  — Прекрати! — Санеми скривился и, состроив рожу, отвернулся.  — Догнала. — вдруг из бурелома выпрыгнула Химэ и приземлилась прямо возле Гию. Он взглянул на неё, а она него. Их взгляды были полной копией друг друга, как и выражение лиц.  — Извини, я постараюсь быть немного помедленнее. — извинился Гию за то, что, видимо, через чур быстро побежал, не учитывая скорости Химэ. Химэ лишь качнула головой и проговорила:  — Всё в норме. — и вот она заметила меня и Санеми. Рыжеватые брови чуть дёрнулись, выказывая удивление.  — Химэ, почему ты с Гию? — мне это было не понятно. Химэ никогда не отходит от Кёджуро, постоянно рядом с ним, как тень, а сейчас вдруг с Гию.  — Ренгоку отправился на миссию, а главный поручил меня в помощники Томиока-сану. Ренгоку поручился за меня, и поэтому я здесь. — ответила она, убирая косу за спину. До этого она лежала у неё на плече и явно доставляла ей дискомфорт. Гию кивнул головой, когда Химэ закончила, тем самым подтверждая её слова.  — Вот как, а Кёджуро куда отправился? — в лице Химэ на миг проявилась тревога, но она исчезла также быстро, как и появилась. Она переживает за Кё, это видно невооружённым взглядом. С того самого момента, как я увидела их на рынке, я поняла, что они для друг друга уже давно не просто учитель и ученица. Они любят друг друга самой настоящей и крепкой любовью. Хотела бы и я такой любви.  — На железнодорожную станцию, там, вроде как, объявился демон. Подробности мне не известны. — пожав плечами, сказала Химэ.  — Понятно. — не успела я задать следующий вопрос, как в наш разговор вмешался Санеми.  — Пошли! Хватит болтать! — он махнул рукой и двинулся вперёд по тропе, которая вела к той самой реке, о которой ранее упомянул Гию. Я взглянула на ребят, а они на меня. После они молча пошли следом за Санеми, а я за ними, стараясь не наступать им на пятки.  — Он всё ещё не в духе? — поинтересовалась Химэ, намекая мне глазами на идущего впереди Санеми. Я выдохнула.  — Даже не представляешь насколько. Ладно, удачи вам, ребят. — мы как раз дошли до реки, и нам нужно было идти дальше вперёд, а Химэ и Гию повернуть налево и идти в противоположную сторону.  — И вам. — подхватила Химэ перед тем, как к ней обратился Гию.  — Пошли, Оссимадзакура! — они оба стразу же набрали скорость и исчезли в мгновенье ока. На землю один за другим стали падать листья, которые эти двое подняли с земли. Мне, если честно, хотелось пойти с ними, чем продолжать путь с Санеми. Но выбора у меня нет.       Мы дошли до места назначения ближе к закату, и за это время мы не обменялись даже словом. Санеми шагал молча, но несколько раз оглянулся, чтобы проверить, иду ли я. Я же не смотрела на него, я была зла как никогда, поэтому старалась показать это всем своим видом.       Вороны каркали сверху и кружились над лесом у подножья горы, а мы шли и уже держались за клинки. На входе в лес Санеми вдруг остановился, а я хотела пройти мимо, но сильная мускулистая рука резко преградила мне путь.  — Стой, что-то не так. — впервые за несколько часов нарушил молчание Санеми, смотря вперёд напряжённым взглядом. Он вглядывался в темноту леса также пристально, как кошка следит за ничего не подозревающей птицей перед тем, как совершись решающий рывок. Санеми плохо видит в темноте, намного хуже меня, можно даже сказать, что ночью Санеми слеп. Но он хорошо использует другие чувства, заменяющие ему глаза.  — Да ладно? — рыкнула я. Санеми не оторвал взгляда от леса и сделал шаг вперёд.  — Побудь здесь, я позову. — меня это взбесило. Он опять за своё?  — С какой стати? — я начала громко, поэтому Санеми резко развернулся и схватил меня за рот и вдавил спиной в дерево. Мне не было больно, но я испугалась. Это было внезапно, и я реально подумала, что Санеми мне сейчас по лицу треснет, но этого не произошло. Он просто заглушил мой голос, а в дерево впечатал случайно, я сама попятилась назад от его руки.  — Тихо! Просто стой тут! Пожалуйста! — я впервые слышу от него такое слово как «пожалуйста», и по не понятным мне причинам я перестала злиться на него и покорно кивнула головой. Он отпустил меня.  — Л-ладно… — Санеми показал мне жест «тихо» и пошёл в лес, держа клинок перед собой. Солнце почти село. Последний луч проложил Санеми дорогу из света прямо в самую черноту леса. Как только солнце спрячется за горой, Санеми окажется в полнейшем мраке. Я же стояла рядом с высокой сосной и следила за своим учителем, пока тот оценивал обстановку.       Санеми дошёл до того места, где солнечный свет заканчивался, и огляделся по сторонам. Вдруг он заострил своё внимание на чём-то, что располагалось за деревом. Заглянув туда посильнее, он внезапно отшатнулся, а из-за дерева вылетели птицы-падальщики с громкими криками.  — Санеми? Что там? — негромко обратилась я к нему. Он убрал меч в ножны и, выдохнув, повернулся ко мне.  — Труп одного из наших. Свежий. — новость не из лучших.  — Я могу подойти? — Санеми ещё раз огляделся и, кивнув головой, махнул мне рукой.  — Да. Иди сюда. — я мигом оказалась рядом с ним и, посмотрев сначала на него, взглянула за дерево. Прямо у его корней лежала растерзанная девушка истребитель. Она лежала лицом к нам. Её живот и горло были вспороты, рот порван с правой стороны до самого уха, глаз выколот или выклёван теми птицами, лицо исцарапано когтями. Кошмар…  — Боже… — к моим глазам подкатили слёзы, я подошла ближе и, присев рядом, мягко закрыла единственный глаз. Рядом лежало рванное и залитое кровью хаори. Взяв его и встряхнув, я накрыла тело, после чего сложила руки перед собой и помолилась за её душу.  — Ты её знаешь? — спросил Санеми, не переставая быть настороже.  — Видела пару раз. Жуткая смерть. — эту девушку я лично не знала, но видела в штабе несколько раз. Добрая, но крайне застенчивая.  — Проклятый демон… Найду — на куски порежу… — прорычал сквозь зубы Санеми. Мой взгляд упал на горизонт. Солнце сядет с минуты на минуту.  — Солнце… — Санеми взглянул на горизонт. Солнце осветило его лицо.  — Скоро начнётся охота. Готовься. — меня терзала вина за те слова, которые я ему сказала. На самом деле, я не ненавижу его. Он моя семья, и я его при всём желании не могу ненавидеть. Злиться — да, обидеться — да, но вот ненавидеть — никогда.  — Санеми, слушай, я хотела извиниться за те слова. На самом деле, я тебя не ненавижу, я сказала это сгоряча. Ближе тебя у меня никого нет, и мне действительно обидно и больно слышать от тебя упрёки и оскорбления. — взгляд обычно грубого и злого, как тысяча чертей, охотника смягчился.  — Я тебя отчитываю не потому что хочу обидеть или ранить, я хочу тебя уберечь. Когда я взял тебя в ученицы, я дал себе обещание сделать всё, чтобы ты осталась жива. Я не хочу, чтобы ты однажды повторила её судьбу. — он показал глазами на тело под хаори.  — Я понимаю. — стоило мне это сказать, как мы погрузились в темноту. Солнце село окончательно.  — Каэде, прикрой меня со спины. — Санеми вытащил клинок, я проделала тоже самое и подошла к нему.

Конец Pov: Каэде.

      Pov: Химэ       Последний луч солнца осветил нас, когда мы пересекали обширное поле. Томиока-сан был не особо общительным и для меня, пробывшей столько времени с громким и жутко говорливым Кёджуро — это целое событие. Этот парень очень похож на меня, такой же малоразговорчивый или разговорчивый по теме, и взгляд точь-в-точь, как мой. Теперь понятно, почему тот сероволосый принял нас за родственников, хотя мы совершенно не похожи. Нас трудно даже дальними родственниками назвать.       Я хотела пойти на миссию с Кё, но Томиока-сану требовалась помощь, а на тот момент из относительно свободных истребителей была только я. Кё поручился за меня и сказал, что я не подведу. Отказываться было бы невежливо, и я согласилась. Глава поручил нам проверить дальний район на западе. Днями ранее там была целая толпа демонов и, вроде как, всех их убили, но проверить всё же стоит, мало ли кто-то ускользнул.  — Томиока-сан? — позвала я его, и он тут же повернулся ко мне.  — Да? Что такое? Устала? — он оглядел меня с ног до головы, а я качнула головой и ответила:  — Нет, я только хотела спросить, сколько нам ещё идти? — Хашира Воды призадумался. Помолчал с полминуты и наконец сказал:  — Ещё прилично. К утру должны добраться. — мы до этого даже не притормозили, и мне показалось, что Хашира немного подустал.  — А вы сами не устали? — я решила спросить, так сказать, проявить заботу. Кё говорил мне, что Томиока-сан хороший человек, сдержанный и молчаливый, но хороший. Он посоветовал мне с ним подружиться. Было бы это так просто. Для Кё с его дружелюбием и солнечной аурой подобная задача пустяк, а вот для меня целое испытание.  — Нет. — коротко ответил парень. Мы продолжили путь, осторожно ступая по едва заметной протоптанной тропе, чтобы не споткнуться о камень или не наступить на змею, которых тут, к слову, полно.  — Пройдём ещё несколько миль и сделаем остановку. — вдруг снова заговорил Томиока-сан своим привычным, спокойным, как лесной ручеёк, голосом. Его голос вызывал у меня некое спокойствие и умиротворение. У Кё есть в голосе нотки, которые будоражат, а у Томиока-сана такого нет.  — Ты не особо рада быть здесь, верно? — его вопрос меня немного озадачил.  — Почему вы так думаете? — осторожно перешагивая змею, поинтересовалась я. Вот только вспомнишь, сразу тут как тут.  — Я уверен, ты бы сейчас с радостью была с Ренгоку. — ну тут не поспоришь. Он понимает, что я не привыкла ходить с кем-то кроме Кё.  — Врать не стану, я привыкла к обществу Ренгоку и крайне сильно к нему привязана. Я ни с кем кроме него особо не общаюсь, поэтому сейчас я могу показаться огорчённой. Но это не значит, что мне неприятно ваше общество. Мне трудно сходится с людьми из-за особенностей моего характера, но знаете, смотря на вас, я вижу нечто общее между нами. — Томиока-сан слушал меня не перебивая. Дослушав, он кивнул головой.  — Согласен, мы похожи. Я такой же. Я предпочитаю держаться от всех подальше. Но есть несколько людей, с которыми я могу поговорить. — это радует, у каждого должны быть люди, с которыми можно быть собой и поговорить.  — У вас есть семья? — сама не знаю, к чему спросила я.  — Только учитель, бывший Хашира Воды. А у тебя? — снова коротко ответил Хашира, интересуясь в ответ.  — Да. У меня бабушка, три сестры и четыре брата. Я самая старшая из детей. — мечник остановился напротив скалы, в которой была небольшая по ширине щель. Если вдохнуть поглубже и встать боком, пройти вполне можно. Я нагнала его и также, как и он, стала осматривать расщелину.  — Я пойду первым, а ты за мной. — охотник встал боком и стал протискиваться между стенами скал. Подождав, когда он пройдёт чуть подальше, я зашла следом за ним и стала продвигаться осторожными шагами.  — Осторожно! — громкий крик Хаширы застал меня врасплох, я замерла на месте, не понимая в чём дело. Томиока-сан в один миг оказался рядом, уж не знаю, как он тут умудрился разогнаться и, схватив меня за руку, притянул к себе, закрывая от, как оказалось, летящего сверху камня. Массивный кусок скалы ударил его по плечу и Хашира сдавлено промычал.  — Томиока-сан, вы как? — если бы не он, этот камень однозначно прилетел мне точно по голове. Размером камень был примерно с кулак взрослого мужчины. Как он его вообще увидел? Темно, хоть глаз выколи!  — Всё нормально. Давай… иди вперёд, я прямо за тобой… — расщелина стала постепенно расширялась, и сейчас мы тут вдвоём вполне умещались. Послушав охотника, я осторожно продвинулась мимо него и, выпрямившись, пошла дальше. Томиока-сан за мной.       Покинув расщелину первой, я развернулась и стала помогать охотнику. Выбравшись, он взялся за плечо, и по нему было видно, что удар пришёлся сильный. Чудо, что кость вообще не сломалось. Нужно осмотреть.  — Томиока-сан, можно я посмотрю. — охотник тряхнул головой, продолжая держаться за плечо.  — Я в порядке, сейчас всё пройдёт. Тебя не задело? — весь удар пришёлся на него, меня даже ветерком не обдало.  — Нет, даже рядом не пролетело. — он выдохнул.  — Хорошо. Идём. ГХХ! — он хотел встать, но стоило ему пошевелить корпусом, как острая боль пронзила его в области левой части тела.  — Всё же позвольте мне осмотреть ваше плечо. — на этот раз Хашира дал мне разрешения, и я сначала осторожно стянула с его плеча хаори, а потом и китель, который он сам расстегнул здоровой рукой. Лунный свет озарял место, где мы сидели, и я смогла увидеть опухшее место. Место от удара было красное с синеватыми оттенками. Проведя рукой по ушибленному месту мужчины, я почувствовала, как его тело содрогнулось. Достав из сумки кусок ткани, я намочила его прохладной водой из фляги и приложила к ушибу.  — Это немного сведёт оттёк. Вам нужен врач. — так же фигня, что и с Кё. Почему все парни вокруг меня травмируют плечи?  — Всё настолько плохо? — слегка поворачивая голову, спросил истребитель. Синие глаза блеснули в свете луны, отливая более светлым оттенком.  — С виду нет, но лучше всё же провериться. — удар был сильный, мало ли что там может быть. Тут нужен врач, который смыслит в этом и может вынести вердикт. Надеюсь, ничего серьёзного.  — Понятно. Спасибо. — поблагодарил меня Хашира, натягивая китель обратно и застёгивая его.  — Это вам спасибо, если бы не подставились, этот камень пришёлся мне на голову, а там уже одному богу известно, чтобы было. — тут не поспоришь, я была на волоске от пробития черепа. Так и дурой можно на всю жизнь остаться.  — Я пообещал Ренгоку вернуть тебя в целости и сохранности. Случись с тобой что-то, я бы не смог смотреть ему в глаза. — Кёджуро действительно попросил Томиока-сана приглядывать за мной. Я была в соседней комнате и, уж признаюсь, подслушивала разговор двух мужчин, методом «Припав ухом к стене». Томиока-сан согласился и пообещал, что я буду в порядке, и что Кёджуро может не волноваться и спокойно идти на миссию.  — Посмотри, пожалуйста, есть ли поблизости деревни. — я обратилась к старой вороне Томиока-сана, которая всё это время сидела над нами на дереве и внимательно следила, что мы делаем. Ворона взмахнула старыми крыльями и, теряя несколько перьев, взлетела.  — Зачем? — охотник озадаченно уставился на меня.  — Вам нужен доктор. Если честно, я сомневаюсь, что кого-то из тех демонов упустили. Прошло уже пять дней, а демоны не могут столько без еды. Их мучает постоянный голод. Вряд ли демон может посидеть на такой диете даже ради того, чтобы утих шум среди истребителей. Торопиться не нужно, тем более в ущерб вашему здоровью.  — Ренгоку говорил, что спорить с тобой бесполезно. Хорошо. Но сразу же, как доктор меня осмотрит, отправимся дальше. — сдался Хашира, выдыхая и опираясь на дерево здоровой частью спины.  — Угу. — согласилась я и стала высматривать птицу. Надеюсь, она вернётся с хорошими новостями.